Время правды
– Я…я…я…не знаю… Ой, не убивайте меня, ваша честь, я действительно не знаю, – взмолилась Мими, видя, что лицо ее дознавателя исказилось яростью. – Я просто спала, и вдруг на меня, сонную, навалилось двое мужчин… Я хотела кричать, но один из них зажал мне рот ладонью. Я сопротивлялась, как могла, но один из них держал меня, а второй связывал… Я очень сильно вырывалась, так, что они вдвоем не могли меня удержать, а потом я почувствовала сильный удар по голове… и на какое-то время потеряла сознание… Они заткнули мне рот чем-то… и связали. Видимо, они хотели меня куда-то нести, потому что один из них стал взваливать меня на плечо…
Мими запнулась и закусила губу. Из ее глаз ручьем брызнули слезы.
Де Морсан зарычал:
– Мне проткнуть тебя, чтобы ты не останавливалась через каждое слово?
– Пощадите, меня, ваша честь, пощадите! Я рассказываю все, что знаю!
– Ну, так говори! Что было дальше?
– Они уже хотели меня тащить куда-то, но тут распахнулась дверь, и ворвались еще двое. Они держали в руках мечи и накинулись на тех, кто меня связывал. Все закончилось очень быстро. Они поубивали друг друга. Вот те двое, – Мими показала глазами на Эрика и его противника, – убили друг друга сразу, потому что оба держали в руках мечи. Тот, кто меня держал, получил удар. Он выронил меня, выхватил меч и успел пырнуть вон того, кто сидит у двери, – она посмотрела на сидящего без сознания Ганса, – прежде, чем повалился сам.
– А потом?
– Дальше я ничего не помню, ваша честь… должно быть, я потеряла сознание. Когда я очнулась, то увидела вас. Вы… меня не убьете?
– Нет. Наверно, нет. Ты еще нужна мне. Да! Ты мне нужна. Ты опознаешь ту шлюху, которая послужила причиной твоих несчастий. Это она подослала к тебе убийц! А мои люди спасли тебя. Ты это понимаешь?
– Я…я…можно я уйду, уеду отсюда… туда, где меня никто не знает, и не найдет, пожалуйста, пожалуйста, ваша честь, отпустите меня, пожалуйста, я никому ничего не ска…
Брат Гуго рыкнул на нее:
– Тихо! Ну-ка тихо! А теперь начинай думать! Ты говоришь, что в услужении у той дамы двое мужчин. Так?
– Я…
– Заткнись! И думай! У нее двое слуг. Значит, она не простая шлюха! Она явно из другого круга!
– Но она выглядела как…
– Вот именно, что выглядела! Неужели женщины не умеют выглядеть, как хотят? Вот и та переоделась, чтобы выглядеть, как шлюха! Что из этого следует?
– Я…я…не знаю! Отпустите меня ва…
Францисканец отвесил ей оплеуху:
– Видимо, мне придется тебя зарезать, если ты не начнешь думать! Заткнись! И слушай! И думай! Мое терпение не безгранично! Эта дама подослала к тебе убийц! Из мести! Потому что ты разбила ей лицо метлой! Как думаешь, кто может себе позволить себе такое?
– Я…
– Если бы не мои люди, которые спасли тебе жизнь ценою своих жизней, ты стояла бы уже перед святым Петром! Ты понимаешь это? Ты понимаешь, что только я один могу спасти тебя? И то только потому, что ты пока нужна мне. Что молчишь? Ты думаешь, что я буду посылать на смерть своих людей, только чтобы полюбоваться на твое смазливое личико? Мне нужна эта дама. Эта блондинка. Ты опознаешь мне ее. Я сделаю так, что она тебя при этом не увидит. Если ты послужишь мне, то получишь много денег. Столько, что можешь уехать отсюда навсегда. Туда, где тебя никто не знает. Начнешь новую жизнь. Но если откажешься, я даже не буду пачкать кинжал о твои кишки. Я просто уйду отсюда, вместе со своими людьми. Дама, которая имеет возможность прислать к тебе двух убийц, может прислать и четырех, и восьмерых. Твоя песенка спета! Если ты не опознаешь ее для меня, то тем самым не поможешь мне уничтожить ее. Значит, просто сиди и жди следующих убийц. Сколько ей понадобится, чтобы сообразить, что ее люди исчезли? Останется только найти их трупы в твоей комнате – и ты попалась! С потрохами! Думай! Что с тобой тогда будет! Ну?
