Ключ из звёздной пыли

– Его побуждение к добровольной работе не более эгоистичны, чем отказ Грэйди восстановиться, – отрезал Бронте.

– Эгоистичны? Вы смеете заявлять, что мои объяснения эгоистичны?

Силвени заржала от вспышки Грэйди, и Софи кинулась к ней, чтобы успокоить.

Грэйди с гордым видом подошел к Бронте, встав так близко, что почти касался его носа своим.

– Вам в полной мере известно, почему я ушел в отставку, а учитывая недавние события, вы должны были понять мои возражения даже больше. Хевенфилд – наилучшее место для размещения Силвени, а Софи – самый умелый человек для этой работы. Если вы так сильно боитесь общественного презрения в принятии этого решения, то заслуживаете каждую частичку получаемой вами критики. Переведите аликорна Хексам, если хотите, но я не позвоню вам силой заставить меня подчиниться.

– Грэйди, пожалуйста, – позвал Олден, как только Грэйди умчался прочь, оставив Софи и двенадцать потрясенных Членов Совета позади.

– Высокомерный дурак, – проворчал Бронте. – Я голосую за то, чтобы немедленно переселить аликорна.

Несколько Членов Совета пробормотали что-то в знак согласия, и сердце Софи оборвалось. Может Силвени и доводила ее до белого каления, но эта упрямая лошадь не заслуживала того, чтобы оказать в милости Хексов. Она слишком хорошо помнила чувства страха у Силвени, когда они резко дернули ее за те ужасные поводья.

Она протянула руку и потерла нос Силвени прямо там, куда врезались ремни.

– Давайте не будем торопиться, – сказал Член Совета Эмери, подождав пока все умолкнут прежде, чем продолжить. – Действительно ли мы можем свести на нет связь Мисс Фостер с этим созданием?

Софи попыталась выпрямиться, как только двенадцать пар глаз повернулись к ней, чтобы внимательно ее рассмотреть. Конечно, она была молодой и новенькой для их мира, и до сих пор училась контролировать свои способности, и сейчас была покрыта блестящим навозом. Но Грэйди и Олден были правы, она способна это сделать. Гораздо лучше, чем могли Хексы.

Тихий голос Оралье нарушил молчание.

– Я думаю, нам следует позволить Софи попытаться. Я чувствую ее целеустремленность отсюда, так же хорошо, как и связь между ней и Силвени. Эти преимущества во многом превосходят тот незначительный опыт семьи Хексов.

– Я согласен с Оралье, – вмешался Кенрик.

– Конечно, ты согласен, – фыркнул Бронте.

Справедливости ради, Кенрик, казалось, поддерживал милого белокурого Члена Совета перед остальными.

– Я также склонен согласиться, – объявил Эмери, побуждая троих Членов Совета, которых Софи не знала, также проголосовать в ее пользу. Что сравняло голоса: шесть на шесть. Если только кто-то не передумал бы.

Софи посмотрела на Советника Терика. Он изучал ее пристальным, почти исследовательским взглядом, казалось, прошла вечность прежде, чем он сказал:

– Я голосую за то, что посмотреть, как Софи способна справиться с этим созданием. Если ее продвижения окажутся не такими, какими должны быть, мы всегда сможем поменять решение.

– Таким образом, большинство «за»! – произнес Олден скорее с облегчением, нежели с удовольствием.

– Это пока, – Бронте повернулся, чтобы взглянуть на Софи. – Нам нужно переселить аликорна в Святилище как можно скорее. Если вы не достигните быстрого продвижения, у нас не будет другого выбора, кроме как передать ее Хексам.

– Я смогу приручить ее, – пообещала Софи.

– Посмотрим. И обязательно сообщите своему отцу, что мы будем внимательно следить за вашим прогрессом.

– Он мне не отец.

Отец бы не отказался в помощи найти похитителей. А она не хотела быть дочерью того, кто бы позволил Силвени страдать от рук Хексов только из-за того, чтобы избежать работы в Совете.

Но… Грэйди не бессердечный, особенно, когда дело касалось животных. Должно быть, есть что-то, чего он не рассказал ей. Что-то важное.

– Да, что ж, я рад, что все уладилось, – сказал Олден, выдавливая улыбку. – Члены Совета надеялись на демонстрацию того, как ты взаимодействуешь с Силвени, Софи, но думаю, что это лучше сделать в следующий раз. Возможно, когда будет меньше экскрементов.

Софи нахмурилась, но несколько Членов Совета улыбнулись, когда они доставали свои следопыты, и напряженность, которая висела вокруг них, казалось, ослабилась. Даже Сандор захихикал.

Я должна поговорить с вами, передала она Олдену, не желая говорить всему Совету об амулете. Это касается Черного Лебедя.

Олден не отреагировал на ее передачу, но сказал Совету:

– Я уезжаю прямо сейчас по моему следующему назначению и буду отсутствовать в течение нескольких дней. Возможно, мы можем перегруппировать тогда? – Крошечное подмигивание в конце сказало ей, что последняя часть была для нее.

Части ее стало легче. Софи не была уверена, что Олден сразу же перевернет амулет, а ей нужно было для начала расшифровать подсказку.

Таким образом, она опустилась в другой неизящный реверанс и наблюдала за тем, как Олден и Члены Совета со вспышками света уходили. Потом она побежала к себе в комнату, стянула грязную одежду и приняла горячий душ. Когда все следы блесток и удобрения были вычищены, она оделась в новую рабочую одежду и помчалась вниз, обещая, очень ясно разъяснить Силвени, что больше не будет вызывающих головную боль требований, неожиданных полетов или заполненных навозом приземлений.

Софи замерла, когда она увидела Грэйди, сидящего с Эделайн за кухонным столом.

– Что-то не так, мисс Фостер? – спросил Сандор, когда он отклонился, чтобы избежать столкновения с ней.

Она пыталась решить, хотела ли она поговорить с Грэйди. Но все, что она сказала, было:

– Просто проверяю Силвени. Она, наконец, успокоилась.

– Ну, это хорошие новости. – Эделайн передвинулась к Софи, чтобы занять свое обычное место.

Грэйди скрылся позади официально выглядящего свитка, который он читал, когда Софи уселась напротив него.

Эделайн щелкнула пальцами, и золотой кекс с фиолетовыми пятнами появился на столе.

– Я сделала сверкающие ягодные кексы. Они были еще один самым любимым лакомством Джоли.

Софи сжала руку Эделайн, когда она потянулась к кексу и откусила кусочек. Едкие ягоды шипели и трещали на ее языке, а тесто было гладким как топленое масло.

– Они удивительны. Спасибо.

– Конечно. – Эделайн отвернулась, чтобы вытереть свои глаза.

Грэйди все еще не сказал ни слова… и Софи решила, что она не даст ему сорваться с крючка.

– Ты готов сказать мне, почему не будешь помогать Совету?

Он издал звук, который был больше похож на стон, чем на вздох, и положил свиток на стол.

– Я не буду помогать им, – сказал он, потерев виски, – потому что они не хотят искать похитителей, Софи. Они хотят, чтобы я помог им найти Черного Лебедя.

– А ты не хочешь найти их.

Это был не вопрос… но это не означало, что она понимала его.

– Не для тех целей, для каких хочет Совет. Они хотят получить союзников. Но если бы Черный Лебедь был нашими союзниками, то нам бы не пришлось искать их. Если бы они были на нашей стороне, то они не скрывались бы. Они не оставляли бы секретные сообщения на браслетах-оберегах посреди Уондерлинг Вудс, используя молодую, невинную девочку, как их щенка…

– Грэйди! – предупредила Эделайн.

– Я уверена, что у них есть серьезные основания, чтобы хотеть остаться в тайне, – поспорила Софи, когда Грэйди молчал. Она обратилась к Эделайн, чтобы та поддержала ее, но Эделайн уставилась на свою чашку чая, будто та была самой захватывающей вещью во всей вселенной.

Грэйди сжал край скрученного свитка.

– Ох, я уверен, что у них есть причины, Софи… и они не самые хорошие. Им нельзя доверять.

– Ты продолжаешь говорить это, но я не понимаю. Они – те, кто…

– Спасли тебя. Да, я знаю. Ты продолжаешь говорить это. И совершенно забываешь, что они бросили тебя без сознания на улицах Запрещенного Города только с несколькими подсказками, чтобы помочь тебе найти путь назад. Почему они не принесли тебя и Декса в безопасность в наш мир?

– Он сказал, что не мог рисковать быть обнаруженным.

– Что им скрывать? И откуда они узнали, где ты была?

– Я не знаю, – пробормотала она, хлюпая липкой частью своего кекса. Крошечные ягоды испачкали пальцы фиолетовым. – Я ничего не знаю о них. Никто ничего не говорит мне.

– Ты знаешь все, что должна знать.

– Очевидно, нет! Должна быть причина, почему ты так убежден, что Черный Лебедь – это зло! Если хочешь, чтобы я поверила тебе, ты должен рассказать мне.

– Ты не захочешь знать, – сказал он, когда встал, чтобы уйти.

Софи схватила его за руку.

– Вообще-то, хочу.

Комната, казалось, затаила дыхание, когда он уставился на ее пальцы на своей коже, и его рот пытался произнести три различных слова, прежде чем он, наконец, сказал:

– Хорошо.

– Грэйди! – Эделайн смахнула свою чашку на пол, когда встала.

– Она заслуживает знать.

Эделайн покачала головой, но не спорила, когда она перешагнула через беспорядок и, отвернулась к стене с окнами.

Грэйди наклонился и подобрал один из больших осколков стекла, глядя на зубчатые края.

– Я знаю, что мы не можем доверять Черному Лебедю, – прошептал он, – потому что Черный Лебедь убил Джоли.

Глава 14

– Но… это был несчастный случай, – пробормотала Софи, удивленно понимая, что она внезапно встала.

Ужасный несчастный случай… так назвал это Олден. Она все еще могла вспомнить печаль в его голосе и то, как отворачивалась Делла, пытаясь не плакать. Ни один из них не показал признака того, что они подозревали убийство.

– Это не был несчастный случай. – Голос Грэйди был мрачным и жестким.

– Откуда ты… что они… ты… – Было так много слов и вопросов, крутящихся в ее голове. Она не знала с чего начать.

Или, возможно, знала.

– Зачем?

– Зачем что?

– Зачем им делать это?

Черный лебедь был неуловим и скрытен… но они также разместили кое-кого, чтобы наблюдать за ней, когда она жила с людьми. Они пошли на многое, чтобы удостовериться, что у нее было все, чтобы она помешала Эверблейз убивать невинных людей. И они были единственными, кто не считал, что они с Дексом были мертвы, Черный Лебедь спас их в самый последний момент.

Убийцы так не поступают.

Эделайн безучастно смотрела на пастбища, когда она прошептала:

– Я знаю, что это трудно слышать, Софи. Для нас это тоже тяжело.

– Это просто… не имеет смысла.

– Ты думаешь, что я лгу? – рявкнул Грэйди.

– Конечно нет. Но это могло быть недоразумение?

– Поверь мне… не было никакой ошибки.

– Тогда почему? Почему они убили…

Она не могла даже сказать это.

– Чтобы наказать меня. Или напугать меня, чтобы я подчинился. Я все еще не уверен по какой именно из этих причин. – Грэйди подошел к окнам, но он не встал около Эделайн, и она не подошла ближе к нему. – Они пытались завербовать меня в течение многих месяцев. Присылали мне записки, чтобы убедить меня объединить их усилия.

– Зачем им…

– Потому что я – Месмер, Софи. Подумай, насколько это было бы легче, если бы моя сила была у них в арсенале. Я мог бы заставить любого сделать то, что им было нужно. Я мог загипнотизировать весь Совет, если бы захотел, заставить их подписать любой закон. Я мог заставить их всех спрыгнуть с утеса, если бы почувствовал это.

Софи не могла скрыть свою дрожь.

Она думала, что причинять боль – было ужасающей способностью, но вещи, которые мог делать Грэйди, были из другой сферы ужасов. Она была поражена, что Совет не запрещал ему использование его силы. Но они сделали это только после того, как что-то пошло не так, как надо, как то, когда они запретили пирокинез после того, как несколько эльфов умерли, пытаясь зажечь Эверблейз.

– Черный Лебедь сделал бы что угодно, чтобы я оказался на их стороне. И когда я очень ясно дал понять, что ничто не убедит меня присоединиться к ним, они послали мне одно заключительное сообщение. Засунули мне записку в карман накидки… будто они хотели, чтобы я знал, что они могут добраться до меня где угодно. «Ты не знаешь, с кем имеешь дело». Если бы я знал, что они имели в виду…

Голос Грэйди надломился, и Эделайн приблизилась к нему.

– Это не твоя вина, – прошептала она, обнимая его руками за плечи.

Грэйди резко отдернулся.

– Я знаю. Это их вина. Три дня спустя, после того, как я получил записку, Джоли погибла в пожаре. В пожаре, причину которого так и не нашли. Совет признал его несчастным случаем, но я знал. Черный Лебедь показывал мне, с кем я имел дело. Насколько далеко они могли зайти.

Он ударил кулаком в окно так сильно, что стекло треснуло.

Софи подскочила, когда Сандор схватил ее за плечи, будто он боялся, что Грэйди стал угрозой. Но Грэйди просто стоял там, смотря на сетку трещин, распространяющихся по стеклу.

Софи тоже смотрела на них, пытаясь заставить свой мозг соединить части, которые Грэйди только что дал ей, с вещами, которые она уже знала. Как могли те же самые люди, которые создали ее, защищали ее, даже за счет их собственного здравомыслия, убить невинную девочку, только чтобы наказать Грэйди или напугать его для того, чтобы он передумал? Но как еще она могла объяснить то, что Грэйди говорил ей? Все те вещи могли действительно быть просто совпадением?

– Совет знает об этом? – спросила она.

– Конечно. Я все рассказал им… но это произошло тогда, когда они все еще заблуждались по поводу того, что Черного Лебедя не существует. А убийства считали тем, что не происходит в нашем мире. Олден сделал все, что мог, чтобы помочь мне провести расследование, но Черный лебедь хорошо замел следы… они могут прятаться в тенях как трусы! И без доказательств, Совет посчитал, что я был в каком-то бреду сумасшедшего, сломленного потерей дочери. Они сказали мне – «Пусть ушедший будет в покое». И «Смотри вперед, а не оглядывайся назад». «Сосредоточься на наиболее важных вещах». Моя дочь – тоже важна!

Он качнулся, чтобы снова ударить кулаком в окно, но Эделайн схватила его за руку.

– Пожалуйста, Грэйди, – прошептала она. – Достаточно.

Его руки дрожали, когда он боролся за контроль. Потом он разжал кулаки, и его тело, казалось, обмякло.

– Так вот почему ты оставил свою работу в Совете, – сказала Софи, когда Эделайн привела его обратно к столу.

Грэйди опустился на стул, и Эделайн присела около него, проверяя его суставы.

– Если они не помогли мне, почему я должен помогать им? Кроме того, я не хотел быть частью такой слепой, некомпетентной организации… и теперь я хочу еще меньше связываться с ними. Я не хочу иметь ничего общего с любым человеком, связанным с Черным Лебедем.

– Грэйди, – предупредила Эделайн, когда Софи схватила за живот, будто ее ударили в него.

Она всегда будет связана с Черным Лебедем.

Всегда.

– Софи, – позвал Грэйди, когда она развернулась и побежала. Но она не могла остановиться, не могла заговорить, не могла сделать что-нибудь, кроме как промчаться наверх, захлопнуть дверь своей спальни и рухнуть на кровать.

Если Грэйди был прав… если Черный Лебедь сделал то, что он сказал…

Она слышала тихий стук Эделайн, но не могла заставить себя ответить.

Эделайн все равно вошла и обняла ее.

– Грэйди не имел в виду тебя, Софи. – Она погладила Софи по спине, прослеживая медленные, нежные круги. – Он иногда теряется. Позволяет гневу взять над собой верх. Я раньше пыталась заставить его убрать те чувства, точно так же, как он пытался помочь мне прекратить держаться за какую-то часть ее, словно это могло вернуть ее обратно. Но это по-другому. Он должен злиться. Если он не будет винить их, он будет винить себя, а если он начнет…

Она не закончила, но Софи знала. Она помнила то, что Грэйди сказал ей о родителях Бранта.

О вине.

– Так ты не думаешь, что Грэйди прав? – прошептала Софи.

Она не могла дышать, когда ждала ответа Эделайн, и ее легкие горели к тому времени, когда Эделайн сжал ее руку и заявила:

– Я не знаю, чему верить. Но я действительно знаю, что это не имеет к тебе никакого отношения.

– Но Черный Лебедь создал меня.

– Кто они, не имеет никакого отношения к тому, кто ты. Мы с Грэйди знали это с того момента, как Олден попросил, чтобы мы удочерили тебя. Не позволяй никому и ничему заставлять тебя думать иначе.

Софи хотела верить в это… больше чем во что-либо. И, может быть, это было бы верно, если бы она была нормальной.

Но она не была нормальной.

Она была «созданием» Черного Лебедя. Они скрутили и оптимизировали ее ДНК, определенно спроектировав ее для чего-то.

И если Черный Лебедь был убийцами…

– Пожалуйста, попытайся отпустить это, Софи. У Грэйди просто был трудный день. В самом деле, почему бы тебе не пойти и не сделать что-нибудь веселое, чтобы отвлечься от этого? Где сегодня Декс?

– Он должен помогать своему папе в магазине.

– Ну, тогда почему бы тебе не пойти и не навестить его там? Я уверена, что Кеслер позволит ему сделать перерыв. Или ты могла бы побыть там и показать свои невероятные навыки по алхимии. Возможно, ты будешь той, кто, наконец, сожжет этот уродливый магазин дотла.

Софи не могла сдержать улыбку… хотя, к сожалению, она немного расстроилась, когда дело касалось алхимии, был очень хороший шанс, что она действительно что-нибудь спалит. Она почти несколько раз сжигала Ложносвет дотла.

Идея Эделайн посетить Декса действительно была хорошей… но не по причине, которую она называла. Софи не могла позволить этому уйти. Она должна была знать правду о Черном Лебеде. И Декс был единственным другим человеком, который встречался с ним.

Настало время для нее и Декса поговорить о том, чего они тщательно избегали. Были ли они готовы к этому или нет.

Глава 15

– Думаешь, он никогда раньше не видел гоблина, – пробормотала Софи Сандору, когда толпа пешеходов уставилась на них.

Мистериум был городом рабочего класса, заполненным эльфами в простых туниках и штанах, пробивающих себе дорогу к торговым телегам или к простым, одинаковым строениям. Сандор, со своим огромным телом с большими мускулами и громадным мечом, мог бы с таким же успехом быть завернут в неоновые гирлянды.

– Я не очень хочу разубеждать тебя, Софи, но они смотрят не на меня.

Софи открыла рот, чтобы возразить, но остановилась, осознав, что Сандор был прав.

Она привыкла к уставившимся взглядам и шепоту. На самом деле, когда она впервые пришла в Мистериум, они с Эделайн устроили сущее зрелище из-за светских одеяний и недружелюбной репутацией Эделайн.

Но на этот раз в глазах эльфов был страх.

– Это та девочка, которую украли, – прошептал кто-то.

Такие слова, как «проблема» и «угроза» проследовали быстро.

Какая-то мамочка даже схватила за руки своих детей, боясь находиться рядом с Софи, будто их тоже могли украсть.

Софи хотелось бы разозлиться, но… это было то, что случилось с Дексом.

Сандор пошел перед ней, как только Софи нагнула голову и ускорилась, и они не останавливались до тех пор, пока не добрались до «Хлебни и Рыгни», единственного отличающегося здания во всем городе с его беспорядочной архитектурой и радужной краской. Как только они вошли, дверь рыгнула, и их встретила струйка фиолетового дыма, сопровождавшаяся вонью старой квашеной капусты.

– Я же сказал тебе не добавлять савойолу, пока пламя не станет синим!

– Нет, ты сказал красным!

– Красное пламя заставит ее свернуться и загореться!

– Я знаю.

– Тогда почему ты добавил ее?

– Потому что ты мне сказал!

Несмотря на вызывающую рвоту вонь, Софи улыбнулась, как только она и Сандор проскользнули сквозь лабиринт полок, заполненных крошеными флаконами и бутылочками. Когда же они, наконец, дошли до конца лаборатории, зрелище было куда более суматошным, чем она себе представляла.

Густая розовая слизь покрывала все: лабораторный стол, потолок, а в особенности высокого стройного мужчину, который был еще больше похож на своего сына с ярким липким слоем на их лицах.

– Ты выглядишь так же, как когда я влепила тебе тем заляпывающим шаром, – произнесла Софи Дексу, широко улыбаясь, когда тот пытался стереть розовую грязь со своих щек. Заляпывание было сродни дуэли в телекинезе, и она легко победила его, обрызгав ярко-розовыми пятнами слизи.

Кеслер хлопал по крошечным языкам пламени, зацепившим подол его белого лабораторного халата.

– Извините, мы не слышали, как вы вошли. Чем я могу помочь тебе, Софи?

– Мне нужно поговорить с Дексом, но, наверное, мне следует зайти позже…

– Нет, не уходи, – выпалил Декс, – Я хотел сказать, эм, я могу взять перерыв. Только дай мне быстренько прибраться.

Он помчался к кладовой, почти поскользнувшись на розовой луже, когда бежал.

Кеслер помотал головой.

– Думаю, твои навыки в алхимии повлияли на него, Софи.

– Это была не моя вина! – прокричал Декс с другой стороны стены.

Кеслер беззвучно произнес «нет, не так» прежде чем сказал:

– Я бы лучше позаботился об этом беспорядке. Вы можете побродить вокруг. Я уверен, у нас есть, по крайней мере, несколько эликсиров, которые Эделайн не хранит под рукой на случай, если у вас случится какое-нибудь происшествие.

Софи не была уверена. Она видела коллекцию лекарств Эделайн. Она выходила из-под контроля.

Тем не менее, Дизнеи готовили много эликсиров, большинство с названиями в роде Хлопающая Микстура, Витая Роса и Мохнатая Шипучка. Кеслеру нравилось хранить вещи настолько смешные, насколько это было возможно, его небольшой способ бунтовать против сварливых дворян, которые посещали его магазин. Но это не значило, что его отвары не были всерьез мощными. В «Хлебни и Рыгни» были эликсиры и бальзамы почти от любых проблем и недомоганий, которые у кто-либо когда-либо могли быть. По этой причине магазин был так заставлен полками. Сандор изо всех сил старался маневрировать своим громоздким телосложением по проходам, не опрокидывая вещи.

Взгляд Софи приковала синяя бутылочка, когда она просматривала товар.

– Что такое Ослабляющая Подпитка? – спросила она, беря в руки изящную колбу. Внутри плескалась прозрачная жидкость, а стекло было теплым на ощупь.

– Помогает быстрее восстановиться, если слабеешь во время прыжка, – отозвался Кеслер.

Она сжала флакон. Возможно, она способна облегчить продолжающиеся у нее странные головные боли и головокружение,

– Лучше поставь ее обратно, – произнес Кеслер, стоя позади и так сильно напугав ее, что она чуть не выронила бутылочку. Он забрал ее из рук Софи и подставил под свет пока, та не загорелась. – Это очень облегчило работу Элвина, когда он пытался вернуть тебя. Но здесь содержится лимбиум.

Одно это слово заставило ее кожу зудеть, а в животе сжаться.

Кеслер нахмурился, когда поставил бутылочку обратно на полку.

– Я помогал ему создавать вариант без лимбиума, но он едва ли получился точно таким же. Хорошо, что ты такой борец.

– Да, – пробормотала Софи, не зная, что сказать. – Что именно делает лимбиум?

– Многое, зависит от того, с чем его смешать. Главным образом, он влияет на лимбическую систему.

В памяти Софи всплыла диаграмма из одного из ее старых человеческих учебников по естественным наукам.

– Это эмоциональный центр мозга, верно?

– А также центр поведения, долговременной памяти и мотивации. Это исходная точка любой особенной способности. Но она способна слегка искажаться. Именно поэтому мы редко добавляем лимбиум в эликсиры, а используем только по капле. Хотя в твоем случае это по-прежнему смертельное количество…

Он потерла руки, вспоминая жжение крапивы в тот момент, когда пила эликсир, данный ей Дексом. Правда ли в нем была лишь капля?

– Почему ты спрашивала? – поинтересовался Кеслер. – Ты все еще чувствуешь побочные эффекты от прыжка?

Софи надеялась, что он не заметил долю ее колебания прежде, чем она ответила:

– Как бы я могла? Грэйди и Эделайн заставляют Элвина проверять меня раз в неделю.

– Это не ответ, – подчеркнул он.