Резонанс души, Том 2.2

Глава 24

Честь и долг

Спустя неделю после того, как Шуна приняли в клан Вадо, начались его тренировки с дворецким Абрамом. Но, в отличие от тренировочных дней, что будут в дальнейшем, в этот раз всё закончилось даже слишком быстро. Мужчина собирался проверить способности своего нового господина и не заметил, как постепенно начал увеличивать свой напор. Это заставило парня почувствовать опасность и действовать соответствующе.

— Ты в порядке? — спросил Макото, когда тот вышел из кабинета главы клана, который сильно его отчитал.

— Да, не переживай, — совершенно спокойно ответил Шун.

— Тогда можешь объяснить, почему ты так сделал во время тренировки? — задал серьёзный вопрос дворянин, когда они зашли в его комнату.

— Ты про что сейчас? — уточнил парень, а потом предположил. — Про то, что я ударил его по яйцам? Или то, что продолжил его бить по голове после этого?

— Про всё это вместе. Ещё раз: почему ты так сделал?

Шун сел на подоконник и вздохнул.

— Ответь сначала на мой вопрос, — с небольшой долей раздражения в голосе проговорил он, — почему вы все так на это реагируете? Даже твой отец сейчас отчитывал меня за это, говоря, что «дворянам, а тем более членам такой великой семьи, как Вадо» ни в коем случае делать ничего подобного, потому что это бесчестно.

— Так что же тебе не понятно, раз отец сказал тебе всё достаточно ясно? — спросил Макото, а потом добавил. — И я тебе уже много раз говорил, что тебе стоит называть его просто отцом. Мы с тобой братья, а это значит, что он и твой отец тоже.

— Я говорил, что подумаю над этим, — всё ещё раздражённо вздохнул парень. — Возвращаясь к твоему вопросу, объясни мне, что значит эти ваши «честно» и «бесчестно»? Я никак не могу понять значения этих слов. С момента того турнира мне постоянно говорят про эту «честь», но всё никак не могут объяснить.

— Знаешь, я могу, конечно, сейчас рассказать тебе всё в подробностях, но мне кажется, что это будет бессмысленно, — улыбнувшись, сказал дворянин. — Поэтому скажу проще: честь, про которую мы говорим сейчас – это касается определённых правил ведения боя. Мы, дворяне, не должны использовать никаких грязных трюков или уловок в бою. Я имею в виду удары в пах, в глаза, в спину и прочее. Мы должны сражаться с противником прямо и открыто. Например, даже при использовании меча необходимо сражаться только им, не используя что-то другое. К тому же наличие техники означает, что ты должен будешь использовать её только в отношении своего оружия...

— Ты хочешь сказать, что просто нужно сражаться, как какой-то баран? — прервал его Шун.

— Нет... — вздохнул Макото и упал на кровать. — Тебе нужно понять, что есть определённые правила, которым должен следовать человек знатных кровей независимо от обстоятельств.

— Ладно, а что делать, если нет возможности следовать этим правилам, но при этом твоя жизнь находится в опасности? — спросил парень спустя пару секунд молчания. — Если ты не можешь победить противника честным способом, а он вот-вот убьёт тебя? Ты просто примешь факт своей смерти?

На тот момент Макото не смог ответить на этот вопрос, ведь в его голове просто не могла уложиться подобная мысль. И со временем он даже забыл о том разговоре. Сейчас же перед ним стоял вождь орков.

«Я, конечно, уже сталкивался с вождём орков, но это длилось всего несколько секунд, — быстро рассуждал про себя дворянин. — И даже такого короткого мига достаточно, чтобы понять, насколько он опасен. А тот, что стоит сейчас передо мной, кажется, не сильно уступает тому, с которым бился Шун. И после той битвы он был в ужасном состоянии...»

Он вытащил меч из ножен и встал в стойку.

«Это значит, что мне нужно сражаться изо всех сил»

Орк, увидев это, ухмыльнулся и также достал своё оружие, которое больше напоминало огромный тесак, а не меч.

— Готов начать, гхай’рос?

