Империя Хаоса

Глава 2 Старая кровь, новые вены

Часть 8. Воспитатель Ленц: урок этикета

Утро в учебном зале А-12 было тихим и ровным. Свет лился под углом 23 градуса, как предписывал стандарт «Наставник-1» – достаточно яркий для бодрствования, но без бликов на гладкой поверхности стола. Воздух пах лёгкой горечью озона от ионизатора и тёплой пылью бумаги.

Эдвард стоял посреди зала, лицом к двери. Его поза была выверена до миллиметра: пятки вместе, носки врозь на ширину ладони, руки вдоль швов, плечи слегка отведены назад, подбородок приподнят на 7 градусов. Не напряжённо. Точно.

Воспитатель Ленц стоял перед ним, на расстоянии трёх шагов. Он не был высок, но держался так, будто голова его упиралась в потолок. Гимнастёрка серого сукна, выглаженная до хруста, погоны без знаков – ранг он снял при назначении, сказав: *«Воспитатель не командует. Он напоминает»*.

– Император не кланяется, – произнёс он, голос без тембра, как у диктофона. – Он кивает.

Эдвард кивнул.

– Не так. Голова – ниже.

Мальчик опустил подбородок.

– Ниже.

Опустил ещё. Шея напряглась.

– Плечи – прямо. Не поднимай. Не сутулься.

Эдвард выровнял осанку. Лопатки сошлись внизу, позвоночник вытянулся.

– Взгляд – вперёд. Но не на собеседника. На точку на два сантиметра левее переносицы. Так видишь всё. А он – не видит, смотришь ли ты ему в глаза.

Мальчик сместил фокус.

– Дыши. Не замирай.

Воздух вошёл, вышел. Ровно.

– Теперь – кивок. От пятки. Через позвоночник. В шее – никакого рывка. Как маятник. Вниз – на 15 градусов. Задержка – полсекунды. Возврат – плавно, без инерции.

Эдвард выполнил.

– Снова.

Снова.

– Снова.

На седьмом повторе дверь открылась. Вошёл Георгий I. Остановился у стены, не нарушая треугольника: воспитатель – ученик – дверь.

Воспитатель Ленц не обернулся. Не прервал урока. Продолжил:

– Если собеседник ниже рангом – кивок на 10 градусов. Если равен – 15. Если выше – 20. Император выше всех. Значит, все кивают ему. Он – никому.

Эдвард кивнул – 20 градусов. В никуда.

– Но… – начал он и осёкся.

– Говори.

– А если он не Император? А если он… папа?

Воспитатель Ленц молчал. Две секунды. Три.

– Тогда это не папа. Это – Император. Пока он в форме. Пока он в зале. Пока он – источник.

Георгий I сделал шаг вперёд. Подошёл к Эдварду. Встал напротив. На одном уровне.

– Смотри на меня, – сказал он.

Мальчик поднял глаза. Прямо. Без смещения.

– Кивни.

Эдвард кивнул. На 15 градусов.

– Ещё ниже.

Опустил голову. На 25.

– Теперь – подними. Медленно. И смотри. Не в точку. В глаза.

Мальчик поднял голову. Взгляд – ровный, без дрожи.

– Запомни это чувство. Оно – твоё. Не герба. Не закона. Твоё.

Воспитатель Ленц стоял неподвижно. Руки за спиной. Пальцы сжаты в замок.

– Урок окончен, – сказал Георгий I.

Эдвард расслабил плечи. Вздохнул – первый за семь минут.

Воспитатель Ленц кивнул. На 15 градусов.

– Завтра – речь. Три предложения. Без местоимений.

И вышел. Дверь закрылась без щелчка.

Эдвард потёр шею. Подошёл к столу, взял карандаш. На новом листе нарисовал: два человека. Один – высокий, в форме. Другой – маленький. Между ними – прямая линия. Не луч. Не цепь. Просто линия. И надпись: *«папа → я»*.

Часть 9. Реставраторы: тайный совет у фонтана

Фонтан стоял в северо-восточном углу парка резиденции – круглый бассейн из чёрного базальта, диаметром семь метров, с единственной струёй воды, бьющей строго вертикально на высоту двух метров. Вода падала без брызг, ударяясь в центральную чашу, откуда уходила в замкнутый контур очистки. Шум был ровный, низкочастотный – 47 герц, почти на грани слышимости. Достаточно, чтобы заглушить шёпот. Недостаточно, чтобы привлечь внимание систем наблюдения.

