Самая красивая попаданка

Но куда? Что-то подсказывает мне, что надо. Но куда? И надо ли? Да и зачем?

В пустую съемную хату? На две последние работы, чтобы оплачивать это жилище, пока в лапше не восстановлюсь.

А здесь? Грегори… Такой милый мальчик. Ну мальчик же! Хотя, похоже, он немногим младше меня. Сколько ему? Лет 16-17? А мне… Едва-едва стукнуло 18, пару месяцев назад.

Странно, но возвращаться домой не хочеться. Да и к кому? Хм… Реально, а к кому? Кто-то будет меня искать?.. Смешно даже и горько…

Хозяйка съемной квартиры в конце месяца. Дядя? Да ему на меня… фиолетово. Как только я получила паспорт, он меня заставил подписать документы. Теперь я нищая… Ну, как нищая, кинул какую-то смешную сумму на счет, по сравнению с тем, что мне причиталось… Он постарался поскорее избавиться от меня, «не запачкав ручки». Ему даже выгодно, если я вдруг исчезну. Как он там говорил?… Брр…

Но я буду жить. Я не виновата, что выжила.

Полька или Пашка? Будут ли они меня искать?

Первая – упивается своим счастьем и хитрожопостью. Ей не до меня…

Даже «забавно», как она легко меня смогла предать. А я ей верила до последнего, ведь не может же друг, что поддержал в самый тяжкий момент и вдруг?..

Второй – если только напьется и его потянет на приключения, мозги полюбить своей бывшей.

Как он там мне говорил – «Аля, я ее не люблю. От нее нужны лишь бабки. Я ее обдеру до нитки, и мы с тобой заживем… у берега моря. Малышка, не куксись.»

Впрочем, они друг друга стоят. Интересно, кто из них первым догадается, что его дурят. Полька – «дойная коровка» или Пашка – отец «промокашка»? Кто догадается, что одному нужны лишь бабки, а другая скрывает тот факт, что ребенок может быть и не от него…

Только вспоминая их у меня наворачиваются слезы… А совсем не оттого, что я сейчас попала в переплет (фэнтези романа). А ведь попала, так попала… Но блин, а что же реально ли это так, и меня могут «чистильщики» уничтожить? Не знаю, почему-то не хочеться верить в это. Как и в то, что нет способа безопасно и «экологично» вернуться домой.

Может, дядя не такой страшный, как его Грег малюет? Он, похоже, что сильный маг. Надо бы его расположения добиться. Может быть он знает, как мне перебраться домой?

А домой… домой я пока что не хочу. Мне просто важно найти способ вернуться, чтобы у меня всегда был выбор. Оставаться здесь навсегда? Нет, пока что не собираюсь. Всегда есть выход. Если не в дверь, так в окно.

Да и… судя по тому, что я здесь видела. Меня ждут те еще приключения. Может я и магичить научусь, и сама себя отправлю домой? Было бы здорово.

Так, детка, не унывай. Держи нос по ветру. И во всем ищи позитив…

Успокаивала себя Алена, засыпая под утро.

А утром… Вернулся злой и настоящий хозяин замка. Аля почувствовала это сразу же при своем пробуждении. По каким-то каким ощущениям на кончиках пальцев, будто бы сам воздух наэлектризовался и прекрасный уютный замок, в котором она засыпала стал отчужденным и холодным, будто бы без души. Да все так же завораживающе красив, но красив, как с обложки журнала интерьеров, которые пролистываешь от скуки, не задумываясь и не цепляясь за милые детали, выдающие душу хозяина.

Грегори заскочил на пару минут, недовольно цокнул язычком, увидев «несовершенства» на одежде своей "несравненной". Еще раз проговорил:

– Ты только ничего не говори дяде. Молчи. Отвечать за все буду я.

– Как прекрасно, когда за все отвечает мужчина, – съязвила девушка, глядя исподлобья на юношу.

Но Грегори расценил слова как комплимент, не заметив саркастического подтекста, и расцвел в улыбке. Заразил ее «оптимизмом», она невольно улыбнулась в ответ.

Парень оставил девушку снова одну. Правда, буквально через пару минут, в комнату забежала служанка со словами:

– Я помогу вам, приведу вещи в порядок.

Она произвела несколько пассов руками, что-то шепнула, и платье снова стало как новенькое, отглаженное. Выглядело оно даже еще лучше, чем в примерочной.

Алена зачарованно смотрела на работу служанки. И была совсем не против того, что эта девушка также попутно сделал ей голливудские волны на голове.