Брат Гуго смотрел в полные слез глаза Мими, пока в них не сверкнула искорка понимания и страха. Он кивнул головой и продолжил:
– А теперь выбор за тобой! Или ты идешь со мной и будешь делаешь, что я велю, или мы просто расстаемся! Сиди тут и жди новых убийц!
– Я… я… я не знаю, ваша честь, не знаю. Я…
– Что ты?
– Я… Иду с вами! Иду!
– Хорошо.
Он наклонился над ней. Приподняв ее, перерезал веревки, стягивающие руки. Затем освободил ноги.
– Фриц, займись ею. У нее сейчас будут отходить руки и ноги, поэтому помоги ей. Ей нужно будет на горшок.
– Я…я… приличная девушка… Я не могу… при всех…– прошептала Мими.
– Заткись, шлюха! Конечно, ты можешь, иначе тебе придется сходить под себя! Но если ты это сделаешь, думаешь, что мы останемся тут хоть на минуту? Прекрати истерику, никто на тебя не посмотрит, Фриц просто поможет тебе встать! Фриц! Помоги ей!
Фриц принялся растирать Мими руки, чтобы они быстрее обрели чувствительность.
Брат Гуго присел на корточки перед Гансом. Он сказал:
– Смотри, Рудольф, а Ганс еще дышит. Я его трогать сейчас не хочу. Пожалуй, у него есть шанс выкарабкаться. Иначе он бы уже умер. Кираса держит ему грудь, поэтому он может дышать.
Если придет в себя, немедленно дай ему попить, потому что он потерял много крови. Разведи вино водой на две трети и положи туда корицы и сахара – это добавит ему сил. И позовите меня немедленно. Я должен хотя бы четыре часа поспать, потому что просто свалюсь с ног. Если он очнется раньше – будите меня, не задумываясь. Каждое его слово для нас – бесценно. Кстати, как вы его нашли, так быстро?
– Мы напевали нашу ротную песенку, ваша милость. У нас в роте есть обычай: если грозит беда, пропой или просвисти эту песенку, и каждый, кто тебя слышит, обязан будет стать плечо к плечу с тобой и обнажить оружие для твоей защиты.
Брат Гуго криво усмехнулся:
– Забавно! У нас был такой же обычай… Рад, что традиция прижилась! А что за песенка?
– «Цвети, как майская роза…». Мы просто шли по коридору и напевали ее. Ганс услышал нас и забарабанил в дверь.
– Отлично. Сейчас вы закроетесь здесь, изнутри, пока я не пропою вам из коридора «майскую розу». Никому не открывать, кроме меня. Есть хотите?
– Нет, мы поели.
– Хорошо. Нам надо накормить девку, и дать поесть Гансу, если очнется. Я пришлю вам разносчика… Хотя нет, тут трупы. Пусть один из вас сейчас сходит на кухню, и возмет у хозяина еды, а второй сторожит дверь в комнату. Пароль – «Майская роза».
– А как быть с трупами?
– Вас это соседство беспокоит?
– Не особо.
– Тогда ничего не трогайте. Оставьте все, как есть. Я обязан их тщательно обыскать. Но сейчас я должен поспать. Вторая бессоная ночь…Я просто падаю с ног.
– Конечно, господин граф. Приятного сна.
Брат Гуго и Рудольф вышли в коридор. Рудольф исчез за поворотом коридора в сторону кухни. Францисканец, подперев спиной дверь, поджидал Рудольфа. Когда из кухни показался Рудольф с гигантским подносом, уставленным горшками, горшочками и тарелками, д’Крансак стукнул в дверь и просвистел «Майскую розу». За его спиной щелкнул засов. Он сделал шаг в сторону и открыл Рудольфу дверь. Тот кивнул ему головой и исчез в комнате.
Только тогда брат Гуго позволил себе подняться в свою комнату. Бросив взгляд на поднос с нетронутым ужином, он разделся, рухнул на кровать, и мгновенно уснул.
Утро
Граф де Морсан проснулся часа через три, от ощущения голода. Он подошел к столу, на котором стоял остывший ужин и машинально съел его, не чувствуя вкуса.
Несмотря на вялость, он почувствовал, что больше не уснет. Он чувствовал, что очень близок к разгадке, и знал, что ему не хватает какой-то мелкой детали, чтобы сложить мозаику воедино.
Чтобы прогнать остатки сна, он, быстро умывшись, спустился вниз. Несмотря на раннее утро, общий зал был полон народа: кто-то завтракал, кто-то ужинал, кто-то пил вино. В общем зале стоял гул множества голосов.
Хозяин таверны «Мадлен», господин Рене, величественно возвышался на своем обычном месте. Он стоял за конторкой, недалеко от входа, чтобы первым поприветствовать гостей. Одним глазом он наблюдал за суетой подносчиков, вторым поглядывал на кухню, не ленятся ли повара.
Брат Гуго подошел к хозяину. Тот, увидев постояльца, осклабился, выбежал из-за конторки, радостно потрясая толстыми щеками.
– Доброе утро, ваше сиятельство! – приветливо поклонился ему в пояс господин Рене.
– Доброе утро. Приготовь мне побриться. И плотный завтрак. Я поем у себя в комнате.
– Будет исполнено, господин граф! Через пять минут занесут горячую воду, а завтрак будет готов через полчаса.
– Что так долго?
– Так посетителей сколько, посмотрите! Слава Всевышнему, погода установилась, все вылезли из своих берлог и отправились в путь-дорогу! Еле успеваем поворачиваться!
Брат Гуго вышел во двор справить нужду. За то время, пока он спал, грязь замерзла. Хлябь покрылась твердой коркой. Небо очистилось, на востоке показался краешек солнца. Францисканец машинально перекрестился, и прочитал «Gloria in excelsis Deo1».
Затем он повернулся и обошел постоялый двор по кругу. Дверь на кухню была открыта. Оттуда валил пар и кухонные запахи. Внутри мелькали тени и слышались звуки стряпни: стук ножей, шкворчание жира, бульканье супа, переругивание поварят. Францисканца заинтересовала небольшая дверь, слева он кухни. Он потряс ее и подергал. Без результата. Дверь была закрыта изнутри и не поддавалась.
Он оглянулся по сторонам. Никого нет. Тогда он вытащил из-за пояса тонкий стилет-мизерикорд, просунул в щель и принялся орудовать им. Через пару мгновений за дверью щелкнул засов, и дверь поддалась. Францисканец потянул ее на себя. Она приоткрылась совершенно бесшумно: кто-то заранее смазал петли свиным жиром. Шагнув вперед, он оказался в том самом коридоре, где вчера ждал Рудольфа с ужином.
Делая вид, что просто прогуливается, он подошел к нужной двери. Замурлыкал «майскую розу», поскреб дверь ногтем.
За дверью скрипнул стул, раздалось пара шагов. Дверь приоткрылась, и из нее выглянул настороженный глаз Фрица. Увидев брата Гуго, он распахнул дверь шире и сделал шаг назад. Францисканец вошел и огляделся. Все оставалось, так, как он оставил вчера.
Мими спала в изголовье кровати, свернувшись клубочком. На другом конце ложа, вытянувшись в струнку, похрапывал Рудольф. Начищенная кираса бочкой выдавалась над простынями. Рядом с рукой гвардейца красовался обнаженный палаш. Трупы находились на тех же местах, что и раньше.
Брат Гуго подошел к Гансу и присел на корточки. Тот сидел на полу в той же позе. Он дышал, но дыхание уже не было таким хриплым, как три часа назад.
– Как он? – шепотом спросил францисканец.
– Все так же, господин граф. Мне кажется, он спит.
– Он не приходил в себя?
– Нет. Я дежурил всю ночь. Мы с Рудольфом кинули жребий: первые три часа спит он, вторые три – я. Мы не ожидали, что вы будете спать так мало, ваша светлость.
– Потом отосплюсь. Сперва дело. Сейчас я схожу, побреюсь и позавтракаю. Потом спущусь сюда. Мы разбудим Рудольфа, а ты отправишься спать в мою комнату.
– Хорошо, ваша светлость. Ганс выживет?
– Надеюсь на это. Кровь у него уже остановилась. Если он не умер к этому времени, значит, шансы у него есть. Пусть сейчас спит. Сейчас для него сон важнее любого лекарства.
Брат Гуго поднялся на ноги.
– Есть хотите?
Ганс помотал головой:
– Нет, господин граф. Рудольф вчера приволок еды на десятерых.
– Со шлюхой были проблемы?