В 08:17 прибыл первый. Генерал-инженер Артём фон Тесс, 71 год, бывший начальник Главного конструкторского бюро, уволенный в 2576 году по сокращению штатов. Шёл медленно, опираясь на трость с набалдашником в виде головы грифона – не опора, а пропуск: металл содержал микрочип, подавляющий сигналы датчиков движения в радиусе трёх метров.

Через пять минут – второй. Баронесса Марта дон Сильва, 69 лет, бывший председатель Комитета по культурному наследию, ушедшая в отставку после отмены Указа о государственной геральдике. Она несла в руках планшет, прикрытым кожаной папкой – встроенный глушитель активировался при смыкании крышек.

Третий появился в 08:28. Капитан 1-го ранга Игнатий Бон, 64 года, в отставке с 2575-го, бывший командир флагмана «Непоколебимый». На левом запястье – старый хронометр с солнечной зарядкой. Внутри корпуса – аналоговый передатчик, работающий вне сетей, на частоте, не используемой с 2560 года.

Четвёртый не пришёл. Его имя не называли. Место оставили пустым – стул из тёмного дуба, без подлокотников, стоял в тени кипариса.

Они не здоровались. Не садились одновременно. Каждый занял позицию на краю бассейна, на равном расстоянии друг от друга, лицом к струе. Вода отражалась в их зрачках – мерцающая вертикаль.– Фон Ленц назначен, – сказал фон Тесс. Голос сухой, как пергамент под ногтем. – Майор запаса. Преподавал тактику удержания в Академии СБ. Тридцать два года службы. Ни одного взыскания. Ни одной благодарности. – Он не наш, – ответила дон Сильва. – Но он – Ленц. Кровь чистая. Линия не прервана с 2511 года. – Кровь – да. Убеждения – нет. Он служил при Сиднее. Принял присягу новому. Значит, верен тому, кто платит. – Платить будем мы. Через клан. Через старших. Через его внучку – она в приёмных фрейлинах у Таша I.

Бон поднял руку. Посмотрел на часы. – У нас двенадцать минут. До смены поста у КПП-3. – Цель проста, – продолжил фон Тесс. – Не переворот. Не измена. Восстановление. Империя не больна. Она – заснула. Нужен стимул. Мягкий. Через ребёнка. – Эдвард Романов. Пять лет. Восприимчив. Чист. Не затронут идеями Полка, Сети, Академии. – Фон Ленц заложит основу. Мы – укрепим. Уроки истории – по старым учебникам. Этикет – по уставу 2540 года. Геральдика – без упрощений. – Подарок уже готов. Меч д’Арталя. Оригинал. Из хранилища клана. Проверен – без трекеров, без меток. Только сталь, серебро, гравировка: *«Кому честь – тому и власть»*. – Передача – через воспитателя. Под предлогом «традиции рода». – А если отец запретит?

Тишина. Вода падала. – Он не запретит. Он – Император. А Император не лезет в воспитание. Это – удел матери. А Таша фон Ленц… она помнит, чему учили *её*.

Дон Сильва кивнула. Не в знак согласия. В знак завершения. – Срок – шесть месяцев. К его шестилетию – ребёнок должен знать: трон не дают. Его *берут*, когда приходит время.

Бон встал первым. Остальные – через пять секунд. Никто не обернулся. Никто не попрощался.

Фонтан продолжал работать. Вода поднялась, упала, исчезла в чаше – и снова поднялась.

На дне, под струёй, лежал маленький предмет: круглая пластина из титана, диаметром два сантиметра, с выгравированной цифрой *0*.

Она не была частью фонтана.

Её оставил Бон. На всякий случай.

Через тридцать минут система техобслуживания подняла уровень фильтрации – и пластина ушла в отстойник. Исчезла.

Но запись уже шла.

