Комплекс превосходства: Причина
По приказу властей они ищут ресурсы как на пустошах, так и в теневом секторе. В том числе человеческие. Они забирают всех детей и наиболее здоровых женщин обеих рас для выдачи гражданства. Тем, кого принимают, дают нулевую стоимость жизни, но их будущим детям обещают доступ к стандартному страхованию.
Проходя мимо, Лайон услышал поднявшийся гомон, и вздрогнул, когда по ушам резанул громкий дребезжащий звук. Глянул в сторону солдат и заметил какого-то тигра, шмякнувшегося на асфальт. Под ним начало стремительно расплываться алое пятно. Очевидно, парнишка попытался напасть на военных.
— Кретин, — хмыкнул Лайон, прежде чем пойти дальше.
Немного пошатавшись возле известного заведения «Pride Club», название которого сейчас не пестрило голограммами, парень остановился. Глянул на вход — раздвижные металлические двери под три метра высотой. К дверям вела широкая, но не высокая мраморная лестница. Немного подумав, серви пошел дальше, посчитав, что в этом заведении будет нечего делать в это время суток.
— Ла-айон!
Темный обернулся на зов позади. К нему подошел Норфолк-младший. Отис. Рекс. Крашеный блондин в вечно помятой рубашке. Лайону он приходился близким товарищем. А для Прайда — неформальной главой группировки, тогда как Лайон в ней главенствовал. Из-за мутаций Отис был одного роста с Лайоном.
— Эй, дружище, — воскликнул он, — выпить не хочешь?
— И где же?
— Да ты мимо заведения ведь прошел!
Отис махнул рукой в сторону. Серви неохотно оглянулся на популярный кабак, мимо которого проходил.
— Это, что ли?
— Да-да, — Отис обхватил его рукой за плечи.
В баре царило спокойствие: играл саксофонист на небольшой сцене над баром, пара посетителей сидели у стойки, другие о чем-то разговаривали, устроившись на диванах, и еще один курил кальян, не решаясь втягиваться в разговор. Затемненное помещение освещалось тусклым светом ламп.
Ребята решили пристроиться у стойки.
— Так о чем ты хотел потолковать? Есть дело? — Лайон отпил мартини. Скотча не оказалось. — Чертово бабское пойло…
— Каков зануда! Нам обязательно встречаться только по важным вопросам?
— Я бы хотел, чтобы меня никто не отвлекал по пустякам.
— Так ведь ты не занят. Или ты меня избегаешь? Я чем-то обидел тебя?
— Ты? Обидел? Кого? Меня? Тебе нужно очень постараться, чтобы хоть кого-то обидеть, не то, что меня.
— До меня слушок дошел, что из твоего гарема пташка пропала. Соболезную. Так и не нашлась?
Лайон кивнул. Разумеется, он знал, где она и что с ней стало. Но знать об этом тому, кто крышует Прайд, было не обязательно.
***
Даже фонари не могли спасти этот сектор от полумрака. Шедший у стены клуба Прайд Блэк едва видел дорогу перед собой. Не заметил он и вышедшего прямо на него человека. Столкнувшись с ним, Блэк выстоял, а лохматому, явно нетрезвому пареньку повезло меньше, и вот он уже сидит посреди опилок. Свет фонарей заведения осветил незнакомца, обнажая черный оттенок волос.
— Эй, смотри, куда лезешь, блохастый, — заворчал тот, поднимаясь. Качнувшись, он гневно уставился на Блэка. — Ох ты, епт, — он икает, втягивая голову, — белобрысый уродец, брысь, говорю.
Решив не ввязываться лишний раз в историю, альбинос отошел в сторону, давая пьянчуге пройти в тени здания. Тот, видимо, хотел отвесить удар, но промахнулся. В тот же момент к нему подоспел более сильный и менее пьяный на вид товарищ, начав на повышенных тонах что-то ему объяснять.
Этот сектор полон неприятных личностей. Блэк понадеялся, что больше он с этим мутантом не встретится.
***
Стоит ли желать доброго утра брюзге? Просыпаясь, он не думает, с какой ноги лучше встать, и подозрительно смотрит на тех, кто говорит, что плохой день всегда кончается быстрее, чем хороший. Так ли это на самом деле? А если плоха вся жизнь, то насколько быстро она пролетит?
