– Как вы видели, дом небольшой. Вот центральная лестница: ведущая на верхний этаж, с мраморными ступенями и деревянными поручнями ручной резьбы. Коридоры соединяют комнаты обоих этажей и заканчиваются полукруглым вестибюлем, в которых есть непарадные лестницы, узкие и деревянные. Первый этаж включает просторный холл, гостиную с камином, кабинет, библиотеку, большую столовую и кухню, подсобные помещения.
На втором этаже – спальни и рабочие кабинеты, душевые. В комнатах, как вы видели, есть туалеты и раковины, но душ можно принять в душевой, их три на втором этаже. Ваши спальни в левом крыле, спальни персонала – в правом, через центральную лестницу. Лоджию на зиму закрываем и вообще в холод ею не пользуемся.
Чердак – это обширное помещение с многочисленными антресолями, там хранятся ненужные пока вещи и мебель. В подвале гараж, вместительный погреб, кладовки, комната с аппаратурой отопления и водопровода, система автономного электроснабжения – генератор, некоторые рабочие кабинеты, в том числе лаборатория и процедурная для спа. Завтра вы там побываете.
Тут не все сохранилось с прежних времен. Нынешний владелец отремонтировал здание и обставил в ретро-стиле. Вы видите классические шкафы, письменные столы, диваны и кресла ручной работы, покрытые дорогой тканью и декорированные золочеными украшениями. А также картины, гравюры, бронзовые статуэтки, декоративные подушки, зеркала и светильники. Хозяин захотел, чтобы атмосфера особняка располагала к философским разговорам и творческим порывам, дарила ощущение покоя и гармонии. Здесь будут проходить семинары, встречи… Вы, между прочим, первые гости тут после реставрации особняка.
Консьерж сделал паузу, оглядев группу, словно ждал, чтобы все прониклись моментом.
– Остальные помещения вы увидите по мере надобности, а сейчас я хочу вам показать библиотеку, полную редких изданий, книжных сокровищ прошлого века. Нам сюда. – Жорж распахнул перед ними тяжелую дверь, и они словно попали в другую эпоху.
Массивный диван из темной кожи стоял рядом с тяжелым дубовым столом, в тон им были и кресла, а по бокам – открытые и закрытые книжные шкафы. На полу – узорчатый ковер. У большого окна, занавешенного плотной шторой, стоял узкий деревянный сундук на когтистых лапах и неудобные стулья с высокой прямой спинкой.
– Е-мое, – тихо восхитился Макс, – ну прям как у Диккенса, – и принялся увлеченно рассматривать стеллажи с древней литературой.
– Что-то особенное привлекает тебя в старых книгах? – спросила Инга, стоя рядом с ним.
– Есть особая магия у старой бумаги, запаха старины, – ответил он мечтательно. – Мне нравится думать, что книга переживает своего создателя и сохраняет частицу его души.
Тем временем Жорж уже начал рассказывать историю владельцев особняка, его прошлое, отмечая самые мрачные страницы истории – гибель семьи во времена Гражданской войны, ужас пожара, разрушившего судьбы множества юных обитателей бывшей детской коммуны, которая располагалась здесь после революции.
Рассказ подействовал гнетуще, наполняя сердца легким холодкомбеспокойства.
Глава шестая
Но все страхи развеялись, когда после экскурсии участники семинара приняли душ и наконец освоились в непривычной обстановке: разошлись по комнатам, разложили свои вещи в шкафу, сообщили близким, что добрались благополучно, но пусть не тревожатся, если что, потому что в этой глуши со связью могут быть проблемы.
В разговоре с матерью Соня вдруг вспомнила о своем соседе, вместо которого отправилась на семинар. Она чувствовала себя так, будто обманом заняла чужое место, а это чувство ей не нравилось. Поэтому девушка спросила у мамы, не знает ли она бабушкиного соседа Иванова Геннадия Петровича. Та ничего не слышала об этом человеке, ей казалось, что рядом с бабушкой тоже жили пожилые соседи. Впрочем, вполне возможно, что и они умерли или переехали, и там сейчас обитают другие люди. Наверно, так и есть, решила Соня, но почему-то ей очень хотелось объяснить Геннадию Петровичу, почему так вышло. А ведь можно по адресу узнать его телефон и позвонить.
Девушка взглянула на время: еще не так поздно. И позвонила однокурснику, у которого – она точно знала – можно узнать телефон любого человека, если есть адрес и фио. Тот, уяснив задачу, перезвонил через несколько минут.
– Дорогуша, ты что-то путаешь. Такого человека не значится в моей базе по этому адресу, а она у меня самая новая. Я глянул – не было его там и раньше.
Поблагодарив приятеля, Соня задумалась. Видимо, Лариса Анатольевна что-то напутала или ей дали неправильный адрес. Девушка облегченно вздохнула: ее вины в этом случае ни перед кем вообще нет. Она выглянула в окно: деревья качались из стороны в сторону и темные тени метались, подчиняясь причудам ветра и фонарей. Зябко передернув плечами, словно отгоняя осеннюю непогоду, Соня с удовольствием развернулась к уютной кровати.
Всем казалось, что стоит только прилечь, как они сразу уснут – день выдался утомительный. Однако наоборот – многим не спалось.
Старинный особняк постепенно погружался в темноту. Лишь слабый свет луны, проникая сквозь узорчатые стекла, озарял внутреннее убранство тяжелыми серебристыми бликами. Густая тишина стояла в комнатах, нарушаемая лишь редкими шорохами и скрипом паркетных досок.
На фоне ночной тишины вдруг раздался еле уловимый звук шагов.
Инга еще не спала, находясь под впечатлением длинного, такого необычного дня. Осторожными движениями она нанесла крем на чистое лицо и с тихим удовлетворенным вздохом удобно устроилась в постели, погасив лампу. Шаги ее встревожили.
Девушка приподняла голову, присмотрелась и заметила, как тусклый луч лунного света скользнул по поверхности пола, осветив вдруг бесшумно взлетевшую маленькую птицу. Вот она ненадолго зависла в воздухе, а потом уселась на подоконник. Инга не могла понять, откуда она взялась. Ведь когда выключала свет, не было в комнате ничего похожего. Даже при лунном свете видно, что это птичка колибри. Она периодически крутила головой, словно осматриваясь, а потом замирала. И тогда Инге казалось, что пернатая уставилась прямо на нее. Это черт знает что такое. Девушка уже потянулась к настольной лампе, но тут вновь раздались шаги в коридоре, и она отдернула руку, замерев и прислушиваясь. Потом повернулась к окну. Миг – и птица исчезла, растаяв в пространстве. Потрясенная увиденным, Инга заморгала: неужели ей это показалось из-за игры теней? Ей не хотелось вставать и задергивать шторы. Но кто же там ходит ночью?
Шаги услышал и Макс. Он заснул ненадолго, но очнулся от липкого кошмара и в свете луны увидел странную картину: предметы в комнате расплывались и меняли очертания, словно отражались в подвижной воде. Стол удлинился, а потом опять стал круглым, настольная лампа выросла до потолка, а потом раздалась вширь, кровать медленно покачивалась, хотя журналист помнил, что она устойчива. Он отхлебнул воды из бутылки, тряхнул головой и нащупал кнопку настольной лампы. Свет вспыхнул. Макс оглядел комнату – все на месте и ничего не колышется и не качается. Глюки? От стакана вина? Не может быть.
Шаги раздавались в коридоре. Журналист не стал одеваться, а в чем был – в майке и трусах – выглянул из своей комнаты. Одновременно открылась дверь неподалеку, он увидел Татьяну Петровну, которая еще даже не переоделась ко сну.
– Вы тоже услышали, что кто-то ходит? – спросила она. Макс кивнул.
Тут из своей комнаты вышла Юля в наброшенном впопыхах халате. Услышав голоса, приоткрыли свои двери полуодетые Соня и Инга.
– Что случилось? Это вы ходите? – Инга зевнула, прикрыв рот рукой.
В коридор из своей комнаты выглянул и сонный Андрей.
– Что вы всполошились? Ну ходит кто-то. Он же не у вас дома ходит. Тут народу полно. У кого-то, наверно, ночная смена. Или не спится.
– Да пусть бы ходил, конечно, – спокойно заметил Макс, которого стал раздражать самоуверенный малолетка. – Только где этот ходок? Я сразу вышел, коридор длинный, двери не хлопали – а никого нет.
Все начали оглядываться, только теперь отметив, что свет в коридоре довольно тусклый, и портреты, освещаемые им, создают странное впечатление. Словно они ожили и наблюдают за тобой. А коридорные зеркала и вовсе вводят в заблуждение, меняя пространство, особенно в полутьме. Иногда дизайнеры специально используют оптический обман, чтобы зрительно увеличить помещение. Или запутать, хмыкнул Макс. Однажды он был в казино и еле выбрался оттуда, попав в ловушку сплошных зеркал. Может, владельцы сделали так, чтобы ты не удрал с выигрышем раньше времени?.. Но тут-то зачем? Для усиления таинственной атмосферы?
Неприятный холодок прошел по спине Татьяны Петровны, хотя она считала себя рациональной и здравомыслящей. Тишина стала какой-то угрожающей: так и ждешь какого-то взрыва.
Вдруг внизу где-то хлопнула дверь. Все так и подскочили. Но тут же облегченно вздохнули: раз дверь хлопнула, значит, действительно кто-то прошел. Самое лучшее – вернуться в постель и попытаться заснуть.
Вот только заснуть удалось не сразу. Инга еще долго ворочалась, прислушиваясь к звукам в коридоре. А Соня с Юлей решили вопрос кардинально: Юля перебралась в комнату к подруге и девушки, обнявшись, быстро заснули, успокоенные соседством друг друга.
Татьяна Петровна, как в детстве, поправила одеяло у Андрея, который что-то недовольно пробурчал во сне, и ушла к себе. Свою комнату она тоже не стала закрывать на ключ, чтобы в случае чего прибежать к сыну – давняя привычка.
…Утро было туманное и тревожное. Первым проснулся Иван. Разбудила его капель – где-то совсем рядом монотонно и звонко падали в жестяной таз капли воды. Во всяком случае так он определил этот звук. Открыв глаза, он увидел в сумраке комнаты стоящую напротив кровати женщину лет тридцати в белом платье. Спросонья Иван подумал, что это пришла уборщица или кто-то из официанток – его будить. Но, приглядевшись, понял, что одета гостья странно, не современно. Сама тоже странная, худющая, лицо бледное, осунувшееся, напряженное и злое, поза неестественная, как бы парит над полом, а руки расставлены в стороны, будто ловить кого-то собралась. А кого тут, кроме Ивана, ловить? Он старался одновременно следить за ее руками и смотреть в глаза, чтобы не пропустить момент, когда она решится напасть на него. В том, что она нападет, он практически не сомневался. А еще пахло ландышами. Родители никогда не приносили эти цветы домой, потому что у него с детства от их сладковатого запаха всегда болела голова. Их место в лесу. Да и не сезон сейчас для них. Но запах становился все сильнее, удушливее и голову от этого дурмана сжимало словно обручем.
Женщина подошла еще ближе, и Иван замер от ужаса. Гостья смотрела пристально, взгляд ее горел огнем, будто она хотела добраться до его души. И молчит. И от этого молчания становилось совсем жутко. Мурашки поползли по спине. Парень попытался встать, но ноги отказались ему подчиняться. Хоть кричи, подумал он. Но в горле застрял ледяной ком страха. Паника уже близко подбиралась, сердце забилось рвущейся из клетки птицей, в висках застучало. Вдруг женская фигура растворилась, оставив Ивана в недоумении. Была или померещилось?.. Он прислушался к себе – голова прошла, да и капель исчезла вместе с женщиной. После душа парень почти убедил себя, что женщина ему пригрезилась из-за необычной обстановки. Видимо, место такое – порождает галлюцинации.
…Участники семинара собрались на завтрак за большим столом. Лариса Анатольевна заглянула в столовую и приветливо обратилась к гостям:
– Добрый день, уважаемые участники нашего семинара! Надеюсь, вчерашним вечером вы довольны. Ждем вас после завтрака в конференц-зале.
Официантки начали разносить кашу. Стол уже был сервирован: масленки, кофейники, джем, хлеб, яйца, сыр. Послышалось звяканье посуды – все активно приступили к трапезе. Долго не рассиживались, всем было интересно приступить к семинару.
Участники удобно разместились в конференц-зале, готовые услышать то, что, возможно, изменит их жизнь. Руководитель проекта Виталий Орешников зашел поздороваться:
– Приветствую вас, коллеги! И передаю нашему айтишнику Вячеславу Полуянову.
Слава в черных джинсах и черной футболке с белым пауком на груди приветливо улыбнулся и тут же включил демонстрационный экран, объявив:
– Итак, ребятушки, давайте протестируем ваши знания и освоим основы работы нейронных сетей. Поверьте, скоро вы поймете, насколько работа с ними увлекательна. Век байта не видать!
Айтишник привычно сыпал терминами – промты, сгенерировать, коды, варианты реализации, онлайн-конструктор, – перемежая их жаргонными словечками. Несколько участников робко переглянулись, явно испытывая дискомфорт от незнакомых слов и понятий.
Докладчик рассказал о новом проекте, который запустила их организация: нейросеть будет перенимать и усиливать необыкновенные возможности человека.
– Вы правильно сделали, что приехали на семинар. Многие профессии скоро будут уничтожены искусственным интеллектом. Звучит жестко. Но это правда. Нейросеть меняет рынок труда быстрее, чем мы успеваем адаптироваться. То, что еще вчера казалось прогнозами, сегодня становится реальностью: компании массово заменяют людей на алгоритмы. ИИ уже уволил сотни тысяч сотрудников по всему миру. А к 2030-му – 14% всех профессий исчезнут. И вопрос сегодня не в том, будет ли это. Вопрос – попадете ли туда вы? Журналистика, блогинг, писательство – в группе риска. Но и другие профессии тоже.
Все посмотрели на Макса. Тот остался невозмутимым. Привлекать нейронку надо, конечно, но в ужасы ИИ он не верил. Когда-то ванговали, что кино выдворит из жизни театр, а телевидение – газеты. Но все это и сейчас прекрасно сосуществует. А Слава тем временем продолжил:
– Вы все можете поучаствовать в проекте. А чтобы пробудить ваш интерес, я покажу вам, как обнять себя в детстве. Такую услугу уже предлагают за деньги. Может, видели такое? Берется ваша фотка в детстве и нынешняя, нейросеть их оживляет и соединяет, можно даже сгенерировать видео, где вы нынешний обнимаете себя же, но в детстве. Или не себя, а родителей, других родственников или друзей. Кого угодно.
– А можно сгенерировать, как Ди Каприо обнимает меня на нашей с ним свадьбе? – выкрикнула, улыбаясь, Юля. Все засмеялись.
– Конечно, можно. И вскоре наверняка таких видео будет полно. Уже есть услуги – поздравления от якобы звезд. Правда, существует опасность, что кинозвезда вас засудит. Но технически, повторюсь, это можно. Хотя это все детские шалости по сравнению с тем, что может сделать симбиоз человека и искусственного интеллекта. У человека нет такой скорости мышления, да и панорамность мысли, как я это называю – тоже есть не у всех, в то время как машина может быстро проанализировать большую массу информации. Зато человек может сообразить там, где требуется парадоксальность, а нейросеть не сдюжит, потому что будет действовать прямолинейно. Поэтому, дополняя друг друга, человек и ИИ могут добиться многого.
Для каждого участника Слава сгенерил с помощью нейросети то видео, какое кто захотел. Его пальцы так и бегали по клавиатуре. Как только он представлял новый ролик, все с любопытством отсматривали его, комментировали и подсказывали свои варианты. Процесс был творческий и абсолютно всех захватил.
Инга заказала модную фотосессию, и вот уже прелестная дева, по виду от Инги не отличить, – ходила поступью модели по подиуму, берегу моря и палубе яхты. Юля, как и шутила – получила шикарную свадьбу с Ди Каприо. Соня обнималась со своей бабушкой, чье фото она хранила в телефоне. Борис с рюкзаком штурмовал Эверест и на вершине установил российский флаг. Иван вместе с Илоном Маском рыбачил на берегу тихой реки.
– Ну ты даешь! – восхитился Макс. – И рыбку съесть, и Маска для карьеры упустить не захотел.
Иван расхохотался:
– Не знаю, рыбак ли он. Но я так вижу. Рыбу ловить люблю, но и от знакомства с Илоном Маском бы не отказался. Так почему ж не объединить, если все в нашей воле?
Остальные тоже не ударили в грязь лицом. Макс в невесомости парил на МКС. Татьяна Петровна гуляла по Парижу – давняя ее мечта. Андрей предсказуемо сидел на яхте с коктейлем в окружении девиц в бикини. Ольга обнимала себя в детстве. Валентина Ивановна гуляла по новой роскошной даче в окружении толпы внуков, которых у нее в действительности пока не было. Эти персональные видео каждый сохранил на своем телефоне.
На долю секунды у Бориса проскочила мысль, что это похоже на тестирование, которое проводят спецслужбы: каждый раскололся на свою мечту, то есть приоткрыл душу. Но эта мысль не задержалась надолго, выметенная крутым видео, где мужественный Борис, преодолевая снежный вихрь, взбирался на вершину, цепляясь, как паук, за голую скалу. Когда-нибудь он поднимется туда в реальности, пообещал себе мечтатель.
Недаром же говорят: бойся своих желаний. Пусть не горы, но суровые испытания уже поджидали Бориса.
Глава седьмая
Время пролетело незаметно и в удовольствии. А уже пора обедать. В столовой по традиции был накрыт длинный стол. Стояли наполненные хлебницы, тарелки с нарезанными овощами и сыром. Официантки быстро начали разносить на выбор борщ на говядине или грибной крем-суп с добавлением картофеля, сливок и шалота. Второе блюдо тоже можно было выбрать: либо куриные ножки, запеченные с кусочками тыквы, с гарниром из риса басмати, либо лосось, запеченный с яблоками и лимоном, на гарнир картошка в лимонно-чесночном соусе.
Блюда подавались одно за другим, вызывая восторженные отзывы гостей. Девушки застонали, когда внесли десерт – шарлотку. Места для нее в желудке уже почти не осталось. К пирогу предложили чай – обычный черный или на травах. Обед получился обильным, все расслабились. Хорошо они тут устроились, подумалось Максу, который, живя один, не часто был избалован домашней едой.
Но пора возвращаться к семинару. В этот раз взял слово зам Евгений Павловский и тоже завел речь о проекте. Он очень перспективен, и все, кто на нем будет задействован, окажутся при деле. В разном качестве. Например, есть ли у кого-то из вас выдающиеся способности?
– Есть! – Ольга, как в школе, подняла руку. – Я могу считать в уме большие числа. Причем быстро.