С трепыхающимся сердцем девушка спустилась вниз, где ее уже ждал Грегори. Невероятно серьезный и даже немного бледный.

Парень жестом показал Алене молчать, приблизив свой тонкий аристократический пальчик к губам. Предложил свой локоть для опоры. И они медленно и степенно вошли в знакомую уже обеденную залу.

– Доброе утро! Как славно, что ты уже вернулся, дядя, – произнес, натужно улыбаясь, Грегори, – Я как раз хотел объясниться и кое с кем тебя познакомить.

Грег Старший, восседающий во главе стола, недовольно поднял голову.Сканирующе пробежался по девушке, что повисла на локте у племянничка.

Так. Человечка. Чистокровная. Без капли магии, или… Он неожиданно зацепился за слабую, больше вежливую улыбку девушки.

Девушка эта была прекрасна. Сияла, словно ангел. Мужчина, как будто бы даже услышал легкий звон в ушах, от этого сияния. Невероятно красива. Мила. Какие чувственные губки. Омут синих глаз, в которых так хочется прочесть… желание. Взгляд сам собой соскользнул по фигурке. И это уже сканировал не аг, а мужчина.

Да, девчонка хороша. Свежа. Юна. И вон как славно сложена. Эти ножки, аппетитные бедра, талия, которую, пожалуй, можно обхватить двумя ладонями.

Хороша, чертовка, ой как хороша…

Грег Старший даже не совсем понял, что там бормочет его племянник.

– Ты же знаешь, я собирался поступать в художественную академию Сен Жерома. Нет, конечно же, целесообразнее было бы поступить как все Зендо в Королевскую Академию. Продолжить династию… Дядя?!! Ты меня слушаешь? – озабоченно переспросил Грег Младший.

– А… Что? Да, намного целесообразнее пойти обучаться в Королевскую академию, – повторил на автомате мужчина, оторвавшись от созерцания засмущавшейся и так мило покрывшейся краской, девушки.

– Но истинная причина, по которой я хотел поступать туда здесь! – как-то натужно и больно уж торжественно произнес Грегори.

Дядя удивленно приподнял бровь и посмотрел на (мальца) парня, который тут же продолжил свое словоизлияние:

– Я прекрасно понимал, что ты отправишь меня учиться в столицу. Но продолжал заниматься творчеством. Для души, так сказать. Поэтому и пошел на подготовительные художественные курсы. Там, знаешь ли, такие же как я «чудики-мазюлики» собрались. И там… – парень театрально сделал паузу, – я встретил Ее… Мою Элину Страдис! Я влюбился в нее без памяти, с первого взгляда. И понял, что такую девушку нельзя отпускать. Уведут ее студенты художественной академии. И если я не поступлю туда, то обязательно уведут студенты академии, куда она планировала поступать.

– Элина Страдис – словно пробуя какое редкое вино, причмокивая, повторил Грег Зендо.

Мужчина снова посмотрел на Алену уже явно раздевающим взглядом. И к своему неудовольствию заметил, как она еще сильнее вцепилась в локоть племянника.

– А вчера, к моему счастью, – высокомерно и пафосно продолжил свою речь Грегори, – Элина согласилась стать моей женой!

Юноша в порыве поцеловал Алену в щеку, а потом еще разок в другую, и еще.

Грега старшего аж передернуло. В его воображении он уже давно раздел девушку и кое-что делал с ней за обеденным столом. А этот малец при нем целует ее, пусть и в щечки.

– Она написала мне письмо, – проговорил Грегори, – в нем было признание в своей симпатии и прощание. К сожалению, она не смогла набрать нужных баллов для поступления, а учиться платно сирота не может…

– Хм, как печально, саркастично подметил Грег Первый, – а что же Элина Страдис, – он снова причмокнул языком, будто что-то вкусное проглотил, – не может поступить в другую академию или свет клином сошелся на Сен Жерома? А, милая леди? – с вызовом задал свой вопрос мужчина, в упор глядя на девушку.

Алена откровенно испугалась. И словно рыба молчаливо стала открывать ротик, пытаясь подобрать слова. Но Грегори заслонил за собой девушку, сделал шаг вперед, и, тем самым закрыв обзор дяде, ответил за нее:

– Она не сможет тебе ответить. К сожалению, на девушке было наложено заклятие немоты. И она не может говорить. Но может рисовать. А в художественную академию Сен Жерома нужны только работы. Устных экзаменов нет…

– Немоты? – удивленно переспросил Грег Старший.

Сильную магию на девушке он не увидел.

– Да, да… представляешь. Как судьба с ней жестока. Сначала отняла родителей в детстве, а потом завистница ей в спину швырнула проклятие немоты. Лет пять назад это было*. Ну откуда у бедной девушки сиротки деньги на магов, что способны снять проклятие. Вот она так и живет… Рисует и молчит…

Прочитав ее письмо, я понял, что не выдержу расставания с ней… Я открыл ей свое сердце, предложил стать моей женой. И она согласилась! Я забрал ее с собой. Ведь наши чувства взаимны…

*Такой срок объяснял, почему на девушке не было следов магического воздействия

Грег Младший шумно выдохнул, будто бы тяжкий груз с плеч скинул, улыбнулся и продолжил.

– Ну все, открылся, даже легче стало. Теперь ты знаешь всю правду. И надеюсь, ты не против, что моя будущая жена присоединиться к нашему завтраку? Позавтракаем всей семьей? – уже озорно улыбаясь, проговорил парень.

– Конечно, – процедил сквозь зубы Грег Старший, – но мы с тобой еще поговорим, о твоем поступлении. Ты же не думаешь, что с твоей свадьбой я забуду про твое поступление? – иронично подметил старший Зендо.

– Одно другому не мешает, дядя, – съехидничал Грегори, который вдруг почувствовал себя королем положения.

– Хотя… Ты прав. У службистов, у которых есть жены, гораздо выше шансы получить более теплое местечко, – проговорил дядя, снова усаживаясь за стол.

Грегори побледнел, поняв, что теперь-то ему же точно не получиться отделаться от ненавистной учебы в Королевской Академии.

За столом Алена сидела, как притихшая мышка. Хотя мышка съела бы больше, окажись она за таким роскошным столом. Но у девушки кусок в горло не лез. Аля ощущала себя той самой мышкой. Только белой, лабораторной. И которую сейчас препариют. Живьем.

Только под конец завтрака она смогла выдохнуть и проглотить пару глотков остывшего кофе.

Пристальное, буравящее внимание Грега Первого спало. На коже появилось ощущение одежды… которое исчезло, едва Грегори представил ее своему дяде.

Голой, абсолютно голой ощущала она себя за завтраком. Меж тем прожигающий взгляд синих глаз хозяина замка все время заставлял вспоминать ее цвет своего нижнего белья под платьем. Ведь оно же было надето на нее? Чем дольше Грег Старший разглядывал ее с неприкрытым, почти сальным любопытством, тем сильнее становилось ощущение, что она забыла надеть что-то жизненно важное… словно тайну, прикрывающую ее уязвимость. Она сидела, словно на раскаленных углях, не зная, куда спрятаться от этого взгляда, пронзающего насквозь. Злая, смущенная, дрожащая от невысказанного страха. А что, если просто нырнуть под стол, в спасительную темноту, подальше от этих пробирающих до мурашек синих омутов?

Что там Грегори про нее напридумывал? Сирота, мечтающая о кистях и красках, проклятие немоты… Бред! Неужели он верит в эту дешевую мелодраму? Хотя… Скандала пока нет. Мужчины с аппетитом уплетают завтрак. Тишина, обманчивая, как гладь пруда перед бурей…

– Ну, и какие у вас планы на сегодня, голубки? – дежурно так, для поддержания разговора, спросил Грег Старший.

– Как какие? – на секунду задумался Грег Младший, – Мы собирались подавать заявление в ратушу. Надо оформить наши отношения. Думаю, что скромная роспись нас устроит вполне. Со стороны невесты звать-то некого… А официальное торжество… Это так затратно, муторно… Ну, не люблю я эту всю показушность, пафосность. Можно и через годик организовать… Ты же выдашь мне мои документы… для оформления отношений?.. – деловито так поинтересовался юноша.

Грег Зендо вдруг сжал свои челюсти…

– Чтобы ты недуром делом поскакал сдавать их в Художественную Академию, заодно оплатив учебы своей возлюбленной? – процедил он, – Нет уж! Ваша свадьба будет только после того, как ты станешь студентом Королевской академии, – и немного смягчившись, мужчина добавил – Да и… Зачем спешить с таким вопросом. Присмотритесь лучше к друг другу. Тем более…

Дядя бросил на Алену взгляд, от которого по коже побежали ледяные мурашки. Взгляд долгий, оценивающий… откровенно непристойный. Девушка невольно вздрогнула и выронила серебряную вилочку, щеки вспыхнули предательским румянцем.