— Да

Макото коротко ответил ему и тут же ринулся на него на всей скорости, на какую только был способен. Их клинки столкнулись с невероятным звоном, но из-за разницы в мощи и габаритах дворянин был отброшен назад. Монстр не стал терять времени и с кровожадной улыбкой приблизился к нему, замахиваясь для удара. Человек смог заметить это и создать под своими ногами взрывы, благодаря чему смог подлететь вверх. Там он начал быстро вращаться и нанёс новый удар, одновременно ускоряя себя очередным взрывом. Однако эта атака была заблокирована.

«Н-но как ему удалось остановить это? — быстро думал Макото. — Это должно было нанести хоть немного урона!»

— Я, конечно, не возлагал на тебя больших надежд, но ты умудрился не оправдать даже их, гхай’рос! — разочарованно сказал вождь орков. — Ну же! Покажи мне что-то похожее на тот удар, что ты нанёс в самом начале! Вот он был хорош!

«Да что он такое несёт? — недоумевал дворянин. — Про что он?..»

Его мысль прервал громогласный звук удара, который раздался откуда-то издалека, а за ним последовало ещё несколько таких же.

— Надо же, — внезапно повернулся в ту сторону Кирт’ра Вурн и улыбнулся, — видимо, Восс смог найти того кино’ву, про которого так много рассказывал...

«Судя по энергии, там находится Шун, — понял Макото. — Так получается, что он сейчас сражается с тем вождём, с которым бился ранее?»

В этот момент стена дворца разлетелась на куски, а из неё выпал огр невероятно больших размеров, вслед за которым вниз полетел орк с человеком в руке.

— Даже у них происходит что-то интересное, а мне достался какой-то скучный гхай’рос, который не может показать мне честную битву, — вновь разочарованно проговорил противник дворянина. — Жаль, что именно я не встретил того кино’ву, с которым сейчас бьётся Восс. Вот с ним бы я точно смог развлечься как следует! Как только разберусь с тобой, гхай’рос, я пойду туда и...

— Для тебя и меня вполне хватит, — серьёзно проговорил Макото, убирая меч в ножны, но при этом не отпуская его рукояти. — Уж это я могу тебе гарантировать.

В следующее мгновение он рванул на противника и мгновенно обнажил клинок, нанося несколько последовательных ударов. Но даже такого было недостаточно, чтобы нанести хоть какой-то урон.

— Мне кажется, или ты стал чуточку сильнее? — ухмыльнулся орк.

Аристократ даже не стал его слушать и продолжил атаковать, создавая на кромке лезвия своего меча множество взрывов, которые в одно мгновение вырвались из него, что многократно усилило выпад.

— Да и удары стали немного сильнее...

Удар Макото был остановлен тесаком монстра, но его сила не была потеряна бесследно, и по оружию врага пошли трещины, а следующую секунду оно вообще развалилось на множество кусков.

— Я понял! — громогласно прокричал вождь орков, схватив человека двумя уже свободными руками. — Ты знаешь того кино'ву! Я прав? И он тебе не безразличен!

Он одной рукой крепко держал его, а второй аккуратно снял с него маску и увидел лицо Макото, полное гнева и злобы.

— Так может мне отнести тебя туда и убить на глазах у кино'ву? — с ужасной улыбкой спросил орк. — Или убить его перед тобой?

Эта фраза стала последней каплей, ведь в следующее мгновение дворянин создал под своей ступнёй взрыв и нанёс удар коленом с огромной силой. Не успел монстр опомниться, как тот двумя ногами ударил его в горло, также усиливая эффект при помощи взрыва. Высвободившись из захвата, Макото приготовился вновь атаковать, но его остановила резкая боль в ноге. Этим мгновением промедления воспользовался враг и ударил своим огромным кулаком. Человек выставил блок левой рукой, но этого было совершенно недостаточно, и его отбросило в стену, оставляя в ней огромные трещины.

«Чёрт возьми! — выругался про себя он. — Как же больно!»

«Макото, запомни одну крайне важную вещь, — как-то сказал ему отец, когда тот был ещё совсем юнцом, — для людей знатных кровей честь – это всё. Это твой долг, твоя обязанность и твоё положение в глазах других дворян. Какая бы ни была ситуация, ты должен следовать законам чести и долга. По праву рождения членом клана Вадо ты обладаешь не только огромными возможностями и привилегиями, но и не меньшими обязанностями, что куда более важно. Ты должен понимать, что ты наследник Великого клана, на которого возлагаются большие надежды. Даже если на кону твоя жизнь, ты обязан сделать всё, чтобы исполнить этот долг. Но ты можешь поверить мне, сын мой, если сражаться нашим стилем боя, то ты ни за что и никому не проиграешь!»