– Были, но мы справились. С ней случилась истерика, когда начали отходить руки и ноги. Пришлось дать ей вина, чтоб не орала. Она одна выпила половину кувшина, осоловела и теперь спит.
– Хорошо. Буду через полчаса. Тогда и разбудим Рудольфа.
Брат Гуго вышел в коридор. Чтобы не привлекать к себе внимания, он снова вышел во двор через дверь рядом с кухней. Монах обошел гостиницу, наведался на конюшню, чтобы посмотреть лошадей и вернулся в гостиницу через главный вход.
Блокгауз
Хозяин гостиницы, метр Рене, все так же величественно возвышался за конторкой.
– Дорогой хозяин, несите мне бритву, горячую воду и завтрак! – бросил ему брат Гуго, поднимаясь по лестнице в свою комнату.
– Будет исполнено, ваша светлость! – крикнул ему в спину хозяин.
Побрившись и плотно позавтракав, францисканец спустился вниз.
Народу в зале, за это время, явно прибавилось. Все толкались, переругивались, зевали, протирали глаза или ели.
Брат Гуго вновь вышел во двор. Пересек его, миновал ворота, вышел на улицу. Осмотрелся по сторонам. Несмотря на ранний час, все куда-то двигались: крестьяне везли в город продукты, кто-то скакал по дороге в Ним, кто-то сворачивал на Сюмен.
Францисканец заинтересовался четырехэтажным кирпичным блокгаузом, высившимся прямо напротив постоялого двора господина Рене. Несколько минут он стоял перед ним, внимательно разглядывая. Он явно строился как фортификационное сооружение, из красного обожженного кирпича. На площадь перед гостиницей выходил гладкий фасад, лишенный какого либо декора, лишь прорезанный узкими, с ладонь, амбразурами. Попасть в блокгауз отсюда, с площади, не было ни малейшей возможности.
После постройки новых ворот внешняя стена города отодвинулась на добрых триста футов. Блокгауз потерял свое оборонительное значение.
Подойдя к торговке, торгующей с лотка своей стряпней, францисканец спросил ее:
– Что это за блокгауз?
Торговка ответила:
– Так это не блокгауз нынче, господин хороший. Склад теперь там. Его купил купчишка один… Арматорством пробавляется.
– А как фамилия арматора? Контора как называется?
– Не помню я, господин. Да вы у меня пирожок купите.
– Не хочу, я уже позавтракал. Вот, возми денье, чтоб вспоминалось лучше.
Он бросил на лоток торговке серебряную монетку. Та обрадованно затрещала:
– Негоциатора Барвиль зовут! А контора Барвиля как называется, не помню. Вроде называется «Ворон и крест». Или «Ворон-что-то-там»… «Ворон» там точно есть.
– А как пройти туда?
– Прямо не пройдете. Это вам надо через рынок идти, господин. Держите все время вправо. Там найти не легко. Путаница большая.
Францисканец перешел улицу, уворачиваясь от повозок. Пройдя через арку старых городских ворот, он пересек рынок и углубился в лабиринт улочек старого города. Изрядно поплутав и несколько раз наткнувшись на тупик, он, наконец, нашел дорогу. Чтобы подойти к тыльной части блокгауза, графу пришлось обогнуть три квартала.
Перед порогом блокгауза, на небольшом дворике, кипела работа. Несколько людей, по виду крестьян, таскали мешки с мукой куда-то внутрь. Тут же суетился сутулый монах в черной рясе, со связкой жетонов в руке. Жетоны служили ему для подсчета мешков. Рядом стоял красномордый, красноглазый бюргер, зевая и почесывая пузо. Брат Гуго, поймав за ухо пробегавшего мальчишку, спросил его:
– Что это за здание?
– Склад.
– Я вижу, что склад. Хозяин-то кто?
– Барвиль! Да вон он стоит! – мальчишка указал на красноглазого.
Не успел граф открыть рот, чтобы задать еще один вопрос, как шустрый малец выкрутился из пальцев францисканца и убежал. Францисканец перешел улицу и подошел к красноглазому:
– Приветствую, вас, достопочтенный господин.
Бюргер перестал зевать и замер, скосив налитый кровью глаз на человека с мечом, в кирасе и железном шлеме.
– Добрудро, ваше…ство.
– Это арматорская компания «Ворон и крест»?
– Нет, вы ошиблись… вашество. Эта контора «Ворон и молот».
– Блокхауз?
