Приключения Паштетика, мопса-паладина

- Один из ратманов, приблизившись, принялся что-то шептать на ухо бургомистру.

- Я пошутил, когда сказал про двоих, - заявил городской глава, дослушав шёпот своего подчиненного.

Ратманы принялись хихикать и посмеиваться, всем видом давая понять, что оценили шутку. Клерки, очевидно, не столь искушенные в делах подобного рода, хранили тишину.

Бургомистр неодобрительно посмотрел на них и указал на того, кто, как ему показалось, был серьёзнее прочих.

- Вот ты, молодой человек, сбегаешь на Малокорнийские топи и принесёшь нам доказательства того, что старая Копунция мертва, - мстительно произнес он.

- За что, господин Баух? - испугался клерк, - Это очень страшное место и я наверняка попаду там в какую-нибудь передрягу!

- Небольшая прогулка пойдёт тебе только на пользу. Ты слишком долго сидел сегодня за отчетами наших купцов и пивоваров. Это дурно сказалось на твоём чувстве юмора. Понимаешь, о чём я?

Бургомистр промолчал, наслаждаясь страхом юноши. Затем, слегка смягчившись, он миролюбиво добавил:

- Ты хороший служащий, Каун.

- Я Груффель, господин… - возразил было клерк, но вовремя сообразил, что лучше этого не делать и торопливо продолжил: но чаще я всё-таки Каун, как Вы верно подметили.

- Ты очень хороший служащий, Каун, - ничуть не смущаясь, повторил бургомистр, - и мне вовсе не хотелось бы, чтобы ты сгинул в Малокорнийских топях, выполняя это поручение. Будет крайне сложно найти тебе замену. В Оукбранче не так много смышлёных парней, способных писать и считать почти без ошибок, и все они уже работают в нашей управе. Возьми с собой тех двоих оболтусов, что охраняют вход в ратушу. Всё равно от них мало толку.

- Господин Баух, - прервал его паладин, я пришёл сюда не за наградой. Деньги подождут.

-Деньги подождут? - искренне удивился бургомистр, - нечасто мне приходится слышать подобные речи. Но что может быть важнее и неотложнее денег?

-Жизнь.

- Не спорю, замечание, в принципе, верное, но я что-то не могу уловить связи. Вы сейчас говорите об абстрактной жизни или имеете в виду нечто более конкретное?

- Мой друг и соратник, мой пёс-оруженосец Паштетик. Я знаю, что единственный лекарь Оукбранча вынужден целый день находиться здесь, чтобы успеть оказать помощь, если кто-нибудь важный для города внезапно почувствует недомогание прямо в ратуше.

- Кто-нибудь? - с самым невинным видом переспросил бургомистр.

- Я бы даже сказал, не “кто-нибудь”, а “кое-кто”,- с уклончивой прямотой ответил рыцарь.

- Не будем вдаваться в подобные мелочи,- махнул рукой Баух, - Это не имеет ни малейшего значения. Ты прав, лекарь и впрямь находится здесь. Вернее, находился, если быть точным. Увы, сегодня днём он не то съел что-то неудобоваримое, не то переборщил со своей любимой имбирной настойкой, не то его хватил апоплексический удар. Трудно сказать, ведь он был единственным, кто сумел бы поставить себе верный диагноз. А если бы не сумел, сочинил бы какое-нибудь звучное словечко, которого никто не понимает, и объявил бы его новой болезнью, о которой мы, профаны в медицине, и не слыхивали. Он не раз проделывал подобные фокусы, чем снискал себе славу человека сведущего в лечебном искусстве. Одним словом, доктор Энимус скончался у себя в кабинете прямо за столом. Мы уже послали курьера в аббатство Бирмит, чьи монахи, по слухам, весьма искусно ставят пиявок и ловко пускают больную кровь. Уверен, через пару дней они пришлют нам в ратушу одного из братьев-целителей. До этого времени мы ничем не сможем помочь твоему… товарищу. Сожалею.

- Сэр рыцарь, - обратился к Доберику один из клерков, выглядывая из-за спины бургомистра, точно тощий цыплёнок-подросток из-за откормленного поросёнка, - Здесь неподалёку есть ещё один доктор. Только он немного странный и может запросто отказаться вас принять. Его зовут Барри и он живёт в Паршивом лесу. Это в часе быстрой ходьбы отсюда. Если хотите, я могу показать дорогу.

- Да, Груффель, - поспешно закивал бургомистр, - проводи наших героев. И возьмите, наконец, вашу награду. У меня уже рука затекла от тяжести этих монет!

Сэр Доберик машинально принял кошель из затекшей руки славного бургомистра, столь же машинально закинул его в уже знакомый нам замшевый сак и пылко ухватил за плечо подошедшего к нему клерка.

- Веди нас, юноша! - произнёс он и с нежностью посмотрел на морщинистую мордочку Паштетика.

Молодой человек, рыцарь и пёс покинули здание ратуши и сэр Доберик, тяжело дыша, устремился за своим резвым провожатым.