Тьма. Кости демона
– Правда? Отчего же вы не упомянули об этом раньше, Аделина? – оживился Самсон.
– Да, – Лина кивнула, рефлекторно сжав десертную ложечку. Она-то прекрасно понимала, какие редкости имел в виду архивампир. – Я просто настолько привыкла к тому, что он у нас есть, что… банально забыла.
– Женская забывчивость – это так мило, – Ксандер слегка улыбнулся. – Вы ведь не откажите нам с Самсоном в небольшой экскурсии по столь интересному месту?
– Э-э…
– Разумеется, не откажет. Она ведь знает, насколько Самсон увлечен этими цветами, – вступила в разговор Ведана, посылая замявшейся Лине укоризненный взгляд. А потом, слегка прищурясь, пытливо посмотрела на вампира: – А давно ли вас интересуют розы, Ксандер?
Аделина выражение лица сестры опознала сразу. Когда Ведана устраивала вот такой допрос, скрыть что-либо от нее было нереально.
Однако Ксандер даже бровью не повел.
– Верите, Ваше Высочество, кажется, я любил их всю жизнь, – как ни в чем не бывало сообщил он. – Еще десерта?
Не удержавшись, Аделина хихикнула и тут же спряталась за чашкой чая. Слишком уж яростно сверкнули глаза старшей сестрички с явным пожеланием чего-то не очень хорошего.
Благо вскоре ужин наконец-то подошел к концу, и подавиться Лина не успела. Хотя всерьез опасалась, даже несмотря на то, что вообще-то это она тут по проклятиям специализировалась.
Всю обратную дорогу Ведана читала нотации и правила этикета за столом, но это были мелочи. Аделина, даже не вслушиваясь, просто согласно кивала и выразительно зевала, демонстрируя, насколько сильно устала. Сестра, конечно, не особо поверила, но махнула рукой и оставила ее в покое. А Аделине того и надо было!
Едва она вошла в свои покои и закрыла дверь, вся наигранная усталость слетела как по мановению руки. Аделина вихрем понеслась в спальню переодеваться. Сбросив платье, выкопала из шкафа удобные брюки из тонкой кожи и легкую рубашку. Потом быстро переобулась, сменив туфельки на тонкой шпильке на мягкие сапожки, и начала судорожно перебирать дальние углы гардеробной.
– Да где же она, где?.. – нервно бормотала Аделина себе под нос. – Ведь куда-то сюда клала! Не могли же ее демоновы камеристки обнаружить?
– Чего потеряла? – раздался за ее спиной бодрый мужской голос.
От неожиданности Аделина дернулась и пребольно ударилась головой об одну из полок.
– Да что б его! – зашипела она, оборачиваясь, и сердито уставилась на стоявшего в дверях гардеробной Ксандера Вайленбергского. – Тебя нормально ходить не учили?
– Конечно, учили, – тот кивнул, отчего пепельные волосы скользнули на плечи. – Я так и хожу – нормально, бесшумно.
Сейчас Ксандер ни малейшим образом не напоминал холодного и надменного мужчину, каким казался на официальном приеме. Церемониальную одежду наследник Вайленбергского королевства, как и Аделина, сменил на удобные брюки и рубашку. На губах Ксандера играла легкая полуулыбка, а в глазах горел азартный огонек.
Впрочем, Аделина и сама едва губы не кусала от нетерпения.
– Так что ищешь-то? – повторил вопрос вампир.
– Лопату! – девушка с досадой оглядела гардеробную. – Только не помню, куда ее запихнула.
– Брось, у меня есть, – успокоил Ксандер, демонстрируя небольшой заплечный рюкзак. – Только на этот раз она все равно не пригодится. Так пошли. Нам бы хоть с местом сейчас определиться.
– Да, пожалуй, ты прав, – признала Аделина и поморщилась. – Я пыталась искать сама, но больше ничего не обнаружила. Да и не давали мне особо копать. Незаметно не получалось особо, а на виду – только внимание привлекать.
