Нити Тьмы. Книга II. Тарнодан

Глава 10

Днём Сарита редко общалась с Арсом, будто и не было страстных ночей, а они были лишь знакомыми. Первым всегда подходил он, но Сарита находила повод или момент, чтобы улизнуть, отводя взгляд в сторону и делая вид, что она не замечала его пылающих глаз и учащённого от негодования и обиды дыхания. Перебесится. Забудет.

Такие разговоры привлекали лишние любопытные взгляды. Сарите очень не хотелось, чтобы их встречи закончились именно тем, что кто-то что-то ему про неё наговорил. Или спросил напрямую, не вместе ли они, а он не нашёлся, что ответить.

Разумеется, в глубине души Сарита понимала, что это вряд ли. Всё-таки по её личному мнению, Арс был именно мужчиной, а не мальчиком, прислушивающимся хоть к чьему-то чрезмерно важному мнению. Осторожность, однако, не повредила бы, а до этой ночи продлять встречи было слишком заманчиво.

Этим вечером Арс пришёл к её дому ещё до комендантского часа и заметно нервничал. Пустив его в дом, Сарита прильнула к его губам, в последний раз наслаждаясь его крепкими объятиями и старательно делая вид, что не замечала, как его трясло. Она умилилась тому, что её белокурый рыцарь боялся опростоволоситься перед другом этой ночью, но тактично промолчала, зная, насколько ранимо мужское самолюбие.

– Я так и не услышал, чтобы этого хотела ты, – тихо сказал он ей на ухо, щекоча его дыханием. – Согласие – это ещё не желание.

– Ой, да какая тебе разница, глупыш, – мелодично рассмеялась она, игриво и легонько боднув лбом его в щёку. – Если чего-то хочется – нужно непременно это попробовать.

– Гораздо больше… я не хочу потерять тебя, – выдохнул он, зарываясь лицом в её мягкие волосы.

– Чепуха, нашёл из-за чего переживать, – она умилилась и чмокнула его в щёку. – Сходим на тренировку, а потом я к тебе приду. Будем прямо сегодня?

– Да… – тихо отозвался Арс. – У Карна есть ключ, он будет нас ждать. У тебя тоже есть, если ты не обратила внимание.

– Как? Когда? Ты чего, отзови! – изумилась Сарита, оглядывая россыпь линий на запястье и пытаясь высмотреть нужный ключ.

– Нет, – выдохнул Арс, всеми силами прижал её к себе и увлёк глубоким поцелуем.

Больше ничего не сказав, он на мгновение замер, смотря в её тёмные глаза бушующей в нём бурей, и порывисто вышел за дверь, оставив Сариту в смятении.

Морально готовиться к необычному предстоящему опыту было не в её правилах, ведь для Сариты это ровным счётом ничего не значило. В отличие от того, какая боль ждала её после, но она прекрасно понимала: чем раньше – тем лучше.

Тренировка проходила за пеленой тумана ожидания потери, и Сарита не особо обращала внимание на что-либо вокруг, опершись спиной о стену зала и следя за студентами отсутствующим взглядом. Посреди занятий к ней украдкой подошла Ника, обеспокоенно поинтересовавшись полушёпотом:

– Слушай, ты не знаешь, у Арса всё в порядке?

– Не знаю, а что-то не так? – Сарита нахмурилась, ища чара взглядом среди его группы студентов.

– Мне кажется, да. Я же чувствую других чаров и… как бы это поточнее описать… – Ника поджала губы и добавиила: – В общем, такое ощущение, что от него сейчас волной цунами сшибёт, не иначе.

Сарита разглядела его, не сводящего с неё тяжёлый болезненный взгляд, и непонимающе кивнула. Зажмурившись, он провёл ладонями по лицу, и малочисленные лампочки в зале стали попеременно перемигиваться, а та, что была прямо над чаром, ярко загорелась и резко погасла, перегорев.

Выругавшись, Арс тряхнул головой, что-то бросил своей группе и ушёл в тренерскую, захлопнув за собой дверь.

– Ничего себе. Пригляди-ка за лоботрясами, – настороженно попросила Сарита Нику. – Если что пойдёт не так – зови. Узнаю у него, что случилось.

На всякий случай она ещё кивнула Тану, тренеру соседней группы, и тот кивнул в ответ. Не то, чтобы Сарита не доверяла Нике, наоборот – у её котёнка неплохо прорезывались зубки – просто так было меньше шансов, что в тренерскую придёт кто-то ещё.

Дверь Сарита приоткрыла осторожно, примерно представляя, на что бывали способны чары в гневе. Арс сидел на стуле, облокотившись на колени и обречённо смотря в пол. Поколебавшись, Сарита осторожно подошла к нему и, опустившись перед ним на одно колено, взяла его лицо в ладони, тихо спрашивая:

– Что с тобой?

– Поцелуй меня, – также тихо ответил он, тяжело дыша и прижимая своей ладонью её руку к своей щеке.

– С ума сошёл? – прошептала она. – А если кто-то зайдёт и увидит?

Его глаза резко распахнулись, Арс резко подался вперёд и жадно поцеловал её сам, прижимая руками к себе и не давая отстраниться. Еле высвободившись и откинув голову назад, она тепло улыбнулась ему и настойчиво произнесла:

– Милый, у нас сегодня на это будет целая ночь, а сейчас нужно занятия вести. Пойдём.

– Ещё одну минуту, пожалуйста, – хрипло выдохнул он, обречённо уткнувшись лицом ей в плечо.

Холодность и невозмутимость покинули Сариту, и она радовалась, что Арс не видел, как в уголках глаз стали собираться слёзы. Очень хотелось сказать, что они могут всё отменить и побыть вместе ещё немного, обмануть себя и весь мир.

Понимая, что такое нельзя допускать, Сарита незаметно смахнула слёзы и вновь натянула на лицо кукольную маску ледяной королевы. Плакать она будет потом. Отстранившись, она поднялась и потянула Арса за собой в зал.

Студенты смиренно продолжали выполнять выданные им задания, что неудивительно: суровую девчушку с плёткой, умеющую внезапно исчезать и появляться, побаивались все. Сарита улыбнулась и шепнула Нике на ухо, наклонившись:

– Спасибо, дорогая. Детка, ты – конфетка, не забывай этим пользоваться.

После занятий Арс хотел пойти домой вместе с Саритой, но она убежала быстрей, сказав, что сегодня хотела бы переодеться. Он успел лишь проводить её хмурым взглядом и, выругавшись, накинул френч поверх спортивной формы и поплёлся следом.

Казалось, этот самый взгляд преследовал её до самого дома. Сарита спряталась от него за дверью, в окошко видя, как чёрная широкоплечая фигура плетётся к себе домой, как на эшафот. Как бы Арс не стал к ней относиться утром – их последняя ночь должна стать незабываемой, чтобы потом, засыпая с другими, он вспоминал именно её.

Хитро хмыкнув, Сарита скинула с себя опостылившую форму и нижнее бельё, надела кружевной красно-чёрный пояс для чулок и прицепила к нему изящные чёрные чулки. Лиф надевать она не стала – всё равно от него не было толка.

На голое тело Сарита надела лёгкое, облегающее, алое платье, которое можно было снять одним движением или разорвать при большом желании. Поправив у зеркала макияж, она накинула поверх платья френч, лишь запахнув его, и грустно улыбнулась себе в отражении.

Путь до дома Арса показался бесконечным, так хотелось оттянуть сегодняшнюю ночь и остаться во вчерашней, но Сарита упрямо шла, передвигая ватные ноги и борясь с желанием развернуться и сбежать обратно, оставшись в том моменте, где были только они вдвоём.

Прикладывать выданный ей ключ к замку Сарита не стала, привычно позвонив в звонок. Дверь открылась почти сразу, и Арс тихо пробормотал:

– Я же дал тебе ключ…

– А мне нравится, когда ты меня встречаешь, – непринуждённо отозвалась Сарита, заходя и скидывая с плеч френч ему в руки, тут же отложившие его в сторону.

Арс притянул её к себе за талию и, коснувшись щекой её шикарных волос, разметавшихся от ветра на улице по плечам, глухо произнёс:

– Ты такая красивая…

– Идём наверх? – Сарита обернулась, одарив его кокетливым взглядом и игриво проведя по обнимающей её талию руке ноготками.

– Ещё мгновение, пожалуйста… – в голосе послышалась мольба, и она ощутила внутри болезненный укол – ей бы и вечности не хватило, но их время закончилось вместе с его предложением.

– Чего оттягивать? – деланно кокетливо спросила Сарита, ловко выбираясь из его объятий и направляясь к лестнице наверх.

Шумно выдохнув, Арс поплёлся за ней. Открыв дверь в спальню, Сарита замерла, как вкопанная, потому что та была пуста. Нахмурившись и сделав несколько шагов вперёд, она обернулась, спрашивая:

– Карн… Придёт позже?

– Нет, – выдавил сзади напряжённый голос Арса.

Он подошёл к ней, развернул к себе лицом и прижал её спиной к стене, уперевшись руками в неё по обе стороны от её лица и пресекая все пути к отступлению. Внимательно смотря Сарите в пылающие недовольством глаза, он уверенно произнёс:

– Ты нужна мне. Я не хочу тебя потерять, как тогда. Не хочу оставаться без тебя. И… Сари, я не хочу тебя ни с кем делить.

– Поэтому устроил мне проверку на вшивость?! – яростно вспылила она. – Чтобы всегда напоминать себе, какая я подстилка, раз согласилась?! И потом ещё и рассказывать об этом всем и каждому?! Поздравляю, я проверку не прошла! А ты… Подонок!

Кипя от злости, Сарита влепила ему звонкую пощёчину и, воспользовавшись заминкой, выскользнула из-под его рук и сломя голову помчалась вниз.

Не помня себя, она быстро сунула ноги в ботинки и схватила френч, выбежав за порог и помчавшись к своему дому. Ей казалось, что она слышала его голос, зовущий её по имени, но запрещала себе об этом думать.

Закрыв за собой дверь в свой дом, Сарита оперлась о неё спиной и сползла на пол, разрыдавшись. Сама виновата, знала же – если столько времени проводить вместе, потом может быть вот так. Больно.

Спустя пару минут в дверь раздался настойчивый стук, а за ним и голос, зовущий её и режущий сильнее самого острого ножа.

Проигнорировав его, Сарита вяло поднялась и поплелась на кухню. Стук не прекращался, а голос Арса что-то сбивчиво говорил, но ей было наплевать, что именно. Сарита не собиралась выслушивать, какая она падшая женщина и как он её ненавидит. Остынет и забудет. Ничего не было и не будет уже никогда.

Как назло, на кухне нашлось лишь пол бутылки красного вина и больше ничего. Вытащив пробку зубами, Сарита бесцеремонно сплюнула её на пол и приложилась к горлышку, осушив залпом.

Сбросив с себя всю одежду, она оставила её бесформенным комом на полу, а сама завернулась в пушистый плед на голое тело. Настойчивый стук в дверь прекратился, а разум слегка затуманился алкоголем, хотя боль это никак не притупляло.

Кинув угрюмый взгляд на переливающийся лазурью морской пейзаж на панно, украшавшего перегородку между кухней и гостиной, Сарита пробормотала:

– Знаешь что, судьба? У тебя отвратительное чувство юмора.

И плюхнулась на диван, повернувшись к панно спиной. Она зажгла в камине синтетический огонь и просидела до самого утра, плача и смотря на танцующие жёлто-алые сполохи. Опять всё сгорело, и не осталось даже тлеющего уголька, потому что по-настоящему это было только для неё.

На рассвете во входную дверь вновь раздался настойчивый стук. Рядом с дверью на всех домах располагался звонок, но Арс почему-то предпочитал именно стучать.

Сарита ни капли не сомневалась, что это был именно он: Ника всегда только звонила и знала, что приходить к ней стоит не раньше полудня, а никак не ранним утром.

Стук повторился, но Сарита даже не пошевелилась. Зачем? Ничего нового она не услышит. «Нам было здорово вместе, но давай завязывать…» «Я не держу на тебя зла за пощёчину, но не хочу таких отношений впредь…» «Больше не хочу, чтобы ты приходила…»

Любые вариации ожидаемого финала. Но, остыл и сам пришёл об этом сказать, что уже делало ему чести. Не стал банально избегать, как трусливый пёс.

Спустя длительное время стук прекратился, и Сарита посмотрела на своё запястье. Линия ключа от его дома была на том же месте, видимо, забыл отозвать. «Надо будет напомнить, чтобы забрал, – устало подумала Сарита, поднимаясь. – Не надо мне такого соблазна принижаться.»

Глава 11

За витражным окном кружил холодный ветер, бросая в стекло рассыпающиеся снежинки. В зале ресторана было ещё совсем малолюдно, он не так давно открылся, и заходили в него сейчас только самые ранние жаворонки. Или не спавшие всю ночь совы, по глупости разрушившие своё хрупкое счастье.

Всклокоченный Арс безвольно откинулся на спинку дивана и смотрел в одну точку невидящим пустым взглядом. Он никогда в своей жизни не пил алкоголь, памятуя, сколько боли и потерь тот принёс, но сейчас бы не отказался от чего угодно, что могло бы хоть немного приглушить разгоревшийся внутри пожар, выжигающий душу дотла.

По-прежнему хмурясь спросонья, Карн принёс ему большую кружку с кофе и поставил перед носом, но Арс даже не пошевелился.

– Друг мой, ну что за трагедия? Смотреть тошно, – насмешливо фыркнул Карн. – Выкладывай. Полегчает.

– Она всегда уходила… – сдавленно ответил Арс. – Каждый раз. И меня это ужасно злило. В тот раз особенно задело. И я ей предложил… – Он до бела сжал кулаки и шарахнул ими об стол, напугав сидящих поблизости. – Кто ж знал, что она согласится?! Знаешь, сколько девиц лупали на меня влюблёнными глазами, говорили, что всё для меня сделают, а при подобном вопросе бежали, как ошпаренные? Для меня это стало удобным козырем на крайний случай. Если девушка переставала меня устраивать, я просто предлагал… И все исчезали! Но… моя Сарита… она меня устраивала, более чем, просто… разозлила. Почему она согласилась?! И обиделась, хотя я извинился за свою глупость! Ну, почти извинился… и пощёчину мне влепила! За что? – он запнулся и потёр щёку, хотя она уже не болела. Повезло, рука у Сариты оказалась весьма тяжёлой. – И… дверь мне не открыла! Как понять этих женщин, я не представляю.

– Ты из-за девки так раскис? Я же тебе сказал, надо было брать, раз давала, – меланхолично жуя, резюмировал Карн. – А ты чего? На тебе лица вчера не было. Да и сегодня вон скрутило как. Я тебя не узнаю, ты чего, а?

Ответа не последовало, только укоризненный недовольный взгляд. Взъерошив волосы рукой, Арс натянул на пальцы кольца сплитфона и вызвал движением экран. Пусто. Схлопнул его, а затем снова раскрыл. И вновь… Наблюдая за этими бесполезными действиями, Карн закатил глаза и фыркнул:

– Ну, а почему она согласилась, у меня есть только варианта два. Либо решила, что ты этого очень хочешь и так дорожит вашими отношениями, что не могла отказать, либо… зная эту… – он запнулся, налетев на тяжёлый взгляд друга, – дамочку, думаю… ей просто плевать, и она просто решила развлечься. А когда ты её обломал, дверь тебе потому не открыла, что не хотела выслушивать бредни о том, как ты в неё втюхался. На тебя это непохоже, но бабы они это… прозорливые. Особенно, такая.

– Тебе самому от себя противно не бывает? – пробурчал Арс, считая заданный вопрос риторическим.

Залпом осушив кружку с кофе, он громко поставил её на стол и поник, в который раз озираясь и блуждая взглядом меж столов. Ему нужен был только один взгляд, один шанс, чтобы всё исправить. Наплевать, что он мог обернуться очередной пощёчиной, что храну жалкая затрещина? То ли дело эта тупая нескончаемая боль от разочарования.

Сердце пропустило удар и сжалось в груди, когда ёжась от стужи на улице в зал зашла она. Такая же загнанная и расстроенная, как и Арс, Сарита отряхнула с себя снег, но снежинки остались на чёрных волосах, тая на них. Он настолько загляделся, что не сразу уловил, что она тоже смотрела на него в ответ. Потупившись, Сарита слабо махнула ему рукой в приветственном жесте и прошла мимо, отвернувшись.

– Чего гадать, нужно спросить напрямую и всё, – проводив её взглядом, сказал Арс и не обратил внимание на начавшееся рядом бурчание друга.

Дождавшись, пока Сарита разместится за одним из столов, он поднялся и направился через весь зал к ней, медленно и осторожно, будто боялся спугнуть. Опустившись на диван рядом с вздрогнувшей Саритой, Арс положил ладонь на стол, глубоко вдохнул и проникновенно произнёс:

– Прости меня за вчерашнее. Я… очень глупо себя повёл. Это не было проверкой… точнее было, и она показала, что я – идиот. Ты правда очень сильно нужна мне. Не только в постели, не только ночами. Но, я вижу, что ты избегаешь меня на людях, и не понимаю, почему. Сари, ты меня стесняешься перед другими?

– Нет, с чего вдруг? – Сарита выглядела выгоревшей и отстранённой, от чего Арсу только захотелось сразу же сгрести её в объятия, но он опасался, что ему вновь влетит.

Замявшись, он не нашёлся, что ответить. Конечности похолодели, и казалось, что любое слово может окончательно всё разрушить, поэтому Арс молчал и не сводил взгляда с тёмных глаз, в которых ясно читалось: «Какого хрена ты припёрся?». А ответ у него был только один – пришёл бы в любом случае. И придёт. В любую погоду, куда угодно, если она однажды его простит…

Наблюдая за его моральными терзаниями, Сарита грустно вздохнула, подняла на него пытливый взгляд и тихо спросила:

– А ты меня?

– Нет, мне плевать на чужое мнение. Но твоё мне важно, – утвердительно ответил он и запнулся, ожидая реакции на свои слова.

– Да, разумеется… – прошелестел её голос, а затем она твёрже добавила: – Ты ключ забыл отозвать.

– Не отзову ни за что, – упрямо возразил Арс. – Я хочу, чтобы ты жила со мной. В моём доме. Сари, я хочу с тобой… просыпаться каждое утро. И если ты… тоже этого хочешь, скажи. И… если не хочешь, тоже… Сейчас…

Стараясь выглядеть спокойным, он сжал столешницу пальцами до бела, но в этот момент все лампочки в люстре над их головами дружно моргнули, предательски перегорев. Арс замер, буравя её проникновенным взглядом и боясь вздохнуть.

– Хочу, – выдавила Сарита, моргая и пытаясь спрятать слёзы. – Всегда хотела, но не думала, что этого действительно хочешь ты… и что тебе важно, как о тебе подумают из-за меня…

Договорить она не успела. Арс порывисто подался вперёд и нежно поцеловал её, взяв в ладони лицо и не давая отстраниться ещё какое-то время. Он не чувствовал сопротивления, а её губы дрогнули в робком ответе, том самом, который так ему был нужен.

Наконец, проведя кончиком носа по её щеке и хитро улыбнувшись, Арс поднялся и обошёл стол по кругу, подойдя к ней с другой стороны. Наклонившись, он подхватил её на руки. Опешив от неожиданности, Сарита вцепилась пальцами в его плечи и изумилась:

– Ты чего творишь?

– Забираю своё, – нарочито громко ответил Арс, ничуть не стесняясь уставившихся на них зевак. Смутившись лишь от одной пришедшей в голову мысли, он уже тише спросил у неё: – Или ты ещё позавтракать хотела?

– Нет, я спать хочу, – шепнула она ему на ухо, безуспешно стараясь сдержать нервный смешок. – Забирай и уноси.

Улыбнувшись широкой белозубой улыбкой, Арс нежно поцеловал прижавшуюся к его груди Сариту и унёс к себе домой, ни разу не спуская её со своих рук. Она молчала, щекоча его самолюбие непонимающими взглядами, но не сопротивлялась, положив голову ему на плечо.

Добравшись до дома, Арс толкнул дверь ногой, и та послушно открылась, пропуская хозяина внутрь. Не разуваясь, он отнёс Сариту в спальню, где аккуратно её раздел и уложил в постель, накрыв одеялом. Её ошеломлённый уставший взгляд вызывал только глупые улыбку на его лице, но он ничуть не стеснялся себя и своих эмоций, которые всегда приходилось держать при себе. Но не здесь. И не сейчас.

Раздевшись и улёгшись рядом, Арс по-хозяйски притянул Сариту к себе и наставительным тоном сказал:

– Прошу тебя, больше никогда за меня не додумывай. Мне не нужны куклы. Я хочу тебя, настоящую. Если у тебя ко мне вопросы – спроси. Если тебе смешно – смейся. Если захочется поплакать – плачь, только если это от обиды на кого-то, пальцем мне покажи на него. Просто будь со мной, живой и настоящей, а я постараюсь, чтобы ты была ещё и счастливой.

– Договорились, только если это будет всегда взаимно, – не в силах сдерживать нахлынувшие эмоции, Сарита расплакалась, ёрзая в его объятиях и прижимаясь в ответ.

Глава 12

На обеденном перерыве Ника отыскала профессора Хеса Керевна, что должен был сегодня вести студентов на экскурсию. У неё не было сомнений, что профессор не откажет в приглашении Каса, но приглашать без спроса было бы неучтиво.

– Не поймите меня неправильно, лично я ничего не имею против, – тактично ответил ей Хес, озадаченно погладив седую бороду, – наоборот, уважаю любознательных молодых людей и готов делиться знаниями со всеми их жаждущими… Но, наша цель – строительный объект, и заявку на его посещение я давал на конкретное количество человек. Могут возникнуть проблемы со входом, если ваш друг – не представитель Хампта.

– На этот счёт не переживайте. Он – чар, – кивнула Ника, не сомневаясь, что Каса-то пустят куда угодно.

– Тогда зовите, не вижу никаких препятствий, – старец тепло улыбнулся ей и назвал адрес, куда они сегодня направятся.

Поблагодарив его, Ника сразу же отправила точку на карте Касу, чтобы не забыть. В ответ он поинтересовался, поедет ли она с группой или вместе с ним, чем поставил её в тупик.

Поразмыслив, Ника всё-таки ответила: «С группой. Встретимся на месте.» Она очень хотела поехать с ним, тем более что это проблем бы не доставило – Кас живёт рядом, и её университет будет ему по пути.

Вот только намеченный Никой план выходил ей самой боком. Она и представить не могла, что отстранение от друга будет проходить настолько болезненно для неё, ещё и Каса это скорее просто раздражало, но никак не отталкивало.

Тем не менее, упрямство и нежелание причинять ему боль брали верх: и общения, и встреч, Ника пыталась избегать, хотя это было сложно, ведь на занятиях они оба обязательно присутствовали.

Несмотря на всё это, на экскурсию Каса Ника пригласила искренне, памятуя о том, что ему это было интересно и такого шанса может больше не представиться. Близость от поездки на мотоцикле была непростительной роскошью, рушащей немалую часть собираемой по кирпичику стены, которую безумно хотелось разрушить, в особенности длинными одинокими вечерами.

Сарита по поводу Каса больше не заикалась после их первой беседы у неё дома, но слова, сказанные новой подругой, прочно засели в голове и отрезвляли от глупых мечт. «…от Дэрна ты смогла убежать, а от Каса сможешь ли?»

Нет, Ника ни капли не верила, что её друг когда-либо мог бы опуститься до уровня бывшего парня, но допуская, что их отношения могли стать больше, чем дружескими, понятия не имела, куда это могло бы их завести. Дэрн тоже поначалу казался добрым и заботливым…

Отчаянно гоня от себя эти мерзкие мысли, Ника помрачнела. Мечты останутся мечтами, тихо выплаканными ночью в подушку. Сейчас она просто не имела права плохо думать о человеке, спасшем ей жизнь и помогавшем во всех тяжёлых жизненных ситуациях.

Ещё и повода для таких мыслей он ни разу ей не давал. Ника от всей души желала Касу счастья и отчётливо понимала, что сама этого дать никак не сможет по причине своей недолговечности. На этом всё.

Размышления об этом кружились по бесконечному кругу. Ника стояла, опершись боком о колонну у входа в учебный корпус университета и дожидалась, когда все одногруппники соберутся и они, наконец, отправятся к месту назначения. Предчувствие встречи с тем, кого так не хватало, приятно щекотало душу, но и расстраивало где-то глубоко внутри.

Одногруппники держались от неё немного в стороне, хотя казалось, что все уже давно привыкли к тому, что с ними вместе учится чар. Увы, и здесь, и в Академии, сверстники предпочитали её сторониться.

Дэрн – так в особенности, притом не наигранно или строя из себя обиженную жертву – он натурально её боялся, вздрагивая от голоса или случайно ловя её взгляд на себе, хотя сейчас она уже не считала свой давний перфоманс таким уж устрашающим, а после они ни разу не общались.

Удивительно, но за эти полтора месяца эмоции отжили своё и перегорели, сменившись совсем другими. Ника больше не злилась на Дэрна и, тем более, не боялась его. Она приняла то, что это было в её жизни, кардинально на эту жизнь повлияло, но – было и прошло. Больше нет и никогда подобного не будет.

Профессор поднял над головой руку, привлекая к себе внимание, и повёл студентов к Торенгарту. Самым любознательным на протяжении пути он рассказывал всяческие инженерные нюансы, и Ника подошла ближе, вслушиваясь и отвлекаясь от своих мыслей:

– …червоточины в пределах путей Торенгарта могут появляться только на определённых перегонах меж самых первых построенных станций, ещё не прошедших реконструкцию. Поднятые вверх тормашками поезда – это, скорее, дополнительная мера безопасности. Под большинством станций и полотен перегонов находятся полости, заполненные керансисом. Именно поэтому железнодорожное полотно, располагайся оно на поверхности земли, всё равно не стало бы поверхностью открытия. А вот если червоточина образуется в этой самой полости, то нелюди из неё попадают прямиком в керансис, которого довольно много и вполне достаточно, чтобы удержать существо любого размера. В полостях расположены датчики движения, и при их сработке информация передаётся ближайшему дозору, который дежурит в этом секторе. Отсюда ещё одна необходимость такой несущей конструкции для движения поездов – они тяжёлые, и для их следования пласт между полостью и железнодорожным полотном мог быть достаточно мощным, чтобы стать поверхностью для появления червоточин. Тогда смысл в самой полости исчезал бы. Также есть ещё один нюанс конструкции Торенгарта – до скалистых прочных грунтов тут всего ничего, оттого строить в распор, опирая остов на них, куда эффективнее.