Дочь Гебы

— ...

— Слушаюсь. Будет выполнено.

— ...

— Через час будем на месте.

Он убрал телефон в карман. После этого никто больше не произнёс ни слова.

Ровно через час фургон остановился. Двери распахнулись. Меня грубо вытащили наружу. И тогда я наконец понял, куда меня привезли. Несмотря на связанные руки и разбитую голову, я облегчённо выдохнул. Это был офис Дэмиана.

Меня проводили в кабинет главы кланов. Он сидел на своём привычном месте, но был не один. В гостевом кресле восседал Дерек.

Как только меня втолкнули в кабинет, мне развязали руки. Я устало потёр запястья и сел во второе кресло. Дэмиан смотрел с интересом, а Дерек — со злобой. Чувствовал, как сильно ему хочется меня разорвать, но я лишь ехидно улыбнулся в ответ на этот взгляд.

— Если переживаешь за Риму, то она уже рядом с матерью, — сказал Дэмиан.

— Я видел, как её увёз Август, — сухо ответил я.

— Зачем ты всё это подстроил? — зло спросил Дерек.

— Меня попросила Рима.

— Почему ты согласился на эту авантюру? — задал встречный вопрос Дэмиан.

— Я... Она мне нравится.

— Ты действительно хотел сделать её своей Гебой? — продолжил допрос Дерек. В его голосе уже не было злости — только напряжение.

— Да, — уверенно ответил я. — Предложил ей это, но она отказалась.

На мгновение в кабинете повисла тишина. Дерек медленно выдохнул, словно всё это время задерживал дыхание. Его плечи чуть расслабились, а я лишь горько усмехнулся.

— Стефано, ты же должен был быть благоразумен! Ты глава клана. Тебе не свойственны такие поступки...

— А много ли благоразумия у влюблённого? — перебил его Дэмиан. Дерек сжал челюсти, но промолчал и отвернулся к окну.

Мне принесли донорскую кровь. Я схватил бокал и выпил его почти залпом. Тёплая кровь растеклась по телу, возвращая силы. Только сейчас я понял, насколько был истощён. Пуля в голову, драка, восстановление — всё это забрало слишком много энергии.

Дэмиан внимательно наблюдал за мной всё это время. Лишь когда я поставил пустой бокал на стол, он заговорил:

— Я понимаю причину твоего поступка, но оставить тебя без наказания не могу. Ты не совершил ничего настолько серьёзного, чтобы отправиться в сон, но и оставлять тебя главой клана Liberty я тоже не могу.

Он сделал короткую паузу.

— Ты должен передать все полномочия Геральду. И сделать это до вечеринки примирения. Лучший вариант для тебя — покинуть город. Но если тебе позволит гордость, можешь остаться в клане и начать всё сначала. С самого низа. Быть пешкой. Эти слова ударили больнее любой пули. Я стиснул зубы. Столько лет я строил клан. Принимал решения. Отвечал за вампиров. И теперь мне предлагают стать обычным исполнителем. Но спорить с Дэмианом было бессмысленно. Если Рима останется в Нью-Йорке, я начну всё сначала. Если она вернётся в Монреаль, попрошусь в один из кланов этого города. Я хотел быть рядом с ней. Даже если она никогда не станет моей. Дэмиан внимательно наблюдал за мной, словно читал мои мысли.

— Хорошо, Стефано. Думай. У тебя есть три дня.

Я кивнул, хотя уже понимал, что решение принято. Просто ещё не был готов произнести его вслух.

6 глава

Кассандра

Как же забурлила во мне кровь. Каков нахал. Но как же мне его не хватало. Его силы. Его дерзости. Его самоуверенности. Я безмерно скучала все эти шесть лет без моего Карла. Да, мне было больно от его предательства. От того, что я не являлась для него особенной. От того, что он не выбрал меня, а предпочёл, можно даже так сказать, сбежать. В принципе, типичный мужской поступок. Ведь все мудрые женщины знают: если мужчина заинтересован, если любит — он свернёт горы. Найдёт тебя даже в аду. Именно это осознание резало меня по живому сильнее всего. Но как бы сильно он мне ни нравился, у меня есть гордость и достоинство. Если он чего-то хочет от меня, то должен поступать соответственно. А именно — быть мужчиной. С этими мыслями я приняла душ, собралась и вышла на кухню. Хейли уже вовсю готовила завтрак. Карл сидел на стуле и внимательно наблюдал за ней. И я заметила заинтересованность в его взгляде. Мне это чертовски не понравилось. Я уверенно прошла на кухню и сделала себе кофе. Рыжая ведьма металась между столешницами, не зная, где что находится. Карл ей не помогал. Он лишь с хитрым прищуром наблюдал за нами. А я на его кухне чувствовала себя хозяйкой. И всячески хотела это продемонстрировать Хейли. Мол, нечего тут перед моим мужчиной выпендриваться. Он всё равно не станет есть твою стряпню. А если и станет, то вкуса не почувствует, так что можешь особо не стараться.

Ведь когда рыжая ведьма ночевала у меня, она вовсе не стремилась хозяйничать на моей кухне. А тут вдруг решила показать себя. Я демонстративно фыркнула и решила продемонстрировать, что хотя бы знаю, где стоит блендер. Но совсем забыла, что моего роста не хватает дотянуться до верхнего шкафчика. Чёрт бы побрал этого Карла. Вся мебель была сделана под его рост. Я отодвинула Хейли в сторону и начала подпрыгивать возле шкафа. Ведьма сложила руки на груди и с прищуром наблюдала за моими мучениями. И тут я почувствовала крепкие руки на своей талии. Не успела даже ойкнуть, как меня подняли вверх. От неожиданности я схватила блендер и прижала его к груди.

— Уже можешь меня отпустить! — гордо заявила я. Но Карл лишь усмехнулся. Он прижал меня к своей груди чуть сильнее, чем требовалось, а потом медленно опустил вниз. Слишком медленно. Настолько медленно, что я буквально скользнула вдоль его тела. По коже побежали мурашки. Сердце предательски ускорило ритм.

Я ненавидела себя за эту реакцию. Ненавидела его за то, что он прекрасно её замечал. Карл не спешил убирать руки с моей талии. А я отчётливо чувствовала его тепло даже через одежду. Словно эти шесть лет никогда не существовали. Словно между нами не было ни боли, ни предательства. Только эта проклятая близость. Я резко сделала шаг в сторону Хейли, разрывая контакт. Сунула ей в руки этот несчастный блендер и поспешно ушла к себе в комнату. Там я села на кровать и схватилась за голову. Да. Это будет намного сложнее, чем я думала. Он не может причинить мне физического вреда. Но прекрасно умеет атаковать по-другому. Через эмоции. Через воспоминания. Через прикосновения. Либо он проверяет, остались ли у меня чувства. Будоражит ли он мою кровь так же, как раньше. И, чёрт бы его побрал... Да. Будоражит.

Через несколько минут мне всё же пришлось вернуться. Я допила кофе и съела пару тостов. Карл тем временем выпил донорской крови из холодильника, которую заранее доставили люди Дэмиана. После этого мы отправились за город, чтобы провести ритуал вместе с ведьмами Северного ковена.

Нас уже ждали. На поляне в ближайшем лесу всё было подготовлено для обряда. Но сначала меня и Карла проводили к верховной ведьме.

Мы вошли в фургон Ирги. С его ростом Карл мгновенно превращал уютное жилище в тесную конуру. Мне даже дышать становилось тяжелее.

Хотелось распахнуть окна настежь. Но, судя по всему, старуху это совершенно не волновало. Она сидела в своём кресле и почти подслеповатым взглядом внимательно изучала Викинга. Во всём её облике читалась застарелая ненависть к вампирам. Ни страха. Ни сомнений. Ни капли уважения. Только холодная неприязнь, закалённая десятилетиями. И почему-то мне показалось, что сейчас в этом тесном фургоне столкнулись две стихии. Древняя ведьма. И древний вампир. А мне предстояло оказаться где-то посередине. Даже если бы Карл зашёл сюда без ошейника, Ирга всё равно не показала бы свою слабость. Только ненависть. Только презрение. Мне даже показалось, что глаза верховной потемнели. В ней пробуждалась старая, горькая, почти чёрная месть. Она готова была убить вампира здесь и сейчас. Но он был ей нужен. Очень нужен. И потому Ирге приходилось давиться собственной яростью и проглатывать её обратно.

