Скипетр и рубины. Первая часть

Глава третья, где начинают что-то делать

Никс застыл, словно статуя. И я, наверное, не слишком от него отличался.

Король умер. Король в самом деле умер. Теодора Пятого, правителя, которого обожала одна половина знати и ненавидела вторая, больше нет. Теперь его нет. Король умер.

Нет, не так. Короля убили. Убили двое из королевской гвардии. Убили заговорщики. И сейчас он лежит и истекает кровью в своих апартаментах.

Интересно, кто из гвардейцев Асли сегодня на посту: капитан или его сын. Или оба? Надеюсь, они не причем…

Темные боги. Этой ночью Теодор Пятый в самом деле умер. Значит ли это, что у них получилось? Что, она смогла. Она справилась. Невиданный подарок судьбы и страшнейшее ее проклятие.

Я покосился на сидевшего на диване Никса. Чтобы скрыть еле заметную дрожь в руках, он сцепил их в замок.

— Что теперь? — его голос охрип, а лицо побледнело. На плечи словно легла мантия — еще не бремя, но осознания свалившейся ответственности.

Теперь? Я растерялся. В голове замелькали строчки из книг. По закону Исмоальского королевства, Никс еще не являлся королем, но уже и просто принцем не был.

— Нужно собрать совет и объявить траур, — я повернулся к другу. — Признать тебя королем, провести расследование, найти убийцу…

— Короля убили? — за спиной раздался еле слышный выдох.

Я поежился под мгновенно заледеневшим взглядом Никса. Он бросился к Мариз, ловко поймал ее и подвел к дивану. Я огляделся в поисках кувшина, а найдя, наполнил стакан. Подошел ближе и протянул воду девушке, но стакан из моих рук забрал принц. Я с трудом сдержал усмешку.

— Теодора Пятого убили, — произнес я негромко, когда спустя пару минут магиня слегка отошла от шока, а пустой стакан перекочевал обратно к кувшину. Мои слова звучали набатом в тишине приемной комнаты. — Никос видел гвардейцев. Возможно, они настоящие, а возможно, форму украли.

Девушка кивнула, а затем вспомнила, что она хранительница сокровищницы и состоит в штате придворных магов.

— Надо вызвать охрану и отвести его высочество в безопасное место.

Мариз бросила взгляд на бронзовую полусферу — артефакт связи. Для людей без капли дара та была просто бесполезной побрякушкой, пресс-папье. Магам же позволяла посылать и принимать короткие сообщения на расстоянии. Такие сферы стояли в комнатах королевской гвардии, где дежурили придворные маги.

— Стражи не нужно, — я покачал головой и сел рядом с Никсом на диван. — Вызовите господина Вельхера.

— Эван, — начал принц, которого мы исключили из беседы.

— Гвардейцам мы сейчас доверять не можем, — перебил я и посмотрел на Никса, — ты сам сказал. Но маги, принимая должность, приносят клятву королевской семье. Магическую клятву, — выделил голосом последние слова.

Он кивнул, признавая разумность сказанного.

— Ты говорил о тайном совете, — вспомнил Никс. Когда было нужно, он умел быстро включаться, заталкивая все эмоции в глубину. — А если среди них заговорщики?

— Если не соберешь совет, не узнаешь, — заметил я.

В тайный совет, помимо Вельхера, принца и покойного короля входили королевский секретарь, граф-следователь Могили, канцлер и генерал Эгиор. Семеро человек. Уверен, к ним всем пытались подобраться заговорщики. Прощупать, подкупить, сыграть на жажде власти или наживы. Получилось ли? Я сомневался.

Оставив Никса один на один с мыслями, обратился к Мариз.

— Наследнику нужен перстень с малой печатью. И нужно начать готовить королевские регалии к церемонии.

Мы с Мариз не были друзьями, но общались достаточно тепло и на равных. Я был выше ее по титулу, пусть полностью в право наследования маркизата вступлю только в тридцать лет. Она была выше меня по придворной должности. Церемониймейстер все же чуть ближе к слуге, чем придворный маг. Пусть даже это личный церемониймейстер наследника престола.

Девушка с трудом встала, бросила взгляд на Никса, а затем на меня.

— Прошу вас подождать здесь. — Она вновь скрылась за тканью у прохода.

Я взял пустой стакан и налил воды, но уже принцу. А он словно ждал, когда я вновь приближусь.