– Есть на что посмотреть… – продолжил мужчина, – да и я бы хотел… познакомиться поближе с твоей прекрасной невестой, Элиной Страдис.

От этих слов в душе Алены зародилось смутное, зловещее предчувствие. Россыпь мурашек заплясала у нее между лопаток, словно предвестники беды. Но она заставила себя мило улыбнуться подскочившему официанту, подавшему новую вилку для "очаровательной гостьи".

***

После завтрака Грег Старший отправился в свой кабинет. Ему нужно было заполнить формуляры – написать отчет о бестолковой ночи поисков. Да, магические артефакты Короны зафиксировали прорыв, этакое "окошко в преисподнюю".

Но, словно сама судьба решила сыграть злую шутку, никаких сопутствующих бедствий не последовало.

Обычно, когда стихия разрывает ткань мироздания, адское пламя прорывается в наш мир, и тогда "держись, смертный!". Толпы монстров, словно саранча, выползают из тьмы, оставляя за собой лишь смерть и отчаяние. Возгораются пожары, что не унять ничем, кроме крови, парадоксально горят ярче, когда их поливают кровью.

Или, на худой конец, преступность взрывается лавиной – воры, убийцы, насильники, словно одержимые демонами, теряют всякую человечность, превращаясь в безжалостных жнецов.

А здесь… гробовая тишина. Звенящая пустота. Словно кто-то притаился в тени, затаив дыхание. Главному канлесу секретной службы, Грегу Зендо, ох как не хотелось верить в то, что этот прорыв – зов к силам куда более могущественным, чем он мог представить. Он все же надеялся, что этот «призыв» оказался неудачным. Но береженого, как говорится…

"Итак, зафиксируем: оцепление с города не снимать еще две недели. Секретное наблюдение – ежеминутно, докладывать обо всех, даже самых незначительных, инцидентах. Если ритуал оказался плодоносным, то сущность явит себя миру. Если нет – ожидаем повторных попыток разорвать ткань реальности."

О том, что это, возможно, был также прорыв «искры света», главный канлес секретной службы умолчал. Слишком мала вероятность такого исхода. Что делать «чистой душе» в прогнившем мире Сортинии? Куда сюда лезть «свету»? Только тьма к нам ползет, только тьма. Как к себе домой.

Закончив писать и поставив свою подпись в конце послания, канлес поднес листок бумаги к перевязанной черным кожаным шнуром и металлической цепочкой горящей свечи. Он поджег листок со словами – «Пусть придет мое послание целым и невредимым,тому, кто связан цепью единой».

Мужчина тяжело вздохнул. Открыл ящик под столом. Бутылка призывно звякнула, едва он подвинул к себе ящик. Но он засунул руку под верхнюю стенку ящика, что-то там нащупал и достал толстую папку документов – исписанных листов отчетов о слежке за его племянником.

Наивный юнец полагал, что давно избежал надзора. Как распознать слежку, когда за тобой следят глаза твоего лучшего друга, докладывающего о каждом шаге? Как разглядеть тень, окутывающую всех членов королевской семьи? За последние полтора десятка лет королевская кровь подозрительно поредела. Грегори – уже десятый в очереди на престол. Десять лет назад он был лишь семнадцатым. И это притом, что потомство в семьях, приближенных к короне, рождалось исправно.

Грег Старший нахмурился. Он еще раз пробежался по списку тех, кто посещал художественные курсы. Никакой «Элины Страдис» не было и в помине.

Был Кед Страдис – вольнодумец, смутьян, отмеченный карандашиком, как неблагонадежный. Была Элина Кафти – дочь торговца, Элина Зелевски – дочь простого работяги и обедневшей «дворянки». На параллельном потоке была Элина Кэм – еще одна дочь торговца. Страдисов на параллели – не было… Даже среди вольнослушателей – никого похожего не было – ни Страдисов, ни Элин.

Сироток среди списков – значилось не так много. Но и они не соответствовали ни имени, ни роду. В группе у Грегори была только сирота Кэт Милс.

А значит… Грегори наврал ему. Наврал с три короба. Мужчина еще раз пробежал глазами по спискам. Пробежался по отчетам Фреда Кванти (того самого закадычного «дружка»). Элина Кафти и Элина Зелевски упоминались вскользь. Отношения с Грегори у них были поверхностные – поскольку, поскольку. Ну, максимум, они могли спросить у него, какие краски лучше смешать друг с другом. В обычной жизни, да и на занятиях, они взаимодействовали друг с другом слабо.