– Ну-ка проверим. Сколько будет 12 345 умножить на 936?
– 11 554 920.
Зам сверился с калькулятором.
– Точно!
Ольга продемонстрировала еще несколько таких фокусов. Все в восхищении смотрели на нее. Кроме Андрея, который лениво заметил:
– Это все здорово, но зачем, если есть калькулятор?
– Калькулятор есть, конечно. Но разве тебе неинтересны свойства человеческого мозга? Почему один это может, а другой не помнит таблицу умножения?
Юноша густо покраснел. Видимо, с таблицей умножения лектор попал в точку.
– Если этим свойствам обучить нейросеть, тогда она вообще горы свернет на службе человеку. Так, а еще кто Богом поцелован?
– Я, наверно, – скромно сказала Валентина Ивановна. – Я запоминаю большие куски текста.
Ей дали прочитать две страницы из первой попавшейся книги, и она тут же повторила их слово в слово, ни разу не сбившись. Ее талантом тоже восхищались, но опять Андрей проворчал, что такую память вполне заменит компьютер.
– Заменит, вполне. Но ты же не можешь этого сделать, а Валентина Ивановна может. Ее нейронные связи, значит, особенные. Если нейронка будет учиться у двоечников, то ее помощь человеку без надобности. А вот если у выдающихся людей, то эти усилия дадут колоссальный результат. И вообще, ты очень напоминаешь Митрофанушку, который считал, что незачем изучать географию, если кучер знает дорогу. Читал про него?
Парень угрюмо покачал головой, а Татьяна Петровна опустила глаза. Тут Павловский переключил внимание на примеры из своей практики, и сын с матерью облегченно вздохнули.
Первый день семинара завершился. Гости были довольны. Впечатлений море, а надежд на будущее еще больше.
В подвале для них организовали спа-процедуры, где они восстановили силы после насыщенного дня. Все мужчины выбрали массаж, который им делали Аня и Лена, а женская часть предпочла обертывание водорослями.
Легкий ужин завершился обменом впечатлений. А потом решили прогуляться. Ольга отказалась идти, захотев выспаться. Остальные, накинув куртки, вышли в парк. Жорж не стал их сопровождать, сославшись на поздний час. Он показал на тропинки среди деревьев и настоятельно просил не сходить с них, а прогуляться вокруг здания в периметре полкилометра и возвращаться.
– Дело в том, – напутствовал их консьерж, – что здесь болотистая местность, низина. Поэтому много разных маленьких прудов, которые прикрыты опавшей листвой. Очень легко провалиться, а вот выбраться… В общем, будьте осторожны, не сходите с тропинок, и все будет хорошо. Приятного вечера!
– О, я такие встречал. Родня живет в Ленинградской области, там в каждом дворе природные пруды, есть диаметром с полметра, а глубина метра два, – охотно поделился Иван. – Прикольно иметь личный прудик, о котором знаешь все, но тут полная неизвестность, так что…
Юля поежилась. И уже готова была вернуться в дом, отказавшись от прогулки, но тут вся группа решительно направилась в сторону леса. И девушка, вздохнув, не захотела отпочковываться от компании.
Парк не мог похвастаться обилием фонарей, но тропинки были видны хорошо. Осень вечером особенно сказывалась. Стало прохладнее, поднялся ветер. Деревья шевелились, шурша ветками и листвой. В неясном свете фонарей их движения метались тенями, рисуя в воображении горожан смутные ужасы.
Чтобы развеять морок, Борис вдруг сказал, что уже сталкивался в жизни с необъяснимым. Он с сослуживцами, то есть у него есть свидетели, видел в небе настоящее НЛО.
– И это явно были объекты не нашей цивилизации, я в этом как бывший военный разбираюсь.
Инга подумала, что Борис рисуется и кичится своим военным прошлым, но эта мысль надолго не задержалась. Оказалось, что практически все так или иначе встречались со странными явлениями. Валентина Ивановна, будучи старшеклассницей, однажды проснулась среди ночи.