Утро в башне Цитадели. Один из таких ворчливых и недоверчивых, известный под кличкой Лайон, отходил от дневного фарса, устроенного раздолбаем-рексом. Валяясь на пороге своей каморки, он слабо ощущал щекой холод от плинтуса. Застрявший где-то внутри горла комок не оставлял его и не предвещал ничего хорошего.
— Да-да, я в норме, спасибо за внимание, — буркнул Лайон.
Послышались шаги того, кто уже давно был в комнате и ожидал пробуждения товарища. Затем этот некто легонько пнул лежавшего на полу серви по ноге.
— Не понимаю, зачем тебе понадобился мой питомец?
Отис собственной персоной. Уже протрезвевший. Быть может, виной тому генная инженерия, дающая Отису мощное тело, но похмелье будто пролетало мимо него, и это свойство его организма порою вызывало у Лайона зависть.
— У стен должны быть уши, — промямлил серви. — Этот питомец хорошо мне помогает со своим видеорегист…тратором.
Измученно приподнявшись, Лайон начал напряженно озираться по сторонам. Он хотел убедиться, что в его каморке все расположено так, как и было до его ухода. И все было как обычно: стол у стены, стул, раскладная кровать и всегда открытая подвесная клетка.
— Э-эй, Отис, — выдавил Лайон. Поднявшись, он качнулся чуть в сторону, но устоял. — Сбегай по-быстрому за жратвой для нашего питомца, его скоро починят… Ну-у, этих, рыб сушеных…
— А сам?
— А ты будто не видишь, в каком я состоянии, — ворчал он, проходя чуть вперед. Прислонился к подоконнику длинного окна. — Не боишься, что твой покорный слуга по пути наткнется на какую-нибудь гадину из числа шестерок твоего старшего брата, м? Или ты забыл, какие отношения у нас с этими фанатиками?
— Никакая шестерка не тронет тебя. Выглядишь стремно, прям как нарик прокаженный.
— Внатуре? Эти меня тронут, так что не.
— Ладно, — Отис подошел к другу и протянул ему пачку капсул с сорбентом, — ты перепил по моей вине.
Лайон выхватил пачку, начав распаковывать сразу две капсулы.
— Да куда же… — заворчал Отис, наблюдая, как Лайон отправляет в рот капсулы, — тебе и одной хватит!
Как и ожидалось: что бы ни попадало в горло — все вызывает рвоту. В следующий миг все содержимое желудка Лайона оказалось за окном. Шерсть на хвосте встала дыбом, а самого меланиста пробила мелкая дрожь. Наблюдая за своим другом, Норфолк лишь с неприязнью поморщился и достал электронную сигарету из кармана. Но закурить он не успел.
Услышав тихий свист раздвинувшейся двери, Лайон поднял голову. Тут же откуда-то со спины послышался спокойный басовитый голос.
— В нашем секторе новенький.
Оглянувшись, друзья заметили на пороге два силуэта: статного пожилого человека в мантии и черных очках и еще одного неизвестного им парнишку с белоснежным окрасом шерсти на кошачьих ушах.
С первыми лучами рассветного солнца глава семьи — Билл Норфолк — приволок серви-альбиноса с неопределенным выражением лица.
***
4 часа назад.
Уайт решил пойти безопасной дорогой. Но была ли в этом секторе хоть одна дорога, которую можно таковой назвать?
Проходя мимо невысоких бетонных зданий и простых пристроек, освещенных кострами, он был рад видеть редких бродяг, которые не пытались накинуться на его. Обычные люди. Могли попадаться рексы, но чаще — серви различных пород. С порванными ушами и ободранными хвостами, а иногда и вовсе — с оторванными. Все одеты бедно, на шеях и запястьях простенькие украшения с непонятными знаками.
Однако Уайта смущали их настороженные лица, их подозрительный прищур в его сторону. И чем дальше он шел, чем больше людей ему попадалось, тем тревожнее становилось на душе. Уайт никогда здесь не был. Куда он попал?
Он услышал шепот откуда-то сбоку. Неизвестные голоса называли его проклятым. Сатанинским отродьем. Говорили, что его появление не к добру.
Уайт сделал еще несколько шагов, прежде чем до ушей дошел чей-то рык. Звук повторился. Снова — уже ближе. Редкие прохожие засуетились, начали прятаться. В разбитых зданиях, за дверями лачуг, в тенях прилавков.
И совсем скоро Уайт понял, чего они испугались.
