Автобус на Альмарею

Убедившись, что поблизости никого нет, Ловат убрал еду, одежду и половину запасов воды в технический отсек. Если специально не приглядываться, очертания крышки люка в полу были едва заметны, поэтому оставался призрачный шанс ненадолго сохранить эти жизненно важные для него ресурсы. Рэнс проверил состояние автобуса и окончательно убедился, что абсолютно исправное транспортное средство после странного перемещения превратилось в не слишком надежное убежище с герметичной крышей и множеством окон.

Хотя бак был полон бензина, а ключ оставался в замке, двигатель не запускался, аккумулятор тоже не подавал признаков жизни. Автобус стоял на относительно ровной поверхности чуть в стороне от общей свалки, однако не было никакой гарантии, что через минуту, через час или через сутки на него не обрушится очередной диковинный экспонат, похищенный неизвестными силами из какого-нибудь отдаленного уголка галактики.

Рэнсом уже знал, что свалка обитаема. Судя по тому, как быстро появились незнакомцы, прибытие его автобуса не осталось незамеченным. Он присел на ступеньку и попытался увидеть картину целиком. Увы, либо площадь странного полигона оказалась слишком большой, либо от волнения не удалось как следует сосредоточиться, но его внутреннему взору открылась только часть территории. Четко прослеживались извилистые тропинки, проложенные между грудами непонятных конструкций, а также проходы, ускользнувшие от внимания местных обитателей.

Следовало срочно разведать обстановку, так как солнце уже начало клониться к закату. Рэнсу не хотелось ночных сюрпризов, поэтому он вынул ключ из замка зажигания, вручную запер переднюю дверь и мысленно проследил самый оптимальный маршрут к центру свалки. Снаружи было тепло, даже жарко, твердая почва похрустывала под ногами, как стеклянная крошка, но подошвы ботинок не скользили, и он передвигался почти бегом, стараясь как можно меньше оставаться на открытом пространстве.

Безумная экспозиция оказалась намного больше, чем представлялось Рэнсому. С поверхности ее невозможно было рассмотреть целиком, даже высоты завалов для этого не хватало, поэтому он постоянно наблюдал лишь какую-то часть общей картины. Электронные часы, телефон и планшет после перехода превратились в бесполезный хлам, и Рэнсу приходилось полагаться исключительно на внутренние ощущения.

Примерно полчаса спустя в хаотических нагромождениях начали встречаться следы чьего-то присутствия, а вскоре обнаружилось настоящее поселение. Уцелевшие домики, какие-то контейнеры и прилегающая к ним территория выглядели основательно обжитыми, их обитатели появились здесь явно не вчера, и это наводило на невеселые мысли. Рэнсом забрался на крышу диковинного сооружения, не имеющего ни окон, ни дверей, ни входного люка, чтобы скрытно понаблюдать за жителями, однако поселение словно вымерло. Так никого и не дождавшись, он двинулся дальше и метрах в пятистах от жилого квартала увидел большую расчищенную площадку, где собралось все местное население.

Люди, а это несомненно были люди, а не человекоподобные существа, занимались разными повседневными делами. Одни готовили пищу на открытом огне в самодельных печах, другие уже ели, сидя за импровизированными столами, кто-то стирал белье, кто-то столярничал или чинил обувь. Некоторые без всякого стеснения предавались горю или громко скандалили, а группа одетых в белые одежды паломников возносила молитвы какому-то невидимому богу и без устали била поклоны.

Умом Рэнсом понимал желание людей каждый день приходить сюда и даже ставить свои палатки прямо на площади, чтобы чувствовать присутствие друг друга, однако он никогда не встречал более странной общины. Единственным, что объединяло представителей различных рас, культур, языков и вероисповеданий, было общее несчастье, одна на всех отчаянная ситуация, в которой они оказались.

Глядя на шумное пестрое сборище, Рэнс невольно подумал, что сам вряд ли когда-нибудь присоединится к нему. Он тоже стал жертвой загадочного явления, его положение было ничуть не лучше, чем у этих бедолаг, но он не видел себя домохозяином, обживающим рейсовый автобус. Его натура требовала действия, оставалось только выяснить, на что способен Рэнсом Монтгомери Ловат младший в сложившихся обстоятельствах.

Обратно Рэнс возвращался погруженный в раздумья, уже не сильно скрываясь. Перед его мысленным взором периодически вспыхивали призрачные схемы окружающих завалов, и он автоматически сворачивал в нужном направлении. В какой-то момент его внимание привлек длинный проход, в конце которого стоял белый вагон с неким подобием токоприемника на плавно скругленной крыше. Рэнсом не задумываясь отклонился от намеченного пути, чтобы поближе рассмотреть нарядный чужеземный трамвайчик.

В тот момент, когда он оказался в начале относительно прямой улочки, на другом ее конце возник изящный женский силуэт. Юная девушка с распущенными волосами резко обернулась, их взгляды встретились, и они оба двинулись с разных сторон к белому вагону. Незнакомка оказалась немного проворнее. Она успела вскочить на подножку и исчезнуть внутри до того, как Рэнсом добрался до единственной входной двери, створки которой так и остались распахнутыми настежь.

Воспитание не позволило Ловату вломиться без приглашения, поэтому он вежливо постучал по стеклу, подождал ответа и только потом рискнул заглянуть внутрь. Интерьер трамвайчика поражал своим изяществом и продуманностью каждой детали. С трудом верилось, что он был предназначен для перевозки обычных, спешащих по своим делам пассажиров. Таким прелестным видом транспорта не погнушалась бы какая-нибудь принцесса или даже волшебная фея. Таинственной незнакомке трамвайчик подходил как нельзя лучше, вот только ее там не оказалось.

Рэнсом несколько раз прошел до конца вагона и обратно, заглядывая в каждый уголок, но спрятаться там было абсолютно негде. Девушка просто исчезла, хотя он мог бы поклясться, что она действительно входила внутрь. Рэнс проверил все окна, на всякий случай обошел вокруг трамвайчика. Его внутренний радар тоже молчал, не показывая никакого присутствия. Не могла же девчонка ему привидеться… Оставив бесплодные попытки отыскать несуществующее, Рэнсом вернулся в собственное средство передвижения.

Пока он занимался разведкой, солнце успело опуститься за горизонт, тьма подступила со всех сторон, и в ней не было ни единого просвета. Рэнс заперся в автобусе, съел протеиновый батончик, запив его водой из бутылки. Уже наощупь он развернул сидения, соорудив себе спальное место, накрылся чужим одеялом и устроил ноющую голову на жиденькой подушке. Покрутившись с боку на бок в попытке устроиться поудобнее, Рэнсом все-таки решил разуться, однако одежду снимать не стал. Мало ли что могло случиться…

Какое-то время калейдоскоп событий еще мелькал под его закрытыми веками, потом усталость взяла свое, и он провалился в сон, словно в глубокую яму. Под утро, когда в салон автобуса уже пробрался тусклый серый свет, Рэнсу приснилась таинственная незнакомка. Она стояла в проходе, пристально глядя на него сверху вниз, и ему почему-то стало от этого неловко.

– Бесконечно рад видеть вас у себя, но я оказался не готов к приему гостей… Если бы вы заранее предупредили о своем приходе…

Рэнсом внезапно замолчал, потому что девушка наклонилась, легко провела пальцами по его лбу, потом сильно надавила указательным на какую-то точку между бровями. На мгновение у него все расплылось перед глазами, а когда резкость восстановилась, в проходе уже никого не было. Из груди Рэнса вырвался тяжелый вздох. Опять эта дурацкая игра в исчезновения. Хотя ладно, во сне всякое допустимо, хорошо хоть голова перестала болеть…

Разбудил Рэнса осторожный стук в заднюю дверь автобуса. Он поспешно выпутался из одеяла, ругая себя за невероятную беспечность, и выглянул в окно. При виде раннего гостя у него невольно округлились глаза. У подножки стоял симпатичный крепкий парнишка с шапкой темных кудрей на голове, немного похожий на цыгана. В его левом ухе даже поблескивала серьга, но на этом сходство с кочевым народом заканчивалось.

Парень выглядел лет на шестнадцать-семнадцать, а одет был как классический герой одной из детских книг. Короткие штаны на широких лямках с перемычкой на груди, ботинки с круглыми носами, из которых выглядывали полосатые гетры, и не слишком свежая белая рубашка с закатанными рукавами. Картину дополняли небрежно повязанный вокруг шеи красный платок и видавший виды заплечный мешок. Рэнсом поспешно надавил на поршень запорного механизма, и створки двери разъехались в стороны.

– Приветствую тебя, вновь прибывший! Добро пожаловать в место под названием Куалин, – гость шаркнул по земле стоптанной подошвой, широко раскинул руки и отвесил Рэнсу почтительный поклон.

Глава 4

Ловат стоял на подножке автобуса в одних носках, чувствуя себя Алисой в Зазеркалье, и пытался найти логическое объяснение совершенному абсурду.

– Э-э-э… доброе утро, ты очень любезен. Меня зовут Рэнсом, можно просто Рэнс.

– Рад с тобой познакомиться, Рэнсом, – парень сделал рукой какой-то замысловатый жест, видимо, символизирующий эту самую радость. – Я Макил Кентан Винда Бурраду Дуранбах седьмой. Но ты можешь звать меня Мак, – поспешно добавил он, увидев выражение лица нового знакомого.

– Значит Мак, отлично, – Рэнсом потер подбородок. Щетина была еще не очень заметна, но он привык бриться каждое утро. Кажется, в несессере водителя ему встречался бритвенный станок в наборе со сменной кассетой и даже новая зубная щетка… И тут на Рэнса снизошло озарение: он понимал каждое произнесенное парнем слово! – Постой, Макил Кентан седьмой, а на каком языке ты со мной говоришь?

– На языке моего народа, – невозмутимо отозвался тот, – а ты на своем.

– Тогда как же мы понимаем друг друга?

Мак широко улыбнулся, демонстрируя прекрасные зубы.

– Это все Эстель! До ее появления мы могли общаться между собой только жестами, но она проделала какой-то фокус, и теперь все в общине понимают друг друга, хотя по-прежнему говорят на разных языках. Мы зовем ее фэй (фея). Она наверняка уже заглядывала к тебе, поэтому я тоже решил познакомиться.

– Вот прямо так и решил? Пришел сюда один? А если бы я оказался опасен?

Макил Кентан седьмой потряс кудрявой шевелюрой, которая давно нуждалась в стрижке.

– Гринок и Дараванк рассказали, что ты отнял назад свое имущество, но не убил и не покалечил их. К тому же я не один, остальные там, за цистерной, ждут своей очереди.

– Нет там никого, – буркнул Рэнс и присел на свою импровизированную кровать, чтобы обуться. – Эстель – это девушка, которая живет в белом вагоне?

– Она самая. Все время возвращается туда, но нам ни разу не удалось застать ее на месте. Эстель ни с кем не общается, от всех прячется, хотя сильно грустит, и компания ей бы не помешала, – не дождавшись приглашения, Мак поднялся в салон автобуса и принялся с любопытством осматриваться. – А у тебя здесь неплохо. Удобно, чисто, приятно пахнет. Окон правда многовато, но я знаю, где достать бумагу и клей, – он осторожно присел на водительское место и покрутил рулевое колесо. – А откуда ты знаешь, что за цистерной никого нет?

– Просто знаю и все.

Рэнсом вышел наружу, прополоскал рот водой из бутылки, а остатками умыл лицо. Выходит, ранний визит прекрасной дамы вовсе не был сном. Вчера сбежала, а сегодня явилась ни свет, ни заря, чтобы подправить его когнитивные способности? Интересный стиль общения…

– Воду, кстати, можно не экономить, – Мак спрыгнул с подножки и уважительно оглядел обтянутый футболкой мускулистый торс Рэнса. – С северной стороны Куалина огромная пропасть, через которую не перебраться, а с южной протекает река, – жестикуляция парня была очень выразительной, он двигался словно артист по сцене, но это не было игрой. – Вода в ней чистая и ужасно холодная. Ее можно пить, только носить далеко.

– Тогда почему обитатели Куалина просто не переберутся поближе к реке?

– В основном из-за страха, – довольно спокойно пояснил Макил Кентан. – Некоторые переплывали реку или уходили вверх по течению, но никто из них так и не вернулся обратно.

– Может быть разведчики просто нашли себе новое место для жизни?

– Не думаю. Это были очень разные люди, не могли же они все сделать одно и то же.

Умозаключение Мака звучало вполне резонно, и Рэнсом впервые задумался о том, что опасностей на Куалине и вокруг него гораздо больше, чем представлялось на первый взгляд.

– Откуда такое название? Ведь, если не ошибаюсь, Куалин означает «мертвый»?

– Так и есть, – парень сложил пальцы в жесте сожаления или покорности судьбе. – Это место высасывает жизненную энергию из всего, что раньше работало, ездило или летало. К тому же каждого из нас в любой момент может придавить очередным поступлением.

– Такие случаи уже бывали?

– При мне погибли трое. Все здесь верят в разное. Одни стараются как можно меньше перемещаться, другие, наоборот, скачут с места на место, третьи не вылезают из укрытия, а анарианцы от восхода до заката молятся своему солнечному богу.