– Не проблема. Я маскировочный артефакт привез, – Ксандер вынул из кармана шипастый, мерцающий фиолетовыми искорками напульсник. – Мар-шаэсс, гномы делали. Почти четыре года за ним охотился. Реально редкая и древняя вещь, но работает безотказно: с этой штукой даже по крови не отыскать. Несколько зарядов там еще осталось, но сегодня он не нужен. Мы просто сбегаем по-быстрому, посмотрим, где у вас тут что. А как всерьез за раскопки возьмемся, используешь.
– Хорошо, – Лина кивнула и, взяв артефакт, запихнула на самую дальнюю полку.
– Готова? – едва она вышла из гардеробной, уточнил Ксандер.
– Конечно!
– Тогда держись, – хмыкнул архивампир и, подхватив девушку на руки, выпрыгнул из окна.
Испугаться Аделина не успела, только на миг дыхание перехватило от полета вниз. Руки спружинившего на землю вампира держали крепко и бережно. И осознание этого почему-то вызвало у нее странное, непривычное чувство стеснительности.
– Куда дальше? – не отпуская девушку, поинтересовался Ксандер.
– Направо, там розарий…
Договорить Лина не успела. Архивампир рванулся вперед с такой скоростью, что мир перед ее глазами на несколько мгновений превратился в смазанные полосы. Когда же зрение восстановилось, оказалось, что они стоят прямо перед темной куполообразной оранжереей розария.
– Здесь? – уточнил Ксандер.
– Ага, – слегка растерянная от непривычного способа передвижения подтвердила Аделина, после чего была поставлена на землю.
– Веди.
Девушка глубоко вздохнула и взялась за ручку входной двери.
– Надеюсь, внутри никого нет, – осторожно открывая, пробормотала она.
– Никого, – заверил Ксандер и отрицательно качнул головой, отчего пепельные волосы в лунном свете засеребрились. – Я живых за несколько миль чую. Тут пусто.
Оранжерея встретила их теплом, особенно ощутимым после ночной прохлады, и чуть влажным, наполненным ароматами роз воздухом. Ободренная словами вампира о том, что они одни, Аделина быстрым уверенным шагом двинулась в противоположный конец розария. Туда, где несколько лет назад отыскала свой первый и единственный трофей. А вскоре остановилась перед пышным кустом бледно-лиловых роз.
– Смотри, вот это место, – она повела рукой перед собой. – Конкретно вот тут, под этим кустом, я откопала ту кость.
Лина схватилась за ветки и слегка приподняла, указывая на точное место.
Внезапно в нос Ксандеру ударил дурманящий запах крови. Вот только вместо привычной жажды вампир неожиданно ощутил странную глухую ярость, словно ранение обладательницы этой крови было недопустимо.
– Блин! – ругнулась в то же время Аделина.
– Что с тобой? – хрипло спросил он.
– Палец о шип поцарапала. Ерунда, – девушка облизнула ранку, и та затянулась.
А запах остался. И пусть объективно Ксандер понимал, что на шипе осталась лишь небольшая капля крови, для него эта капля сейчас казалась едва ли не океаном. Он погружался в этот океан, чувствовал его солоноватый привкус, тонул в багровом мареве, которое застилало глаза все сильнее…
– Ксандер? Ты меня слушаешь, вообще?
Эмоции недовольства Аделины вернули архивампира в реальность.
– А? Конечно, – поспешно откликнулся он, напрягая слуховую память и заставляя себя вспомнить то, что говорила девушка. После чего уже уверенно кивнул и подтвердил: – Да, согласен. Если ты прикажешь садовникам взрыхлить землю, то последующие раскопки будут не так заметны.
– Вот и отлично, – Лина улыбнулась. – Как раз днем предстоит прогулка с колобком в розарий, тут и обратим внимание на чахлость кустиков.