– В окно светила луна, – вспомнила она, – и в ее свете я увидела женщину в старинной одежде с вуалью. Она стояла возле моей постели. От света луны ее глаза блестели, и видно было, что она смотрит прямо на меня. Я замерла, а потом бросила на нее одеяло и убежала в комнату к маме. К следующей ночи и я, и мои родители убедили себя, что мне приснился дурной сон. И я спокойно легла спать. Но среди ночи опять проснулась и почувствовала на себе взгляд. Эта же женщина уже сидела на постели. Помню свой ужас. Я боялась закричать – вдруг родители не услышат, а эта женщина уже будет знать, что я проснулась. В итоге я бросила в нее одеяло и рванула со всех ног к маме. Месяц спала с матерью, потом с сестрой, потому что боялась. Родители повели меня к психиатру. Тот сказал: это наш человек, будем лечить. Но тут родители опомнились, что испортят дочери биографию, и забрали меня. Поскольку психиатр был знакомый, на учет ставить не стали. А через какое-то время я уже смогла спать одна. Хочу подчеркнуть, что во время происшествия не было никаких кризисов, землетрясений, наводнений, не было никаких стрессов и в семье.
– Это обычная попаданка к вам приходила, – авторитетно заявила Инга. – Мне про таких рассказывали. Хозяйка квартиры, где я жила в первое время в Москве, эзотерик. Правда, отошедшая от активных контактов с коллегами, но тем не менее. Однажды, когда мое лицо покрылось какими-то пятнами и опухло, она сказала, что это не аллергия от разной химии, как я думала, из-за работы в косметической компании, а эффект от чужой агрессии. А у меня действительно на тот момент были неприятности на работе, причем не потому, что я где-то накосячила – а потому, что наш хозяин меня выделил, и коллеги мне завидовали. Дело в том, что наш начальник, если кто ему угодил талантом и работой, мог тому увеличить зарплату вдвое, премию дать, в поездку отправить. В общем, щедрый человек, но самодур. Моя напасть вскоре прошла, когда страсти затихли, и лицо стало прежним. Хозяйка мне рассказала, как она однажды вышла с кухни в комнату – а в кресле мужчина сидит в странной одежде. Она не испугалась. Поговорила с ним, он из другого мира к ней случайно попал, промахнулся, видимо, и вскоре ушел. Тоже попаданец. Я бы, конечно, испугалась.
– Да не то слово! От меня бы одна лужица осталась, – сказала Юля и призналась, что ей снятся вещие сны. Вот и накануне поездки ей приснился покойный отец и сказал, чтобы оставалась в Москве. Но она в этот раз не послушалась и не испугалась, потому что была с подругой.
Макс тоже вспомнил:
– Бабушка рассказывала, и я ей верю, как в юности одолевали ее комнатку тараканы, противно ей было. Кто-то посоветовал обратиться к бабке. Нашли такую, тогда их больше, что ли, было. Бабка что-то заговорила, честно не помню что, может, воду. Надо было комнату побрызгать и при этом сказать определенные слова, обращаясь к тараканам. Но бабка предупредила: только не смейся! Стоит засмеяться, как чары сразу разрушатся и все. Бабушка еще подумала: чего я буду смеяться, не до смеха. Вернулась домой, все сделала, как велели. И вдруг увидела, что тараканы стали выползать из всех щелей и двигаться к входной двери. Их были тучи, они практически чуть не весь пол заняли, дружно ползя. Когда мне бабушка это рассказывала, я подумал, что картину она описала довольно жуткую и мерзкую. Но она… засмеялась. Сказала, что ей стало так смешно, что она просто не могла удержаться. Сначала прыснула, а потом расхохоталась. И тогда тараканы кинулись врассыпную и опять разбежались по углам.