Черный экран

Игра без выхода

Хирохито закричал и, сорвав с себя шлем виртуальной реальности, в гневе швырнул его о стену. Тонкий прозрачный пластик, который ещё вчера был лишь прямоугольной формой №567 по каталогу домашнего хозяйства IKEA, разлетелся вдребезги. Он встал с кресла-симулятора движений и прошёлся по комнате.

Тесная квартира на 54 этаже «Дома холостяков на Яузе» в новом Токио стала его всего пару лет назад. Тогда вчерашнему студенту она казалась огромной, целой вселенной, где он наконец сможет расправить крылья и зажить настоящей самостоятельной, взрослой жизнью. Сейчас, когда он оглядывал сенсорные панели встроенной техники, проекционный балдахин кровати и зеркальные полки синтезатора пищи, его печальное лицо множество раз отражалось в них словно в изогнутом калейдоскопе.

Хирохито был историком. Он давно и с интересом изучал период основания Skolkovo Pro Life – первого в мире виртуального города, дедушки всех современных сетевых мегаполисов. В то романтическое время, на самой заре компьютерной эры, из простой, сделанной на коленках лавки логотипов можно было вырасти в международную корпорацию. Недвижимость в самом центре, которая теперь является престижным и историческим районом, тогда стоила не больше нескольких сотен кредитов, которыми в то время можно было оплатить лишь подписку на ненужные сервисы и кошачий корм.

Хирохито нравилось бродить по старым, плохо прорисованным улицам центра. Жить здесь, в этом заповеднике технологий, могли лишь избранные. Даже сейчас иметь в квартире не трёхмерную, а старую двухмерную, лимитированную, угловатую кровать или комод тех времён считалось большим шиком.

Ему нравилось представлять, что в век почти полного отсутствия искусственного интеллекта даже простой современный школьник или студент был бы одним из самых умных и известных программистов. Старший брат – всеобщий самообучающийся искусственный интеллект, проникший за пятьдесят лет во все сферы жизни человека, тогда был лишь далёкой бета-версией с интеллектом младенца и мирно дремал где-то на отдельном сервере Пентагона.

Во многих странах он уже заменил национальное правительство, выгодно отличаясь отсутствием потребности во взятках и круглосуточной работой на благо родины без перерывов и выходных.

Хирохито взял пакет с концентратом и, не глядя, нажал кнопки синтезатора пищи. Витамины и пищевая ценность – включить, форма и цвет – выключить. На внешний вид еды он всегда экономил несколько кредитов. Какая разница, как выглядит, на вкус всё равно ведь синтетика.

Настроение было скверным, он посмотрел на разбитый шлем и вздохнул. Опять сдали нервы, и Старший брат запишет его на принудительный визит к психологу. Но ведь он не виноват! Из-за скачка напряжения обнулился прогресс в Skolkovo Pro Life, сбросив все очки, с таким трудом набранные за последние три недели. Теперь он вновь будет много часов разносить по офису виртуальной фирмы кофе и слушать долгие монологи от нарисованного босса без возможности промотать диалог.

Он медленно пережёвывал бесцветную массу, глядя в проекционное окно. В центре металлической рамы ласковые бирюзовые волны омывали белый песок тропического пляжа. Оранжевое солнце медленно погружалось в океан. Из динамиков доносились размеренный шум волн и крики чаек. Он дотронулся до изображения. Почувствовав интерес пользователя, система изменила состав воздуха для подачи в вентиляцию. Комнату наполнил запах моря.

Сердце забилось чаще. Он решил, что сделает это сегодня. Из ниши в стене он достал металлический бокс с логотипом Pro Life и распахнул крышку. На дне лежал костюм, больше всего напоминавший костюм аквалангиста. Экспериментальный, но уже серьёзно переработанный инженерами корпорации. Он водрузил шлем на голову, решительно опустил забрало экрана и голосом активировал систему. Ощущения заполнила уже знакомая лёгкая тошнота переноса сознания. Хирохито оглянулся по сторонам: оживлённый перекрёсток виртуального мегаполиса, копия лондонского Пикадилли-серкус. С крыш домов ослепляли глаза рекламные экраны. По улице, громыхая по булыжной мостовой, неслись мимо старомодные дилижансы, футуристичные мотоциклы, паровые телеги и самые современные такси. Не обращая на него никакого внимания, спешили по своим делам люди. Их одежды представляли собой причудливую смесь цветов, материалов и стилей: костюмы давно забытых времён и ещё не вошедшие в моду.

Именно здесь, в самом центре, он почти нащупал нечто, в чём пока не успел до конца разобраться – ошибку системы или сознательно оставленную кем-то недописанную часть программного кода. Он сверился с направлением и зашагал на север. Оживлённый людской поток иссяк. На пути попадались лишь случайные горожане. На таком расстоянии от центра все уже предпочитали пользоваться транспортом. Дома стали однообразной серой массой с едва заметными контурами. Эта часть улицы была выставлена на продажу, и любой желающий мог разместить на ней архитектурный проект по своему вкусу. Несколько зданий уже принадлежали китайцам. Их яркие, словно праздничные, иероглифы виднелись повсюду. Вот она – неоновая вывеска ресторана «Нефритовый дракон», в котором копчёные до золотистой корочки тушки птиц в витрине обещали превосходную утку по-пекински. Внутри, за красными деревянными столиками, сидели люди и оживлённо беседовали. Хирохито обошёл ресторан сбоку и вышел во внутренний двор. В маслянистых лужах отражался тусклый свет нескольких старых фонарей. Прямо у чёрного выхода лежала гора мусора и сырых коробок. Он сдвинул их в сторону. Здесь заканчивалась большая канализационная труба. В нос ударил запах нечистот. Задержав дыхание, он протиснулся дальше и упёрся в дверь. Вблизи, на деревянной поверхности, отчётливо различались отдельные пиксели. Двухмерная! Ручка на двери отсутствовала, и он просто толкнул её от себя. Шаг – и он провалился в абсолютно чёрную бесконечность космоса. Он был везде и больше негде. Его сознание расширилось до пределов вселенной и сжалось до размера атома. Он рассыпался по сети на байты и внезапно прозрел, увидев всё словно со стороны.

За широким монитором сидел человек в синей военной форме. В широком окне, занимавшем почти всю поверхность стены, висел Сатурн. Кресло напоминало кресло пилота из старых фантастических фильмов, которые Хирохито видел в детстве. А комната – это был мостик космического корабля. Человек явно скучал и устало перебирал на экране сценарии симуляций: строительство пирамид, покорение Америки, двадцатый век, начало новой компьютерной эры. Он остановился на последнем и вновь зашёл в игру.

– Персонаж Хирохито, удалить? – услужливо спросила система.

– Удалить, надоел, – поморщился человек. – До Плутона ещё три месяца пути, успею нового прокачать, – и нажал кнопку, подтверждая команду.

Хирохито растворялся в небытие с улыбкой на устах. Какая ирония – он всю жизнь изучал виртуальные миры, но так и не понял, что его мир – новый Токио, такой родной и привычный – был всего лишь проекцией, игрой, виртуальной симуляцией мира из далёкого прошлого.