Рейварская невеста. Маленькая госпожа

Глава 4

– … и вы уберете эту женщину от моей райрин!

Кассандра замерла, не дойдя до приоткрытых дверей каких-то три шага. Она вообще не собиралась заходить в кабинет отца, просто шла мимо в столовую, где стол уже был накрыт для ужина. Но этот злой, рычащий окрик Зана буквально вынудили ножки в изящных туфельках примерзнуть к полу.

– Это исключено! – голос графа Райтингем хоть и звучал тише, а упрямства в нем было не меньше. – Мы уже обсуждали это, Зан. Я и так иду на поводу у многих ваших требований, излишних, как по мне. Но здесь вы не заставите меня отступить!

Юная леди не хотела подслушивать, да и не должна была она ничего слышать, ведь Зан и отец всегда беседовали под защитой полога тишины. Но не в этот раз. И двери, которым положено быть плотно закрытыми, сейчас оставляли меж собой маленькую щель, маня к себе как огонь манил мотылька.

– Она позволяет себе оскорблять Касс! – за то, с какой горячностью Зан отстаивал честь леди Райтингем, той хотелось броситься мужчине на шею. Но она продолжала стоять посреди коридора, стараясь даже дышать через раз. – Разве так должна себя вести гувернантка юной графини?

Тихий вздох, признающий поражение, расслышала даже Кассандра.

– Я обсужу это с мадам Локс, – пообещал отец. Судя по противному скрежету деревянных ножек по паркету, он опустился в свое кресло. – Но она останется при Кассандре.

– Значит, не будет преподавать ей магию, – злость Зана, видимо, также чуть подугасла, раз рычащих интонаций в голосе стало меньше. – Как вы вообще могли позволить ей обучать этому при таком низком уровне дара?

– У мадам Локс прекрасные рекомендации. И образование. Она блестяще разбирается в основах, и…

– Кассандре не нужны основы! – недовольство Зана все еще было ощутимо, и Касс вполне могла себе представить, как наливались алым его глаза. – Она должна уметь всецело распоряжаться своим даром, чтобы защищать себя!

– Разве не для этого ей нужен был учитель фехтования? – граф позволил себе насмешку.

Фехтованием леди Райтингем занималась каждое утро, и это были едва ли не самые любимые ее уроки. Вот где ее прилежность сияла всеми красками! Лорд Пратт был скуп на похвалу, но и он последнее время все чаще и чаще позволял себе небольшие комплименты в адрес успехов своей ученицы.

– Иногда оружие бывает бессильно, – проникновенно сообщил Зан. – Вам ли не знать, Альберт.

Смысла этих слов девушка не поняла, в отличие от того, кому они были адресованы. В кабинете повисла пауза, и продолжалась она настолько долго, что Кассандра уже решила было продолжить свой путь. Не успела.

– Послушайте, Зан, – куда тише заговорил отец. Теперь различать его слова стало гораздо сложнее. Он словно пытался оправдаться в чем-то перед своим собеседником, но в чем именно, для леди осталось загадкой. – Вы и так слишком многого хотите от моей дочери.

– Она моя райрин, и должна получить соответствующее образование, – беззастенчиво перебил Зан. Граф Райтингем пропустил эти слова мимо ушей.

– Я согласился с программой обучения, которую вы составили, хоть и считаю, что многое в ней совершенно излишне для юной леди. Экономика, политология, дипломатия. Немногих наследников обучают этим предметам в столь юном возрасте, а тут – девица!

Из-за дверей раздалось тихое рычание, и недовольство отец сразу же притушил.

– Найти педагогов, согласившихся давать уроки на дому, под магической клятвой, да еще и для девушки, было невероятно сложно, не говоря уже о том, сколько это стоило. Мне удивительно повезло найти мадам Локс, которая смогла взять на себя ответственность сразу за несколько направлений, и профессора Рикона, согласившегося вести все остальные научные дисциплины. А теперь вы хотите отдельного педагога по магии!

– Вы должны были найти отдельных педагогов по каждому предмету, – снова принялся рычать Зан. – Именно об этом мы с вами договаривались изначально, и именно на это я выделял содержание. На ваше счастье, до недавних пор меня все устраивало, но за три моих последних визита я не вижу особого прогресса во владении даром у Касс, и меня это начинает злить. А ведь вы обязаны за этим следить!

От последних слов на душе Кассандры стало тошно. Она так надеялась, что смогла порадовать Зана своими магическими успехами, пусть и небольшими, а он, оказывается, все это время ждал от нее большего. Разочаровала! От этой мысли даже плакать захотелось, но усилием воли леди Райтингем подавила в себе столь неуместное желание. Раз Зан хочет, она будет заниматься еще усерднее! Начнет читать книги, благо, в поместье большая библиотека, наверняка найдется что-то из магических учебников. И к следующему приезду сумеет по-настоящему поразить своего покровителя, как за глаза называла Зана мадам Локс. Выходило, права была наставница, раз именно он давал отцу деньги на всех учителей Касс.

За принятием этого практически судьбоносного решения Кассандра пропустила ответ графа, но почему-то ей показалось, что он снова оправдывался. Наверное, потому что голос Зана вновь звучал спокойно и уверенно, пусть и отстраненно.

– Я сам найду учителя. И по поводу клятвы можете не беспокоиться, он принесет ее лично мне.

Раздались шаги, и Кассандра вдруг остро поняла, что не успеет скрыться. Вот прямо сейчас Зан выйдет из кабинета, застанет ее здесь и…

Его вишневые глаза встретились с ее голубыми, и мир словно замер. Мужчина не ругал юную леди за подслушивание, лишь только изучал внимательным взглядом, словно пытался запомнить каждую деталь девичьего наряда. Простое платье, знакомые сережки и браслет, скромную подвеску, сложную прическу, в которой затерялась резная заколка из тех, что так же дарил Зан. И этот по-настоящему мужской взгляд неожиданно согрел Кассандру каким-то внутренним жаром.

– У меня правда будет другой учитель магии? – неуверенно поинтересовалась она, когда глаза Зана снова поймали ее взгляд.

На мужчине был невероятно красивый костюм того же оттенка светло-зеленого, что и платье Касс, разве что вышивка делала его куда богаче. Но этот взрослый лоск рядом с детской простотой смотрелся удивительно гармонично.

Шейна явно не просто так подсунула юной леди именно это платье, наверняка видела, в чем Зан шел на встречу с графом, и решила таким образом угодить всем. Кассандра подумала, что обязательно стоит сказать кормилице спасибо.

– Правда, райрин, – отчего-то шепотом ответил Зан, на один шаг сокращая расстояние между ними. – Я же обещал тебе.

Все-таки не удержалась Касс и бросилась мужчине на шею, шепча слова благодарности, а тот не отталкивал, а прижимал к себе так же крепко, как и всегда. И только грозное покашливание из-за спины Зана заставило его эти объятия разомкнуть.

– Не стоит задерживаться, – граф Райтингем смотрел куда-то в сторону, но Кассандра чувствовала, что недостойное поведение дочери он без внимания не оставит. – Ужин стынет.

Так они и появились в столовой: сначала недовольный Альберт Райтингем, а следом за ним под руку счастливо улыбающиеся Зан и Касс. И ни недовольное выражение лица мадам Локс, ни обеспокоенное – графини не смогли испортить им ни настроение, ни аппетит.

Глава 5

– Зан, что все-таки значит «райрин»?

Они сидели в библиотеке. Сразу после ужина мужчина утащил Кассандру сюда, решив полностью пересмотреть ее магическое обучение. Сам нашел пару книг, которые девушке следовало прочитать в первую очередь. Одну из них Касс сейчас и листала, лежа на ковре перед разожженным камином. Зан же сидел в кресле рядом и потягивал вино. На его коленях так же покоилась раскрытая книга, но он до нее давно уже не дотрагивался.

У леди Райтингем никак не шел из головы подслушанный разговор. И, вроде бы, все в нем было ясно – Зан был недоволен мадам Локс, отец был недоволен самим Заном, – но оставались моменты, которые юный девичий разум никак не мог ни с чем соотнести.

Почему за обучение Кассандры платил Зан? Граф Райтингем, конечно, считался крайне бережливым хозяином, но не настолько, чтобы не найти средств на обучение дочери. Старшую – Шерил – он и вовсе отправил в элитный женский пансион в столице, и вряд ли тот обходился дешевле, чем педагоги младшей леди.

Почему учителя давали магическую клятву, и почему Зан сказал не переживать, если она будет дана лично ему?

И почему так важно, чтобы Кассандра умела защищаться не только оружием, но и магией? Неужели ей что-то угрожало?

– Я ведь уже объяснял тебе, райрин.

Да, Касс помнила. Птичка, маленькая юркая птичка из такого загадочного мира Зана. Почему о своей стране он говорит так много и так мало одновременно? Это тоже вызывало вопросы.

Но именно сейчас в таком привычном нежном обращении к себе Кассандра вдруг слышала какое-то иное, потаенное значение, которого раньше словно и не замечала.

– Ты сказал отцу, что раз я – твоя райрин, то меня нужно многому обучать, – еще одна непонятная леди Райтингем тема.

