Знак бесконечности. Начало. Роман. Фантастика

© Руслан Ишалин, 2025

ISBN 978-5-0068-8068-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Знак Бесконечности. Начало

Мы подъехали к большому двухэтажному белому дому. Я повернулся к водителю такси и дал двадцать долларов. Таксист улыбнулся. Мы вышли и направились к дому. Я нёс одну сумку, а Сергей – другую. Настроение было отличное.

Мы, два студента Самарского государственного университета, приехали по программе обмена на стажировку в США, в Калифорнийский технологический институт, или, как его знает весь мир, – Калтех. Учиться здесь нам предстояло шесть месяцев, а жить – в американской семье. В США существует специальная программа, по которой семьи предоставляют на полгода жильё иностранным студентам. К одной из таких семей мы и приехали. Дорога была долгой: сначала перелёт из Самары в Москву, потом из Москвы в Лос-Анджелес, и наконец-то мы на месте.

Серёга – мой друг, мы вместе всю жизнь, сколько себя помню, с самого детского сада. Я даже как-то пошутил, что мы, возможно, родились в одном роддоме. Возможно, но это не точно.

Подойдя к двери, мы постучали. Дверь открыла миловидная, симпатичная женщина лет сорока, ровесница моей мамы.

– Здравствуйте, миссис Стюарт. Мы студенты из России. Меня зовут Руслан, а его – Сергей.

– Здравствуйте, очень приятно, ребята. Меня зовут Джессика. Мой муж на работе, его зовут Джон. Проходите, пожалуйста. Я приготовила для вас комнату наверху, на втором этаже, поднимайтесь.

Поднялись. Для нас была подготовлена комната метража, на глаз, как наша гостиная в Самаре – около восемнадцати квадратных метров. У стены стояли две кровати, две прикроватные тумбочки, два шкафа. Посередине – большое окно. Вот и вся обстановка. Меня лично всё устроило, да и Серёгу тоже.

– Вам нравится, ребята? Руслан, Сергей?

– Вполне, миссис Джессика. А наш английский нормальный?

– Вполне. Я вас понимаю.

– Прекрасно. А то думали, может, плохо говорим. Главное – понимать будем друг друга.

– У нас с мужем трое детей. Дочка Ребекка, десять лет, Стиву семнадцать, и младшему Джону восемь. Они все гуляют, но скоро вернутся. Там и познакомитесь. Вы хотите кушать?

– Миссис Стюарт, попозже поедим. Когда все соберутся, за общим столом, там и познакомимся.

– Отличная идея.

Вечером, когда все собрались за столом, царило неловкое молчание. Но потом начались вопросы, оживление, и все познакомились друг с другом. Мы очень сдружились. Это была обычная американская семья: мама – учительница в школе, папа – рабочий на заводе по производству нефтяных насосов, дети – школьники. Средний класс, одним словом. Такой же, как у меня. Так началась наша жизнь в США и та история, которая полностью изменила мир.

В Америке высшее образование устроено совершенно иначе, чем в России. Учебный процесс своеобразный. Есть обязательные предметы, которые обязан сдавать каждый, – экзамены, зачёты, всё как у нас. А есть факультативные – их можно выбрать по желанию. Например, мы учимся в Самаре на факультете робототехники. У нас есть обязательные предметы, которые мы обязаны сдавать, все. А в США не так. Есть предмет «робототехника», а ты можешь выбрать любой другой по своему усмотрению. Кто-то выбирал английскую литературу, кто-то – кинематограф, а мы выбрали американскую этнографию.

У университета была ещё одна особенность. Его учебные корпуса разбросаны по огромной территории. Есть основное здание, а есть филиалы, расположенные чуть ли не по всей Калифорнии. Общественного транспорта здесь нет, поэтому все добираются на автомобилях. Мы предварительно сделали международные водительские права. Конечно, американцам на это наплевать, но хоть что-то. У Стюартов было несколько автомобилей, и нам дали самый старый – «Плимут» 1984 года. Ничего, машинка живая, бегает.

Так началась наша американская жизнь. В университете было много иностранцев, но мы быстро влились в общую картину.

В своём Самарском университете мы учились очень хорошо и были на хорошем счету. Здесь произошло то же самое. Первое время адаптировались, привыкали к новой жизни, но довольно быстро вписались. Учебный процесс был построен так же, как в России, за исключением факультативов. На них можно было ходить или не ходить, экзамены по ним сдавать было необязательно, да и быть лучшим не требовалось. Ты сам выбирал эти предметы.

Был ещё один важный момент. В американских университетах особое отношение уделяется спорту. Здесь его прямо-таки боготворят. Студенты в основной массе интеллигентные, а вот спортсмены – нет. Чтобы добиваться высоких результатов, университет зачисляет в студенты сильных спортсменов. И, как правило, это ребята с улицы, скажем так, хулиганы из неблагополучных районов, но умеющие играть в баскетбол, американский футбол и другие виды спорта. Так было и в Калтехе. В целом выдающийся университет, один из лучших в мире, имел футбольную команду, состоящую из подобранных по разным неблагополучным школам хулиганов. Университетские лиги по разным видам спорта в Америке – это серьёзные структуры, которые во многом превосходят аналогичные лиги в других странах. И это при том, что они считаются любительскими.

Я так подробно об этом рассказываю, чтобы объяснить все последующие события. Без понимания того, как набираются университетские команды, ничего не ясно. Это просто ребята с улицы, с соответствующими привычками. Они так себя и ведут.

Как я уже говорил, учебные здания и лаборатории разбросаны. Иногда лекции читали в других корпусах, и для этого мы переезжали. Приехать вовремя на пары – зона ответственности студента. А вот переезд на лекцию в соседний городок – зона ответственности университета. Для этих целей использовались автобусы.

Вот и в этот раз лекции по высшей математике должны были пройти в соседнем городке Сан-Пол, а наш назывался Сент-Джеймс. В автобусе уже сидели студенты нашей группы, мы заходили последними с Серёгой. Кроме того, на задних сиденьях расположились спортсмены, сборная университета по американскому футболу. Вели себя дерзко и вызывающе. Сидели сзади, громко хохотали и задирали присутствующих. Все молча терпели. Спортсмены были на особом счету и пользовались этим на полную катушку. А учитывая, что основная масса студентов – интеллигенты или выходцы из среднего класса, на их выходки никто не реагировал.

– О, смотрите-ка, вошли эти русские! – сказал Тим Брод, капитан команды. – Натуральные козлы и уроды! Ну что скажете, уроды?

Все спортсмены смеялись. Остальные молчали. Я с Серёгой был одинакового телосложения, разве что я повыше ростом и полегче. Я вырос в среде, где такие оскорбления не прощаются, да и Серёга тоже. Хоть мы и учились в университете, но были пацанами с улицы, с пятнадцатого района Самары. Мы могли постоять за себя, занимались спортом, а с учётом армейской службы имели серьёзную подготовку.

Я подошёл к Тиму. Он развалился на заднем сиденье и смотрел на меня, уверенный в своей безнаказанности. Резким прямым ударом я ударил его в челюсть, после этого правой рукой – парня справа, а левой – сидящего слева от Тима. Сзади меня так же методично Сергей вырубил ещё двоих. Оставшиеся спортсмены удивлённо смотрели на меня.

Как правило, в такой группе есть ярко выраженный лидер, который подавляет остальных, убирая потенциальных конкурентов. Но в этом есть и минус: стоит вырубить вожака, происходит обрушение, потому что за ним никого нет – нет человека, готового повести за собой. Это работает везде и всегда. Если видишь группу хулиганов, которые к тебе пристают, найди самого главного и выруби его, остальных просто задави морально. Что я и начал делать.

– Заткнитесь все! Ты меня понял? А ты? Сидеть всем! Ещё одно слово услышу – получите все! Всем ясно? Вот и хорошо! Сидим тихо, воздух общий. Водитель, поехали!

Так мы и поехали на занятия в притихшем автобусе. Тим Брод пришёл в себя и просто смотрел на меня, уже не хамя.

После этого случая прошло два месяца. Мы с Серёгой по мере возможности занимались спортом, любили побегать. Был большой стадион, на котором мы делали утренние пробежки. В один из дней, придя туда, мы увидели, что там тренируется группа поддержки университетской футбольной команды. Мы часто видели этих девушек в компании спортсменов, но никогда не было такого, чтобы они приходили одновременно с нами. Обычно они занимались либо до, либо после нас. А в этот раз мы пришли вместе.

Заходили мы через центральный вход. Нужно было подняться по лестнице на трибуны, там переодеться, оставить вещи, спуститься вниз на беговые дорожки и бегать. На самом поле никого не было – там разрешалось заниматься только спортсменам и группе поддержки.

Мы вышли на трибуны, переоделись и уже собрались спускаться, когда нас окликнули. Это были черлидерши. Надо сказать, черлидерши – такой же уникальный случай в университетской иерархии, как и спортсмены. Несмотря на то что это вроде как девушки на подтанцовке, в Америке это культовый статус. Туда стремятся попасть спортивные и красивые девушки, часто из очень обеспеченных семей. С футболистами у них часто завязываются отношения, потому что они постоянно на виду друг у друга. И это очень важный момент.

Именно эти девушки нас и окликнули. Их было пять – красивых и стройных. Услышав крики и возгласы, мы посмотрели на них – они весело махали нам руками и подпрыгивали на месте. Сначала я не понял, что это относится к нам. Наверное, то же подумал и Сергей, потому что он удивлённо посмотрел на меня. Мы переглянулись и одновременно оглянулись. Сзади никого не было.

– Эй, вы! Это мы к вам обращаемся! Идите сюда! – кричали девчонки, причём все и одновременно.

Кроме нас и них на стадионе больше никого не было. Совершенно очевидно, что обращались к нам, поэтому мы начали спускаться по лестнице в их сторону. Подойдя, поздоровались.

– Привет!

– Привет! Вы те самые русские?

– Наверное. Если про нас говорят хорошее.

– О вас говорят только хорошее. Давайте знакомиться. Меня зовут Крис, то есть Кристина. А это остальные: Джессика, Джейн, Лора, Синди.

– Очень приятно. Меня зовут Руслан, а его – Сергей.

– Вы неплохо говорите по-английски.

– Спасибо. Вы тоже.

– А вы, ребята, приколисты. Что делаете сегодня вечером?

– Ничего, книги почитаем.

– То есть у вас нет определённых планов?

– Нет.

– Что скажете, если сходим все вместе в кино?

– Все вместе?

– Да, все вместе.

– Давайте, сходим в кино.

– Хорошо. Вам за нас платить не надо, это не Россия, это Америка. Коллективное свидание.

– Пять девчонок и двое парней?

– Именно так.

– Просто первый раз с таким сталкиваемся.

– Ничего, привыкайте, что вы в Америке. Можно оказаться с пятью девчонками не только в зале кинотеатра, но и в одной постели.

При этих словах Кристина взглянула на меня. Взгляд у неё был томный и многообещающий. Я перевёл взгляд на других девушек – они молча улыбались. Джессика закусила губу.

– Ну что, Руслан, договорились?

– Договорились.

– Тогда встретимся сегодня здесь, в 19:00. Отсюда и поедем в кинотеатр.

– Хорошо. Пока!

– Пока!

Мы развернулись и пошли к выходу, даже не стали в тот день бегать. Поднявшись по лестнице, я напоследок взглянул на девушек – они пристально смотрели на нас, особенно Кристина. Странное предчувствие охватило меня, будто что-то не так. Почувствовав мой взгляд, Кристина весело помахала рукой, а вслед за ней и остальные. Мы тоже помахали им в ответ.

Через полчаса мы были уже дома, в своей комнате. Постучавшись и не дожидаясь ответа, в комнату зашёл младший из Стюартов. Мы вкратце рассказали ему, что вечером идём на свидание. Он обрадовался, вместе с Сергеем они весело шутили, а мне было не до веселья. Я не мог понять почему, но чувствовал, что здесь что-то не так. Интуиция меня ещё ни разу не подводила. Я решил готовиться к свиданию по-своему. За моими приготовлениями удивлённо наблюдали Сергей и младший Стюарт.

Прежде всего я достал из кошачьего лотка песок и презервативы, которые у нас были на всякий случай. Пересыпал песок в презервативы, завязал каждый с одного конца и засунул наполненные песком презервативы в носки.

– Ты что делаешь, Рус?

– Как будто не видишь, Серёга? Наполняю презервативы песком и засовываю их в носки. Это будет наше оружие.

– Думаешь, нам придётся драться?

– Я не думаю, Серёга. Я это точно знаю. Пять ослепительно красивых девушек зовут нас практически на коллективное свидание. Мы не красавцы, не богатые, не знаменитые. Да, мы умные. Ну ладно, если не красавцы, то симпатичные. Русские мужчины вообще редко бывают эталонно красивыми – это либо нордическая красота англосаксов и скандинавов, либо южный типаж, как у итальянцев или испанцев. У русских парней, в основном, спокойная, неброская внешность. Мы просто симпатичные. Небогатые и незнаменитые. Чем мы можем привлечь таких? Ответ прост – ничем. Почему же вдруг они решили с нами заговорить и пригласить? Потому что есть причина. Это девушки тех парней, которых мы отмутузили в автобусе. Теперь они решили заманить нас и отомстить.

– Других вариантов нет?

– Серёга, других вариантов нет. Мы можем вообще не пойти. Но это будет стрёмно. Пойдём, пусть попробуют нас отмутузить, но мы от своего не отступим. Мы русские парни из Самары, с пятнашки, пятнадцатого микрорайона. Надо репутацию блюсти.

– Понял. Возьмём попить и поесть. Я возьму бананы и воду.

– Молодец, Серёга.

В разговор вмешался младший Стюарт, Джек.

– Ребята, если я правильно понял… Вы думаете, эти девушки, которые вас пригласили, заманивают в ловушку?

– Думаю, что да, Джек. Ты уже начал понимать по-нашему?

– Нет, Руслан, просто общий смысл мне ясен. Тем более что у одной из них младший брат, Джон, – он мой друг. У вас свидание на стадионе в семь вечера?

– Да, Джек.

– Вообще-то у нас в Америке девушки часто приглашают парней на свидание, и бывает, что несколько бегают за одним.

– Класс. У нас такого никогда не было и вряд ли будет. Мне сложно представить, чтобы за нами бегали такие красотки. Наши девчонки, если оценивать по десятибалльной шкале, – где-то на пятерку, а эти все – на десятку. Поэтому я в это не верю. Легче поверить, что у соседа пень красными розами расцвёл. Здесь явно что-то не то, поэтому мы подготовимся.

– Тогда я с другом тоже к семи на стадион. Мы с Джоном всё снимем на телефоны.

– Отличная идея, Джек.

На стадионе мы были без четверти семь. Вечерело. Мы увидели девушек на поле, но не стали спускаться к ним. Ещё днём я изучил спутниковую карту стадиона и знал, что там есть узкий аварийный выход. Мы с Серёгой направились именно туда. Девушки уже не махали нам приветственно, а молча проводили нас взглядом. Скоро появились они – футболисты. Они начали нас окружать, но мы успели войти в этот аварийный проход. Развернулись, и я встал в боевую стойку.

Сзади встал Сергей. Двоим развернуться было нельзя – проход был очень узкий, на одного человека. Футболистов было человек двенадцать, но в проход мог встать только один. Они начали заходить по одному, и я встречал их. Би́л жёстко: в челюсть, в солнечное сплетение, в печень. Один удар – один выбывший. Уличные драки не учат размашистости – экономишь каждое движение. Выбивать противника нужно сразу, второго шанса не будет. Мы, как фаны «Крыльев Советов», дрались и с другими фанатами, и в районе, и в городе. Приходилось.

Такова жизнь обычных российских пацанов. Поэтому дрались мы вполне профессионально. Я бил, а Сергей добивал носком с песком и укладывал. Сначала мы отступали, потом пошли вперёд. В итоге мы всех положили. Все были без сознания, но живы. Мы пошли на выход. Оглянулись – девчонки смотрели на нас с ненавистью. На противоположных трибунах сидели два пацана и снимали всё на телефон. Это были наши соседи.

– Я говорю, шериф, когда огонь близко, поджигают сухую траву по ходу его движения.

– Послушай, парень, может, у вас в России так и делают, у нас – нет. И вообще скажи спасибо, что я тебя выслушал. Неплохо, что ты пришёл, беспокоишься о судьбе города, но занимайся своим делом, а мне не мешай. Дело-то не в провороте, ты ещё под ногами путаешься.

– Но послушайте, шериф, вся Калифорния объята огнём! Лесные пожары приближаются всё ближе к городу, надо что-то делать! У нас есть городской парк с озером. В озеро выступает мыс суши, а на нём – беседка-ротонда. Давайте подожжём сухую траву на перешейке, ведущем к этому мысу, направленным выжиганием. Тогда жители смогут спастись на этом клочке земли, окружённом водой. Я именно это имел в виду. В конце концов, можно просто перепахать эту землю, ничего не поджигая. Но такие вещи можно сделать только с одобрения местных властей – вас, шериф, и мэра. Давайте сделаем это сейчас! Вокруг города хвойные леса, огонь подбирается всё ближе. Когда он окончательно подберётся, мы все сгорим!