— Обязательно надо было ее в это втягивать? — резко спросил Никс, вскидывая голову. Он схватил за меня за руку и расплескал воду.

Пальцы сжали до боли. Нехорошо. Гнев будет мешать мыслить здраво, что требуется сейчас. Или же… Или же предаст сил, что сейчас необходимо.

— Обязательно, — произнес твердо и без капли раскаяния. — Тебе нужны союзники. А королевству нужен ты.

А Мариз и так окажется втянута. Если не сейчас, то через несколько часов. Но она девушка сильная, она справится.

Хватка ослабла.

— Выпей, — я отвел взгляд, — и вспомни кто ты, Никос Альяди. Сейчас нам нужен сильный предводитель.

— Я ребенок, у которого умер отец, — принц взял стакан, выпил залпом, а затем усмехнулся. — Жестоко напоминать о долге.

— А я придворный, у которого умер король, — развернулся, чтобы скрыть усмешку, отошел и потер запястье. — У меня есть на это право. Этой ночью для всех ты не скорбящий сын, ты преемник. Ты новый правитель, Никс.

Мариз мы дождались в тишине. Она ступала осторожно, неся в руках резную зачарованную шкатулку. Поставив ее на столик, открыла вначале магией, а затем и ключом.

— Ваше высочество, — начала девушка, доставая золотой перстень с гербом.

Я внимательно рассматривал украшение, которое до этого видел лишь в рисунках на полях страниц. Малая королевская печать. Право принимать решение за страну и за людей. Приказывать, поднимать армию, подписывать указы, казнить и миловать.

Никс поднялся и подошел к магине. Я отступил в сторону, признавая право девушки на этот небольшой ритуал.

— Властью, данной мне, я объявляю Никоса Альяди правящим наследником Исмоальского королевства, — ее голос и пальцы чуть дрожали от волнения.

Сюзерен принял перстень и надел на мизинец правой руки.

— Что по регламенту следует делать теперь? — спросил все еще не король.

Я тут же отозвался.

— Нужно завязать повязку скорби на руке. Таковы правила траура и знак уважения.

По взгляду Никса я понял: если бы не Мариз, он выругался бы хуже портового грузчика. Черные лоскуты ткани находились в наших гардеробных, до которых еще следовало добраться.

— Ваше высочество, в мои обязанности также входит… — отвлекла девушка.

— Это создаст переполох. Мы можем потерять убийц, — прервал ее Никс, мгновенно понявший, о чем идет речь.

— В течение какого времени вы должны объявить о смерти короля? — спросил я, тоже поняв, о чем они.

Мариз посмотрела на часы. Секундная стрелка медленно бежала по кругу. Я знал ответ. Не имел права не знать.

— У вас есть шесть часов, ваше высочество, — промолвила магиня. — В семь утра я буду обязана включить передатчик и объявить о смерти короля.

— Мы управимся за шесть часов, — решительно сказал Никс. — Ты сможешь отправить сигнал не только главному придворному магу, но и другим членам тайного совета? Мне нужны…

Он взялся за перо и бумагу. Имена и звания дались ему с трудом, он записал всего пять. Тайный совет, как я и думал. И его люди.

Никс передал лист с именами хранительнице и что-то шепнул на ухо. Я заметил, как чуть покраснели ее щеки. Она поклонилась и отправилась к столу с артефактом связи.

— Пойдем, — принц оглянулся на меня. — Надо подготовиться к встрече.

Мне хотелось сказать ему многое. Что я здесь, что я помогу. Что мы вместе пройдем через этот церемониальный ад. Что я никуда не денусь. Слишком много слов.

— Мои соболезнования, Никс, — внезапно произнес я.

Он замер на несколько секунд словно приоткрыл маску. Какие бы отношения ни были бы у Никса с отцом, Теодор Пятый все же был его родителем. Одним из немногих родственников.

— Пойдем, — принц отмер, и мы покинули сокровищницу.

— Куда теперь? — в коридоре была по-обычному пустынно.

Никс оглянулся на меня.

— В твой кабинет. Я решил там устроить штаб.

У меня перехватило дыхание. Темные боги. Этого только не хватало. Я морально не был готов открывать двери своего логова самым важным людям королевства.

— Нет, Никс.

Мой кабинет не подходил для штаба. У меня не было приемной. У меня не было секретаря. Там стоял письменный стол, стул, два кресла и столик. Множество шкафов и секретер, содержимое которого могло вызвать ненужные вопросы. Обычное рабочее место для аристократа моего уровня и звания, но не для сбора тайного совета.

