Г.Р.О.М. 3

– И в чём смысл? – спросил Глеб, уставившись на меня.

– Чтобы это заполучил Веселовский и использовал. К тому времени они уже станут не очень близкими друзьями, потому что люди Маги начнут подозревать его. Грубо говоря, если схема сработает, Мага подумает, что Муху грохнули китайцы по указке Веселка, а не мы. Наедет на него, а тот к тому времени сам вскроет ячейку.

– Если бы так легко было её вскрыть, он бы давно это сделал, – заметил Глеб.

– Верно. Для этого он просил помощи чекистов, приходил к Иванову. Вот мы тоже к нему придём, попросим, чтобы он ему помог, – я усмехнулся. – После того как сами её вскроем, само собой, чтобы не затягивать.

– Ты и это продумал? – удивился Ярик.

– Всё на ходу выдумываю, братка, – проговорил я, – всё на ходу. А нам с тобой, Глеб, надо ещё убедить Некрасова, чтобы сделал кое-что. У вас в отделе – продажный гад, предатель, который за деньги всё сливал Мухе.

– Да в курсе мы, – Глеб отмахнулся. – Все в курсе, кто он… Романыч, зам Иваныча…

– Но всё равно надо его использовать напоследок. Сделать вид, что обознались, что утечка была в другом месте, и этот ваш зам не при делах.

– И для чего?

– Так передадим ему, что на стадионе резвились китайцы по указке Веселовского, а твой Романыч тут же побежит к кому-нибудь из людей Маги, чтобы они ему за это дали денежку. Говорю же, схема длинная, долгая, задействуем всех, кого нужно. Но и эффект будет мощный.

Я рассказал ему о плане, что мы обсуждали с Яриком и всё остальное. Убедить в этом деле Некрасова будет сложно, я понимал, но никуда он не денется. Шестерёнки уже крутятся, пора действовать.

И пока говорили, доехали до гаража дома Кости Левитана, взяли его самого и захватили «Ниву» вместо «Крузака». Уже вчетвером добрались до складов, которые держал Гила. Находились они на территории гаражей закрытого ремонтного завода, сами гаражи под эти склады и приспособили.

Территория огорожена железобетонным забором ПО-2, а сверху, будто это военная часть, была протянута армированная колючая лента с опасно выглядящими лезвиями. У ворот будка, но сидел там не полноценный охранник, а сторож с двустволкой. И, кажется, не каждую ночь он там дежурил, наверняка отпускали, чтобы не видел лишнего. Похоже, Гила решил, что авторитет охраняет его лучше, чем нанятая охрана.

Ворота открыты, видно одноэтажную постройку, примыкающую к гаражу. Рядом с ней стояли машины: побитый «марковник», старый «паджерик» и зелёная девятка.

– Сам Гила там и сидит? – спросил я, когда мы проехали мимо. Лучше не задерживаться, чтобы не заметили.

– Обычно да, его база, – Ярик кивнул. – Он на своих складах как сыч сидит. Но у него такой контингент, что и у своих воровать могут в крысу.

– Так-то бы выпотрошить их всех, – мечтательно проговорил Глеб. – На этих складах чего только нет, и пушки, и дурь, и взрывчатка точно есть.

– Вот и увидишь сегодня.

Важное преимущество складов – старая железнодорожная линия, которая заходила прямо на территорию. Что характерно – между шпал трава не росла, значит, ей пользовались часто.

А что? Затолкали вагон маневровым тепловозом, загрузили или выгрузили. А чтобы все молчали, заплатить локомотивной бригаде на тепловозе и дежурному по станцию забашлять, чтобы открыл стрелки. Схема старая, рабочая.

Конечно, китайцам это удобно, ведь всё под рукой. Им контрабанду возить – милое дело, а Гила зашибает на этом бабки. И не только он, конечно.

Забор у складской территории целый, но вот о заборе, который построили вдоль основных путей, такого сказать нельзя. Дыр куча, да и целые пролёты местами отсутствовали. Тащи что хочешь. Как рассказывал один мой знакомый железнодорожник, с железки тащат все, от самого главного начальника с его шубохранилищами и руководителей дирекций до слесарей в депо. И тащат всё, что не прибито, а что прибито – отрывают и тащат.

Зато благодаря этому мы можем атаковать склад с двух сторон: с ворот на нашем «Фердинанде» и со стороны железки. Атаковать надо быстро, сделать что нужно, оставить следы и уйти. Ну и склады запалить, чтобы это не выглядел, как мелкий наезд, а как серьёзный. Тогда отреагируют капитально.

Главное – показать это всё Косте Левитану, он в таких делах лучший спец. Он и смотрел, молча изучая территорию, помечал себе что-то в мятый блокнотик с Жириновским на обложке.

– Сигналка может быть где-то, – сказал я, оглядывая забор. – И по тревоге кто-нибудь приедет. Избежать этого надо.

– Да не видно, – Ярик сощурил глаза. – Так-то все знают, кто это держат, залётные только какие-то наехать могут, местные не рискнут… кроме Маги, – он усмехнулся, но вдруг замер. – О, смотрите, пацаны! Денчику раздолье будет гадов снимать.

Брат показывал совсем в другую сторону, через дорогу, на пустырь очередной заброшки. Там всё заросло крапивой и полынью, зато посреди него стояла вышка. Костя сошёл по пути и пробрался через зарослои посмотреть поближе, а мы отъехали подальше.

Левитан пришёл к нам через пять минут.

– Н-не п-пойдёт, – сказал он. – Ржавая б-больно. Уп-падёт Д-денчик с неё. З-зато…

Костя показал на ремонтный корпус депо. Далековато, но он высокий, есть лестница и можно пробраться мимо охраны. Но придётся звать Димку, чтобы показал дорогу, ведь он там работал, а я не хотел подключать парня в эти дела.

– А оттуда? – я показал на пятиэтажку вдали. – С чердака?

Посмотрели, зашли в подъезд. Ничем этот подъезд не выделялся от прочих. Замка на двери нет, до домофонов в каждом доме ещё не дожили, на стенах следы от матерных надписей и спичек, а на потолках лестничного марша – следы ботинок, будто кто-то ходил по ним, перевернувшись вниз головой. На каждой площадке стеклянные бутылки пива и шелуха. Зато чердак открытый. Правда, Денис будет выделяться, в нём всё говорит, что он приезжий, от манеры речи до причёски, так что местные гопари до него докопаются сразу.

Но из окна пятого этажа увидели заброшенную двухэтажку неподалёку. А там место хорошее, видно склад и дорогу к нему. Если что случится, предупредит по рации, комплект мы уже купили.

– В полночь, – объявил я. – Пока готовимся.

– Кабздец котятам, – объявил Ярик.

* * *

В конторе царила суета, Чернов набирал новых людей, чтобы можно было срочно начать работать по контрактам Александрова. Но промышленник платил авансом, а набрать крепких парней в городе можно – у Ярика было много знакомых, кто не пошёл бандитствовать, и у Глеба были контакты, и я подсказал, кого можно ещё взять.

Но в эти вопросы я не лез, у меня свои задачи, да и денег я этой конторе принёс много, так что никто не возмущается, что я, собственно, в самом ЧОПе ничего и не делаю. Лишь бы ещё контракты приносил. Хотя, конечно, бывшие менты наверняка гадают, что именно мы делаем, но я оставил много обманок, чтобы их запутать.

Узнал и хорошую новость, Чернов обрадовал. Сегодня был в костюмчике и подшофе, явно куда-то ездил договариваться. Он помахал мне рукой, едва увидев мою машину с крыльца.

– Здорово! – Чернов сразу подошёл здороваться. – ДокУменты на тебя сделали.

Как всегда, он сильно окал, и это было слишком заметно, ведь у нас мало кто говорил так.

– А ещё я план охраны одного объекта сделал с маршрутами, – хвастался он, – пришёл в разрешиловку, они разрешили ещё пушек взять. Три ружья и два ИЖа дадут.

– Закупай всё что можно, – согласился я. – Бабки есть.

– А то у нас один Петрович только так и лежит, – Чернов засмеялся.

Мне арсенал ЧОПа не интересен, мне куда важнее другое – лицензия на работу частным охранником с правом ношения оружия. Сейчас это получить намного проще, чем будет в нулевые, а возможность таскать стволы нужна на случай, если докопается ГАИ или ППС. Хотя бы ружья и «Сайги» смогу возить по городу, да и ППС-ники редко знают законы о частной охране, смогу провезти и что-нибудь другое, посерьёзнее.

– Быстро сделали, – сказал я, листая тёмно-зелёную ксиву с моей фоткой, которую он мне вручил. Пункт про оружие там есть.

– Не знаю, что ты им в ментовке сказал, – Чернов засмеялся, – но в разрешительной системе очень торопились всё сделать вовремя.

Ведь они думали, что я хороший друг полковника ФСБ Иванова. Ну, нам же проще.

– Алибека возьму с собой, – я огляделся в поисках здорового осетина, которого все называли «Абхазом». – Работка для него будет, шабашка одна. А то не всё выходит оформить документами, сам понимаешь, ёклмн. Народ пугается договоров.

– Да без проблем.

Чернов доволен и больше не спорит, ведь контракты прут один за другим и ЧОП, который недавно загибался, сейчас рос и богател, а скоро может стать одним из крупнейших в области. Ну и пусть, проще будет скрываться.

– А Валерку Тихвинова в больнице видал? – с тревогой спросил Чернов, будто только что вспомнил. – А то я так и не заходил к нему. Угораздило же пулю получить. Говорят, спорт полезен, – он хмыкнул, – спортсмен, блин.

– Бывает всякое, жизнь такая, Андрюха. Алибек, погнали! – позвал я, заметив его. – Дело к тебе есть, на миллион баксов.

– Ща, приду!

Они вдвоём с коллегой тащили в гараж большой зелёный армейский ящик. Оба в рабочей форме с камуфляжем, но мы уже заказали особую, с шевронами. Дотащили ящик, Алибек пошёл в мою сторону, вытирая руки грязным полотенцем.

– Ну и колёса ты сэбе взял, шэф, – он поцокал языком, будто это не джип, а породистый конь. – Вот я понимаю – джипяра!

– Чё, Кузя и остальные больше не лезут? – спросил я, когда он сел в машину.

– Не, как отрэзало, – Алибек посмотрел на меня, будто хотел что-то спросить, но промолчал.

Молчал он долго.

– Спрашивай что хотел, – сказал я и завёл двигатель.

– Да в курсе, что тех других-то кто пэрэмочил на стадионе, – неуверенно начал он. – Тэх дваих, Сэгу и Цырю, с вами тогда базарили они. И Валерика зацепило. Вот и хачу панять…

– Насчёт этого и поговорим сегодня.

Мы тогда брали его с собой на первую встречу с теми бандитами, и у нас при себе было боевое оружие, что Алибек не заметить не мог. Но он молчал, вопросы задаёт только сейчас.

Но ответим, хотим взять его в группу. Я обсудил этот вопрос со всеми, кроме опера Седова, потому что он не участвовал в боевых операциях, но помогал нам иначе, и кроме Дениса, который и сам новичок. Я был не против, Глеб и Ярик тоже были за, Левитан согласился, и Валера, которого я утром проведал в больнице, не спорил. Тут важно было узнать мнение всех, потому что жизни всех участников группы зависят от каждого, им важно доверять друг друга.

И причина не потому, что Алибек большой и страшный. У него совсем недавно были проблемы с бандитами из-за того, что он вступился за незнакомых людей, зная, что за это ему могут устроить проблемы.

Ещё он служил в армии и тоже был в Чечне. Ну и я его рекомендовал всем, ведь я его знал лучше других. Возможно, знал его даже лучше, чем он сам, как в случае с Валерой, который тоже пока ещё не заматерел.

– Но если есть опасения, – проговорил я, – увезу назад, вопросов не будет, работай спокойно в охране.

– Ну, есть опасения, – сказал он через несколько секунд. – Но всё равно, знать-то хочется, шэф, чё происходит. Явно что-то ещё тварится.

– А почему ты так думаешь? – спросил я с усмешкой.

– Ну а как ещё думать? – Алибек всплеснул руками. – Должно что-то быть ещё. Парень двадцати трёх лэт, знает кучу сэрьёзного народа, его бандиты щэмятся, чэкисты за руку здароваются, мэнты приезжают, базарят как на равных. Олигарх с Москвы приехал, в рэсторанах с тобой базарит, контракты заключает. Так что знаю я, чё вы дэлаете с братом.

– И чё мы делаем?

Он наклонился вперёд, чуть ближе ко мне, будто хотел сказать шёпотом, но молчал, будто собираясь с духом. А потом выдал:

– Казино дэржите, да? – доверительно спросил Алибек. – А тот Алэксандров у тебя бабки праигрывает, да? ФСБ крышует, а мэнты – бабки возят.

– Ого! – я удивился. – И как мне эта схема в голову не пришла? Обогатились бы.

Хотя такой слух кто-то из нас спускал, но я не думал, что народ серьёзно это обсуждает.

– Нэт? – теперь уже удивился он. – Все мужики на работе говорят – казыно с братом открыли под шумок. Всё сходится.

– Не казино.

– А, я понял! – Алибек хлопнул себя по лбу. – Водку китайскую возите, палёную.

– Тоже нет.

– Нэт? Провода мэдные с заводов рэжете? – отчаявшись, спросил он. – Чё-то же дэлаете, бабки рубите!

– И это тоже нет. Обсудим сейчас Ты сам хочешь чем-то серьёзным заниматься? Полезным. Тем, что ещё никто не делал?

– Ну, смотря чем, – задумчиво сказал он.

– Мы много чем занимаемся, и уже есть успехи. Вот ты вступился за кого-то, на тебя бандиты наехали. Но они съехали, потому что у тебя хорошие друзья оказались. Но не у всех людей такие есть.

– Нэ понимаю.

– Поймёшь.

Джип ехал дальше. Я свернул с дороги, проехал по убитой дороге между домов, сбавив скорость, добрался до старых гаражей и остановился.

– Смотри, – сказал я серьёзно, глядя ему прямо в глаза. – Самое главное – тебя никто в этом участвовать не заставляет. Единственное, что нужно знать, если откажешься – об этом говорить нельзя.

– Ну, понял, само собой.

– Тут надо самому решить. А дело у нас серьёзное. Есть те, кто думает, что закон на их стороне просто потому, что они сильнее, богаче или связей у них побольше. А у людей, которых они топчут, нет никого, кто мог бы за них вступиться. И это не просто бандиты, это вообще всякая мразь, которую ты только видел. И думаешь, такая структура вроде нашей не могла появиться? Могла, может быть, даже появлялись, но никто из них долго не прожил. Потому что таких мстителей наказывают первыми.

Дверь гаража открылась изнутри – меня ждали.

Я въехал внутрь и заглушил двигатель. Все наши уже были здесь: Ярик, Глеб Сибиряк, Костя и Денчик. Не было только Валеры, лежащего в больнице. «Буханка» стояла в соседнем гараже, в этом только ящики с оружием.

– Погоди пока, – сказал я. – Подойду позже.

Я вышел и заглянул в один ящик. Там два автомата «Борз». Изначально армянские, но их использовали дудаевские войска в Чечне, скопировав его подчистую. Компактные и в целом вполне себе удобные. Они трофейные, забрали их с тел убитых бойцов Мухи на стадионе.

«Борзы» для меня и Ярика, АКМ для Кости и для Алибека, если согласится, а он согласится. Ну а для Денчика была другая игрушка.

– Смотри, братуха, – Ярик открыл ещё один ящик. – Ромчик уступил со скидончиком, я ему так и сказал, что никто у тебя не купит за такие бабки. У меня были как раз.

– Сочтёмся, потом, брат.

ВСС «Винторез» уже был собран и готов к бою, к нему было двадцать патронов. Учитывая, что Денис стреляет метко, этого хватит на какое-то время. А пушка ещё и бесшумная – красота. Неудивительно, что Денчик сразу потянулся к этому дорогому оружию, едва увидев.

Денчик сегодня будет нас прикрывать. Сегодня мы с Яриком с Глебом придумали ему достойный позывной. Все понимали, что он не будет в боевой группе долго, но наверняка останется нашим союзником, а пока же он ценный член команды и уважение заслужил.

А выдумали просто – Глеб принёс ксерокопию протоколов и справок с места разборки на стадионе, и Ярику понравилась там одна фраза: «хирургически точные выстрелы». Учитывая, что палил Денчик метко: один выстрел – один труп, прозвище прилипло к нему сразу.

Так что снайпер Хирург будет прикрывать нас, если что-то пойдёт не так.

Посмотрев на пушки, я вернулся к машине. Абхаз молча смотрел на нас. В лицо он знал всех, кроме Дениса, видел всех на работе, но что мы делаем, он до сегодняшнего дня не догадывался.

– Мы делаем так, чтобы вся та мразь, о которой я говорил, не чувствовала себя безнаказанной, – продолжил я начатый на улице разговор. – За всё придётся ответить. Мы их ищем, находим и наказываем. Вот и вся правда, Алибек. К тебе присматриваемся давно, а теперь зовём к себе. Решай, с нами ты или нет. Будет опасно, но, знаешь, когда видишь, что всё было не напрасно – иначе на жизнь смотришь, понимаешь, что не зря землю топчешь. Потому что если ты это не сделаешь – никто не сделает.

– Понял, – коротко сказал он.

– И что думаешь?

– Да чё думать? – проговорил Алибек. – Помню же, как вы мэня выручать пришли. Да и другое вроде бы сходится…

Смотрю на него и вижу его чуть постарше, тем отчаянным боевым товарищем, каким он был, когда мы познакомились с ним в Чечне в первую жизнь… конечно, после того как прекратили с ним враждовать из-за какого-то пустяка. Та моя командировка много чего изменила, много на что заставила взглянуть иначе, но всё было не зря.

– Обычно у нас выходит иначе, – сказал я. – Как было с Валерой, Денисом или Седовым, тем опером, но Седов не в боевой команде. Обычно они сами поступают так, что мы их сразу берём. Но твою проблему решили миром, без стрельбы, и всё равно – зовём. Присмотрелись, никто не против. Правила объясним, потому что всё серьёзно. Наше главное преимущество – что про нас никто не знает, а кто знает – думает, что мы занимаемся чем-то другим. Поэтому и живы до сих пор.

И дав ему расклад, мы готовились к ночной операции. Сталкивать банды лбами – наше главное оружие. В этот раз банды были серьёзнее, но и мы уже на таком этапе, что не участвовать в этом уже не можем. Шестерёнки же крутятся, и не только у нас.

– Ну чё, мужики, – сказал я. – Время. Начинаем.

* * *

Говорить вслух будет только Алибек, его кавказский акцент будет дополнительным плюсом. Остальные будут общаться жестами, мы уже сработались, и Костя Левитан объяснял, как лучше это делать.

Хоть и я идейный вдохновитель операции, но всё тактическое планирование на Косте, как на самом опытном. Он и планировал, и настолько был поглощён этим, что даже почти не заикался.

Мы пользовались прозвищами, без имён, но и прозвища называть при всех не будем. Я и сам начал думать прозвищами, а не именами, ведь это уже операция, сейчас всё серьёзно.

Разведка была на Коршуне, у него лучшая дыхалка в команде. Сначала осмотрит всё, посчитает, сколько людей из команды Гилы на складе, кто где находится, даёт добро на штурм.

Бандиты там будут, мы к ним и идём, чтобы не просто подпалить склады втихаря, а жёстко показать силу, как сделал бы Мага. Да и склады пустыми никогда не стоят, хотя сейчас на территории был только один «Паджерик», так что охраны немного.

Левитан и Батя, то есть я, захватываем сторожку. Абхаз и Сибиряк, которые прибудут со стороны станции, врываются с автоматами в помещение, где сидят бандюги, мы их прикрываем.

Всех кладём мордой в пол, дальше по обстоятельствам. Но мы точно должны уйти живыми, а склады подпалим, при этом оставив многочисленные улики на людей Маги. И всё это под чутким оком Хирурга, который смотрит в нашу сторону через прицел. Уже полночь, но территория освещена, проблемы с этим у него не будет.

Начало пошло гладко. В сторожке не было никого, скорее всего, охранник сидит вместе с Гилой и остальными. Бухают, возможно, и полагаются на ворота. И зря, Коршун уже их открыл, осторожно, чтобы не скрипели.

И вот мы все на территории, в чёрной форме, в брониках и в масках. У меня в руках компактный «Борз» с разложенным прикладом, полностью снаряжённый и увесистый, вес приятно оттягивал руки. Остальные тоже держали оружие наготове

При виде нас у братвы будет рефлекс, что это прибыл СОБР, и сдадутся сразу. Но вскоре подумают на других.

Один бандит вышел отлить, мы его взяли, жёстко приложив по кумполу, чтобы не вякал. Заняли позиции у дверей, поглядели через окна, сколько их, коротко прикинули план действий.

Плохо, что там была ещё одна дверь. Но она вела в гараж, в него никак не попасть, заперто изнутри. Да и потом пригляделись, заметили на ней висячий замок. Впечатление, будто они охраняли гараж не от того, чтобы туда зашёл кто-то посторонний, а наоборот – будто не вышел.

А ещё в помещении кого-то били. Раздавались глухие звуки ударов и стоны, потом смех, обещания притащить сюда какую-то девку и пуститьпо кругу. Это вызвало особенные крики одобрения. У блатных своеобразное к этому отношение. Иногда наказывают за подобное, и за примером далеко ходить не надо – можно вспомнить того же Поджигу, что не дожил до утра, попав в камеру. А порой делают такое сами и радуются этому. Так что они вполне могут исполнить угрозу.

Костя жестами показал, сколько их, и мы рванули туда разом, внезапно, через выбитые окна и двери.

– Лежать, шакалы позорные! – рявкнул Абхаз и потряс автоматом.

А мы не давали им повода поспорить с этим. Три бандита, включая Гилу, за стволами не полезли, легли послушно, хотя какого-то урку пришло пнуть в бок.

В помещении был ещё один гражданский, привязанный к стулу. Блатные сильно избили в кровь, рот заклеен скотчем, и кто это, я пока понять не мог. Зато сильно пахло бензином. И его тоже облил Гила, чтобы запугать.

Помещение маленькое, прокуренное, одна дверь вела в гараж, где находился ещё склад. На ней так и висел замок, старый советский, но Левитан уже искал ключ.

Всё заставлено коробками, одна распотрошена, но внутри бытовая химия. Наверняка выставили какой-то другой склад, а сюда привезли, чтобы потом перепродать.

Связанный замычал, с ужасом глядя на происходящее. Рядом с ним стояла канистра. В пепельнице дымил окурок, и этого парня могли случайно сжечь, как того Юлькиного знакомого. А может, это он и есть? Лицо разбитое, понять сложно.

– Вы кто такие, пацаны? – с лёгким грузинским акцентом спросил Гила с пола. – Вы чё, не догоняете, кто я такой?

Кажется, до него дошло, что мы не менты.

– Нэ узнал? – Абхаз в маске склонился над ним.

– Богатым будешь, – Гила попытался пошутить. – Слушай, дорогой, дай мобилу, я наберу Дядю Ваню, скажу, что вы попутали чё-то, но я словечко за вас замолвлю, и он вас живыми отпустит. А если не сделаешь, у тебя будут…

– Ща узнаешь, кто к тебе пришёл, – Абхаз убрал руку в коробку, достал пластиковую бутылку из грубого пластика и мельком глянул этикетку. – Тётя Ася к тэбе приехала, – он пару раз жёстко стукнул Гилу бутылкой отбеливателя по голове. – Отбэливать тэбя сейчас будэм! Замачивать будэм в халодной воде! Или кипятить!

Всё жёстко, как и планировали. Коршун тем временем при помощи Сибиряка потащил связанного на выход, а Левитан монтировкой оторвал висячий замок со второй двери, зашёл туда, а через несколько минут вернулся. Он хоть и в тёмных очках, но по нему всё равно заметно, как он удивился тому, что там увидел. Но ничего не сказал, просто жестом попросил меня глянуть самому.

– Да вы, видать, не догоняете, с кем связались! – рявкнул с пола Гила хриплым голосом. – Вы чё, попутали чё-то, пацанчики? Да мы вас закопаем всех, в натуре!

Я пошёл смотреть сам. Помещение большое, но грузовик с контейнером, стоящая там, занимал почти всё свободное место. Задняя дверь контейнера открыта Левитаном, так что ничто не мешало заглянуть внутрь. Я и заглянул.

Это всё меняет…

Я посмотрел туда внимательно и вернулся. Левитан уставился на меня, остальные парни тоже. Я снял маску и вытер вспотевшее лицо.

После такого можно не скрываться.

– Мочи их, – тихо приказал я.