Нечто громадное вылетело на дорогу перед ним. Остановилось, уставившись в щель между зданиями. И даже вглядываясь в эту четвероногую тварь, Уайт не мог понять, что это такое. И когда это существо повернуло голову в его сторону, белый заметил кусок плоти в его пасти. Морда напоминала кошачью, но таковой не была: ее полосовали растяжки, кусками топорщилась шерстка, на щеках алели оголенные мышцы.
Уайт поздно понял, что ему нужно валить подальше. Тварь рванула в его сторону. Белый в растерянности начал отходить назад. Готовый бежать, он развернулся, но тут же закрыл голову руками, спасаясь от поднявшейся пыли.
Мимо него с рычанием пронесся крупный зверь. Мельком Уайт заметил, что на спине зверя сидел человек.
Уайт закашлялся. Когда кашель отпустил, он услышал страшный вой, хрипы, крики. Но не обернулся: испугался смотреть на битву, развернувшуюся за его спиной. Не понимая, что происходит, он засеменил прочь.
Спрятался за угол. Снова одолел кашель. И не успел кашель пройти, как Уайт с криком отпрянул: сбоку со стороны узкого переулка незаметно подкрался такой же рыжий волк, как тот, который сцепился с той тварью.
Заметив на спине зверя всадника, Уайт облегченно выдохнул.
— Ты не местный, — сказал тот. — Недавно в секторе?
Всадником оказался тигр средних лет в бесформенном балахоне. Из длинных темных волос торчали фенечки.
— Да, — ответил Уайт, — как вы это поняли?
— Местные знают, что здесь опасно. На здешних нападают отродья Прайда. Это граница, дальше только степи.
— Но мне в клинике сказали, что этот путь спокоен.
— Безопасный путь восточнее. Ты забрел не туда. Но я могу отвезти тебя к человеку, который тебе поможет. К нашему покровителю в Цитадели.
— Но мне нужно к некому Лайону…
— Покровитель разберется, к кому тебя нужно направить. Он в секторе самый главный.
***
На верхних этажах светло, не то, что у подножья здания. Уайт прищурился. Перед ним предстала ущербная комната. Пол заляпан какой-то мерзкой жижей. Взгляд Уайта упал на черного серви, стоявшего у окна. По болезненному выражению его лица было не трудно догадаться о природе этой грязи.
— Иу, — брезгливо откликнулся Лайон. — Это что еще за дрыщ?
Выпрямившись, он поплелся к Уайту. Черный оказался намного выше путника, что делало его похожим на льва, а не на ягуара. Еще не выветрившийся запах алкоголя защекотал ноздри.
— Ты какой породы будешь, братишка? — недоуменно спросил не то лев, не то ягуар.
— Это Лайон, — представил его Билл. — Наш «консольный ковбой». Никто не знает сектор лучше него.
И вот к этому типу его направили? К этому неприятному, даже страшному генетическому уроду? Но в следующую секунду Уайт подумал, мол, может, в более трезвом виде этот самый Лайон совсем другой?
— Ты ко мне? — информатор хихикнул. — Я сейчас не смогу, нет, я не соображаю сейчас… Слушай, Билл, отведи его к Дакоте. У него и зашифруетесь в Сети.
Файл11: Самородок
Механик по имени Дакота жил в подвале штаба клана Норфолк — огромной технологичной башни, построенной явно до ядерной катастрофы. Подвал был достаточно большим для того, чтобы вмещать в себя всю необходимую мастеру технику. Озираясь, Уайт рассматривал прототипы странных изобретений, то беспорядочно сваленных у стены, то аккуратно расставленных на металлических полках. Длинные лампы под потолком освещали пространство.
На отдельном столике под снотворным лежала крупная птица. Уайт остановился, разглядывая ее. Пластина, заменявшая верхнюю часть головы, свидетельствовала о том, что в животное вживлена техника. Это киборг, по общим чертам напоминавший орла с древних картин.
Возле птицы лежала заметка, неказистым почерком записанная на бумаге: «Белоголовый орлан Фотон. Внутричерепная поломка».
— Значит, наручники, — прокряхтел серви, сидевший в кресле спиной к пришедшим людям. — Ох уж этот Лайон, вечно наша первая инстанция отказывает в регистрации. У меня и так полно работы, еще и за него все делать. Дайте буквально одну секунду.