Девушка рискнула поднять свои задумчивые глаза на Зана, ожидая его недовольства, но мужчина лишь склонил голову к плечу и чуть насмешливо улыбнулся.

– Подслушивала.

И снова никакого осуждения в его тоне, лишь сухая констатация факта. И толика веселья – кажется, ему понравилось, что Касс нарушила очередное правило поведения достойной леди. Ее щеки порозовели, но смутиться до конца девушка себе не позволила, лишь нахмурилась и уверенно задрала носик повыше.

– Вы сами не закрыли дверь!

В конце концов, она действительно не собиралась подслушивать. Но разве можно устоять, когда Касс столько раз пыталась оказаться в том кабинете именно в момент беседы графа с Заном?

– Признаю, моя ошибка, – кивнул последний и сделал большой глоток из своего бокала. Замолчал, и молчал так долго, что Кассандра уже отчаялась получить ответ на свой вопрос. Но Зан, оказывается, просто собирался с мыслями, прежде чем заговорить. – Там, откуда я родом, действительно есть птицы с таким названием. Они всегда живут парами, и эти пары создаются один раз и на всю жизнь. Райрины – очень преданные создания, и, если умирает один из пары, умирает и второй – просто не выносит тоски по тому, кому отдал свое сердце. К сожалению, это очень хрупкие и слабые птички, и в дикой природе они почти не выживают. Сейчас они живут только на территории дворца владыки и находятся под личной опекой его величества.

– Иначе бы они вымерли? – предположила Кассандра. История про верных и преданных птичек ее очень тронула.

Зан согласился.

– В честь них в моем народе называют особенных людей. Тех, кому дарят свое сердце и кого любят так сильно, что жизнь без этого человека теряет всякий смысл.

– И ты зовешь меня райрин, потому что любишь настолько сильно? – удивилась Кассандра. В ее голове никак не умещалась мысль о том, что кто-то может относиться к ней столь трепетно. Особенно Зан.

Но он улыбался ей так тепло и нежно, что в груди болезненно сжималось сердце.

– Гораздо сильнее, чем ты только можешь себе представить, моя маленькая райрин.

Касс уже несколько раз слышала, как Зан признавался ей в любви, но еще никогда это признание не вызывало в ней столько радости. И уже в который раз за день она бросалась обниматься со своим самым дорогим человеком, оставляя поцелуй на его теплой щеке.

– И я люблю тебя, Зан, – тихо признавалась она, удобнее устраиваясь в кольце его рук. Только здесь Кассандра чувствовала себя настолько счастливой, что готова была в очередной раз терпеть продолжительную разлуку, лишь бы снова повторить это мгновение. ¬¬– Очень сильно.

Леди Райтингем не знала, какими словами можно передать все то, что она чувствовала по отношению к этому мужчине. Привязанность, трепет, восторг, заботу, нежность. И еще много-много всего, чему она пока не знала названий. Но все это однозначно заставляло ее понять, что Зан – главный человек в ее жизни. Главный и самый важный, без которого все остальное ей просто не нужно.

Тихий смех был ей ответом. Касс слышала, как Зан отставил свой бокал и переложил на столик книгу, на которую девушка так неуважительно присела, а после крепко прижал к себе худенькое тельце и поцеловал в макушку.

Минуты сменяли друг друга под размеренный ход больших напольных часов в углу. Мирно потрескивали поленья в камине, а где-то за окном допевали свои последние песни птицы, уступая место сверчкам. Легкий ветерок, проникающий внутрь через распахнутое окно, шелестел в страницах оставленной на полу книги, и все вместе это добавляло возникшему умиротворению особенных красок.

– Моя служанка, Трейси, говорит, что, когда мужчина любит женщину, он берет ее в жены, – тихо припомнила Кассандра, повторяя пальчиком узоры изящной вышивки на камзоле Зана. – Значит, ты тоже на мне женишься?

И взгляд бросала украдкой, боясь услышать ответ, который ее расстроит. А темные глаза смотрели на маленькую леди чуть насмешливо и чуть – снисходительно, но явно не тем взглядом, с которым произносят разочаровывающие слова.

– Обязательно, райрин, – Зан осторожно убрал выбившуюся из прически прядку волос от лица Кассандры. – Через три года, как только ты подрастешь.

И снова эта фраза, заставляющая Касс немного грустить и опускать взгляд, пока пальцы возвращались к своему незатейливому занятию.

– Так долго ждать…

Ее шепот на грани слышимости, больше похожий на выдох, но каким-то образом до Зана он все же сумел долететь.

– А ты знаешь, что происходит, когда пара заключает брак? – Кассандра не знала, поэтому лишь покачала головой. – Женщина становится частью рода своего мужа.

Нет, это леди Райтингем как раз было известно, не зря же все замужние дамы получали фамилию и титул супруга, даже ее мама, а ведь до свадьбы с графом она была маркизой Сарей.

– Я не могу пока что на тебе жениться, потому что ты не достигла совершеннолетия, – терпеливо объяснял Зан своей райрин, а когда та недовольно нахмурилась, легонько щелкнул ее по носу. – Но я могу сделать кое-что в доказательство серьезности своих намерений в отношении тебя. Позволишь?

Кассандра готова была позволить ему что угодно, но мужчина только осторожно перехватил ее правую руку и приподнял рукав платья, обнажая запястье. Поверх бледной кожи тут же легла загорелая широкая ладонь, а сам Зан зашептал слова какого-то заклинания. Совсем короткого, но пока он говорил, девушка чувствовала, как нагревалась ее рука в захвате нежных пальцев.

Всего несколько мгновений пробирающего тепла, а когда Зан убрал свои пальцы, Касс увидела заключенное в ровный круг изображение цветка юнайс и маленькой птички, склонившейся над бутоном. Леди не сомневалась, что это и есть верная райрин.

Рисунок был настолько красив, что хотелось его рассматривать долгие часы напролет, находя все новые и новые детали. Это не была татуировка, как у лорда Пратта, выполненная черными чернилами, но тонкие серебристые линии не стирались, стоило провести по ним пальцем. Переливались радугой, даже светились едва заметно, блестели в свете неярких магических светильников на стенах библиотеки. И вызывали дикий восторг у одной юной счастливой леди.

– Это – печать моего рода, – тихо заговорил Зан, проводя большим пальцем по контуру, чем запустил волну мурашек на коже Кассандры. Приятных мурашек. – С этого дня ты – моя невеста, райрин, и принадлежишь мне. Родовые чары моих предков будут защищать тебя даже тогда, когда меня нет рядом, отныне и до конца наших дней.

Леди Райтингем понравилось, как это прозвучало. И что она принадлежит Зану, и что отпущенные им дни он объединил, назвав «нашими». Будто действительно собирался умереть одновременно с Касс, где и когда бы смерть их не встретила. И не важно, что про род своего жениха Кассандра не знала совершенно ничего – сейчас ее это совершенно не волновало. Невеста Зана! Она! Вот что заставляло ее сердце стучать с утроенной силой.

– Получается, что мы… – она замерла ненадолго, подбирая слова и глядя на мужчину с затаенным волнением, – помолвлены?

Зан улыбнулся широко и открыто, как улыбался только одной Кассандре.

– Именно так, моя леди, – и столько удовлетворения было в его голосе, словно и он сам радовался этому факту ничуть не меньше, чем Касс.

– На помолвку полагается кольцо, – припомнила девушка еще кое-что из болтовни своих служанок. – У меня тоже будет?

– Ты хочешь его прямо сейчас? – тихо рассмеялся Зан. Его насмешки были совсем не обидными.

– Нет, я его потеряю.

Водилась за леди Райтингем такая беда: ни одно из колец не желало сидеть спокойно на ее тонких пальчиках и в самый неподходящий момент обязательно соскальзывало там, где найти украшение было никак нельзя. И если подарки отца Кассандре было всего лишь жаль, то после потерянного колечка от Зана она ревела без остановки три часа, пока даритель терпеливо уговаривал ее не переживать так сильно. Но с тех пор Зан колец ей не дарил, ограничившись серьгами, подвесками и браслетами.

А помолвочное кольцо – оно ведь одно и на всю жизнь! Нет, потерять его Касс никак не хотела.

– Потом, – сама себе ответила леди, осторожно поглаживая пальцем изображение птицы на своей руке. Невозможно оторвать глаз, какая красота!

– Будет, райрин, – пообещал Зан, и Кассандра знала, что это обещание он непременно сдержит. – И кольцо, и платье, и праздничный бал. И все, чего ты только захочешь.

– И поцелуй?

Жених ведь всегда целовал невесту – так говорила Трейси. И только озвучив свой вопрос, Касс поняла, какую глупость ляпнула. Не будет же Зан ее целовать! Сам ведь сказал, что она еще маленькая! А взрослые целуются так… видела Кассандра, как та же Трейси целовалась на конюшне с сыном кухарки, и совершенно не была юная леди уверена, что ей хотелось таких же поцелуев.

Теперь мужчина смеялся задорно, в полный голос, видимо, глупость невесты его очень развеселила. А ее саму – смутила и чуточку расстроила.

– И кто же тебе столько всего рассказал? – Зан все еще трясся от смеха, Касс даже чуть отодвинулась от него, чтобы не дергаться вместе с ним. Но, заметив ее движение, мужчина вмиг успокоился и притянул ее обратно. – Вряд ли твоя чопорная гувернантка.

Пришлось сознаваться.

– Моя служанка, Трейси, – Кассандра опустила взгляд, лишь бы только Зан не видел, как ей стыдно за неуместный вопрос. – Она вечно много болтает, и не всегда по делу.

Прозвучало как оправдание, и пусть леди Райтингем не любила оправдываться, а сейчас чувствовала себя так неловко, что готова была и сама болтать о чем угодно, лишь бы сгладить момент. Но уверенные пальцы приподнимали ее лицо за подбородок, вынуждая смотреть в глаза того же цвета, что и вино на соседнем столе.

– Будет, – снова обещание, и Зан наклонился к Кассандре, от чего та перестала дышать. Неужели прямо сейчас… но нет, она даже додумать мысль не успела, как мягкие губы дотронулись до кончика ее носа и сразу же отстранились. – Когда подрастешь. И поцелуи, и не только поцелуи.

Что скрывалось под этим «и не только», Касс не знала, но спрашивать у Зана не стала – что-то подсказывало, что он все равно бы не ответил, вон как загадочно блестели его глаза. Поэтому девушка привычно укладывала голову ему на грудь, снова рассматривая полученную печать и проводя пальчиками по ее границам.

– Шерил скоро поедет на бал дебютанток, – спустя какое-то время заговорила Кассандра. Вспомнилось вдруг, когда Зан упомянул, что и у его райрин будет свой бал. – Мама говорит, мне было бы полезно появиться на нем, но отец не разрешает покидать поместье.

Единственный вопрос, в котором Зан был полностью солидарен с графом – младшая леди Райтингем никогда не покидала стен родового имения. И не сказать, что ее это расстраивало – что ей искать за высокой оградой, если все самое важное у нее здесь? Только Зана и лишь тогда, когда он уезжал по своим делам. Но он сам запретил сбегать за ним, и Кассандра слушалась, зная, что ее Зан обязательно вернется, принося за собой очередную волну безграничного счастья.

– А ты так хочешь на этот бал? – осторожно уточнил мужчина. Ему не понравилась сквозившая в словах райрин печаль, только причину этому он понял неправильно.

– Нет, мне кажется, на балах очень скучно, – честно призналась девушка. – Это нельзя, это не трогай, это танцуй, это не танцуй. А еще много людей…

Кассандра даже вздрогнула при мысли о том, что ей пришлось бы танцевать с каким-то незнакомым молодым человек, или, скорее, бесконечно стоять подле матери, выслушивая ее утомительные беседы с другими благородными дамами. Вот был бы у нее Зан в качестве спутника… но он не посещал великосветские приемы – видимо, потому что являлся подданным другого государства.

– Но этот бал проходит в королевском дворце, – продолжила свои объяснения юная леди. – А я столько о нем читала! Так хочется посмотреть, хотя бы одним глазком!

Поднять глаза на Зана она не рискнула – вдруг опять сказала какую-то ерунду, так он окончательно разочаруется в своем выборе невесты. Но мужчина снова долго молчал, а когда задавал следующий вопрос, никакой насмешки в его голосе не было и в помине.

– Именно на этот дворец хочется посмотреть?

Кассандра задумалась ненадолго, а после пожала острыми плечиками.

– Не знаю. Наверное, на любой дворец. Я ведь ничего, кроме поместья, не видела.

Она не давила на жалость, просто говорила правду, а Зан вновь замолкал надолго, только перебирал неторопливо пальцами по спине Касс.

– Что же, – выдохнул он, будто приняв для себя какое-то решение. – Если любой, то могу тебе устроить экскурсию.

Еще совсем недавно Касс боялась встретиться взглядом с Заном, а после этих слов задирала голову так стремительно, что мужчина понимающе усмехнулся.

– Экскурсию?

– Да, райрин.

– Для меня?

– Для тебя.

– Во дворец? – и глаза юной леди заблестели ярче появляющихся на небосводе звезд. – А когда?

– Сегодня. Ночью, – с улыбкой мужчина следил, как восторг на милом девичьем личике сменился непониманием. – Но для этого тебе придется уснуть.

– Прямо сейчас?

Ради настоящего дворца можно и в постель, пусть за окном еще только сумерки! Но Зан отрицательно покачал головой и вернул Кассандру обратно в кокон своих крепких рук.