– Да нет…раньше блокхауз тут был…а теперича склад.
– Я ищу хозяина, господина Барвиля.
– А…да…
– Что «да»? Как его найти?
– Да он перед вами…вашество.
– То есть это вы господин Барвиль?
– Ну…да.
– Хорошо. Выходит, я ищу вас. Мне дали о вас прекрасные рекомендации. Мы можем поговорить? Не стоять же нам на улице?
Господин Барвиль еще раз внимательно осмотрел посетителя. Видимо, решив, что можно послушать посетителя, он промямлил:
– Ну… тодыть … заходите….
Переговоры
Красноглазый господин Барвиль провел графа внутрь склада, где громоздились коробки, мешки и корзины. Они повернули налево и оказались в крохотной каморке, приспособленной под жилье: в углу топилась печка, возле стены стоял топчан с тюфяком, напротив – покосившийся комод.
Господин Барвиль присел на топчан, а граф опустился на предательски скрипнувший стул, стоявший возле скособоченного стола.
– Я граф де Морсан. У меня пустяковое дело. Мне надо на сутки или двое снять складское помещение.
– Э…
– Ведь вы владелец склада, господин Барвиль?
– Ну… да.
– Отлично. Договорились. С вами приятно иметь дело. Полагаю, су хватит? Вот задаток. Мне нужна сдача.
С этими словами граф выложил на стол перед собой золотой соверен. Увидев золото, господин Барвиль совершенно онемел. Он издавал разные звуки вроде «Э-э-э-э», «Ах», «Гхм» и «Ну…»
– Я должен осмотреть снимаемое помещение, господин Барвиль.
– А…э-э-э-э…погодите-ка… Я ведь даже не знаю, что у вас за груз такой.
– Пустяки, говорю вам. Груз небольшой, но очень ценный, поэтому при нем постоянно будут дежурить мои люди. Это охрана груза. Мне нужно отдельное помещение, чтобы люди могли запереться изнутри.
– Так что за груз то?
– Разве это важно?
– Кхгм…
Господин Барвиль разглядывал соверен красными слезящимися глазами. Францисканец смотрел на него удивленно, подняв брови.
– В чем дело, господин Барвиль? Почему вы молчите?
– Что у вас за груз?
Брат Гуго понял, что пока он не скажет арматору хоть что-нибудь, дело с места не сдвинется. Он непринужденно соврал:
– Свиток пергамента, господин Барвиль. Один свиток.
Красноглазый откинулся на топчане и смерил маркиза взглядом. Если бы не золото на столе, он тут же выставил бы сумасшедшего посетителя на улицу.
– А… То есть … хотите сказать, господин граф, что вы снимаете склад, чтоб положить туда свиток пергамента?
– Не склад целиком, как вы изволили выразиться, а всего одно отдельное складское помещение. Главное, чтобы в нем было тепло и сухо.
– Зачем?
– Затем, что при этом свитке будут постоянно дежурить мои люди.
– Зачем?
– Они будут охранять свиток.
– Ваши люди… будут охранять свиток?
– Совершенно точно, достопочтенный. Это пергамент с текстом необыкновенной ценности.
– Э… а… что в нем такого… ценного?
Брат Гуго подавил в себе приступ раздражения. Он понял, что пока любопытство господина Барвиля не будет удовлетворено, дело с мертвой точки не сдвинется.
Господин Барвиль сидел перед ним, пыхтя и выпучив бессмысленные красные глаза на золото. Тогда брат Гуго решил отменно посмеяться над упрямцем. Он строго уставился на Барвиля.
– А вы никому не расскажете?
Господин Барвиль мотнул головой. Брат Гуго долго смотрел на него, как бы колеблясь, нахмурившись и взвешивая, стоит ли говорить. Наконец, сделал вид, что решился:
– Ладно, доверюсь вам. В этих текстах содержаться магические заклинания, позволяющие превратить глину в золото.
Красноглазый Барвиль отшатнулся.
– Что? Глину? В золото? Э?
– Да. Глину в золото. Этот свиток захвачен у арабов. Вы понимаете, почему свиток надо охранять?
– А…э… нет. Почему?
– Ну, вот смотрите. Перед вами золотой соверен. На него сейчас можно купить, например, воз ячменной муки. А теперь представьте, что золото валяется у вас под ногами, мальчишки швыряют им в прохожих, этими соверенами усыпана дорога, вместо гальки, чтобы не скользили ноги по глине в дождь.
Господин Барвиль откинулся на своем топчане. На его лице было написано сожаление. Ему окончательно было ясно, что перед ним сумасшедший. Брат Гуго с улыбкой наблюдал за ним.
– Я вижу, вам в это трудно поверить. Поскольку то, что я сказал вам, невозможно себе представить.
Барвиль сверлил графа своими свинячими глазками.
– Сейчас я докажу вам свою правоту. Вы слышали историю, как маркиз де Каверак нашел целый бочонок золота?
Достопочтенный арматор слегка оживился.
– А… ну, это…да…слышал.
– Как вам кажется, возможно ли, вот так взять – и найти золото? Чтобы валялось под ногами?
– А… ну…нет… я вот серебряного денье ни разу на дороге не нашел… чтоб валялось… а тут целый бочонок! Говорят, там сто тысяч ливров было!
– На самом деле, поменьше. Всего тридцать тысяч. Это восемьдесят тройских фунтов2 золота…
– Что? Тридцать тысяч… Восемьдесят фунтов золота… Вот это да! – каким-то придушенным голосом проскрипел Барвиль. Казалось, ему не хватает воздуха.
– Именно.
– Повезло же маркизу! – все так же, давясь, хрипел Барвиль. – Говорят, деньга к деньге идет…
Брат Гуго посмотрел на него и внушительным тоном спросил:
– А вам не кажется, что дело тут нечисто?
Барвиль замер.
– А… нет… Почему эт? Как это, нечисто?
– Да вот так взять – и найти тридцать тысяч! Вы-то вот, за свою жизнь, денье не смогли найти!
– А… эт да…
– Вот я и говорю – дело нечисто!
– Почему?
Францисканец наклонился к уху господина Барвиля и сказал страшным шопотом:
– Потому что это золото не найдено. Это золото было наколдовано!
Красные глаза господина Барвиля вытаращились еще больше:
– Э… Да вы что?
– Конечно! Святая правда! А откуда еще взяться такой прорве золота, как не через колдовство?
Господин Барвиль откинулся на топчане. Он буравил брата Гуго своими красными глазками. Его рот был настолько плотно закрыт, что напоминал жабий. Наконец, он выдавил из себя:
– То-есть… вы хотите сказать, что Каверак золото наколдовал?
– Я «не хочу» этого сказать. Я прямо это утверждаю.
– Э? А… откуда вы это знаете?
– Вы не догадываетесь?
– Нет!
– Я сам видел, как он это делает!
Господин Барвиль перекрестившись, с ужасом уставился на собеседника. Похоже, он забыл, что следует дышать.
– Вы это видели? – просипел он.
– Так же четко и ясно, как вижу сейчас вас, достопочтенный господин Барвиль.
Воцарилось молчание. Глазки Барвиля метались между золотым совереном на столе и лицом посетителя.
– Но я вам еще не все сказал, господин Барвиль.
Тот судорожно перевел дух.
– Не все? А что еще?
– Свиток, который надо охранять, и есть тот самый, по которому маркиз де Каверак наколдовал свое золото!
Глаза Барвиля выпучились еще больше. Около минуты понадобилось достопочтенному хозяину склада, чтобы переварить это заявление.
– А… то есть вы, господин граф, через этот свиток можете наколдовать сколько угодно золота? – наконец, проскрежетал он.
– Могу. Любой сможет, кто читает по-арабски. Но я не буду этого делать. Никогда.
– Почему? Разве вам не нужно золото?
– Помните, я говорил вам, что будет, если золото будет валяться под ногами вместо грязи?
– А… Что?
– Оно обесценится. На него ничего нельзя будет купить.
Политэкономия
Достопочтенный господин Барвиль нахмурился. Было видно, что такая идея ему внове.
– Вспомните, что произошло с ценами, когда прошел слух, заметьте, только слух, что маркиз де Каверак нашел бочонок золота?
Господин Барвиль открыл свой жабий рот, потом закрыл его и снова открыл:
– Они подскочили вверх!
Достопочтенный господин Барвиль был возмущен.
– Вот видите! Цены подскочили вверх! И это от слуха, одного только слуха, что найден жалкий бочонок золота, весом в тридцать фунтов. А представьте, что будет, если каждый, кому не лень, будет колдовать?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Слава Богу (лат).
2
Примерно 30 килограмм.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов