Слезы черного дьявола

ГЛАВА 3

МАРК

День свадьбы

Сегодня моя свадьба, я прилетел вчера. Лос-Анджелес встретил меня палящим солнцем и очень жаркой погодой. Свадьба будет в особняке моей невесты, я приду туда после обеда, чтобы познакомиться с ней. Особняк находится на Беверли-Хиллз. Как мне ее описали: тихая, умная, скромная, красивая. А главное – все говорят: любит читать. Все время проводит в библиотеке. Значит, ей у нас понравится.

Есть кое-что: про меня ей говорили плохие вещи, но с семьёй я другой. Я одет в черный узкий костюм с бабочкой. Купил букет белых роз для Сары, ей должно это понравиться.

Раздался звонок. Дан. Голос в трубке хриплый, будто он не спал неделю.

– Ты уверен, что хочешь это сделать?

– Уже поздно спрашивать.

– Она же ничего не знает.

– Так даже лучше.

Я бросил трубку. Провел время за работой и другими делами. Когда посмотрел на часы, уже был час дня – пора выезжать. У меня есть план – главное, чтобы Сара была не против моей идеи.

Я еду к их дому. Особняк их семьи выглядит величественно. Каменная дорожка, обрамленная высокими темно-зелеными туями, ведет к белому зданию с колоннами. Но меня это не восхищает. У дома стоит мужчина в сером деловом костюме – Дамиэль, а справа от него стоит женщина в нежно-желтом платье – его жена Киара.

—Здравствуйте – он пожимает мне руку, его жене я поцеловал руку в знак уважения.

—Пройдемте в дом – дом у них не такой большой как наш, но изысканный. Есть несколько крыльев. В гостиной мебель сделана под старину и это придает особенную атмосферу.

—Могу ли я увидеть Сару? – они переглянулись, мне это не понравилось. Так же к нам подошел мужчина постарше с улыбкой, но эта не та улыбка, которую дарят в знак знакомство и добра.

—Здравствуйте, я – Кармэй – он мне не понравился.

—Рад знакомству. Где я могу увидеть Сару? – почему у них такой взгляд, что-то с Сарой не так.

—Давайте в гостиной – мило сказала Киара.

—Нет. Только мы вдвоем. Где? – я начинаю злиться, и тут у меня звонит телефон. На экране номер одного человека из клана – Извините.

–Да! – очень резко сказал я.

–У нас проблемы! – только этого не хватало, именно сейчас – Поставка не состоялась, судно потонула – черт!

–Как!? Когда я приеду! Должна быть причина этому! И если нет, вы трупы! Все! —я слишком громко сказал это.

–Хорошо – даже по телефону меня боятся.

–Пускай этим займется кто-нибудь другой! Я занят! Но если что-то не так докладывать в сообщение, если экстренно звоните и я прилечу – я скинул звонок и вернулся к нашему разговору.

—Извините еще раз. Где Сара? – почему у них такие взгляды.

—Пошлите. Она в библиотеки – мы направились туда, и я попросил оставить нас.

Вся комната уставлена темными стеллажами с книгами, в центре стоял дубовый журнальный столик и два темных кресла. Рядом с креслом на мягком белом ковре сидела девушка в нежном свадебном платье. Сара выглядела хрупкой, как фарфоровая кукла – бледная кожа, тонкие запястья, длинные каштановые волосы, собранные в небрежный пучок. Кружевное платье подчеркивало ее хрупкую фигуру. Вверх платья сделан корсетам. Я осторожно позвал ее.

—Сара? – она обернулась и быстро встала – Здравствуй, я -Марк. Это тебе – я протянул букет, она вдохнула аромат цветов и прижала к груди.

–Здравствуй, большое спасибо – но у нее что-то было не так, я смотрел в ее карие глаза, а там был страх и что-то еще. Что мне придется отгадать.

—Ты боишься меня? – я решил спросить на прямую, она укусила губу и опустила взгляд. Я видел, что ей не удобно находиться со мной в одном помещении и ей так же некомфортно в этом платье. Но она не показывала вида.

—Да, мне про тебя рассказали – мы прошли к креслам. Когда она села, она закрыла глаза и закусила губу. Как будто хочет скрыть боль или что-то еще, но от меня ей ничего не скрыть.

—Я не причиню тебе вреда, ты моя будущая жена и мое сокровище – в ее глазах что-то поменялось и это было не удивление, а страх и грусть и что-то что я пока не разгадал. На столе я увидел вторую часть «Божественной комедии». Чистилище. Она в черном переплете, не похожа на ту, которую читал я. Но я обратил внимание, что это книга в оригинале, на итальянском. Значит Сара владеет итальянским, как и вся наша семья. У нас больше общего, чем я думал. —Тебе нравиться Данте? Не слишком серьезная книга перед свадьбой? – Я решил немного ее успокоить шуткой, но она только обратила внимание на стол, а потом сразу же закрыла книгу.

– Там интересные параллели и есть схожесть – но она резко замолчала. А одна прядка вырвалась из ее прически, и я подавил желание помочь убрать ее.

—Схожесть с чем? – она встали и убрала книгу на полку, но в ее действиях, меня что-то смущала, и я бы сказал очень сильно. Она делала очень плавные движения, почти не весомые, как будто у нее болит тело. Она присела обратно.

—Не с чем, так перепутала книгу. Тебе сказали, что я люблю читать, могла и перепутать – я кивнул и решил перейти к сути разговора.

– У меня есть план, если ты согласишься. То так все и будет. Я думаю, что тебе будет не комфортно находиться в то время, когда будут показывать простыни – на этом моменте, ее взгляд опустился вниз. Она начала быстрее дышать, а руки дрожали. Я сел пред ней на колени. И положил руки на ее колени. Стало только хуже. Я убрал их. – Сара! Все хорошо, я ничего не делаю и ничего не будет. План в том, что, когда мы обменяемся кольцами, мы сразу улетим и все. Я просто заявлю, что мы улетаем, у меня так же появились некоторые проблемы на работе. Но самое главное твой комфорт – она не подняла глаза и до сих пор дрожала.

—Можешь сесть на кресло – я сделал то, что она просила – я согласна, это мне подходит. Только это будет неправильно и не по традициям – я ухмыльнулся.

—Я не играю по правилам никогда в своей жизни – она опять трясется – у тебя что-нибудь болит? – я что-то не то сказал и у нее еще больше началась паника —Сара, подними голову! Никогда ее не опускай! У тебя очень красивые глаза. Я тебе обещаю ты будешь самой счастливой в мире – она подняла голову, но в ее глазах была паника и страх.

—Все хорошо, просто не много волнуюсь – но это не волнение, это что-то другое, и она мне врет.

—Расскажи мне все. Тебе станет легче, правда. Если хочешь, то мы просто сейчас распишемся и все. Без пышной свадьбы и всего остального – у нее в глазах появилась надежда.

—Правда? – я улыбнулся и кивнул – Хочу, я тебе буду очень благодарна – но у нее все равно что-то не так.

—Я тоже не хочу всей этой пышной свадьбы, можешь идти переодеваться в любую одежду, в которой тебе комфортно, а я пока все устрою – она кивнула и встала, но она опять закусила губу. Она сдерживает боль, я это понял.

Она вышла, и я спустился вниз.

—Мы решили с Сарой что просто распишемся и улетим домой – они посмотрели на меня взглядом недовольства.

—Нет! «Не будет!» —сказала женщина.

—Будет! – я слишком строго это сказал – Так хочет моя жена! Значит так и будет! И вы ответите потом за ее состояние! Вы думаете, что я глуп, чтобы не увидеть, что что-то мучает Сару и ваши взгляды – у них появился страх.

—Нет! – этот голос я узнаю из тысячи

—Мой дорогой Карн – я повернулся к мужчине – Так будет. Я дал одно обещание брату, но могу его не сдержать – он посмотрел в мои глаза.

—Нет! У вас должна быть свадьба – что делать на свадьбе, где нет моих братьев.

—Хотите отмечайте, мы просто распишемся и все. И у меня проблемы. Которые нужно срочно решить – и я увидел, как спускается Сара, она была в джинсах и худи – Готова?

—Да – ей было некомфортно тут, это я понял сразу же.

—Пока – крикнул я и мы вышли с Сарой – сейчас поедем поставим подписи и вот – я надел ей кольцо виде лилии и веток, мое просто черное.

—Спасибо – ее что-то тревожит и это я знаю. Мы доехали до места и поставили подписи и поехали к самолету.

—Сара милая. Расскажи? – она опять дрожит и дышит часто, это похоже на паническую атаку – у тебя паническая атака? Не молчи.

—Я не могу тебе сказать, что со мной, просто не много переживаю – допустим я поверил, но есть один фактор. Она не показывает эмоции, она их играет.

Мы доехали до самолета. Мы сидим друг на против друга. Я рассматриваю ее, она смотрит куда угодно, но не на меня и он опять закусывает губу и закрывает глаза. У нее что-то болит и это понятно по действиям.

—Сара. Я знаю, что у тебя что-то болит и это не голова. И это не волнение. Просто скажи что? – я не понимаю что она скрывает.

САРА

А мой муж оказался очень красивым. Двадцать два года, но в его почти черных глазах – глубина, в которой можно утонуть. Высокие скулы, плавно переходящие в сильный, ровный подбородок. Черты лица резкие. Глаза – темные, как ночь. Взгляд, как будто смотрит сквозь меня. Волосы такие же черные, как и он сам.

Сейчас мы сидим в самолете, мне становится все хуже. Каждый вдох дается с трудом, будто грудь сжали тисками. Я не могу находиться рядом с ним, не могу вынести этот взгляд, полный спокойствия, в то время как внутри меня все разрывается на части.

Сердце бешено колотится, а в горле стоит ком. Я скоро упаду от сильнейшей боли – она пронизывает все тело. Это из-за панической атаки, и из-за другой боли, физической, ноющей, не дающей ни на секунду забыть о себе. Она слишком сильная, невыносимая. Прошлая ночь была ужасна. Я кусала губы до крови, чтобы не закричать, не выдать себя. Теперь я не могу ходить нормально, каждое движение дается через адские боли. Я дышу через боль, поднимаю руки через боль, просто живу сквозь эту всепоглощающую агонию. Марк догадался, что что-то не так – я вижу это в его нахмуренных бровях, в том, как он украдкой бросает на меня тревожные взгляды. Но если он узнает правду, если поймет, насколько я сломана он меня бросит. Он обязательно бросит, я как обуза, как инвалид. Поэтому он об этом не узнает. Никогда. Я скорее умру, чем позволю ему увидеть меня такой – слабой, беспомощной, жалкой. Лучше продолжать улыбаться сквозь боль, делать вид, что все в порядке, даже если внутри все кричит от боли. Он не должен знать. Не должен.

—Все хорошо правда – я сыграла радость, но Марк не поверил – может что-то расскажешь о себе? – нужно перевести тему или уйти и сделать укол.

—Мне нравится все. Я люблю читать. Я знаю, что ты тоже? У нас дома две библиотеки – это мне понравилась, там и буду проживать оставшиеся дни.

—Круто! А какая у нас комната? – это мне не особо интересно, я не спала уже много месяцев, а если и засыпала, то это я падала в обморок от боли и так каждый день. И не ела я почти также.

—Она большая, сразу есть ванная и гардероб – мы разговаривали еще на разные темы, боль только усилилась, ее невозможно терпеть, мы летели и как сказал пилот через минут 20 будем на месте.

— Я отойду – я встала и чуть не упала от боли в ногах и во всем теле – главное дойти и сделать укол и все. Я кое как зашла в ванную. И сразу упала на пол, ноги не выдержали, я быстро достала шприц из сумки и со всей силы вколола и выпила пару таблеток. Нужно вернутся, но я не могу встать, ноги не хотят работать. Боль не утихает, а я сейчас буду впервые плакать за все это время. Такую боль я еще не терпела. У меня еще паническая атака усиливается, мы слишком много времени провели вместе. Он меня убьет, когда увидит такой. Я не могу это выдержать. Я поняла, что мы снижаемся и Марк стучится в дверь.

—Открой, пожалуйста – я бы хотела, но не могу встать. Через адскую боль я встаю, посмотрев в зеркало, открываю дверь. Мне очень больно, мои ноги не выдержат такого напряжения. Паническая атака стала сильнее из-за боли, я стала хуже видеть.

—Извини, у меня все хорошо – мы прошли на свои места.

Пилот объявил о посадки.

—Сара – старого сказал он. Это начало моего конца– я не верю, что у тебя все хорошо, если ты переживаешь о чему-нибудь, то просто скажи – я не знала, что сказать, думаю надо задать вопрос, пока боль меня не поглотила полностью.

—Мы же будем только одни? – мой голос дрожит, я не знала, как задать вопрос и он скорее всего его не понимает.

—Задай вопрос прямо – почему укол не помогает, боль все сильнее и сильнее. Я должна побыть одна, у меня слишком быстро развивается приступ.

—Я стану рабыней в доме? Так сказать игрушкой? – он удивился, мой голос дрожал, если он ответит да – это конец. Я больше не смогу, я не переживу этот день.

