Сарматия

Постояв в нерешительности несколько мгновений, Ледяная Принцесса вновь опустилась в соседнее кресло.

– Сдаюсь, Кристи, только давай не будем о поклонниках, – тихо попросила она.

– Моя маленькая ворчунья, – весело прощебетала Кристина, целуя подругу в щёку, – ну не хмурься. Ты мне лучше скажи, почему ты совсем забросила фехтование? У тебя ведь получалось замечательно, не хуже чем у меня. Ой, личико у тебя порозовело. Видишь, самой стыдно, что зарываешь талант в землю.

Лицо Ольги и впрямь налилось краской. Только причиной этому было вовсе не сожаление о фехтовальном таланте. Но она постаралась успокоиться и ответила вполне ровно:

– Времени нет у меня, Кристи, да и никогда я не увлекалась так, как ты. Да, получается кое-что, но ты уж не прибедняйся. До твоего уровня я никогда не дотягивала.

– Кстати, насчёт времени, – Кристина нарочно проигнорировала комплимент, – ты стала часто проводить его в продовольственной секции. Что тебя там заинтересовало?

– Да просто интересно, как всё это там работает. Я и подумала разузнать. Мы ведь должны разбираться почти во всём, помнишь об этом, Крис? – Ольга осторожно намекнула этими словами подруге о том, что та стала меньше свободного времени уделять самообразованию.

– Так я потому и спрашиваю, что хочу составить тебе компанию как-нибудь. Я ещё ни разу не была ни на ферме, ни в оранжереях, – ответила Кристина подруге, правильно восприняв её слова.

– Буду очень рада! – обрадовалась Ольга. – Тогда сходим, как закончим с твоим экспресс-сканированием? Завтра с утра у нас нет дежурства как раз. Может, тогда и жизнеобеспечение посмотрим?

– Договор! И давай иногда вместе выбираться в кафетерий в свободное время. А то мы так редко стали общаться. Живём в одной каюте, а почти и не разговариваем. Я скучаю.

– А твой Маленький Разведчик? – Ольга с трудом скрывала удивление внезапным предложением подруги.

– Ну, может, его тоже иногда будем брать с собой, – непринуждённо ответила Кристина, – и Милен с её поручиком.

– А Близнецов?

– Ох, ну разве их вытянешь из альтернативного пространства? Сидят себе, понимаешь, в своём мультивселенском междумирье, даже в Комплекс ленятся спускаться.

– Ой, да ты совсем отстала от жизни со этими вашими «свиданиями-у-окна». Ходят они себе прекрасно в лаунж-зону, например. Даже я в курсе. Собрали там кружок своих почитателей, любящих порассуждать о «философии мироздания» за стаканом планетарки. Вот тебе и междумирье. Погружение на семьдесят градусов обеспечено, – настроение Ольги совершенно улучшилось. К ней даже вернулась способность шутить в своём стиле.

– Ну, тогда зачем мешать офицерам-исследователям просвещать народ? Главное, чтобы Господин Т ими не заинтересовался, а то переманит наших друзей в Контору, – понизив голос, но всё так же улыбаясь, отвечала Кристина.

– Винников, кстати, себя никак не выдаёт. Если бы не Сарматия, никогда бы не подумала.

Как и ожидалось, экспресс-сканирование прошло без сбоев и проволочек. Разработанная методика позволила увеличить скорость эффективного сканирования крупных объектов на восемьдесят с небольшим процентов. Офицер-исследователь Майер подробно задокументировала и описала все процессы и алгоритмы в приложении к рапорту на имя своего непосредственного начальника капитан-лейтенанта Винникова.

* * *

Старший аналитик Кирилл Винников, ознакомившись, отправил рапорт уже своему непосредственному начальнику – майору Перфильеву. Сам же он, немного подумав, сделал заметки о лейтенанте Майер в личном инфоре. Бояться ему было нечего: вся информация надёжно шифровалась и имела вид безобидного наброска бытовой прозы – капитан-лейтенант Винников был известным любителем написания коротких рассказов. Правда, некоторые считали его скорее графоманом, но предпочитали благоразумно помалкивать об этом.