По бокам спинки кресла искрился свет, превращавшийся в голограмму экрана перед глазами мастера и клавиатуру под его когтистыми пальцами. Довольно старая технология: под куполом вместо таких компьютеров уже вовсю используется полное погружение в виртуальный мир призраков. По правую руку — столик, на котором через миг появилось наручное устройство.
— Первоначальную денежную сумму найдешь в кошельке, — сказал Дакота. — Не пугайся маяка, здесь твоя личная жизнь никому не интересна. Маяками местные показывают, что они живы и что они из наших. Щитов в функциях нет, у нас нет современных армейских технологий, только старые. С данными придется поработать, зато потом мы сможем попробовать вернуть твои вещи.
— С данными? — переспросил Уайт, крепя устройство на левое запястье.
— Имя, дата рождения, раса и прочее. Я об этом.
— Это не такая уж и большая проблема, — заверил альбинос, — если, конечно, вы сможете вытащить все из памяти моих прошлых наручников.
— Если они при тебе, то давай.
Уайт вытащил из кармана джинс технику, которая отключилась сразу после уничтожения ошейников, и передал ее мастеру.
— Если подумать, — подал голос Дакота, принимая старый НК. — Твое лицо, юнец, мне кажется знакомым. Мы нигде ранее не встречались?
Когда мужчина поднялся, Уайт смог, наконец, рассмотреть его получше: сапоги, прямой потертый мундир, пепельная шерсть и… маленький рост и крупные острые уши? Уайт округлил глаза, поняв, почему же мастер был таким. Перед ним стоял полурослик не из рода ягуаров-меланистов, а самый настоящий «домашний».
Увидев реакцию Уайта, Дакота усмехнулся.
— В жизни всякое бывает, — он потер щетину. — Нет, правда, лицо знакомое. Я точно помню, что где-то видел тебя.
— Где-то в секторе находится мой брат. Может, это был он, а не я?
***
7 часов назад.
Стоя посреди толпы, Блэк наблюдал за петушиными боями. Какова диковинка! Петухи-мутанты были большими и непохожими на других птицами: у них крупные тела, маленькие крылья и подобие мелких зубов внутри клювов, больше напоминавшие осколки стекол.
Натравленные друг на друга петухи боролись не на жизнь, а на смерть, в то время, как окружающие делали ставки. Блэк, охваченный творившейся здесь атмосферой азарта, решил присоединиться к людям…
…Проиграв все награбленные им ценности, Блэк направился к небольшому рыжему парку. Ночь тянулась непривычно долго, его начинало клонить в сон. Он даже не чувствовал никакого осадка после своего проигрыша, беспокойство вызывала лишь неопределенность.
Где-то неподалеку играли уличные музыканты. Соло гитары, поддерживаемое ударными, эхом разливалось по окрестностям, зазывая прохожих. Остановившись, Блэк заметил в свете зеленых ламп небольшую кучку людей, толпящихся напротив трех музыкантов. Оживленные дети, ютящиеся парочки, и другие, менее заинтересованные люди. Это была спокойная песня. Не какой-нибудь китч, а живая музыка. Все так же вслушиваясь в доносящиеся до его ушей слова баллады, Блэк сел у ствола мертвого дерева. Прикрыл глаза. В его голове мелькнула мысль, мол, быть может, здешние люди не так уж плохи, какими казались на первый взгляд. Он и не думал, что в преступной местности может царить такое спокойствие. Здесь не так уж и страшно.
Люди везде одинаковы.
Очнулся Блэк спустя время, почувствовав приближение чего-то массивного. Глянув вбок, он увидел шестиногое механическое нечто, напоминавшее какое-то насекомое. Массивная штука, всполошившая отдыхающих в парке людей, надвигалась прямо на него. Конец его изогнутого хвоста раскрылся и угрожающе замигал.
Вскочив, взбудораженный Блэк уже приготовился бежать, как вдруг прогремел выстрел из какого-то механического крупнокалиберного оружия. Неведомая машина, получившая пробоину, прошла еще некоторое расстояние и со скрежетом рухнула в паре метров от альбиноса.
— Прошу прощения, — горланил серви с трубообразным оружием, подходя к груде металла, которая еще секунду назад была увесистым танком. — Эге, где же я недосмотрел?
Он мельком глянул на Блэка и кивнул, извиняясь. Вытащил чип из кабины робота и неловкой походкой ушел, оставив озадаченного парня наедине с железной махиной. Надежду на спокойную жизнь, зарождавшуюся в голове Блэка, будто ветром сдуло.
***
— Ну, в любом случае, если у тебя братец без доступа к сети ходит, пусть идет к нам. Хоть где-то числиться будет, раз потерял прежнее гражданство, — заключил Дакота, скрестив руки на груди. — Ну, а ты ищи работу.
— Я подкину ему, — усмехнулся Билл, стоявший у спинки кресла. Он посмотрел на Уайта. — Можешь пока осмотреться, мне нужно поболтать с Дакотой наедине.
Уайт понимающе склонил голову, взглядом задержавшись на левом ухе Дакоты. Оно порвано. Как раз в том месте, к которому крепятся датчики в той колонии, откуда они с братом родом. Или совпадение, или этот домашний побывал там, откуда обычно не возвращаются.
Когда он отошел, Билл склонился над мастером.
— Мне нужно, чтобы ты за ним проследил.
Дакота удивленно поднял глаза на друга.
— Зачем тебе это?
— Потом как-нибудь расскажу.
***
Маячившая впереди спина Норфолка и тихий металлический скрежет его механической ноги, которую Уайт не заметил под мантией, вселяли уверенность в том, что сейчас он находится в полной безопасности. Они шли по коридору первого этажа Цитадели — дома Норфолков и их ближайших знакомых. Также в этой башне располагались какие-то заводские отсеки, к которым доступа у Уайта не было.
День удался безоблачным, но свет солнца, как и прежде, не проникал в здешние места. По пути Уайт уже замечал те особенности жизни в трущобах, на которые не обращал внимания, когда приходил по работе. К примеру, лишь по пути в это место он учуял запах сырости в менее людных местах. Местами запах крови щекотал ноздри от природы чувствительному представителю низшей расы. Все это напоминало ему о том, где он оказался.
Но у него оставались вопросы. Что это был за монстр, которого он встретил по пути сюда? Кем были те всадники, которые его выручили?
— Может показаться, что жизнь здесь состоит лишь из попыток выжить, но все совсем не так, — говорил Билл, когда они ехали в лифте. — Наш сектор — это не тюрьма, а само олицетворение свободы. Условия здесь для всех равные, а иерархия — примитивнее некуда, — с мимолетной ухмылкой он глянул на Уайта. — Уже чувствуешь дух свободы?
— Да, пожалуй, — коротко ответил альбинос. — Но моему брату все это не нравится. Он бы предпочел оставаться винтиком в строгой системе того мира.
— Как зовут твоего брата?
— Блэк.
— Свобода невыносима лишь для слабых людей. Будем надеяться, что Блэк не из их числа и все-таки сможет найти здесь свое место.
— У меня есть вопросы.
— Можешь задавать.
— Когда я пытался добраться до вас, меня едва не разорвало какое-то чудовище. Не то человек, не то животное. Что это такое?
— Слышал о них. Но и сам почти ничего не знаю. Если верить клану Тонгва, то их выводят в клане Прайд. Но все это только слухи.
— Что за Тонгва?
— Рейдеры, как и Прайд, но с Прайдом они на ножах. У них разные взгляды на жизнь. И те, и другие грабят военные караваны, но только на окраинах, эти территории не относятся к нашей юрисдикции. Нам самим с куполом напрямую воевать нельзя, иначе придет армия и всех выкосит. У Тонгва я за главного, а у Прайда — мой младший брат. Лидеры кланов без нас глобальных вопросов не решают. Вот у брата моего по-хорошему и нужно спрашивать про этих мутантов.
— Если Тонгва и Прайд не в ладах друг с другом, то и вы с братом тоже?
— Нет, мы ладим. И еще кое-что…
— Да?
— Если видишь заколоченные места и здания, не вздумай уходить за ограждения.
— Что там?
— У нас сейчас эпидемия. С пустошей принесли хворь, которую мы пока не знаем, как лечить. И в сторону Лонг-Бич не ходи. На побережье погода не очень: облучишься или вообще ветром убьет.
— А ч… Что за работа? — проблеял Уайт, когда Билл провел его по затемненному помещению, в котором под светом ламп цвела маковая плантация.
— Скоро узнаешь. Но не беспокойся, работа безопасна и не связана ни с какими рисками для здоровья.
Миновав еще один лифт, Уайт оказался в темной комнате с компьютерами и широким экраном на стене.
Билл прошел к одному из мониторов. Включил его.
— У моего брата сейчас есть вакансия крупье в клубе Прайд.
— У рейдеров?
— Нет, это наше заведение, но связь ты верно уловил: клан Прайд назван в честь клуба. Там ты будешь под защитой нашего искусственного интеллекта.
— Не очень доверяю таким технологиям…
— Наши технологии еще никого не обидели. Ну что, пойдешь?
Уайт быстро согласился, понимая, что он в незнакомых краях, где ничего не знает. И лучше принять работу от главы сектора, чем от какого-нибудь проходимца.
Файл12: Адаптация. Часть 2: Новая жизнь
Блэк заметил сидящую у кровати Агату, когда прошел в палату Марлина. Услышав шаги, она оглянулась на него.
— Если зашел поинтересоваться состоянием Марлина — он в порядке. Уже осмотрелся? Как тебе сектор?
— С виду все не так уж плохо, хоть и мрачновато, — флегматично произнес Блэк. — Но крышу я так и не нашел.
— Тут крышу над головой получают только родившиеся здесь, — пробурчал лежавший на боку Марлин. — Ты где был? Где брата оставил?
— Я не обязан отчитываться перед тобой.
— Можешь не переживать, — махнула Картер. — Оставайтесь. Врачей здесь мало, а работы много. Если твой брат утроится куда-то, а ты здесь будешь, то жить вы сможете при больнице все равно вдвоем. Семьи я не разделяю. Всему, что знать надо, здесь обучают. А для тебя у меня даже особое поручение найдется, за которое я заплачу деньгами, а не едой.
— А у тебя есть работа для убийцы? Я думал, что тут занимаются только спасением.
— Не для убийцы, а для опытного следопыта. Работа будет специфичной, поэтому можешь рассчитывать не только на оплату, но и на бесплатную операцию. Тебе будет гораздо удобнее жить с хорошим зрением. Заинтересовало? Поговорим об этом в другом месте.
***
В этот день Блэк впервые в жизни сам выносил мусор. Под куполом мусор выносит техника, но в мафиозных секторах люди не могли позволить себе таких помощников, поэтому мусор приходилось выносить самостоятельно.
У стены больничного здания Блэк поднял крышку одного из баков, и уже собирался перебросить туда мешок с мусором, как его рука остановилась на полпути. Вместе с вырвавшимся роем мух в лицо ему ударило тошнотворное зловоние. Перебросив мешок и прикрыв нос рукой, Блэк открыл крышку бака так, чтобы впустить под нее хоть какой-нибудь свет. Тут же он пожалел об этом: внутри бака лежало тело, которое когда-то было человеком. Изъеденное крысами, оно настолько деформировано и вздуто, что невозможно понять, какого пола был этот человек при жизни.
Закрыв бак, Блэк почувствовал головокружение. Сейчас он искренне рад тому, что давненько ничего не ел.
— Ах да, иногда и такое случается, — начала объяснять сидевшая за столом Агата, когда Блэк зашел в ее кабинет и рассказал, что увидел. — Видишь ли, в наших краях не принято хоронить тела. Вместо крематория — посмертная передача сигнала гробовщику, если тело нашли. Под куполами все еще живы традиции, и тела сжигаются со всеми почестями. Здесь же от тел избавляются вот таким вот бесцеремонным способом. Уникальное зрелище, не так ли?
— Мерзость, — фыркнул он. — И местные терпят это?
— Дело житейское, ты привыкнешь, — она посмотрела на Блэка и удивленно вскинула брови. — Неужели тебя это так смутило? Вы же не обладаете эмпатией. Тебя пугают трупы?
— Ха! Трупы для нас это так, повседневная рутина, — он понизил голос, скрестив руки. — Но это уже чересчур.
— Утилизирующая мусор машина пролетает по окрестностям раз в неделю. Завтра как раз должны убрать, а сегодня можешь выпить чаю и успокоиться.
— Какого, нахрен, чаю? Я смертельно голоден.
***
Блэк наслаждался сухим пайком в больничной столовой, а рядом, за тем же квадратным столиком, сидела Агата, с задумчивым видом мешая сахар в разовом стаканчике с чаем. Ей вспомнилась встреча с этими двумя, произошедшая ранним утром.
— А ведь Уайт — ярко выраженный эмпат, — заметила она.
— Да, есть у него нечто придурковатое. Больной какой-то. Я давал ему подавитель, чтобы не навредить его тонкой натуре, но и это не всегда срабатывало. Ну, я боролся как мог.