Синичка

— К кому?

— Если тебе так нужны контракты, — Вадя махнул рукой куда-то вдаль, за пределы лесобазы, — то подайся к одиночкам. Дерьма хватает, но и хороших мужиков предостаточно. Предпочту быть нищим, но не бандитом.

— Тогда в чём разница, — я всё никак не унимался, потому что искренне не понимал, — когда одинаковые контракты выдают и Иванчик с его шайкой, и вольняки. Откуда такой морализм?

— Ну и что? Будем теперь опускаться до их уровня? Грабить слабых, жить по понятиям? Петушить и опускать, сажать на бутылку? Может, ещё кувалдить начнём? — сталкер встал в позу, расположив руки на боках, будто осуждал меня как старшего брата. — Это не моя культура, я — здоровый человек. Советую и тебе придерживаться такой морали.

— Давай без нравоучений, хорошо?

Вадим был явно зол, поэтому я замолчал, поднял уроненный табурет и сел на него. В подсобке, где пахло ржавым металлом, сыростью и машинным маслом, повисла неприятная атмосфера — и не во вражде, но и не в дружбе.

— Ладно, — примирительно махнул рукой. — На минуту мне показалось, что вариант Иванчика рабочий. Только Илья забыл, а Вадя пока не знает, что в Периметр мы полезли благодаря одной огромной проблеме.

На лицах присутствующих прочиталось заметное облегчение.

— Что ж, я в деле, — ответил Вадя.

— В каком деле? Я же не рассказал ничего.

— Если это связано с криминалом…

— Это связано с криминалом, — перебил я. — Напрямую. Мы — я, Илья и убитый Федя — подставили авторитетного человека по прозвищу Мага. Слышал про такого?

— Возможно, что слышал, — Вадя чуть поджал губы.

— Мы должны были передать груз. Оружие, не то огнестрельное, не то артефактное. Оказалось, Магу предупредили, что у нас палёный товар. Дальше события развивались со сверхзвуковой скоростью. Так и оказались тут.

— Ну, это другое, — сталкер смущенно отвёл глаза.

— Понял. Ты не с нами.

— Я такого не говорил. Это ты додумал сам. Тебе нужно закрыть долг, так? Что ж, войду в команду. Но в твою, а не Иванчика. И никаких заказных убийств невинных и прочей чернухи.

Илья выжидающе метал взгляд то на меня, то на опытного сталкера, видимо, теряясь в догадках. Темщики любят быстрые и авантюрные процессы: в них легко крутиться, чувствовать себя нормальным, быть в драйве, упорно прущим к достижению успеха; у него даже ноздри расширились — как конь, он жадно питался сейчас воздухом новой схемы, будущего дела, перспективы, достигаторства.

Русскому в нашем мире две боли хочется унять — чтобы в достатке жить и чтобы все от него отвалили. Вторую боль, кровоточившую годами от учительской родни, беспорядка в стране и неприятной жены, ушедшей к “стабильному мужику”, он вроде бы уже залечил. Осталось первое.

Фёдор был его лучшим другом.

Убитого не вернуть, только найти другого.

Илья всегда дружил тройкой.

Для него это привычка, правило, аксиома.

Его трясло от нетерпения, наконец, и он не выдержал:

— Брат, да соглашайся! Ты, Тимон, хорошего человека потеряешь, если согласишься на предложение Иванчика.

Мы пожали руки. Я отправил их на выход с вещами, а сам пошёл к Иванчику на разговор. Бригадир встретил отказ с тем же лицом, с каким он встречает друзей, врагов и простых доходяг — то есть никак. Нейтральное, даже из улыбки выжали весь цвет. Словесно мне обозначили, что это совсем не конец, расходы в Периметре всякие бывают, но преференций от сделки станет заметно меньше.

Проще говоря, намекнули на понижение в репутации.

На прощание сделали подарок. Ещё один детектор как знак признания выбранного пути быть сталкером. Заметив мое недоверие, Иванчик цинично гоготнул: “От проводника много добра сохранилось”.

— Тогда лучше бы пистолет отдал, — сказал я. — А то у нас один на троих.

Иванчик молча достал из тумбы пистолет, бросил его под ноги, а с ним и две обоймы.

— Трижды восемь двадцать четыре, — посчитал бандит, вперив глаза в потолок. — Лосинько да хорошенько (3).

— И на том спасибо. Бывай, Иванчик.

Выходя из хаты, я невольно подслушал у окна разговор Косого, зачем-то пытавшегося заполнить бутылку пива мочой, с другим бандитом:

— Шеф забурел, пацанов не слушает. Ищет кобылу, когда ещё вчера надо было бы пойти на тёмную (4)… Этого Давида зырить среди своих не хочу. И его интеллигентов.

— Может, пошлём маляву старшим? — спросил бандит с писклявым голосом.

— Не. Качели нам не нужны, — лысый череп помотался из стороны в сторону. — Если закачаем лодку, то можем на риске прогореть. Чистые бабки получим, ногами дотопаем до заказчика и забалдеем по-чёрному. А базарить с Иванчиком буду всё равно.

Под ногой лопнула половица, и я вынужденно показался в двери с кривой улыбкой на лице. Косой, заметив меня, с намёком на оскорбление не натянул штаны, ожидая предъявы.

Сыграть по его правилам? Ну уж нет.

— И не будем мы братвой, — я вздохнул с большим облегчением и направился к воротам. Илья с Вадей уже стояли наготове, повесив рюкзаки на плечи.

— Тише будь! — крикнули мне вслед.

Бодрым шагом мы покинули базу. Пройдя шагов сто, Вадим шёпотом сказал мне: “Спасибо”, после чего резко ускорил шаг, не дав ответить.

От пищащих дозиметров противно шумело в голове. Вадя стоял весь напряженный и пытался найти обходную дорогу, а мы наоборот — обрадовались, что приборы рабочие, а не бесполезный хлам.

На экране быстро росли показатели — 20, 25, 40, 60 микрозиверт в час. Когда отметка достигла двухсот, Вадя решительно остановил нас и потащил обратно.

— Тут что-то не так. Мы могли попасть в ВУРС (5), но радиация взлетела так быстро...

— Ты же говорил, что идти до турбазы два часа, — Илья поправил лямку на плече. — Карту спутал? Чёрт, у меня ноги отваливаются.

— Не ной.

— Так два часа идти или двадцать?

— Так оно и есть, — оправдывался сталкер. — Два часа, может, чуть больше. Но турбаз в этом месте две, и мы шли в большую.

— И там есть пирс для отдыха? — Илья тщетно пытался заткнуть свой дозиметр. — Ух, показывает двести пятьдесят. Я скоро стану светиться?

— Нет ещё, но сигнал плохой, — Вадя подошёл к дереву, постучал по нему костяшками пальцев. — Запомните на всю жизнь: резкое изменение в Периметре трактуем как плохое, опасное, нежелательное. Стараться избегать таких ситуаций.

— И что ты думаешь? — спросил я. — Что это такое? Аномалия? Мы её обойдем? Ну же, не молчи!

— Да, скорее всего, перед нами стоит радиационная волна.

Не сговариваясь, мы посмотрели в небо. Серое, холодное, без всяких световых бликов, свечений и тому подобного. Кроме пищавших дозиметров, ничто не предвещало беды. Холодало, только и всего, да порезы ныли.

— Где твоя волна? Я ничего не вижу.

— Радиация бесцветна.

— Но ведь должны быть какие-то признаки.

— Резкий скачок радиации — это главный признак. Если пройти ещё немного, нас просто зажарит.

— Как всё сложно… — заканючил Илья.

— Ребята, простите, пожалуйста, — Вадя помотал головой. — Мы не доберёмся до Мишки. Через радиационный шторм в такой снаряге не пройти, если не хотите потом светиться. Давайте лучше через Кисегач, в Ветерок.

Мы переглянулись.

— Кисегач? — возмутился Илья. — К живодёрам? Какой ещё Кисегач! Спасибо, меня там пытали, если что! Может, наберем несколько рентген?