Конечно, данные о выпускниках Факультета исследования в его распоряжении имелись, что, однако, не отменяло необходимости их обновления и коррекции.

Старший аналитик считал лейтенанта Майер способным офицером с большим потенциалом. Но полагал, что польза от её приглашения для Службы-Т будет минимальной из-за жизненных принципов лейтенанта, которые не позволят доверить ей участие в спорных с точки зрения морали проектах. Такого же мнения он придерживался и об Ольге Неизвестной. Здесь, помимо моральных стандартов, были и другие трудности: исключительная привязанность Неизвестной к своей подруге граничила с зависимостью. А это уже могло грозить большими проблемами в будущем. Сотрудники с ментальными проблемами Службе точно не нужны.

Аруне-Киренская не подходила в первую очередь по характеру – слишком импульсивная, слишком открытая, слишком самоуверенная. Мозги есть, и своего добиваться умеет, но этого недостаточно.

Идеально подходили Демидовы. Оба. И Винников уже предпринял определённые шаги, став завсегдатаем посиделок в лаунж-зоне с участием перспективных офицеров.

* * *

– Хорошая работа, лейтенант. Благодарю Вас, – вынес вердикт командир крейсера, ознакомившись с результатами работы офицера-исследователя Майер.

– Служу Империи, господин флаг-коммандер, – чётко произнесла положенный по уставу{51} ответ Кристина.

Теперь можно было немного расслабиться и посвятить свободное время Ольге. Кристина твёрдо решила вытащить свою подругу из депрессии. Ради этого она была готова немного сократить своё общение с Сергеем и вообще пересмотреть своё личное время. Ольга заслуживала этого, потому что была родной душой и никогда не оставляла Кристину без поддержки. «А почему только личное?» – внезапно подумалось ей.

– Господин флаг-коммандер, разрешите обратиться, – Кристина решила сразу реализовать возникшую идею.

– Конечно, лейтенант. И, прошу, не тратьте время на все эти армейские «разрешите». Боевой режим подразумевает, что если кто-то к кому-то обращается, значит, у него есть на то причина. А мы, напоминаю, выполняем боевую задачу.

– Есть, господин флаг-коммандер, я…

– И без «господин»!

– Точно так, госп… ээ, ну, – запнулась Кристина.

– Флаг-коммандер, – пришёл на помощь Марк.

– Флаг-коммандер, – повторила девушка, – я хотела попросить разрешения на перераспределение служебного времени для меня, а также лейтенантов Неизвестной и Аруне-Киренской на ближайшие два-три дня.

– В связи с чем, лейтенант? – удивился такой просьбе крейсер-капитан.

– Мы бы хотели больше времени уделить изучению систем жизнеобеспечения и продовольственной секции, если есть такая возможность. Личное время мы тоже задействуем, но его может не хватить.

– Но разве вы всё это не изучали на своём факультете?

– Не всё. Это ведь совершенно новые принципы. До нас они почти не дошли. А мы должны разбираться во всём, – закончила она словами Ольги.

– Что ж, это похвально, лейтенант. Я полагаю, что мы можем это организовать. Я сейчас дам указание начальнику штаба, а Вы явитесь к нему в кабинет.

* * *

Коммандер Волков отнёсся с энтузиазмом к просьбе офицеров-исследователей и принялся перекраивать графики.

– Мы просим прощения, господин коммандер, за то, что доставляем неудобства Вам и всем остальным. Просто полагаем, что данный пробел должен быть устранён в кратчайшие сроки, – Ольга, составившая компанию своей подруге, взяла на себя обязанность принести извинения начальнику штаба.

– Ой, бросьте, лейтенант, – улыбнулся Волков, – вы ведь не на кружок Демидовых время выпрашиваете. Жизнеобеспечение – вещь нужная. И хорошо, что вы намерены восполнить пробелы в знаниях. Это показывает стремление к развитию.

– Благодарим Вас, господин коммандер, – ответила уже Кристина.

Роман ненадолго задумался, уставившись куда-то невидящим взором. Затем, взглянув на стоящих перед ним девушек-офицеров, тихо произнёс с грустной улыбкой:

– Моя жена была военным медиком и учёной-биологом. Она участвовала в модернизации систем жизнеобеспечения и даже защитила докторскую по этой проблеме… Ей пророчили большое будущее после окончания войны.

Помолчав ещё немного, он опустил глаза и уже совсем тихо продолжил:

– Её сестра отомстила той твари. Хотя бы так.

Ему, видимо, стоило усилий, чтобы отогнать прочь так некстати появившиеся воспоминания.

– Что ж, дамы офицеры, – уже деловым тоном он обратился к девушкам, – новые графики в общей сети, ознакомьтесь. На ближайшие два дня вы полностью освобождаетесь от других задач и дежурств за исключением, естественно, каких-то экстренных ситуаций. Вы свободны.

Перед самой дверью, которая уже открылась, чтобы выпустить их из кабинета начальника штаба, Ольга развернулась и вновь обратилась к Роману:

– Господин коммандер, работы легион-капитана Кэтрин Миллер в области биотехнологий и жизнеобеспечения действительно во многом опередили своё время. Не имея функционирующих образцов, полученных только после захвата Центра{52}, она со своей группой за два года до Рейда создала первый живой фильтр-преобразователь, который расщеплял отходы на воду и простые белки, жиры и углеводы. Это был огромный шаг вперёд. У неё действительно было большое будущее… Я хочу, чтобы Вы знали об этом.

Вновь грустно улыбнувшись, коммандер Волков кивнул офицеру-исследователю и мягко ответил:

– Я знаю, Ольга. Но спасибо.

Когда дверь закрылась, он достал личный планшет и с глубоким вздохом принялся листать фотографии. Почти все свадебные были совместными, так настояли сёстры-невесты. А вот и медовый месяц, тоже совместный, конечно. Но Роман был только рад постоянно видеться с другом, таким же счастливым, как и он сам. Номера были напротив. Они так замечательно проводили дни вчетвером! Поистине, это было лучшее время в жизни… Его нельзя вернуть. И её тоже не вернуть. Остались лишь воспоминания. Добрые и светлые, как те девушки, с которыми их когда-то познакомил бывший друг. А вот и общее фото. На переднем плане две невесты, два жениха и два брата. Блестящие офицеры, блестящее будущее…

Фотографий было немало, но Роману больше остальных нравилось, как это ни странно, официальное фото супруги для какого-то научного издания. Царственно прекрасная девушка в парадной форме Корпуса Легионов. Русые волосы в простом каре, высокие скулы, пронзительный взгляд голубых глаз. Орден святой Анастасии и Георгиевская медаль довершали её образ, в котором словно чувствовалась какая-то трагичность. «Доктор медицины и микробиологии легион-капитан Кэтрин Кассандра Миллер» – гласила надпись под фотографией.

* * *

Следующие сутки девушки, в том числе Милен, практически не вылезали из отсеков секции жизнеобеспечения. Аруне-Киренскую долго упрашивать не пришлось, несмотря на то, что она немного отдалилась от своих давних подруг, больше времени проводя в компании пилотов. Все её рабочие зоны, кроме основной в командном центре, были так или иначе связаны с пилотированием. Ей даже доверяли место первого пилота крейсера, правда, пока только под присмотром. Но Милен справлялась хорошо, впрочем, как и с любой летающей машиной.

Братья Демидовы наотрез отказались «заниматься никому ненужной ерундой», решив посвятить своё рабочее время в научной секции решению нехарактерной для них задачи – изучению теории квантовомеханической связи. Это направление активно разрабатывалось до конца двадцать первого века, но потом упёрлось в потолок. Затем наступил период турбулентности в мировой истории, потом хаос Первой волны, потом опять турбулентность, сменившаяся относительной стабильностью периода Второй волны. Потом пришли номады, и всем стало не до старых теоретических изысканий. Словом, к данной идее серьёзно не возвращались.

– Жизнеобеспечение, стало быть, это ерунда, – возмущалась Милен, – а какая-то абракадабра с научным скином – очень нужная и своевременная вещь.

– Ну почему абракадабра, Мили. У нас на борту ведь квантовый компьютер. Значит, нам удалось выйти на прежний уровень в этой области.

– Кристина, построить компьютер и создать коммуникатор с возможностью неограниченной мгновенной связи – это не одно и то же. А наши чудо-братья озаботились отсутствием у человечества именно этой хреновины.

– В этом есть резон, – не согласилась с подругой Ольга, – если до сих пор у учёных ничего не вышло с гиперпространственной связью, то имеет смысл поискать в других направлениях. А мы упёрлись в опыты с гиперсигналом и пляшем с бубнами вокруг него. Да только ничего не выходит. Миллиард империалов{53} проедено, а толку никакого. Так до сих пор зондами и пользуемся с почтовыми станциями{54}. Как в древние времена, честное слово.

Разговор происходил в преобразовательном отделе секции жизнеобеспечения. Девушки решили немного отдохнуть и сидели на кожухе, скрывающем одну из магистральных труб.

– Под нами, кстати, течёт «рабочий материал», – сообщила подругам Ольга, но, увидев на их лицах некоторое недоумение, поспешила пояснить: – Этим изящным эвфемизмом сотрудники секции называют разнообразные виды отходов.

– Меня вот что беспокоит, – решила поделиться с подругами Кристина, – нам всегда говорили, что удалось отследить управляющий сигнал из Центра в войде и, таким образом, установить примерное его местоположение. И как-то эту тему никто не развивал дальше. Отследили и отследили. Но мы ведь и сегодня не в состоянии этого сделать. Сигнал не вызывает возмущения пространства, в отличие от гиперперехода. Как же тогда нам это удалось? Ведь и захватив пару раз более-менее целые передатчики, никто так и не понял даже принципов, на которых они работали.

– Ну, опыты тогда активно проводили, все НИИ только гипером и занимались. Может, разок что-то и получилось, – неуверенно ответила Милен. – В такой высокоточной науке не так-то много и осталось точности.

– Ну это ведь не картошку пожарить, чтобы разок получилось, разок подгорела. Я слышала, якобы кто-то чуть ли не во сне узнал, где находится Центр и даже генераторы сигнала.

– Ага, это под «зелёной пылью»{55}, что ли? Вкинул капсулу и узрел в бреду истину, такой себе бэд-трип, – расхохоталась Милен.

– Так, дамы офицеры, чесать языками мы все очень любим, но давайте-ка вернёмся к делам. Я тут сама ещё плаваю, а вы обе – вообще ни о чём, – говоря это, Ольга подошла к одному из огромных прозрачных контейнеров, в которых располагались живые перерабатывающие структуры – элементы центральной системы жизнеобеспечения.

– Как видите, таким биомашинам отдана значительная часть всего этажа. Но подобные, ээ, устройства имеются практически по всему кораблю, только не таких масштабов, – объясняла Ольга, указывая рукой на ячеистые структуры неприятного красно-бурого оттенка с отчётливо проступающими сосудами «кровеносной» системы.

– Отходы поступают из отстойников в первичные сепараторы, а оттуда уже в эти фильтры-преобразователи. Вот сюда поступает выделенный водород, и часть его дальше уходит на энергетику.

Вся информация, конечно, была на служебных инфорах. Но Ольга иногда проясняла некоторые детали и наглядно показывала, что и как подводится и отводится; что получается на выходе, и куда это идёт дальше; какие культуры микроорганизмов используются и так далее. Кое-что было для её подруг знакомо, но не всё. Про себя Кристина отметила, что Ольга явно прибеднялась, когда говорила, будто ещё «плавает» в этой теме. С ней бы вполне согласился и майор-инженер{56}

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Заткнув уши, воровать колокол – китайская идиома, обозначающая самообман и не признание очевидного.

2

Истина в вине (лат.)

3

Следовательно (лат).

4

Абсолютно нет, в значении «ни в коем случае» (англ.)