За Серебряным утесом
— Держи, — в одну из ставшими уже регулярными ночных встреч она протянула Малуша занятную вещицу.
— Что это?
В маленькой, но изящной шкатулочке работы одного из самых дорогих мастеров из торгующих подле укрепления, лежал скрученный тугой змейкой браслет из приятно пахнущей светлой кожи тончайшей выделки.
— Подарок? — Малуша подняла удивленные глаза на наставницу и провела пальчиками по незнакомым знакам, которыми щедро была покрыта внешняя сторона браслета.
— А с чего мне тебя дарами осыпать? — хмыкнула Власта, впрочем, не скрывая удовлетворения от радости бывшей ученицы. — Для дела сия вещица. Должна помочь тебе в отдалении от утеса. Вот, гляди внимательно.
Управительница укрепления выдернула кожаную полоску из пальцев девушки и перевернула внутренней стороной. Сперва Малуша ничего не поняла, а потом разглядела почти незаметный разрез по всей длине браслета. Власта поддела его ноготком и продемонстрировала кармашек, заполненный травами. Убедившись, что бывшая ученица увидела то, что нужно, она вновь повернула украшение лицевой стороной и быстро обвела пальцем три самых крупных знака, четко проговаривая специальные слова. В ответ символы засветились, а от них, словно по цепочке, и все остальные тщательно выведенные на тончайшей коже узоры. Свечение от браслета стало сильнее, вызывая легкое искажение воздуха вокруг. Зачарованная Малуша хотела было склониться пониже, чтобы разобрать знаки — уж очень любопытными они были, но Власта резко ее оттолкнула.
— Как была неразумной, так и осталась! — гневно сверкнула она глазами и повела рукой над вещицей, возвращая ей первоначальный вид обычного украшения. — Не ведаю, сколь часов он тебе отдаст. Пробуй и ничего не бойся! О том заклинании никто не знает, оно существовала еще до Разграничения и ни разу нами не применялось с тех времен. Травы и текст я для тебя записала.
Женщина взяла со стола сложенный вчетверо листок бумаги и приказала Малуше спрятать его, да так, чтобы никто и никогда не нашел. Что случится, если кто чуждый или из своих пронюхает про то, Власта не сказала, но от тягостного предчувствия почему-то засаднило сердце.
— Ступай, ступай, — вдруг погнала ее наставница, картинно позевывая. — Утомилась я с тобой. Ступай, не стой столбом.
Уже в избушке, разложив свои сокровища на столе, Малуша вспомнила о том, что так и не поблагодарила наставницу. Да и ждала ли та благодарности? Уже много позже мысли эти вновь и вновь приходили темными бессонными ночами, но тогда она, отбросив все кажущееся бесполезным и отвлекающим, с энтузиазмом принялась экспериментировать с браслетом. Удаляться от проклятого места с ним оказалось легко и просто! Но Малуше того было мало, и она в течение года совершенствовала древнюю рецептуру, чтобы добиться более длительного эффекта. Ей удалось! Невероятно гордая собой она решилась поделиться радостью с единственной, у кого за безрассудную девчонку болело сердце, но… пространство выбросило ее у подножия холма, густо поросшего зеленью.
— Нет, — Малуша мотнула головой, отгоняя «мираж». — Нешто ошиблась?
Она снова выгнула пространство в знакомом направлении и опять тот же холм. Сколь ни билась пограничница, выйти к укреплению так и не смогла. С первыми лучами солнца хмурая и изрядно измученная она вернулась к избушке, но усидеть на месте не сумела — сердце чуяло беду, выстукивая заунывную мелодию, от которой сводило зубы. Малуша быстро переоделась в дорожное светло-серое платье, затянула на тонком запястье браслет и смело шагнула в дрожащий омут пространства.
За несколько суток побывала она у всех пограничниц, с которыми некогда училась. И ни одна из бывших неофиток не смогла попасть в укрепление — пространство выводило девочек все к тому же холму, на котором не найти и отдаленных признаков огромной крепости с расстилавшимися внизу торговыми рядами, жилыми домами и хозяйственными постройками. Пограничницы остались совершенно одни!
*********
Малуша сделала последний глоток чая — рассиживаться для нее совершенно недопустимая роскошь! Сегодня она запланировала устранить хотя бы две угрозы прорыва, а там и дети леса начнут собираться у ее домика, заняв до самой темноты. За прошедшие столетия для них ничего не изменилось! В отличие от людей они по-прежнему несли свои «беды» и болезни той, что стояла на границе миров, едва ощутив ее приближение. В каждый свой приезд сюда Малуша едва поспевала с делами: границу укрепить, зверье подлечить, от людей защиту поставить, чтобы любопытные носы свои не совали, лес обойти, да силой напитать, а еще оставалась и долина…
Она предпочитала туда не спускаться, но всегда внимательно наблюдала с утеса за тем, как меняется течение жизни в некогда разбросанных людских поселениях. Теперь долина представляла собой практически один большой поселок, надежно хранящий свои тайны от чужаков — ни один из местных так и не смог уехать отсюда, сохранив при этом жизнь. Каждого настигало проклятье Малуши! Каждый расплачивался за убийство белых волков!
Она вздохнула и направилась в свое уютную спаленку. Из белоснежного шкафа были извлечены широкие джинсы, рубашка в бордовую и зеленую клетку, которую пограничница лихо завязала на талии, и кроссовки. К ремню на джинсах Малуша прицепила небольшую кожаную сумочку, куда перекочевали из ящика комода плотно закрытые маленькие скляночки с разноцветным содержимым. Она покрутилась перед зеркалом и подмигнула своему отражению — пожалуй, одежда единственное, что заставляло ее мириться с современными нравами. Никаких правил и сплошное удобство!
Сотворив у входа в дом защитный став, она бесшумно растворилась в лесной чаще. Малуша осторожно пробиралась одной ей ведомым путем, тонко чувствуя близость границы. С каждым шагом ее характерные признаки все плотнее обступали девушку: плотный воздух, пробирающий до костей холод, ползущий по земле туман, так и норовящий прихватить за ноги. Она остановилась и принюхалась — так и есть — в нос ударил запах сырой земли, пропитанной тошнотворным полынным флером. Шаги стали еще более осторожными и медленными. Малуша превратилась в натянутую струну, чтобы не пропустить тонкую грань, отделяющую миры. Хоть она и была готова, но возникшая перед лицом тончайшая паутинная сеть стала, как и много раз до, неожиданностью. Девушка приложила к ней руку и пошла вдоль сети, выискивая самое слабое место. К счастью, идти пришлось недолго: уже через сотню шагов ладонь будто провалилась внутрь. Малуша быстро нырнула в разрыв, зажмурившись на пару секунд.
Когда она раскрыла глаза, на многие километры вокруг клубился лишь серый туман. Малуша щелкнула пальцами и над головой завис «пушистый» шарик света, уверенно разгоняющий по сторонам сгущающийся мрак. В представлении непосвященных граница — это всего лишь невидимая грань между мирами, но на самом деле она представляла собой полосу шириной около 7 метров, призванную стать надежной преградой между существами с обеих сторон. Но… не суждено. Малуша пригнулась к земле и, уловив легкую вибрацию, хмыкнула:
— А вот и ты, жаждущий прорваться наружу!
Она замерла, напряженно вглядываясь в туманный горизонт. Житель постграничья не заставил себя ждать — с правой стороны к девушке приближалась огромная, бесформенная масса зеленого цвета. С нее клоками свисала то ли кожа, то ли шерсть, а может то и другое. Огромные оранжевые глаза горели в верхней части тулова, где по всем законам должна была находиться голова. Существо неуклюже передвигалось, переваливаясь с боку на бок и опираясь на две когтистые передние лапы, покрытые чешуйками. Чем ближе подбиралось это нечто, тем сильнее било в нос источаемое им зловоние.
— Да, дружок, ванная тебе бы не помешала, — прошептала Малуша, нащупывая в сумке нужную склянку.
По наитию
Вонючая тушка сделала еще несколько неловких шагов в сторону притаившейся девушки по отвратительно чавкающей грязи, стремящейся мгновенно вобрать в себя любое неосторожное живое существо, и вдруг остановилось, покачиваясь взад-вперед и вперившись своими оранжевыми «фарами» в пространство. Оно подрагивало всем телом, будто принюхиваясь им, и в нетерпении дергало своими передними конечностями, впивающимися когтями в черную, жирную грязь.
Малуша так и застыла в неудобной позе с пузырьком в руке. Если житель постграничья нападет, она будет совершенно беззащитна — пограничницы поставлены на свое место ради сохранения Жизни, а не ее уничтожения. Поэтому, каким бы опасным ни было существо, рвущееся наружу, его убийство находилось под категорическим запретом. И ни разу еще Малуша его не нарушила, не преступила закон даже, когда очередная тварь впилась в ее голень тремя рядами острых, как иглы, зубов, оглашая округу отвратительным писком, вызывающим временную глухоту. Девушка судорожно сглотнула, ощутив занывшую не ко времени рану, но с места не сдвинулась. Глупая ошибка могла слишком дорого ей стоить, а терять жизнь в тот самый момент, когда на горизонте замаячило прощение от Великого Хроноса, Малуша не собиралась.
Зеленый монстр, так и не почуяв пограничницы, продолжил свое движение к клубящейся туманом полосе. Но теперь он заметно ускорился, с силой вдавливая передние конечности в неприятно хлюпающую грязь, отчего во все стороны разлетались темные капли. Другого подходящего момента могло уже и не представиться! Малуша потерла пальцами склянку и одним резким движением метнула ее в чудовище. Расчет ее не подвел — «снаряд» разбился аккурат меж оранжевых глаз-плошек и окутал их владельца синеватой дымкой, полностью обездвижив.
— Вот и ладушки!
Рука потянулась к склянке с золотистым содержимым. Оно тоже полетело в замершее чудовище, уменьшив его до размеров обычной кошки.
«А вот теперь посмотрим» — пробормотала Малуша и решительно шагнула за пределы границы. Она приблизилась к чудовищу и повела над ним руками, вызвав легкие колебания воздуха, в котором отобразился витиеватый маршрут, коим пришло существо.
— Далековато тебя забросило, — она задумчиво осмотрела карту со всех сторон и присела на корточки, не обращая внимание на перепачканные грязью кроссовки. — И что тебе на месте не сиделось? Почему же вас так сюда тянет? Молчишь… Не ответишь… Коли знала бы, так и сменилось бы все! Ладно, дуй обратно. Надеюсь, увидимся мы с тобой еще очень и очень нескоро.
Она достала две склянки и одновременно вылила их содержимое на темечко существа. Как только жидкости полностью смешались, житель постграничья начал стремительно сжиматься и, став размер не более комара, исчез в пространстве. Малуша удовлетворенно хмыкнула и вернулась в туманную полосу, чтобы поставить заплатку на истончившуюся границу. О судьбе чудовища она уже не волновалась — оно вернулось в начальную точку своего пути, полностью позабыв об уже пройденном километраже и мотивах, побудивших начать движение. Так случалось со всеми существами, рвущимися наружу. Вот только на смену одним почему-то неизменно приходили другие… Веками… По одному и тому же кругу…
В домик Малуша вернулась, когда дорожку щедро осветила своим круглым «сырным» бочком луна. Она едва передвигала ноги, оставляя за собой ошметки грязи, и мечтая лишь о чашке крепкого кофе с булочками. Сумка со склянками почти полностью опустела, а это значило, что перед отъездом придется еще и обновлять запасы. Но все же пограничница испытывала чувство невероятной гордости за себя — сегодня ей удалось залатать все истончения, убрать подальше излишне активных жителей постграничья и остаться… в живых. Чудовищное везение по меркам пограничниц!
В задумчивости она прошла все защитные знаки и уже на крыльце, взявшись за ручку входной двери, почувствовала чье-то присутствие. Малуша обернулась — во дворе рядком сидели два бельчонка, барсук и заяц. Рядом крутились несколько ящерок и сохатый.