– Колобком? – Ксандер слегка приподнял бровь.
– Ну ты же видел принца дэлатерийского, – девушка слегка поморщилась.
– Как непочтительно, – архивампир ухмыльнулся.
Аделина в ответ только фыркнула и, развернувшись к выходу, потребовала:
– Пошли. Тебе еще меня обратно в спальню поднимать.
– Ага, – Ксандер, было, последовал за ней, но спохватился: – Иди, сейчас догоню. Только сделаю наш куст действительно слегка чахлым.
– С магией осторожно, не спались, – предупредила Аделина.
– Даже Охотник не почует, – заверил Ксандер.
Хихикнув, девушка направилась к выходу. Он же склонился над кустом и, едва касаясь, провел рукой по веточкам, отчего листья на них тотчас печально поникли.
Ксандер не солгал: этого воздействия не опознал бы ни один маг. Потому что он не насылал проклятие и вообще не воздействовал на розы темной магией. Вампир попросту вытянул из них часть жизненной энергии.
Удовлетворенно оглядев дело рук своих, Ксандер улыбнулся и внезапно вновь ощутил шедший от куста тонкий, едва уловимый запах крови Аделины. Особенный запах. Запах, который он теперь точно не спутает ни с каким другим…
«Да какого ж демона?! Я ведь не голоден!»
Очнувшись, Ксандер обнаружил, что, замерев, глубоко, жадно вдыхает этот запах. И не выдержал. Отломил окровавленный шип, вынул из-под рубашки небольшой медальон с изображениями родителей и запихнул шип между ними. Только после того, как раздался щелчок, одуряющий запах исчез.
Стараясь не задумываться о причинах собственной реакции на определенную кровь, Ксандер резко развернулся и едва ли не бегом помчался догонять Аделину.
По счастью, и на обратном пути им никто не встретился, и спустя несколько минут оба уже стояли в спальне принцессы.
– Жаль, что ничего толком не успели, – Аделина вздохнула. – А завтра вечером бал, точно времени не будет.
– Не страшно. Главное, место осмотрели. А дальше я могу установить маяк телепорта и прийти через несколько дней, когда будет поспокойнее. Там уж никто нас не отвлечет. Нужно только твое разрешение.
Девушка мигом оживилась.
– Здорово! Я только «за»!
Ксандер довольно улыбнулся. А потом вдруг сообразил: ему только что дали полный доступ на территорию Карминского дворца! Просто так, без задней мысли!
И, с одной стороны, это был настоящий карт-бланш для вампиров на будущее, но…
«А если бы на моем месте оказался еще кто-нибудь?»
Мысль неприятно кольнула. Беспечность девушки в будущем могла ей очень дорого стоить, а Ксандеру почему-то очень не хотелось, чтобы с Аделиной что-то случилось.
– Лина, – позвал он. – Пожалуйста, больше не веди себя так беспечно.
– В смысле?
– Я тебе вреда не причиню, но кто-то еще вполне мог бы воспользоваться таким шансом. Ты же всю защиту для меня только что отключила.
– Э-э… упс, – Аделина растерянно посмотрела на вампира. – Надеюсь, папа не узнает…
– Ну я уж точно не скажу, – заверил тот. – Ладно. Отдыхай и спрячь подальше артефакт. Главное, чтобы его не обнаружили.
– Не обнаружат, – заверила Аделина. – Уж поверь, я даже от сестры вещи прятать научилась.
– Впечатляет, – фыркнул Ксандер и, царапнув руку, оставил каплю своей крови около одежного шкафа.
Короткое заклинание, и маячок готов. Неактивный, едва заметный, если специально не искать, но вполне способный дать архивампиру тонкий наводящий лучик для перемещения в эту комнату.
– Ну, вот и все. Через несколько дней продолжим, – удовлетворенно произнес он и, кивнув Аделине на прощание, направился к окну.