— Предлагаешь сделать вылазку в мой кабинет?

Я не нашелся с ответом. У Никса тот находился рядом с апартаментами короля. Идея сновать под носом у заговорщиков была бы занимательной, если бы не полное отсутствие охраны у принца. Придется смириться.

— Вот именно, — Никс почувствовал изменение моего настроя. — И не спорь со своим правителем, Эван.

— Как прикажете, ваше величество, — тут же умиротворенно парировал я.

Принц пробурчал себе под нос что-то не слишком лестное в мой адрес. Я не вслушивался. Никс позволял мне многое, но свое место я знал. Еще на заре нашей дружбы, он выдал мне право высказываться, не боясь последствий. Все что думаю о его приказах, поведении и привычках или о других придворных. Говорить все, что думаю я не начал. Меня воспитывал дипломат и посол, а этого не перечеркнет один лишь приказ принца. Даже если приказ письменный, с печатью и подписью. Так что чересчур честным я не стал. Но пользовался правом перечить сюзерену, когда это считал нужным. Например, как когда мы выбирали цвет его камзола на бал. Или между сокровищницей и апартаментами короля.

Назад мы добирались той же дорогой. Только теперь, вместо младшего помощника казначея испугавшего Никса, нас перепугал Хэйдас. Секретарь принца, повышенный до секретаря правящего наследника и члена тайного совета за несколько минут.

Он встретил нас у самой двери кабинета. Никс замер, коснувшись рукой шпаги. Я просто подошел ближе. Если бы Хэйдас был заговорщиком, я бы об этом знал точно.

— Ваше высочество, — усталый секретарь тут же склонился в поклоне. — Ваше благородие, мне требуется уточнение по поводу приглашений на бал для четы…

Мы с Никсом переглянулись. Я поспешил достать ключ и открыть дверь.

— Проходите.

Сам зашел последним.

— Бала не будет, — сказал принц, едва дверь закрылась. Никс буравил своего помощника взглядом, внимательно следя за реакцией. — Моего отца убили заговорщики.

Хэйдас замер. Я тоже следил за каждым его движением.

— Встречу с послами переносить? — таковы были первые слова секретаря.

Никс выдохнул.

— Подумаю утром. Секретарь короля скорее всего мертв, поэтому ты теперь занимаешь его место…

Я оглянулся на Никса. Про секретаря он не упоминал. Не счел важной деталью? Я отвернулся. Пока принц и Хэйдас обсуждали новые обязанности последнего, я убрал документы со стола, оставляя лишь писчие принадлежности и бумагу. Проверил надежно ли заперты шкафы, чуть подвинул кресла, а также стул и стол, прислонился к стене и стал ждать гостей.

Одним из первых прибыл глава тайной службы граф-следователь Могили с магом. Вместе с ними шагал вице-канцлер. Все трое казались мрачнее тучи. Коротко высказали соболезнования и выбрали себе места. Следующим в дверь кабинета зашел Вельхер, захвативший где-то по дороге генерала Эгиор и еще одного военного. Хорошо мне знакомого военного.

Капитан Асли. Он же Крей Асли, королевский гвардеец и начальник охраны одной из пяти частей дворца. Человек по другую сторону закона, обязанный мне не меньше Деззи. А может даже больше.

Он был серьезнее обычного, на лбу пролегла глубокая складка. Он задержал на мне взгляд, а затем отвел. Я чуть прикрыл глаза, словно отвечая: «Поговорим позже».

— Мы ждем канцлера, — Никс окинул всех взглядом.

Могили замер.

— Канцлер не придет, — граф-следователь посуровел еще больше обычного. — Три часа назад мне сообщили о его убийстве.

Никс нахмурился.

— Ваше высочество, — внезапно подал голос генерал Эгиор, — разрешите доложить.

— Докладывай.

Генерал повернулся к капитану. Асли сделал шаг вперед.

— При обходе в двенадцать тридцать в комнате отдыха стражи Центральной части мною было обнаружено четверо мёртвых гвардейцев в исподнем.

— Форма?

— Предположительно похищена, — отозвался генерал.

Значит в апартаментах короля были переодетые заговорщики. Мне захотелось с облегчением выдохнуть.

Рассказав про форму, капитан вышел из кабинета.

В комнате повисло молчание. За столом устроился Хэйдас со стопкой чистой бумаги, в кресле сидел Вельхер, а в другом — граф-следователь. Рядом застыл его подручный маг. Генерал неловко мялся рядом со шкафами, мы с вице-канцлером прислонись к стене. Никс замер у стола.