— Ох, вы мои бедолаги, — Малуша тяжело вздохнула и опустилась на ступеньки. — Давайте подходите по очереди, посмотрю, что вас беспокоит, но остальным передайте, пусть завтра приходят. Не осилю я уже сегодня никого. Притомилась.
Неизвестно поняло ли зверье ее слова, но за те 3 часа, что Малуша колдовала над детьми леса, никто больше не пришел. Берегли они свою пограничницу, единственную на много-много километров вокруг. Слишком много километров…
********
Когда Малуша поняла, что ни одна из ее товарок не в состоянии выйти к укреплению, она решилась в первый и последний раз обратиться к тому, кто обещал ей свою поддержку. Несмотря на то, что на чувства Ведана она не ответила, он не затаил обиду и поселился в долине среди проклятых пограничницей людей. Иногда она находила его следы вблизи ее избушки, но самого бывшего гонца видела лишь издалека с высоты утеса. Малуша искренно желала ему счастья и тревожить покой Ведана своим присутствием не собиралась. Но в этой ситуации только он мог помочь ей пролить свет на загадочное исчезновение укрепления с наставницами. Сантименты были здесь излишни.
Под покровом ночи, когда даже двурогая луна не показывалась из-за набежавших грозовых туч, она изогнула пространство и осторожно постучалась в дверь маленького домика Ведана. Открыл он сразу же, будто только и ждал ее с того дня.
— Доброй ночи, — одетый в свободную холщовую рубашку без вышивки и такие же штаны, босой и с отросшими до плеч светлыми волосами, он совершенно отличался от того гонца, которого знала Малуша.
— И тебе доброй, вот только я с дурными вестями. Пустишь, али тут поговорим?
Он пошире распахнул дверь.
— Внутрь заходи, негоже людям слышать наши речи. Не поймут они. Я для них и так чужак прибившийся. Коли повезет, так через несколько десятков годков лишь приживусь.
Малуша кивнула и, наклонившись, чтобы не стукнуться головой о притолоку, вошла внутрь. В комнате было светло — под самым потолком светились пушистые шарики вроде того, что она сама делала для себя около границы. Одного внимательного взгляда по сторонам оказалось достаточно, чтобы понять, насколько простое жилище выбрал для себя Ведан. Всего в нем и было, что печь, кровать чуть шире и удобнее обычной лавки, да наскоро сколоченный стол с парой стульев.
— Не обессудь, — молодой человек заметил удивление в ее взгляде, — тут у меня все скромно. Но отвар с дороги тебе предложу — травы сам собирал, да сушил. Разумею, именно они сейчас к месту и ко времени.
Он подвинул к девушке простую глиняную кружку, наполненную горячей жидкостью зеленоватого цвета. Малуша принюхалась — поднимающийся аромат щекотал ноздри, сочетая в себе сладость, терпкость и горечь.
— Благодарствую, — она сделал несколько глотков, отмечая бодрящую свежесть напитка. — Ты уж не серчай на меня, Ведан, что потревожила тебя, но не с кем мне более поделиться — Власта, наставницы и укрепление исчезли. Я со всеми девочками пыталась пробиться туда, но безуспешно. Нет его более.
Если Малуша ждала от бывшего гонца бурной реакции, то ошиблась. Упершись взглядом в стол, он молча пил отвар. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Ни один из пальцев, сжимающих чашку, не дернулся. Ведан пил большими глотками и лишь, когда от отвара на донышке не осталось ни одной капли, поднял голову.
— И чего ты от меня желаешь?
— Может, ты слышал что али знаешь? — Малуша и сама не понимала, зачем пришла сюда. — Ведь не могли же они просто исчезнуть, как и не было? А дальше как? Откуда пограничницы будут браться? Как границу защищать?
— Малуша, а где укрепление-то стояло? — осторожно спросил Ведан, искоса поглядывая на девушку.
— Дак оно… — она осеклась и вздрогнула, признаваясь. — Не ведомо то мне.
— Неужто наставницы никогда вам ничего не сказывали?