Часть 10. Таша и её фрейлины

Салон находился на восьмом уровне резиденции – бывший кабинет связи, переоборудованный без согласования с архитекторами. Стены очистили от панелей, оставив голый бетон с редкими вкраплениями арматуры – не для эстетики, а потому что под ними прятались старые шлейфы, которые никто не осмелился вырезать. Пол застелили ковром из переработанного космического крепа – серо-синим, без узоров, с изнанки пропитанным антискользящим составом. В центре – стол. Не овальный, не мраморный, не из красного дерева. Обычный стальной лист, 2 на 1,2 метра, приваренный к ножкам. На нём – чайник из нержавеющей стали, шесть кружек, графин с водой и бутылка чёрного рома «Остров-7», этикетка стёрта до полупрозрачности.

В 19:00 пришла первая. Капитан СБ Элеонора Красс, 41 год, командир роты «Серые», раненая в операции «Снег» – шрам тянулся от скулы к уху, не скрытый регенерацией: *«Пусть видят, кто с кем воевал»*. Она поставила на стол коробку – 24 пайка «Тёплый ужин», срок годности – 45 дней. Внутри, под верхним слоем, лежал блок данных: отчёт по внедрению в клан Волков.

Через семь минут – вторая. Доктор Лиана Вор, 39 лет, главврач Медкорпуса, Земля-сектор. Принесла сумку с инструментами. Положила на стол три ампулы «Нейро-С7», новая партия – с пониженной возбудимостью. И письмо в конверте без адреса: *«Для Эммы. Анализы. Всё в норме»*.

Третьей вошла майор инженерных войск Ольга Дымова, 36 лет, куратор лицензирования в Полку. Поставила металлический ящик. Внутри – 12 пробирок с образцами корундия-7 из шахты «Глубина-18». На каждой – бирка: *«Чистота выше 99,8. Без примесей Сиднея»*.

Четвёртая задержалась. Вошла в 19:18. Лейтенант Татьяна Ромни, 28 лет, пилот флагмана, дочь Эрнеста и Виолетты. Принесла гитару – старую, с потёртым корпусом и заменёнными струнами. Положила её в угол. Сказала: *«Завтра полёт. Сегодня – только песни»*.

Пятая не вошла. Её ждали. Таша не смотрела на дверь. Налила чай. В каждую кружку – по 200 миллилитров. Без сахара. В две – по 30 грамм рома.

В 19:23 дверь открылась. Вошла Таша. Не в парадной форме. Не в императорских мантиях. В том же серо-голубом комбинезоне, что утром в кабинете. Только без браслета. Запястье – чистое.

Она подошла к столу, кивнула – не на 15, не на 20. Просто кивок. Как между людьми. – Здравствуйте, девочки, – сказала она.

И села.

Никто не встал. Никто не поклонился.

Красс открыла чайник, долила себе. – На Терре-5 нашли подпольную типографию. Печатали устав 2540 года.

Вор налила воду. – Две тысячи доз «Синей Пыли» изъято. Но лаборатория – не та. Их сеть глубже.

Дымова постучала по ящику. – Если этот корундий пустить в серию – Полк сократит срок восстановления флотилий на 18 суток.

Ромни настроила гитару. Три аккорда. До-мажор. Соль-минор. Фа-мажор. – Папа разрешил Эдварду летать на симуляторе. Без воспитателя.

Таша подняла кружку. Попила. Поставила. – Завтра Эон Кикс входит в СБ. На должность.

Тишина. Не напряжённая. Ожидающая. – Я против, – сказала Красс. – Она не наша. – Она – его, – ответила Таша. – А значит, и наша. Пока он так решил. – А если она ошибётся? – Тогда вы поправите. Ты – первой.

Красс кивнула. Та же, обычная.

Вор подвинула ампулы ближе к центру. – Новая формула. Меньше дрожи. Больше ясности. Пробуй.

Таша взяла одну. Положила в карман.

Дымова открыла ящик, вынула пробирку. – Завтра Полк запускает линию. Если одобришь. – Одобрю.

Ромни начала играть. Мелодия – без слов. Простая. Как марш. Как колыбельная.

Таша смотрела в кружку. Пар поднимался, ломался о край, уходил в сторону.

Никто не упоминал титулы. Никто не говорил «ваше величество». Здесь она была Таша. Бывший военный врач. Жена. Мать. Подруга.

А за дверью, в журнале посещений, значилось: *«14.10.2579, 19:00–20:47. Императрица Таша I. Совещание с фрейлинами. Тема: координация действий по линии доверия»*.

Но это было для отчётов.

Здесь, за стальным столом, с ромом в чае и гитарой в углу, не было ни императрицы, ни фрейлин.

Были шесть женщин.

И одна кружка, которую Таша оставила нетронутой – для той, что так и не пришла.

Часть 11. Эдвард и старый меч д’Арталя

Утро выдалось тёплым для октября – 19 градусов в тени, ветер с востока, слабый, без пыли. В учебном зале А-12 окна были распахнуты, и запах озона от далёких гроз смешивался с запахом воска, которым накануне натирали пол.

Воспитатель Ленц вошёл в 08:05. В руках – не планшет, не книга, не указка. Длинный предмет, завёрнутый в серое сукно, перевязанное чёрной лентой. Он поставил его на стол, сдвинул к центру, освободил место вокруг.

Эдвард вошёл в 08:07. Остановился у двери. Посмотрел на свёрток. Не спросил. Ждал.– Сегодня – особый урок, – сказал воспитатель Ленц. – Не этикет. Не речь. Наследие.

Он развязал ленту. Снял сукно.

Меч лежал на столе. Длина клинка – 78 сантиметров, ширина у основания – 4,2, к концу сужался до 2,1. Сталь – тёмная, с едва заметной текстурой, как будто вплавлены тончайшие нити серебра. Рукоять – чёрное дерево, обмотанное кожей, потемневшей от времени. Гарда – в форме крыльев, сложенных над щитом. На щите – выгравирована цифра *I*.– Это меч первого императора, – сказал воспитатель Ленц. – Иоганна д’Арталя. Он принял присягу от трёх кланов. Объединил флотилии. Основал Сенат. И всегда носил его при себе. Даже на совещаниях.

Он поднял меч двумя руками, протянул Эдварду.– Теперь он твой.

Мальчик не взял. Посмотрел на клинок. Потом – на воспитателя.– А он стреляет?

Воспитатель Ленц не ответил сразу. Опустил меч. Положил обратно на стол.– Нет. Он не стреляет. Он режет. Колет. Рубит. – Зачем?– Чтобы защищать.– Кого?– Тех, кто не может сам.

Эдвард потянулся. Взял меч за рукоять. Вес – 1,9 килограмма. Для его возраста – почти половина собственного. Он поднял его. Руки дрогнули. Локти согнулись. Но не опустил.– Тяжёлый, – сказал он.– Да. Власть тяжёлая.– А если я уроню?– Поднимешь. Или не поднимешь. Но меч останется.

Эдвард перевернул оружие. Посмотрел на цифру *I*. Провёл пальцем по холодной стали.– А мой будет какой?– Твой – не цифра. Твой – имя.– Эдвард?– Если захочешь. Или любое другое. Главное – чтобы оно значило что-то. Не звук. А смысл.

Мальчик поставил меч на стол. Осторожно. Лезвием от себя.– Я не хочу резать.

Воспитатель Ленц кивнул. Не с сожалением. С пониманием.– Тогда положи его. Но не забывай: пока он здесь – ты можешь выбрать. Резать. Или не резать. Брать. Или не брать.

Он завернул меч обратно в сукно. Завязал ленту.

В 08:18 дверь открылась. Вошёл Георгий I. Остановился у порога. Взглянул на свёрток.– Что это?– Подарок от клана Ленц, – ответил воспитатель. – Меч д’Арталя.

Георгий I подошёл. Взял свёрток. Развернул. Посмотрел на клинок. Провёл пальцем по гарде. Остановился на цифре *I*.– Он не стреляет? – спросил Эдвард.– Нет, – сказал Георгий I. – Он только режет.

Он завернул меч. Отдал воспитателю.– Заберите. И передайте клану: спасибо. Но мы строим – не рубим.

Воспитатель Ленц взял свёрток. Поклонился. На 15 градусов.– Есть.

Он вышел. Дверь закрылась.

Эдвард подошёл к столу. Взял лист бумаги. Карандаш. Нарисовал: руку. В ней – не меч. Не пистолет. Инструмент. Что-то длинное, с рукоятью, с головкой, похожей на ключ. И надпись: *«папин»*.

За окном пролетел «Ворон-7». Стабилизаторы блеснули на солнце.

Часть 12. Бабушка Виолетта и карта судьбы

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.