—Нет – я выдохнула – Кто тебе такое сказал? Ты моя жена, наш член семьи. А сейчас пойдем, а то нас дома уже заждались – там будут еще мужчины, я не верю его словам. Сегодня ночью меня опять будут насиловать и возможно еще больше побьют, и даже может будет втроем. От этих мыслей мне становится хуже. Лучше умереть сейчас, чем пройти чрез это еще раз.

Завтра прилетит мой главный кошмар. И если он будет продолжать это делать, я вскрою вены и не буду мучаться. Я больше не могу. Я не такая сильная, я лучше умру, чем попаду в ад.

Мы сели в машину и поехали в мой «новый ад». Я попыталась успокоиться, но не как. Укол не действует.

—Я знаю, что тебе плохо, ты можешь все рассказать. Я помогу. И, кстати, твой дядя уже прилетел и ждет нас с моими братьями –НЕТ! Я больше начала дрожать, мне не хватает кислорода. Марк это заметил – Останови машину! – машина остановилась, мне конец, боль растет в геометрической прогрессии, сегодня опять это случится. Нет! Нет! – Дыши! Я рядом все хорошо! – он положил руку на спину и начал гладить – его движения привели к обратному эффекту, появились картинки, как меня бьют плёткой.

– Убери ... Пожалуйста ... Руку – он убрал, я начала заново дышать.

—Ты мне все расскажешь! Я тебе сказал фразу, и ты начала задыхаться – боль не прекратилась, вчера меня не только изнасиловали, но и избили. Сильно, всем чем только можно.

—Я просто боюсь мужчин очень сильно, это и есть правда. После того как мои родители умерли – он повернулся и его взгляд ничего не означал – а еще я боюсь сегодняшний ночи – и я опустила взгляд, пусть думает, что я смущаюсь.

—Все будет хорошо. Не опускай взгляд, у тебя очень красивые глаза. Мы уже скоро приедем, и ты сможешь отдохнуть после переезда. Мне нужно будет на работу, но ненадолго – мне придется остаться с большим количеством мужчин не едине. Это ужасный знак свыше. Зачем меня бог наказывает.

—Хорошо – буду сидеть только в комнате.

Через минут тридцать мы доехали до дома, он был великолепен, большой. Это дворец?

—Идем! – когда мы вышли нас встретило четверо мужчин, все атлетичные, высокие и до ужаса красивые, и мой дядя. Опять паника, опять картинки прошлого. Боль притупилась, я собрала ее и положила в самый дальний угол моего организма.

—Знакомься это мой старший брат и дон – Даниэль Холтер, средний брат – Драк и младшие Сэм, Виктор – они все поздоровались, и я тоже, дядя подошел и протянул руку Марку и поздравил со свадьбой, а меня он обнял:

—Сегодня будет незабываемая ночь и не забудь, чему я тебя учил – он произнес это тихо, а потом отстранился. Он вызвал новый приступ, новые или старые воспоминания.

—Пойдем, покажу дом.

Дом был трехэтажный, на первом располагался спортзал, бассейн, гостиная и кухня. Два других оказались жилыми. У нас есть три комнаты: спальня, библиотека и рабочий кабинет Марка.

Мы прошли в спальню. Посредине стоит большая двухспальная кровать, окруженная двумя тумбочками. В комнате есть окна в пол с красивым видом в сад, перед ними стоит небольшой диванчик. А рядом стоит зеркало, на полу лежит белый шерстяной ковер. Сама комната темная, видно, что живет Марк – правая рука дона мафии. Но комната, просторная и уютная.

—Можешь располагаться, я уеду. Но скоро вернусь. Не скучай, ходи по всему дому или выйди подыши свежим воздухом –я предпочту запереться и остаться в спальне.

МАРК

Я спустился в гостиную, там были только братья. Тишина в комнате казалась гнетущей, словно воздух был наполнен невысказанными вопросами. Я почувствовал, как сжались мои кулаки – мне нужно было выговориться, иначе эта тревога съест меня изнутри.

– Ну как тебе? – Голос Дана прозвучал резче, чем я планировал. Я нахмурился.

– Есть проблема – я произнес это медленно, словно взвешиваю каждое сказанное слово. Они все уставились на меня, и под этим пристальным взглядами мне стало не по себе. – Она скрывает боль и что-то еще – я выдохнул, чувствуя, как горечь подкатывает к горлу. Братья удивились, переглянувшись. В их взглядах читалось недоверие, но я знал – я не мог ошибиться.

– С чего ты взял? Может, она просто волнуется и страх из-за переезда к нам? – Сэм скрестил руки на груди, его голос звучал скептически.

– Это точно нет, – я покачал головой, стиснув зубы. – Нет. Она панически боится мужчин, закусывает губу и закрывает глаза, чтобы унять боль. – В комнате повисла неловкая пауза. Их выражения лиц меняются – от сомнения к тревоге. – А когда я сказал ей, что вы ждете нас дома, она начала задыхаться, – мой голос дрогнул. – И это была паническая атака, которую она хотела скрыть. Всегда, когда я рядом. – Мои слова, казалось, ударили их, как удар тока. Я видел, как Драк напрягся, а младшие беспокойно провели рукой по волосам. – И последний факт – я достал телефон. – Мне прислали пилоты сообщения, что у нас на борту нашли сильные обезболивающие и шприц. – Теперь на их лицах было не только удивление, но и глубочайшее замешательство.

– Нам нужно выяснить, что происходит с ней, – Дан произнес это тихо, но в его голосе звучала сталь. – И если она держит боль, то это ее погубит, и она может умереть от болевого шока. – Мне стало страшно. Холодный ужас сжал сердце – потерять жену в первый же день брака? Это была бы новость дня, над которой бы смеялся весь свет. Но мне было не до смеха.

– Мне нужно в офис, решать проблемы, – я резко повернулся к выходу, но на секунду задержался. – Если можете сделайте так, чтобы она не сидела в комнате весь день. – Я видел, как они переглянулись, кивнув. Но перед тем, как уйти, я добавил, стиснув зубы: – И мне очень не нравится этот Кармэй.

Они снова кивнули, и я ушел, оставив за собой только тишину. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. И где-то там, в глубине души, зрело предчувствие, что все только начинается.

САРА

Он ушел. Я решила отдаться своим чувствам и телу. Ноги повалили меня на пол, впервые за это день, я начала выть от боли, которая сидела и ждала своего часа во мне. Паническая атака прошла. Но боль! Я сделала еще один укол, если сделаю больше, то это приведет к моему концу, но это может даже к лучшему. Я так пролежала несколько часов, в комнату вошел мой «любимый» дядя.

—Нет! Уходи! – я начала кричать как никогда. Это только ухудшило мое положение, но я хочу найти помощь и исцеление в этом проклятом доме—Не подходи! Я - Сара Холтер! Не подходи!

—Не кричи, я пришел поговорить. Но мне кажется из-за криков, нужно тебя наказать – удар прошелся по спине и ногам, но он не тронул меня—Это сделает твой муж, не я.

Я доползла до ванны. Смотря в зеркало, я вижу только одно существо, не человека и даже не живой организм. Я замазываю увечья, которые Кармэй нанес за все годы моих наказаний. Когда-то я верила, что они пройдут когда-нибудь, но этого не произошло. На груди остался самый первый синяк. Он фиолетово-желтый, по нем били каждый раз. Из-за этого мои первые синяки не зажили до сих пор, они как напоминание о прошлом, о том, кто я есть на самом деле. Тут в дверь кто-то постучался.

—Сара. У тебя все в порядке? – вроде, это младший брат Марка – Дарк.

—Все хорошо – ложь. Вся моя жизнь – это сплошная ложь и маска.

—Выходи в зал – я не могу выйти к ним, я не готова к такому шагу. Я знаю последствия такому поступку – паническая атака.

Я выпила еще таблеток и неспеша спустилась вниз. Было свободное место напротив всех – я заняла его.

—Сара, у тебя все хорошо? Ты выглядишь плохо – у самого старшего такой пронзительный взгляд. По кожи бегут мурашки от его глаз, как будто он уже все знает и ждет, когда его жертва сама заговорит.

—Все хорошо, я не много устала после перелета – ложь, одна сплошная ложь. Они этого не заслуживают, но по-другому я не могу жить.

—Расскажи о себе

—Я очень люблю читать. Чтение – моя страсть – я рассказывала много и делала это искреннее, но фальшиво – Вот так. А можно узнать о вас? Может у вас есть какие-нибудь семейные традиции?

—У нас нет ничего такого. По вечерам мы собираемся в гостиной. Делаем что-то наподобие семейного вечера. Может ты хочешь чего-нибудь поесть? – сейчас мне не до еды, живот болит, он не справиться с пищей.