— Кассандра, присаживайся на прежнее место, — сказала старая ведьма. Словно напоминая мне о моём статусе. О том, где моё место. К Карлу же она не обратилась вовсе. Вероятно, решила, что вампир будет стоять молча и покорно, как смирный пёс на цепи. Но Викинг лишь плюхнулся на кровать рядом со мной. А потом ехидно улыбнулся нам обеим. Мне показалось, что я услышала скрежет зубов старухи.

— Скажи мне, кровожадное отродье, где книга, и мы отпустим тебя! — выплюнула Ирга, вкладывая в каждое слово всё своё презрение.

— С какой стати мне это делать? — спокойно ответил Карл вопросом на вопрос. Дерзость Викинга явно пришлась ведьме не по вкусу.

— У тебя всё равно нет выбора. Я хотела начать по-хорошему, но, видимо, придётся как всегда.

Она перевела свои белёсые глаза на меня. И мне стало не по себе.

— Ты... Ты отправишься в его воспоминания и узнаешь, где книга. Хейли и другие ведьмы будут помогать.

При упоминании воспоминаний Карл дёрнулся.

Его тело словно свело судорогой. Именно тогда я поняла — старая карга нашла его болевую точку.

Что бы ни скрывалось в прошлом Викинга, он боялся не боли. Он боялся, что кто-то это увидит. Что кто-то прикоснётся к тому, что он столько лет прятал внутри себя. Особенно, если это буду я. Увижу его секреты и смогу ими воспользоваться на нашем противостоянии. Карл резко вдохнул. Мышцы на его шее напряглись. Ошейник вспыхнул рунами, и я заметила, как по его коже пробежала дрожь. Всё внутри него воспротивилось. Но причинить вред он не мог. Через несколько глубоких вдохов он взял себя в руки. Судорога отпустила. И тогда сквозь сжатые зубы он произнёс:

— Я не позволю вам рыться в моём прошлом.

— Тогда скажи нам, где книга. И никто не полезет в твой разум, — ехидно ответила Ирга. Но Карл лишь отвернулся. Упрямый. Как скала. Мне казалось, он не верил, что ведьмы смогут проникнуть настолько глубоко в его память.

Или же просто надеялся, что выдержит всё до конца. А мне вдруг стало любопытно. Что такого скрывает Викинг? Какие воспоминания способны напугать существо, прожившее сотни лет? С другой стороны, я понимала: это личное. Наверное, произошло что-то настолько страшное или болезненное, что он хотел стереть это даже из собственной памяти. И почему проводником выбрали именно меня? Я ведь могла солгать. Могла не рассказать, что увижу. Могла скрыть местонахождение гримуара. Но, возможно, дело было не в доверии. А в нашей связи. Как бы я ни отрицала это, между нами всё ещё оставалась нить. Тонкая. Почти невидимая, но живая. И, вероятно, именно поэтому я могла провалиться в его сознание глубже остальных. Понять то, чего не увидят другие. Впрочем, это были лишь догадки. От Карла мы так ничего и не добились.

Вскоре нас вывели на улицу. Несколько ведьм и ведьмаков Северного ковена окружили нас плотным кольцом. Пришлось молча отправиться к поляне. Я видела, как Викинг шёл неохотно. Каждый шаг давался ему через силу. Но воспротивиться он не мог. Ошейник диктовал свои правила. Когда мы вышли из леса, я увидела небольшую поляну на пригорке. В центре были вбиты в землю четыре кола. Рядом стояла палатка для меня на случай дождя. Об их отношении говорило всё. Им было плевать на вампира, но не плевать на ведьму.

Когда мы оказались в центре поляны, Карла растянули между четырьмя столбами. Он не сопротивлялся. Не потому что смирился. Потому что не мог. Мне стало неожиданно неприятно от этого зрелища. Передо мной лежал человек... нет, вампир, которого я знала сильным. Опасным. Свободным. А сейчас его словно превратили в трофей. В добычу. Вещь. Ничего даже не постелили под него. Карл лежал прямо на земле между заколдованными кольями и выглядел почти абсурдно. Такая мощь. Такая сила. И эти жалкие деревяшки. Но руны, вырезанные на древесине, кровь и магия удерживали его лучше любых цепей. Для меня рядом расстелили матрас. Я должна была войти в транс, держа Карла за руку. Проникнуть в его прошлое, но сначала нам дали выпить зелье, приготовленное на смеси нашей крови. Потом ведьмы начертили символы на его лбу. Началось заклинание. Девять голосов звучали одновременно. То поднимались выше. То опускались почти до шёпота. Воздух наполнился дымом дурманящих трав. Голова становилась тяжёлой. Ведьмы и колдуны больше часа читали свои заклинания. Я лежала рядом с Карлом и держала его за руку. Чтобы во время транса связь не оборвалась, наши запястья связали лентой. Я чувствовала тепло его ладони. Чувствовала, как он всё ещё сопротивляется. Даже сейчас. До последнего. Словно понимал, что за этой гранью нас ждёт нечто большее, чем просто воспоминания.

Мир вокруг начал расплываться. Темнота подбиралась всё ближе. Карл тоже закрыл глаза. Сначала я видела, как он отчаянно борется с действием зелья. Но постепенно его сопротивление ослабло. Как и моё. Последнее, что я почувствовала, — его пальцы в своей ладони. А затем нас обоих поглотила темнота.

Карл

Воспоминания. Англия. Пенсхёрст. 1437 год.

Я услышал звонкий смех Оливии, а потом почувствовал, как её нежные руки коснулись моего лица.

— Здравствуй, Карл. Много рыбы наловил?

Я обернулся на этот любимый голос и невольно улыбнулся. Мы с парнями уже несколько часов сидели у реки. Только что поставили очередные сети и теперь ждали улова. День выдался тёплым. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая воду в золотистые оттенки.

Девушки из деревни как раз возвращались домой после стирки белья. Им разрешалось стирать только ниже заводи, чтобы не распугать рыбу.

Руки Оливии были холодными после речной воды. Её корзина с бельём стояла неподалёку. Остальные девушки тоже переговаривались с парнями, но все давно знали, что мы с Оливией нравимся друг другу. Поэтому всегда оставляли нас наедине, делая вид, будто ничего не замечают. Я взял её ладони в свои руки и осторожно согрел дыханием. Она улыбнулась. И в тот момент мне казалось, что я самый счастливый человек на свете. Мой отец был одним из самых зажиточных людей в округе. Наш дом считался самым богатым в деревне. Семья Оливии жила гораздо скромнее. И отец не упускал возможности напомнить мне об этом.

Он называл наши чувства глупостью. Мезальянсом. Позором для семьи. Уже несколько месяцев он подыскивал мне богатую невесту из соседних земель. А я... Я хотел совсем другого. Мне не были интересны деньги. Не была нужна власть. Не нужны были земли или титулы. Я мечтал о простом человеческом счастье. Иногда даже думал, что родился не в той семье. Мне хотелось быть обычным рыбаком. Жениться на Оливии. Построить собственный дом. Растить детей. Просыпаться рядом с любимой женщиной. Стареть вместе с ней. Ссориться по пустякам. Мириться. Ловить рыбу по утрам и возвращаться домой к тёплому очагу.

Сейчас, спустя почти шесть столетий, эти мечты кажутся мне особенно горькими. Тогда я ещё не понимал, насколько счастлив. Не понимал, что человек замечает своё счастье только тогда, когда теряет его навсегда.

Оливия что-то рассказывала мне. Смеялась. Показывала испачканные мылом руки. А я просто смотрел на неё. На её светлые волосы. На веснушки. На ямочки на щеках. И думал о том, что однажды обязательно пойду против воли отца. Ради неё. Ради нас.

Но всему этому не суждено было случиться. В тот год к моему отцу приехал старый друг детства. Вальтер. Он давно перебрался в Швейцарию и теперь вернулся с новыми идеями, которые называл правильными и богоугодными. Именно он принёс в наши земли страшную заразу. Страх. Подозрения. Охоту на ведьм. В Швейцарии уже вспыхнули первые костры инквизиции. Люди искали виноватых во всех своих бедах. В неурожаях. В болезнях. В смерти детей. И чаще всего виновными становились женщины. Красивые. Умные. Независимые. Невиновные.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.