– Послушай меня ещё раз. Пожарные службы делают всё, что могут. И свою работу они знают. Они потушат любой пожар. Все пожары, которые бушуют в штате, находятся достаточно далеко от нас. Ни у кого нет оснований для паники. Это я тебе специально говорю. Так что не болтай лишнего с жителями. Это у вас там, в России, пожарные ничего не умеют, пока полстраны не сгорит, они и ухом не ведут. Ты и так со своим другом хулиганством занимаешься – всю нашу университетскую футбольную команду перебили. Так что помалкивай. Спасибо, что зашёл в часы приёма и высказал свою гражданскую позицию. Очень тебе благодарен. Примем к сведению твою информацию. Всего доброго!

– Ветер разгонится сильнее и пойдёт в нашу сторону, и вы ничего не успеете сделать. Никакие пожарные не успеют прийти, а если и придут – ничего не сделают. А что касается футболистов, так они сами напали. Вы же сами видели видео, на котором всё запечатлено. Так что этот вопрос даже не будем поднимать – виноваты они. Но спасибо, что выслушали. До свидания!

Я вышел из офиса шерифа и направился домой. Там меня уже ждал Серёга.

– Ну что, Рус? Как поговорил? Донёс до него, что скоро городок будет в огне?

– Поговорили. Он очень внимательно выслушал, но мягко сказал, чтобы я занимался своим делом и не совал нос в чужие.

– Да мы бы вообще молчали, Рус, если бы не видели, что кругом благодать и никто не думает об опасности. Сейчас ветер усилится, подует в нашу сторону, и уже к вечеру или ночью огненный смерч накроет город. Все погибнут. Надо что-то делать.

– Вот что мы сделаем, Серёга. Здесь есть один фермер, его зовут, по-моему, Джон Бринч. У него есть несколько тракторов. На таких мы ездили, помнишь, на заработках в деревне. Техника нам знакома. Трактора «Джон Дир». Прицепим плуги и перепашем тот перешеек суши в городском парке, который выступает в озеро. Получится остров, окружённый водой с трёх сторон и перепаханной землёй с четвёртой. Это будет единственное безопасное место во всём городе. В случае опасности люди именно туда побегут. Ну или мы их туда направим.

– Послушай, Руслан, у него ещё есть несколько прицепов с высокими металлическими бортами. Можно сажать людей и эвакуировать в случае опасности. Трактора стоят под открытым небом, доступ свободный.

– Вот и договорились. Думаю, сегодня ночью огонь подступит к городу, и он сгорит. Если мы не предпримем мер, многие погибнут. Нас никто не слышит, поэтому будем действовать самостоятельно. Сложим документы и деньги в поясные сумки и начнём ждать. Скорее всего, по моим подсчётам, огонь приблизится к городу к полуночи. Вещей у нас почти нет, если что – купим, хоть в секонд-хенде. Будем ждать, слушать пиратские радиостанции, смотреть спутниковые снимки, мониторить ситуацию. А когда огонь будет близко, пойдём к фермеру и скажем, что его техника нужна для спасения людей, и с его согласия воспользуемся ею.

– Хорошо. Давай так и сделаем.

Мы решили днём выспаться, а вечером проснуться. Сидели у компьютера, смотрели спутниковые снимки, переключались на интернет-передачи пиратских радиостанций, которые сообщали об обстановке с пожарами в Калифорнии. Огонь приближался. Наконец мы увидели его – огненный смерч где-то на окраине. Стало ясно, что нужно действовать немедленно. Мы спустились вниз и разбудили всех. Сказали, чтобы шли в сторону городского парка. Потом выскочили во двор, сели в свой старенький «Плимут» и поехали к фермеру. По дороге давили на клаксон и кричали, что в городе пожар. Люди выскакивали на улицу. Мы кричали им, чтобы двигались в сторону парка. Некоторые и без наших напоминаний ехали туда, интуитивно понимая, что это единственное место в городе, где много воды. Они шли к беседке.

А мы тем временем подъехали к фермеру Джону Бринчу. Мощный мужик со своей семьёй уже стоял на крыльце и смотрел на всполохи пламени, приближавшиеся к городу.

– Джон! Здравствуйте! Мы…

– Я знаю, кто вы. Ты отдубасил моего племянника. Что вам нужно?

– Мы хотим воспользоваться вашими тракторами, чтобы перепахать землю, которая ведёт к беседке в городском парке. Там много сухой травы.

– Хорошая мысль. Умеете обращаться с техникой?

– Да, сэр. Умеем.

– Давайте прицепим плуги. Я вам помогу.

Общими усилиями мы подцепили плуги к двум тракторам.

– А вы, сэр, садитесь на третий трактор. Мы к нему подцепим прицеп и будем сажать горожан, у которых нет машины и которым тяжело идти пешком. И все вместе поедем в парк.

– Отличная идея. Семья, садитесь пока в прицеп.

Немного времени ушло, чтобы подцепить прицеп к третьему трактору. Скоро мы выехали. Трое тракторов: двое с плугами, третий с прицепом. Мы сигналили, чтобы город просыпался, кричали, чтобы все двигались в парк. Многие шли пешком, бежали, выезжали на машинах. Джон сажал обессилевших в прицеп. Наконец добрались до парка. Брошенные машины оставляли на большой площадке, а люди шли к беседке. На этом небольшом пятачке собрался почти весь город. Мы с Серёгой начали пахать, создавая безопасную полосу, чтобы огонь не прошёл. Люди подходили и занимали место у ротонды.

– Все здесь? Надо, вроде, перекличку организовать, – обратился я к мэру.

Мэр, Чарльз Уорвик, пожилой мужчина, пытался всех подсчитать. Потом повернулся ко мне:

– Здесь кого-то не хватает. На дальнем конце улицы стоит особняк. Большой белый особняк. Там живут Уоррены. В общем, одна из черлидерш. У неё вчера был день рождения, и там собралась вся молодёжь. Их здесь никого нет.

– Ясно. Мы на тракторе за ними.

Серёга сел на трактор с прицепом, и мы на полной скорости поехали к особняку. По улице уже никто не шёл – все добрались до парка. А огонь уже появился на улицах, некоторые дома были объяты пламенем. Подъехав к особняку, мы увидели, что задняя часть дома горит, огонь быстро распространялся. Дым наполнял помещение. Мы завязали на лицах платки и попытались войти. Дверь была заперта изнутри, мы её выбили. Внутри нас ждала картина: несколько парней и девушек лежали кто на диване, кто на полу. Только маленькая девочка с ужасом смотрела в конец коридора, где уже появлялось пламя. По помещению распространялся удушливый дым. Очевидно, вечеринка закончилась, люди в алкогольном опьянении заснули, а дым сделал своё дело – они потеряли сознание.

Мы с Серёгой молча попытались их будить, но безрезультатно. Чтобы не терять время, стали вытаскивать на улицу, на свежий воздух. Там они постепенно приходили в себя. Рядом валялся шланг, я открыл воду и начал поливать людей. Послышались возгласы удивления и недовольства. Всех, кто был в гостиной, и маленькую девочку мы разместили в прицепе. Потом начали разворачиваться.

– Стойте! Там Кристина, моя сестра! В дальней комнате! На неё я тогда смотрела! – закричала одна из девушек.

Я выскочил и побежал в дом. Открыв дверь в дальнем конце коридора, увидел комнату, наполовину заполненную дымом. На кровати лежала в лёгком платье Кристина, автор всей той затеи на стадионе. Без чувств. Подхватив её на руки, я выскочил на улицу. Было тяжело, но страх придавал сил. Передав её людям в прицепе, я быстро сел за руль.

– Все в сборе? Никого больше не осталось?

– Нет, никого!

– Тогда поехали! Держитесь!

Мы поехали по дороге, ведущей от дома к парку. Дома слева и справа уже горели, огненный смерч бушевал в этом небольшом провинциальном городке Калифорнии. Добрались до парка, я остановился у вспаханной полосы. Девушки и парни из прицепа побежали к беседке, где уже собрался весь город. Мы тоже пошли туда. Потом мы все смотрели, как огонь подошёл к парку и начал пожирать автомобили. Кругом была стена пламени, и только перепаханная земля не давала ему добраться до нас. Жуткое, инфернальное зрелище. Я почувствовал на себе чей-то взгляд. Обернувшись, увидел, что Кристина пристально смотрит на меня. Я отвернулся, но заметил ещё кое-что: на меня смотрели и другие девушки из той злополучной пятёрки черлидерш.