Все понимали: жизнь уже изменилась и никогда не будет прежней. Пусть Мариз и передала по магическому каналу связи приказ правящего наследника, что уже говорило очень многое, но сказала ли она подробности. Я отчетливо понял, что я здесь лишний. Они не начнут, пока я здесь. Помощник графа-следователя почти такой же член тайного совета, вице-канцлер заменяет почившего начальника, а у меня роли нет никакой.

— Ваше высочество, разрешите удалиться, — я выпрямился, а поймав недоуменный взгляд Никса, напомнил. — Я не вхожу в тайный совет.

— Чем вы займетесь, ваше благородие? — подал голос Могили.

— Попробую уговорить капитана проводить меня за повязками скорби, — чуть поклонился главе внутренней службы безопасности и улыбнулся.

Вице-канцлер усмехнулся, приняв это за шутку. Никс приподнял брови, молчаливо спрашивая, правда ли я собираюсь на прогулки мимо логова противника. Я пожал плечами.

— Будь осторожен, — напутствовал правящий наследник, взглядом обещая лично меня убить, за то, что лезу в пекло. Только все в помещении и за его пределами знали, что ради соблюдения регламента я готов рискнуть жизнью. И собирался это сделать.

Я послушно склонил голову, развернулся и вышел. Дверь моего кабинета закрылась, оставив меня снаружи. Мертвая тишина оповестила о накинутом на комнату пологе тишины. Тайный совет не привык собираться там, где его могли услышать. В коридоре нас стало двое. Я и гвардеец.

— Мой сын мертв, — капитан Асли словно ураган подхватил меня и прижал спиной к стене. Дыхание неприятно перехватило.

Крей-младший был среди тех четверых.

— Мои соболезнования, — еле слышно выдохнул я. — Это он впустил заговорщиков?

Мое любимое преимущество полога тишины. Пока ты не слышишь их, они не слышат тебя.

Я простоял еще несколько минут прижатым к стене, пока Асли не разжал руки.

— Нет, — и капитан сдавленно выругался. — Погиб как герой.

Я промолчал. Гвардеец тоже молчал, сверля меня взглядом. Я знал, чего он хочет, но произнести это вслух, казалось, выше моих сил.

— Его убил маг, — наконец промолвил Асли.

Я прикрыл глаза и облокотился на стену.

Магия. Кто-то лечил людей, кто-то работал с артефактами и предметами. Мариз была из последних. Вельхер, что сидел сейчас за стенкой, тоже. Тех, кто работал с людьми, было немного. Но для убийства специальность не играла роли.

— Желаете лично прикончить его убийцу?

Я встал прямо. Учитывая наши общие секреты, скрывать, что я не знаю мага, казалось неправильным. И капитан Асли выглядел готовым пытать, если понадобится.

— Кто? — он двинулся на меня.

— Как его убили? — поинтересовался я. Отличить одного мага от другого являлось нелегкой задачей. Иногда почти невозможной. Но шанс…

— Словно выпили душу. Глаза…

— Хесон, — прервал воина. — Его зовут Хесон. Бывший целитель.

Только его магия могла оставить глаза человека абсолютно белыми. Маг, что следовал за ней и выполнял любые ее приказы. Человек, чьими услугами оплачивался заговор, будь то убийство или исцеление. Тот, кто разбирался в людях. Но не в артефактах и магических предметах.

— Но как я его узнаю?

— Не все сразу, — я чуть усмехнулся. Не весело, просто собираясь заключить сделку.

Капитан поиграл желваками, но потом с серьезным лицом кивнул и посмотрел в темноту коридора. Стало понятно — он согласен с условиями. Если пять минут назад он был готов меня пытать, то сейчас вновь готов следовать куда угодно. В кабинете решали судьбу королевства. А я наконец мог заняться своими делами. Например, сходить за повязками скорби. Или наведаться в камеру к моему утреннему не знакомому знакомцу и принцессе. В том, что Анну-Марию признают, я не сомневался. Правящему наследнику и будущему королю не было причин ей отказывать.

— Скажите, у вас есть запасной комплект формы?

— Для вас? — капитан Асли насупился.

Я задумался. Дион ниже Никса, но телосложением похож на стоящего рядом гвардейца.

— Нет. Нужно кое-что вычеркнуть из списка, — я задумчиво смотрел на дверь. — И для начала добраться до моей комнаты.

Утром на дорогу от спальни до камеры Анны-Марии понадобилось примерно полчаса. Обычно я не сильно следил за перемещениями, но в этот раз старался запомнить каждую деталь. Спасать Диона Деззи от смерти становилось личной традицией. Только вряд ли я смогу найти нужный ход, находясь на другом конце дворца.

— Вы знаете планы заговорщиков? — спросил он, шагая рядом.

— Они очевидны. Убить короля, убить принца, представить нового правителя, — невозмутимо отозвался я и взял светильник. Дорогу помнил только примерно.

Придется пересечь Центральную часть. Некоторые тайные ходы, а также схема коридоров неприятелю была известна. Нам с Асли предстоял опасный путь.

— А что планируете делать вы? — он продолжил беседу-допрос.

Мы свернули в один из тайных ходов. Я шел за повязками и за своим человеком за решеткой. Капитан Асли тем временем выполнял обязанности начальника охраны: собирал верных короне гвардейцев, назначал новые места караула и знаки отличия. Дворец начинал медленно шевелиться.

— Тоже, что и раньше, — ответил я спокойно. — Моя позиция не изменилась.

А мою позицию он знал хорошо. С капитаном Асли первый раз я столкнулся, когда его дочь попыталась покончить с собой после ночи с королем. Второй раз, когда перехватил их на улице и не позволил ему и его сыну присоединиться к одной из операций заговорщиков. Провальной операции, нужно сказать.

Я знал о заговоре. В чем-то я даже оказывал заговорщикам поддержку, там, где наши цели совпадали. И безжалостно вставлял палки в колеса, там, где наши взгляды расходились. Этой позиции я и собирался придерживаться дальше.

— И все же вы уверены, что мы с ними столкнемся.

Я кивнул. Капитан мог мне верить. Я приложу все силы, чтобы встреча состоялась.

— Она непременно захочет встретиться с принцем, — слова вырвались помимо воли, и на лице расцвела улыбка.

— Она? — переспросил капитан и резко остановился.

Я по инерции сделал несколько шагов, и только тогда понял, что проговорился. Темные боги! Он не должен был знать, что я настолько близко.

— Да, — обернулся и произнес тихо и твердо. — Она.

Мы стояли в молчании, сверля друг друга взглядами. Я нужен был ему, а он нуждался во мне.

— Принц вам доверяет, — наконец промолвил капитан.

— Поэтому он еще жив, — так же тихо ответил я.

Гвардеец усмехнулся. Я нехотя улыбнулся тоже. Отвернувшись, продолжил путь.

Я доверял капитану Асли. А в свете последних событий особенно. Месть священна. Из-за Теодора Пятого едва не погибла его дочь. А убийство сына отвернуло от заговорщиков, к которым он однажды чуть не примкнул. Никос для отца семейства сейчас был единственным предводителем достойным поддержки и преданности. И я этим бессовестно пользовался.

Сначала мы заглянули в мою комнату. Я старался побороть искушение и не смотреть на кровать. Сон сейчас был слишком большой роскошью. Предстояло найти в гардеробной скорбные повязки. Лоскут атласной ткани, шириной с ладонь, что завязывали на правом предплечье. У меня их накопилось с десяток.

Дальше мы двинулись к спальне принца. Капитан свернул на развилку раньше — выполнять мое задание, а также проверить охрану и отдать пару приказов.

— Ваше благородие, его высочество не лег спать. — Как только открылась потайная дверь, Байон вскочил с кровати. — Я было думал его начать искать.

— Не стоит, — осадил камердинера.

— Его высочество с вами? Где он?

— Его высочество сегодня не придет ночевать. — Я привычно последовал в гардеробную Никса, прошелся вдоль полок и манекенов. — Будьте добры подготовьте на завтра золотой набор. И закрепите на правой руке повязку скорби.

Все звуки стихли, а потом он залепетал:

— Его высочество… его величество… Светлые боги…

— Золотой набор на завтра, — осадил, стараясь не повысить голос. — И закройте комнаты на ключ. Его высочество в порядке.

Камердинер судорожно кивнул и бросился к себе в коморку. Я вернулся в спальню. Теперь не скоро вновь окажусь здесь. Никос переедет отсюда в королевские апартаменты.

— Ключи и запасная форма, как вы и просили, — через главные двери просочился капитан Асли, на его плечах виднелись лямки рюкзака.