Макото попытался сжать свой кулак, но левая рука просто его не слушалась, а правую ногу при каждом движении будто бы пронзало множество маленьких игл.

«Прости меня, отец, но, видимо, мне придётся поступиться честью, чтобы выполнить свой долг и победить в этой битве, — рассуждал про себя Макото, тяжело дыша. — Моя левая рука сломана, поэтому использовать большинство наших техник у меня не получится, да и я не уверен, что против него они сработают... А наносить такие же атаки, как до этого у меня не получится, так как у них слишком сильная отдача... Придётся действовать, как Шун...»

— Знаешь, гхай'рос, твоя последняя атака была очень даже неплоха, — произнёс огромный монстр. — Но мне этого мало!

С этими словами он ринулся на человека, но тот всего на мгновение опередил его и, выставив руку вперёд, создал большой взрыв, который ненадолго дезориентировал врага. Следом он буквально выстрелил собой при помощи своей техники прямиком в орка. Дворянин тут же полоснул его мечом по лицу, а затем пнул туда же, создавая небольшой, но громкий взрыв.

«Это должно дать мне несколько секунд, — быстро думал он, отпрыгивая назад»

Макото воткнул меч в землю и целой правой рукой снял с себя пояс, которым спешно, но плотно примотал левую к рукояти оружия. Пусть это и было достаточно неудобно, и даже так ему потребовалось на это действие около тридцати секунд, чего было достаточно его противнику, чтобы прийти в себя и снова начать своё наступление. Человек поднял свой меч для защиты, что было достаточно очевидно, поэтому орк наклонился в сторону и приблизился к тому практически вплотную, раскрывая свою огромную пасть. В то же мгновение дворянин свободной рукой создал взрыв ровно под ртом монстра, из-за чего тот захлопнулся. После данного действия он ударил рукоятью меча по его виску, а следом атаковал ногой туда же. Этого было достаточно, чтобы немного оттолкнуть вождя в сторону.

«Дистанция подходящая! — пронеслось в голове Макото»

Он тут же рубанул своим мечом по диагонали, разрезая грудь врага.

«Очень неудобно держать таким образом меч, но мне нужна свободная рука, чтобы использовать техники»

Человек быстро приблизился к монстру, нанося в процессе множество ударов мечом и параллельно создавая взрывы, которые причиняли тому огромный вред.

— Уже лучше! — неожиданно произнёс Кирт’ра Вурн, находясь под этим шквалом атак. — Намного лучше, гхай’рос! Но почему только я принимаю все удары?!

С этими словами он выставил руку с раскрытой ладонью вперёд прямо под очередной выпад меча. Клинок насквозь пронзил её, но Макото был поражён тем, что не мог его вытащить.

«Да он больной!»

Вождь орков не стал медлить и, крепко схватив того за руку с оружием, со всей силы ударил прямо по груди человека несколько раз. Через мгновение он размахнулся пронзённой рукой, в которую до сих пор был воткнут меч, и швырнул дворянина в сторону, словно маленький камешек, обламывая лезвие у самой рукояти.

— Ты и правда хорош, гхай’рос! — радостно произнёс орк, медленно подходя к врагу, который с огромным трудом смог подняться на одно колено. — Хотя нет, тебя вполне можно назвать кино’ву! В начале я думал, что у меня не получится развлечься с тобой, но ты показал, что я был неправ! Именно такую кино’ванитор жаждет каждый кино’ра! Поэтому сражайся честно, кино’ву, и я отвечу тебе тем же! Используй всё, что у тебя есть! Любые удары, любые трюки, мне плевать! В этом и есть суть кино’ванитор!

«Да разве это честь? — спросил про себя Макото. — Честь – это сражаться с противником открыто, без трюков и каких-либо ухищрений! Биться с ним наравне, а не...»

— Теперь я перестану сдерживаться! — рявкнул монстр, а после его слов из него вырвалось настолько огромное количество энергии, что раненного человека чуть было не снесло.

Не успел тот опомниться, как его противник в одно мгновение сократил между ними расстояние и нанёс размашистый удар в сторону. Дворянину даже не удалось осознать, как он уже летел в стену, но так и не достиг её, ведь за мгновение до столкновения с ней его схватили за ногу, а затем с огромной силой впечатали в землю.

«Да как такому монстру вообще можно противостоять? — задался Макото вопросом, пытаясь вдохнуть хоть капельку воздуха. — Его сила просто за гранью моего понимания...»

Орк всё ещё не отпустил его ногу и с огромной силой подбросил того в воздух.

— Ну же, кино’ву! — прокричал он. — Не говори мне, что это всё, что ты можешь мне показать! Я не хочу заканчивать вот так!

«Мне его не победить... — осознал дворянин, находясь в свободном падении. — На все мои удары он просто не реагирует... Порезы для него – это не более чем простые царапины, а взрывы – неприятная помеха... Да и мой меч он переломил, как веточку... Кажется, здесь я и умру...»

С этой мыслью он врезался в землю с огромным грохотом. Вождь орков медленно подошёл к нему и увидел, как тот лежит без движения.

— Видимо, я переоценил тебя, кино'ву... — разочарованно произнёс он. — Жаль, а я думал, что ты покажешь мне больше...

С этими словами вождь направился в сторону, где проходило сражение между Шуном и Грон'тра Воссом. В этот момент Макото вспомнил свой недавний разговор с братом.

— Я тебе уже множество раз говорил, что не стоит думать о резонансе, как о чём-то простом, — сказал парень.

— А я всё ещё не могу понять, что ты имеешь ввиду, — отвечал ему дворянин. — Твои слова звучат для меня просто странно.

— Тогда ответь мне: как именно ты его используешь?

— Для атаки при помощи взрывов и усиления тела или оружия, — коротко ответил ему Макото.

— В этом-то и проблема вас всех, — вздохнул Шун. — Нет, я не спорю, что обычно такого взгляда на ситуацию вполне достаточно. Но ты не задумывался о том, что будет, если этого не хватит в какой-то момент? Я вам уже месяц пытаюсь объяснить, что резонанс не так просто, как вы думаете.

— Ты про то усиление, про которое говорил ранее?

— В том числе, — кивнул парень. — Вот ты не думал о том, что будет, если использовать свои взрывы по-другому?

— В каком это смысле "по-другому"? — недоумённо спросил дворянин.

— Например, что, если взрыв будет не снаружи, а внутри? — Шун ответил тому вопросом на вопрос.

— Ну тогда я сам умру, если сделаю так, — тут же ему ответил брат. — Это просто самый логичный ответ на этот вопрос.

— Хорошо, а что будет, если ты укрепишь при помощи резонанса не только свои руки или оружие, а, предположим, какой-то ещё элемент одежды или снаряжения? — продолжил задавать вопросы парень. — Например, перчатку или сапог?

— Скорее всего, они просто порвутся из-за переизбытка энергии, как и меч, если влить в него слишком много резонанса, — вздохнул рыжий. — Вот только он продержится дольше, ведь может вместить много энергии, а перчатка может порваться буквально от её капли. И я всё ещё не понимаю, как эти твои вопросы помогают начинать смотреть на резонанс, как на что-то более простое?

— Я уже говорил, что не умею правильно объяснять или что-то в этом роде, — спокойно ответил Шун. — Но даже если ты сейчас не понимаешь, что я имею ввиду, то хотя бы попробуй подумать на досуге об этом. Может, это будет полезно.

— Обязательно, — с лёгкой улыбкой ответил ему брат.

«И почему я вспомнил об этом именно сейчас? — думал он сейчас, истекая кровью на дворцовой брусчатке. — Что же ты тогда имел ввиду, Шун?.. «Не снаружи, а внутри»»

Кирт'ра Вурн, уже уходящий, внезапно остановился и повернулся на какой-то странный звук. Перед собой он увидел Макото, который поднялся на ноги и собирал в своей раскрытой ладони большое количество энергии.

— А вот это мне уже нравится, кино'ву! — улыбнулся вождь Свирепых волков. — Давай же, покажи мне всё, на что способен! Из уважения к тебе, я буду биться с тобой, пока ты не сможешь больше продолжать! И я подарю тебе достойную смерть, кино'ву!

— Заткнись... — коротко ответил дворянин, с трудом стоя на своих ногах.

В следующую секунду он создал под своими ногами достаточно сильный взрыв, который отправил его прямиком в противника. Тот же прекрасно видел эту атаку и решил просто заблокировать её, а не уклоняться. Он выставил блок своей правой рукой. Ладонь Макото же была не просто усилена энергией резонанса, но и немного заострена благодаря этой самой энергии. Из-за этого она буквально вонзилась в предплечье орка. В этот самый момент дворянин закричал во всё горло. Он не знал, как именно это делал Шун, но решил попробовать усилить свой голос настолько, насколько это вообще было возможно. Его крик на мгновение оглушил противника, чего Макото хватило, чтобы создать вокруг своей ладони, которая была воткнута в руку орка, самый сильный взрыв, на какой ему только хватит сейчас сил. В то же мгновение его залило зелёной кровью. Орк же взревел от боли. Как только дворянин смог хоть что-то видеть, то понял, что его атака сработала намного лучше, чем он мог подумать. Правая рука вождя орков была разорвана на куски, оставляя после себя обрубок, ошмётки плоти и торчащую наружу кость.

Макото прекрасно понимал, что нельзя останавливаться на этом, поэтому решил повторить этот удар, но уже на сердце монстра. Однако стоило ему только попытаться атаковать, как тот пнул его и попытался ударить оставшейся рукой, издавая яростный рёв. В этот момент он не думал о какой-либо тактике или чём-то подобном, сейчас он напоминал дикого зверя, в ярости атакующего своего врага. Но даже так, каждый его удар обладал невероятной силой. С каждой новой атакой по человеку, его шансы на выживание таяли.

«У меня не осталось сил... — прилагая огромные усилия, уклонялся Макото от этого бешеного напора орка. — Если пропущу ещё хоть один удар, то точно умру...»

В этот самый миг, когда в него летел огромный кулак вождя орков, множество мыслей посещало его голову с огромной скоростью. Он пытался придумать выход из сложившейся ситуации, но ничего так и не вышло. Поэтому ему ничего не оставалось кроме, как положиться на самую безрассудную идею, что у него осталась, которая, скорее всего, приведёт его к смерти.

В последнее мгновение дворянин успел уклониться от кулака монстра, после чего перепрыгнул через его голову. Как только он оказался над ним, то вокруг шеи орка обвился ремень, которым до этого был примотан меч к левой руке человека. Макото изо всех сил потянул за ремень обеими руками, но из-за большого количества ранений силы в них едва ли можно было сравнить с одной рукой.

«Чёрт! — выругался он про себя»

Один конец ремня он тут же схватил двумя руками, а второй зубами и принялся изо всех сил тянуть. Но и орк не собирался так просто умирать, пытаясь всеми силами достать его.

«Этого недостаточно! — кричал Макото про себя»

Его зубы трещали, как и кости, но он не останавливался. Напротив, дворянин начал вливать весь резонанс, что у него был в ремень и своё тело. Каждое мгновение казалось вечностью, а боль выходила за все разумные пределы. Он осознавал, что если сейчас не справится с этим, то просто умрёт, и поэтому не расслаблялся ни на мгновение, хоть его тело уже было на пределе, а противник перестал двигаться.

Человек отпустил свой ремень только в тот момент, когда все силы окончательно покинули его, и он рухнул на землю. Его тело было обильно покрыто кровью, а также потеряло много своей собственной, но, несмотря на это, дворянин уже был не в силах, что-либо сделать. Но мысль о том, что свой долг он исполнил сполна, принесла ему некоторое удовлетворение.

— Остальное... оставляю... на тебя... Шун...

Это было последним о чём подумал Макото Вадо на этой войне.

Глава 25

Честный бой

Некоторое время назад Шун только начал свою дуэль с Грон'тра Воссом. Соплеменники орка видели, как эти двое обменивались ударами невероятной силы, не могли не поразиться возможност

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.