Случайные знакомства… Грегори – видный юноша, красив и статусен. Девицы висли на нем гроздьями, словно виноград. Но ни одна Элина среди охотниц за аристократом не затесалась.

Недовольно стиснув зубы, Грег Старший сделал пас рукой. В воздухе повисло серое мерцающеее облако. Мужчина удивился и нахмурился. Как так в его доме (замке) и не сработало это заклинание. Почему он не видел, что делал Грегори? Он что, уже смотался куда-то?

Новое движение, простое и выверенное, и воздух снова задрожал. На губах Грега Старшего расцвела хищная ухмылка. Серое облако обрело четкость, выплевывая на свет пикантную картину: гостья Грегори Младшего готовилась принять душ.

Взгляд мужчины опалил воздух, словно языки похоти. Он жадно облизнул пересохшие губы, и в глазах заплясали огоньки вожделения. "Запретный плод сладок", – шепнули ему мысли.

Перед ним, в призрачном мареве, предстало девичье тело, повернутое соблазнительной выпуклостью бедер. Она, наивная и беспечная, не подозревала о мерзком взгляде, пронзающем ее невинность.

Водопад хрустальных струй перемешался с игривой пеной, лаская обнаженную спину. Волосы, убранные наверх, открывали взору Грега Старшего безупречную белизну кожи, искушая и маня.

Элина неторопливо намыливала стройную ножку, совершая движения, полные невинной грации, снизу вверх. Незаметно она приняла позу, которая не могла не заставить встрепенуться первобытные мужские инстинкты – спина Старший Грег едва не задохнулся от увиденного, ком похоти сдавил его горло. Его рука, ведомая неумолимым инстинктом, потянулась к паховой области, ища облегчения в самозабвенном акте.

Но вдруг безмятежность момента была нарушена. Девушка, словно почувствовав незримое присутствие, резко вскинула голову, и взгляд ее, полный тревоги, метнулся в сторону подглядывающего. Что она могла увидеть, кроме глухой стены, хранящей его грязный секрет?

Но, наученная горьким опытом примерочной, девушка на всякий случай запульнула мочалкой в стену. Разрушив магию созерцания, созданную хозяином замка.

Мужчина снова ухмыльнулся. «А девочка-то не так проста, похоже… Или проста?.. Но явно лжива и порочна. Активно использует свои женские чары (прелести). Вон как окрутила Грегори, что тот даже жениться на ней надумал. Уступил мне, не стал артачиться, согласился на поступление в академию.

Интересно, кто эта девка? Надо разобраться. Но чуть позже.»

Грег Старший тяжко вздохнул, и зевота вырвалась из его груди, словно стон древнего великана. Заклинание стойкости таяло, как снег под весенним солнцем, и бессонная, шубутная и тревожная ночь давала о себе знать. Надо было пойти поспать, хотя бы часок. А потом он со всем разберется. Ведь разберется же?

Но прежде чем отправиться спать, Грег Старший отправил сообщение-приказ Фреду Кванти – разобраться с тем, что за девку привел в дом его племянничек. С подробнейшим отчетом, сразу же к нему…

***

Прежде чем Алена что-либо сказала, возмущенно набравшись в легкие побольше воздуха, Грегори пшикнул, показал жестом молчать.

Они только что вошли в гостевую спальню, где ночевала Алена. Были там одни. Но Грегори соизволил соблюсти «игру».

Алена недовольно запыхтела ежиком. Юноша же достал из своего кармана брюк какую-то записку, развернул ее и прочел вслух – «Пусть стены хранят мои тайны, да будет так, по праву крови и рода».

Девушка ахнула. Она услышала какой-то звенящий шум, который окружил ее. А стены засияли, будто кто-то развеял в воздухе и по стенам на них сверкающую пудру.

– Теперь говори, радость моя. Нас никто не услышит, – победно улыбаясь, проговорил Грегори.

От радости, что у него все получилось, он по-детски захлопал в ладоши. Да, он теперь мог колдовать и вовсю использовать свою магию.

– Грегори! Ты чего удумал? – сказала удивленно, но уже не так запальчиво и возбужденно, девушка.

Парень слегка погасил огонь ее гнева своими «чудесами» (своей магией).

– Я все придумал, обдумал. Это наилучший исход для всех нас, – деловито произнес Грег Младший, приблизившись к Алене и приобняв ее за плечи.

Он продолжил доказывать свою правоту:

– Послушай, так нужно. Брак со мной – это наилучший выход. Я богат, знатен. Мало кто осмелиться копаться в твоей биографии. Даже если она будет весьма смутной. Мой род – это твоя защита. Документы – я тебе нарисую. Их никто не сможет отличить от оригинала. Раз я сумел вытащить тебя из твоего мира, то это так… пустяк.

Заклятье немоты «спадет» как только ты выйдешь замуж. Всем будем говорить, что тебе было брошено в спину «мужу своему будешь указывать», ну или что-то в этом роде. А пока ты сумеешь осмотреться, освоиться, узнать законы и порядки нашего мира. Ну и ничего такого не ляпнуть, что могло бы тебя выдать…

– Но я… Я-то не хочу замуж!!! – выпалила Алена, – и почему ты!.. – «рассматриваешь вариант возвращения меня домой», хотела было договорить девушка, но осеклась.

– Почему ты решил, что я хочу замуж, за тебя? Ты милый, славный, но вот так вот с бухты-барахты за первого встречного, можно сказать… Да и… дядя… – девушка инстинктивно передернула плечами, вспомнив липкий, раздевающий взгляд мужчины, – что он поверил и согласился?..

– Согласиться. Он уже согласился. Скандала не было (*только потому что мужчина безмерно устал), значит, он готов принять тот факт, что у меня появилась невеста. Да и в качестве компромисса. Я же… – парень сглотнул, словно проглотил камень, – согласился поступить в эту дрянную академию королевских службистов. У него на меня далекоидущие планы. И если он хочет, чтобы я был в дальнейшем послушной марионеткой в его руках, то пусть идет на уступки – брак с неродовитой девушкой сиротой.

– Я что-то сомневаюсь, – процедила в ответ девушка, – вон он как меня разглядывал, брр…

– А ты про это… Ну да, магическое сканирование не совсем приятная процедура… Не бери в голову. Ты прошла проверку, в тебе нет тьмы, – «отмахнулся», как от назойливой мухи, юноша.

– Мне до сих пор не по себе. Чувствую себя какой-то грязной, липкой… Мне бы помыться – проговорила вслух свои мысли Аля.

– Ну так сходи в ванную, любая комната с душем, купальнями, бассейнами в твоем распоряжении. Легче станет. А потом мы с тобой сходим… на свидание? – проговорил Грегори, с надеждой и так «по-щенячьи» посмотрев на девушку.

Девичье сердце слегка ойкнуло от запредельной милоты…

– Позволь мне хотя бы попробовать доказать тебе, что брак со мной – это наилучший выход. Да я сделаю все, чтобы ты была самой счастливой – вспыльчиво договорил парень.

– Так, где ты говоришь, здесь ванная? – будто бы проигнорировав последние слова, задумчиво промолвила девушка.

– Там за дверью, – грустно и обреченно махнув рукой в сторону, обронил Грегори.

Парень вдруг стал чернее тучи и чуть ли не плакал от обиды. А девушка резко пошла в сторону ванны. Остановившись у искомой двери, она вдруг обернулась и с лукавой улыбкой сказала:

– Я искупаюсь, приведу себя да и свои мысли в порядок, а потом… А потом, через часок-другой мы с тобой… Так уж и быть сходим на свидание… А сейчас, Грегори, оставь меня пожалуйста одну.

– Хорошо, моя драгоценная!!! – промолвил, сияя своей искренней улыбкой, словно солнышко, Грегори.

Девушка направилась туда, где была теплая и ласковая вода. А парень вышел из комнаты. Но уже через мгновение он снова зашел обратно. Из ванны послышался звук льющейся воды.

А юноша взял в руки самописное перо и начал рисовать на стене. Другой поверхности, где можно было бы порисовать, парень не приметил. А сотворить сюрприз для возлюбленной ой как захотелось. Он воссоздал на стене красивейший букет-корзину роз, над которой порхали кружевные бабочки. Пару штрихов и корзина цветов стала реальной, в воздухе воцарился цветочный аромат. Огромные бутоны белых и розовых роз манили к себе. Над ними порхали серебряные бабочки, чьи крылья были словно сотканы из кружева. Грегори протянул руку и одна из бабочек присела на его ладонь. Он шепнул ей:

– Передай моей желанной, что я очень жду нашу с ней встречу и надеюсь покорить сердце самой прекрасной девушки в мире.

Грегори взял огромную корзину и поставил ее посреди комнаты. Стайка бабочек последовала за ним и присела на благоухающие бутоны. Такой сюрприз девушка точно должна была заметить. Только после этого Грегори вышел, осторожно и бесшумно закрыв дверь.