— Нет, и в книгах того не было. Думала я, что укрепление в местах диких, куда добраться сложно.
— Добраться сложно, а купцы ото всюду собираются? — тихо рассмеялся Ведан. — Вот только без грамотки Власты ни один внутрь не попадет, да и не то, что не попадет — ни за что не выйдет на нужную дорогу. Ни приметы никакой там, ни указателя.
— Это к чему все ты говоришь? — насторожилась Малуша.
— Дак к тому, что не спроста все. Разве ты Власту не пытала, куда она тебя привела?
— Пытала, — пограничница сделала еще глоток отвара, вспоминая свои потуги разговорить наставницу. — Токмо она отшучивалась, а порой и сердилась на меня. Ни разу ответ не дала.
— То-то и оно, — Ведан резко отодвинул пустую кружку и подался всем телом вперед, — не было никогда укрепления в нашем мире!
Дар
— Нет, — Малуша качнула головой, — нет! И ты там жил почитай с детства! Коли бы не здесь укрепление существовало, так мы бы почувствовали.
— И как же? — невольно улыбнулся Ведан, заметив, как подергивается кончик носа гостьи.
— На то признаки есть, нас учили! — гнула она свое. — Неужто запамятовал? Первое — невозможность удерживать окружающие образы непреложными. Второе — изменчивость пути. Третье — ограничения по числу присутствующих. Четвертое…
— Остановись, — прервал ее молодой человек. — Не запамятовал я ничего, помню каждый из десятка признаков. И сам разумею, что ни один не подходит. Вот только ты о другом поразмышляй — столько людей вокруг стало, везде они лезут и живут везде! И ни один из них укрепление ни разу не нашел.
— Так морок же, — протянула Малуша, залпом допивая травяной отвар.
— Тебе ли не знать, что морок не для всех одинаков. Есть такие, что и не поддаются ему вовсе. Не бывать такому, чтобы ни разу люди, любопытством томимые, к укреплению не пробрались, хоть кусочек своими глазами завидущими не углядели, да молву по миру не разнесли.
Малуша промолчала. В глубокой задумчивости она встала со стула, не замечая, каким жадным взглядом Ведан окинул ее фигурку, затянутую в длинное платье из тончайшей шерсти, окрашенной в терракотовый цвет. Он великолепно оттенял волосы пограничницы, наскоро собранные костяными шпильками в пучок, из которого выбилось несколько непослушных завитков. Несмотря на то, что на платье не было вышивки, да украшения Малуша не надела, ее наряд резко контрастировал с простотой жилища. Казалось, что в него по какому-то случаю забрела королева и каждый ее шаг — удивительное чудо. Наконец, она обернулась к Ведану, который опустил глаза, умело скрывая мечущиеся внутри мысли, чувства и желания.
— Есть правда в твоих словах. Но коли все так, откуда еще один мир появился? Граница она иная, после Разграничения осталась она пустой, темной и несущей угрозу. Иного нет.
— А тебе почем знать? — усмехнулся Ведан.
— Насмешник! — вспылила Малуша и «пушистики» под потолком засветились ярче. — Пред тобой не деваха людская, а пограничница — мне ли не знать?
— Охолони, горячая ты больно, да на слова скорая, — покачал головой хозяин и предложил вытянувшейся в струнку и пылающей гневом гостье присесть. — Никто из вас далече границы не ходит, а потому, что за ней, не ведает. Разумеешь, о чем я толкую?
Его слова накрепко впечатались в голову Малуши. А ведь и правда — наставницы с первых дней наказывали не ступать за границу более, чем на несколько шагов. Ни одной из них и не пришло бы на ум ослушаться. Жители постграничья таких неразумных не помилуют!
После Малуша долго размышляла над услышанным, да рискнула однажды проверить высеченные в умах неофиток наставления. Результатом стала тварь, вцепившаяся в ее лодыжку. Почти до новой луны она провела, мечась между жизнью и смерти, что навсегда выбило дурь из настойчивой девчонки. Малуша слыла, конечно, бедовой, но вот глупой ее никто не смог бы назвать!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов