Код Слома: Сёстры

Глава 3: Всё в твоих руках

«Шум. Надоедливый шум. Что это? Это гудит в ушах? Где я?»

Непонятный звон начал приобретать более знакомые отзвуки — двигатель машины. Кружилась голова, и ещё эта странная слабость. Бок неумолимо ныл от жёсткой холодной поверхности под рёбрами. Почему-то было темно, слишком темно даже для ночи. Мири потянулась к лицу, чтобы протереть глаза, но пальцы наткнулись на мешок, что был на голове.

«Блядь».

Конечно, под руки и мешок на голову. Все мертвы. Но Кико нет, она где-то жива, Мири чувствовала это, точно знала. Шок глушил все её лишние эмоции, давая сосредоточиться, а не падать в бездну горя и осознания потерь.

Очередная кочка. Ехали они явно не по основным улицам, хотя это всё равно не давало никакой информации, кроме того, что её навряд ли кто-то услышит, если она закричит. Мири попыталась двинуть ногой, уткнувшись, по ощущениям, в стенки. Видимо, она всё ещё была в том фургоне, в который её затолкали возле бара, значит, прошло не так много времени.

— Ты что делаешь? — прозвучал голос откуда-то сбоку.

— Мне показалось, что она шевельнулась, — ответил второй.

— Совсем дебил? Я ей лошадиную дозу вколол, будет в отключке до завтра.

— Да, но она же отрубаться не хотела.

— Забей, всё нормально. Я что первый день с троллями имею дело? Смотри лучше на дорогу, придурок.

— Сам ты придурок, не смей на меня гнать, — послышалось утробное рычание. — Ты думаешь, раз дольше в теме, круче меня, что ли?

— Слышь, я же по-дружески, чё ты сразу заводишься.

— Да пошёл ты, осёл.

— Эй, поворот не пропусти!

Машину резко качнуло, и Мири проехалась по полу, ударившись головой о стенку и зацепив что-то локтем. По ощущениям было похоже на торчащий гвоздь, но навряд ли он мог найтись на полу машины, если только её не сколачивали из старых досок, что было маловероятным.

Голове повезло больше — она упёрлась рогом. И, судя по ощущениям, даже пробила стенку насквозь. Мири всегда казалось это жутко неприятным и неудобным, она могла проткнуть куртку или толстовку. Стоит ли говорить о табу на кепки и шляпы?

Правда, сейчас это уже не казалось чем-то зазорным или нелепым. Бодать головой как бык она, конечно, не стала бы. Но, не имея в руках никакого оружия, это тоже выглядело уже как неплохой вариант. Сложнее было побороть внутренний конфликт, смогла бы она применить их в деле, если бы пришлось, или просто продолжала бы терпеть?

Принюхавшись, среди запаха бензина и какого-то растворителя, Мири учуяла слабый аромат мускуса, скорее всего, её везли орки. По крайней мере, перед похищением она видела только орков, значит, они должны быть слабее её. Дело оставалось за малым — уличить момент, сбежать и найти Кико.

«Только дождись меня, Кей».

Забавно, обычно именно Кико защищала её от всего в мире: от косых взглядов, от грубых слов, от её собственной неуверенности. Теперь же, когда нагрянула настоящая опасность, Мири ощутила необходимость стать самой защитницей.

Но почему тогда она не смогла сделать этого в баре? «Ну, во-первых, их было больше, они были вооружены, и... Ладно, окей, мне было страшно. Но что может быть страшнее того, что уже случилось?».

Машина остановилась, и Мири постаралась успокоить дыхание, притворившись спящей. Двери открылись и хлопнули. Двое, судя по шагам, подошли к задней двери фургона и открыли её.

— Хватай за руки, я за ноги, — скомандовал один из них.

— А если проснётся?

— Тащи давай. Ты что, боишься её?

— Не люблю я их, больно дури в них дохера.

— Она полукровка, ты чего, не ссы, взяли.

Одна пара рук подхватила её за локти, вторая за колени, подняв в воздух. Спустя несколько секунд она рухнула обратно.

— Блядь, тяжёлая, может, растолкаем?

— Ты чего?!

— Эй, красавица, — он похлопал Мири по щекам.

— Ты совсем, что ли, сдурел?

— Да ладно, не дрейфь, — внезапно Мири схватила его за запястье, вырвав истошный крик. — Ёб твою мать! Она, блядь, не спит.

Говоривший быстро отскочил назад и, судя по звуку, упал прямо в кусты, отчего второй орк разразился смехом, но быстро откашлялся и неожиданно вежливо поинтересовался:

— Эм... Ты сможешь встать?

Мири оступалась, шагая не глядя, а ноги скользили по неровному полу. В воздухе витал странный запах старого барахла, смешанный с чем-то медицинским. Такой запах всегда был в больницах у хикеров, в которые она так не любила ходить. Медикаменты и этот стальной холодный аромат, который был пропитан, пусть и невидимыми, адреналином, потом и слезами, но такими ощутимыми и узнаваемыми среди тысяч других.

И дело было не только в запахе, и не в том, что любое лишнее внимание заставляло Мири чувствовать себя не в своей тарелке. Ей всегда казалось, что хикеры совершенно бессердечны и даже если могут, но не хотят помочь. Аббревиатура HIC расшифровывалась как — Heal, Implants, Crematory. Новая медицина, заменившая врачей, техников и работников морга сразу ввиду нехватки специалистов после мировой катастрофы. А позже и технический прогресс сделал традиционное лечение отчасти неэффективным: зачем долго и болезненно сращивать сломанную кость, если имплант быстрее? А если сделать ничего нельзя, то проще выдать билет в крематорий.

Но по сравнению со здешним запахом в тех больницах пахло прекрасно. Ткань на голове Мири цеплялась за рога и усугубляла и без того огромный дискомфорт. Но нужно было подождать ещё совсем немного, уличить подходящий момент для побега. Кожа на лице вспотела, было ужасно душно. Мири пыталась дышать ртом, но мешок лип к губам, не давая сделать нормальный вдох.

Спереди щёлкнул замок — тяжёлый, металлический. Дверь открылась со ржавым скрипом, и Мири толкнули вперёд — грубо, кулаком между лопаток. Не удержавшись, она рухнула на колени, и рифлёный пол тут же впился в кожу через порванные штаны.

Мешок сорвали, и ткань зацепилась за рог, дёрнув голову назад. Мири коротко вскрикнула, зажмурившись от режущего света. Глаза страшно слезились, но она всё же заставила себя открыть их шире.

Комната — тесная, железная, с множеством полок и ящиков, напоминающая пародию на кабинет хирурга. Посередине — два тролля. Первый — громила, под два с половиной метра, что-то жевал, сидя за столом. Увидев посетителей, он сразу же отложил еду, поднялся и направился навстречу. Второй — коренастый, развалившись, лежал на потёртом старом кожаном диване, закинув ногу на спинку. В руках он держал железные щипцы, которыми лениво постукивал по полу. Каждый удар — звонкий, металлический — бил Мири по нервам.

— Неуклюжие, блядь, уши с клыками, — прорычал громила, подойдя к двери. — Валите отсюда.

Орки мгновенно ретировались, и Мири сразу же обуял ужас. Да, она могла бы повалить обоих тех ребят, могла убежать, но против двух огромных троллей у неё не было ни единого шанса. Она была только наполовину троллем, и при этом девушкой, всё ещё по-эльфийски хрупкой. Если бы только она проявила силу в фургоне или возле него, у неё был бы шанс. Но не сейчас. Теперь было слишком поздно.

Коренастый нехотя поднялся и двинулся в сторону одного из ящиков на стене. Другой же тролль разглядывал Мири, словно музейный экспонат. Он подошёл ещё ближе и принюхался:

— Надо образцы взять, но и так чую, что метиска, — он прищурился, — И как же нам проверить твою регенерацию и не сломать?

Мири еле заметно сглотнула. Не сломать. На их языке это значило смерть? Он обращался к ней, но явно не ждал ответа. Это было похоже больше на диалог с неодушевлённым предметом, который лишь стоит перед тобой, но ты не знаешь, что с ним сделать, чтобы он правильно работал.

— Отправим по частям, да пусть разбираются, — отозвался второй, шарясь в ящике с колбами и шприцами.

— Тебе что совсем неинтересно?

— Нам не за интерес платят, а за то, с чем мелочь вроде орков не справится.

— Я блядь не машина, и мне скучно.

— Сломай ей руку да посмотри.

— Кровь ты оттирать будешь?

— Твоё любопытство ототрёт, — он извлёк из ящика ампулу со шприцем для быстрого сбора крови.

— Очень смешно, — обойдя Мири сзади, он схватил её за локоть и выставил вперёд, — Хм. Всегда было интересно, как у них это получается.

— Что? — быстро взяв с полки распылитель с антисептиком, коренастый брызнул пару раз Мири на сгиб локтя и отставил его в сторону.

— Тролль и эльф. Не многовато было её мамаше то?

— Может это мать тролль. Да и заходи почаще в салоны, сам узнаешь, — оголив иглу, он вставил её в вену Мири и надавил клапан, кровь стала стремительно заполнять ампулу.

— Мне столько не платят, чтобы туда ходить.

— Меньше на бухло трать, — бросил коренастый, вынимая иглу.

Прижав ватный диск к ране, громила громко рассмеялся:

— Кто бы блядь говорил.

— Ты думаешь, ей это пригодится?

— А ты хочешь, чтоб она полы залила?

Они говорили так, словно она их не слышит, словно её вовсе не было в комнате с ними. Мири в момент парализовало от ужаса. От того, насколько им было плевать на неё. Не только на её состояние, но и на её жизнь. «Их волнует грёбаный пол. Как они вообще могут?!»

Мири сама не заметила, как от злости прикусила губу. Клыки царапнули кожу, и солёный вкус крови наполнил рот. Как назло, именно в этот момент к ней подошёл громила, потянувшись пальцами к её челюсти:

— Открой-ка ротик.

В один миг внутри неё всё вспыхнуло — все те камни, что летели в неё без разбора, все грубые слова, что она выслушала за свою жизнь, первые страхи, чувства, доверие. И тот самый парень, что пригласил её когда-то на свидание. Она была на седьмом небе от счастья, она отдавала себя без остатка, ведь он, тот самый прекрасный лучик в том непроглядном аде под названием Киото, освещал её жизнь. Цветы, подарки, эти волшебные три слова, что говорят влюблённые в первый раз, так робко и волнительно, но оттого лишь многозначительнее они слетают с губ.

А затем — «открой-ка свой ротик». Да, бедняга знал, что у неё острые клыки и сверху, и снизу, но не догадывался, что настолько. Только с кровью вышла и вся правда. Больная. Больнее того, что чувствовал он в тот момент. Когда осознаёшь, что твоя первая любовь смотрела на тебя как на цирковую зверушку, как жадно рассказывала друзьям, что полутролль в постели — это просто нечто. Когда весь тот мир, что был вокруг тебя, оказался ложью, и ты больше не желаешь вспоминать о том, что было им когда-то.

«Открыть свой ротик? Это я могу».

Тень улыбки на долю секунды отразилась на лице Мири. Прямо перед тем, как её клыки вонзились в плоть запястья громилы, вырвав истошный крик:

— Сука! Эта тварь меня укусила!

Он схватил второй рукой Мири за лицо, пытаясь оттолкнуть от себя, но она лишь крепче сжала челюсти, ощутив, как вслед за раздавшимся хрустом концы клыков упёрлись во что-то твёрдое. Видимо, не рассчитав силы, она прокусила его до кости, но это всё больше раззадоривало, её внутренняя мощь, подавляемая всё это время, просила выхода.

Обуявшая ярость поглотила её. Мири не заметила, как когти вонзились в лицо тролля, как его кожа осталась под ними, как она оказалась сверху, впиваясь пальцами в его глаза. И как что-то тяжёлое ударило сзади прямо по голове. За громким гулом нахлынула волна слабости и тошноты, челюсти разжались, а всё вокруг начало погружаться во мрак.

Тишина и темнота стали постепенно рассеиваться, даже сквозь закрытые веки Мири ощутила яркий свет перед собой. Слишком яркий.

«Неужели я всё же умерла?»

Открывшиеся глаза сразу же пронзила боль, а свет плавно стал принимать более понятные очертания лампы, висящей над ней. Чуть выше был потолок. А по бокам виднелись стены. Нет, она явно не умерла. Но почему тогда она не чувствовала ничего, кроме боли в глазах, а тело казалось таким ватным.

Мири попыталась пошевелиться — ни пальцы, ни руки, ни ноги, ничего не поддавалось. Лишь странный холод, который шёл не от окружающего пространно, а откуда-то изнутри.

Краем глаза она заметила движение слева. Нужно было повернуть голову и проверить, что происходит. Если она смогла открыть глаза, значит, и это должно было получиться. Но это казалось проще, чем было на самом деле. Тело никак не слушалось. Всё казалось заторможенным, плыло перед ней.

Медленно, кое-как шея всё же поддалась, и Мири повернулась чуть левее. Жуткая тошнота нахлынула при первом же движении. Теперь она смогла рассмотреть — один из троллей уже удалялся от неё к столу, стоящему рядом, аккуратно что-то укладывая на него. Она не могла разобрать, кто это был из них, слишком расплывчатым было зрение.

Мири попыталась всмотреться, что за свёрток он отнёс. «Неужели это моя одежда? Что это ублюдки собираются делать? Я им просто так не дамся». Она попыталась сфокусироваться снова — нитка, старая, почти вросшая в кожу, голубая, в цвет волос Мири. Подарок Кико. Но как?

Из последних сил Мири с трудом опустила голову. Совсем немного. Но достаточно, чтобы увидеть, как плечо переходит в окровавленную культю.

На столе лежала её рука.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.