– Ксандер!
Оклик девушки остановил вампира буквально в шаге от прыжка.
Обернулся он сразу и вопросительно изогнул бровь.
– Можно тебя… попросить кое о чем? – замявшись, выдохнула она.
– Можно, – разрешил Ксандер, почему-то даже не задумавшись. – Что нужно?
– Ты ведь… ну, можешь на людей влиять? Говорят, архивампиры на это все способны.
– Да. Могу.
– Так… – девушка собралась с духом и выпалила: – Повлияй на Самсона Дэлатерийского, пожалуйста! Я понимаю, что это опасно и может привести к дипломатическому скандалу, но если ты можешь незаметно, то…
– Лина, просто скажи, что конкретно тебе нужно?
Аделина неожиданно потупилась и еле слышно выдавила:
– Чтобы… чтобы он завтра не попросил у отца моей руки. Я дико не хочу замуж. Тем более за этого мямлю. А официального повода для отказа нет и… – она подняла несчастные глаза и посмотрела прямо на архивампира. – Пожалуйста, Ксандер.
На короткий миг глаза мужчины вспыхнули изумрудом. А потом он легко улыбнулся и, подмигнув, заверил:
– Не переживай так. Не хочешь – не выйдешь. Это не проблема.
И выпрыгнул из окна.
Аделина с облегчением вздохнула и, успокаиваясь, уже с улыбкой направилась к кровати. Кажется, жизнь налаживалась.
Правда, если бы она выглянула на улицу, то, пожалуй, сильно удивилась бы. Потому как архивампир без тени недавней улыбки прижался лбом к одному из деревьев, стиснув пальцы до хруста костей и пытаясь вернуть себе хотя бы часть самообладания.
Самообладания, которое Ксандер утратил, осознав, наконец, как сильно влип. Что значит его демоново влечение к крови Аделины, отчего такая реакция на ее запах, и почему он не может ей отказать.
Хотелось выть от бессилия, хотелось убить кого-нибудь, хотелось сделать хоть что-то, лишь бы найти выход. Но – увы. Впервые в жизни он чувствовал себя беспомощным, загнанным в клетку зверем.
Лишь спустя четверть часа у Ксандера появились силы наконец-то отойти от дерева и подумать о насущных делах.
«В конце концов все проблемы решаемы, а времени у меня много, – подбодрил себя архивампир. – Да и маяк установлен, так что переместиться сюда теперь не составит труда. Доступ к Аделине есть, и это главное».
Ксандер тряхнул пепельноволосой головой и решительно направился к дворцу. Скоро новый день и много встреч, во время которых нельзя ни словом, ни взглядом, ни единым жестом или эмоцией себя выдать.
А еще осталось одно важное дело: просьба Лины, которую он выполнит с огромным удовольствием.
Глава 2
Утром Аделина проснулась в замечательном настроении. Даже беспрепятственно позволила камеристкам упаковать себя в платье с тугим корсетом, подчеркивающим талию и грудь, которое, по их заверениям и восхищенным вздохам, должно было поразить потенциального жениха. Пусть никто до последнего момента не догадывается о том, что Лина хочет саботировать помолвку.
Впервые за последние дни она чувствовала, что давящий груз этой самой помолвки почти исчез, а впереди забрезжила свобода. Теперь даже предстоящий день расшаркиваний с принцем-«колобком» не казался особенно страшным. Переживет как-нибудь! Главное, чтобы Ксандер смог выполнить ее просьбу.
Ксандер… кто бы мог подумать, что архивампир окажется более живым и понимающим, чем все ее родственники? Общаться с ним было намного проще, чем даже с сестрой. И главное – разговаривать с Ксандером Аделине нравилось, тем более он единственный, кто разделял ее увлечения.
Вспоминая события прошлой ночи, Лина невольно улыбнулась, а затем смутилась. Ведь ее с рождения учили, что вампиры – зло. Им нет доверия. Но Ксандер против нее ничего не замышлял и вообще вел себя предельно открыто и искренне. Лина это чувствовала.
Да и вообще, война с вампирами осталась давно в прошлом. Все уже долгие годы живут в мире. Конечно, отец и брат еще помнят старые времена и вряд ли смогут избавиться от предубеждений. Но она, Лина, или тот же Ксандер выросли в спокойное время. Им друг друга ненавидеть не с чего.
«К тому же мать Ксандера не вампирша, а полукровка: наполовину темная эльфийка, наполовину человек. Так что он вдвойне к людям лоялен должен быть», – мысленно заключила Аделина.
Правда, даже при этих аргументах она понимала, что если отец узнает об их с Ксандером ночном общении, то все равно взбесится.
Да кто угодно взбесится, если узнает, что архивампир уже несколько раз объявлялся прямо в ее спальне! Эх, жаль нельзя сообщить об этом Ведане. Как бы она тогда орала-а!
Аделина стеснительно хихикнула и отправилась на завтрак. Из-за приезда высокопоставленных гостей его накрыли в большой пурпурной столовой. Утреннее солнце освещало сквозь цепочку стрельчатых витражей длинный, заставленный множеством блюд стол, во главе которого сидели отец и мама. По правую руку от отца устроилась шикарная брюнетка – бабушка не сняла иллюзию даже несмотря на то, что присутствующие здесь же архивампиры видели сквозь нее. А напротив вампиров расположилась делегация из Делатерита с королем Бальтазаром Четвертым в ее центре.
Лина же по протоколу должна была сесть по левую руку от принца Самсона. Направляясь к своему месту, она позавидовала Ведане, которую устроили напротив, рядом с принцем Ксандером.
«Да и вообще, кому нужен этот торжественный завтрак? – размышляла она. – Явно не отцу – он всю эту напыщенную светскую жизнь ненавидит. И не вампирам – они вообще большую часть нашей еды жуют лишь из вежливости. Неужели все устроили только ради делатерийцев? Но зачем? Чего такого отец нашел в их королевстве, спрашивается? Да, они соседи, но ведь не особо великие и значимые… нет, не понимаю я этой политики».
Тем временем прозвучали очередные обязательные речи о том, как все счастливы собраться вместе, заверения о взаимной дружбе и уважении, и завтрак наконец начался.
Утром Лина по обыкновению ела мало, так что едва касалась изысканных блюд, которые ставила перед ней прислуга. Ни запеченный фазан в медовом соусе, ни выпечка с шафраном и разнообразными начинками, ни десерт из груш, фаршированных миндалем, ее особо не интересовали. Особенно с учетом того, что рядом весьма активно и шумно поглощал все это Его Высочество принц Самсон.
Одно радовало: сегодня он был на удивление молчалив и задумчив, и ограничивался лишь дежурными вежливыми фразами, не допекая Лину лишними разговорами.
Правда, родители, напротив, радости от такой неожиданной перемены поведения Самсона не испытывали. То отец, то мама, и даже бабушка периодически поглядывали в его сторону. Да и король Бальтазар Делатерийский несколько раз бросил на сына странный взгляд. Только Ксандеру, казалось, было все равно: архивампир просто меланхолично жевал мясо, ни на кого не глядя.
А вот сидящая напротив Ведана с подозрением косилась на Аделину, словно что-то подозревала. Но Лина в ответ только мило улыбалась сестре, всем видом показывая, что к странному поведению потенциального жениха никакого отношения не имеет. Вон, даже приоделась понаряднее, чтобы впечатление произвести! Так что ее винить уж точно не в чем! А у принца, может, несварение какое-нибудь, или сон дурной приснился. Вот и молчит, думает.
Впрочем, когда завтрак подошел к концу, Самсон все-таки слегка оживился.
– Ваше Высочество, вы ведь не забыли о своем обещании показать ваш розарий? – обратился он к Лине. – Вчера я расспросил слуг, и они так вдохновенно о нем рассказывали, что теперь я просто не могу уехать, не увидев это чудо собственными глазами.
Взгляды всех королевских семейств и придворных дружно устремились на Аделину. И та не стала их разочаровывать, с обворожительной улыбкой сообщив:
– Конечно, Ваше Высочество. Я с удовольствием покажу его и предупреждаю: если вы ожидаете увидеть обычные розы, то будете разочарованы.
– Замечательно! – обрадовался Самсон и начал подниматься.
– А вы, Ксандер, еще не передумали к нам присоединиться? – Лина вопросительно посмотрела на архивампира.
– После столь интригующего обещания? Напротив, теперь мне стало еще интереснее, – заверил тот и тоже поднялся. – Я уже предвкушаю эту прогулку.
– И все же это так удивительно – влечение к розам у вампира, – прокомментировала Ведана, одновременно почему-то вновь наградив подозрительным взглядом сестру.
Вот все-таки явно она что-то чуяла! Только не могла понять, что… к счастью. Архивампира-то не просмотреть даже прорицательнице.
А Ксандер, понимая это, лишь еще больше развеселился.
– Это все благодаря матушке, – изобразив на лице обворожительную клыкастую улыбку, сообщил Ведане он. – От нее мне передалась некоторая сентиментальность. Вы ведь знаете, что подверженность сильным эмоциям – фамильная черта Антеро?
Ведана растерянно моргнула – такого ответа она точно не ожидала. Да и родители тоже! Отец и Его Величество Артур Вайленбергский дружно поперхнулись, после чего Артур наградил сына сердитым высверком глаз.
Аделина же едва сдержалась, чтобы не хихикнуть. Поняла, что Ксандер, судя по всему, еще и на нервах у своего отца решил поиграть зачем-то. И, резко поднявшись, чтобы не дать повода отвлекшемуся Самсону себе помочь, заявила:
– В таком случае, пойдемте на прогулку! Погода изумительная!
– А вы не составите нам компанию? – предложил Ведане Ксандер и вежливо протянул ей руку, помогая встать.
Руку архивампира та принимала с совершенно непроницаемым видом, но отказать не смогла. Воспитание не позволило.
– Конечно, – выдавила Ведана. – Безусловно.
И они вчетвером под облегченными взглядами родителей покинули столовую. Причем если Лина с Самсоном просто шли рядом, то Ксандер руку Веданы так и не отпустил, уверенно расположив у себя на локте. И ведь наверняка знал, что принцесса вампиров не выносит! Но словно специально ее изводил.
Зачем? Это Аделина поняла, когда ненадолго получившая свободу при выходе из дворца Ведана наградила ее мученическим взглядом и мысленно взвыла:
«Как мне избавиться от этого упыря?!»
«Ты же говорила, что упырями называть их не вежливо», – не удержалась от язвительной шпильки Лина.
Однако отказывать в помощи сестре не стала, тем более это входило и в ее планы. Поэтому вслух произнесла:
– Сестренка, может, о розах нашего розария Самсону подробнее ты расскажешь? Я не так сильна в ботанике, к сожалению, и цветами могу лишь восхищаться, а ты их как раз наоборот, очень любишь.
– Да, конечно, – с облегчением выпалила та и сама подскочила к оживившемуся принцу-«колобку» поближе.
Аделина же с Ксандером одновременно, не сговариваясь, притормозили и таким образом оказались за их спинами.
– Ваше Высочество? – улыбнувшись, он предложил руку.
– Благодарю, Ваше Высочество, – с такой же улыбкой ответила Лина, принимая ее и мысленно аплодируя сообразительности архивампира.
В столь короткий срок довести сестру и избавиться от ее лишнего внимания даже у Аделины редко когда получалось!
А теперь, благодаря Ксандеру, можно наслаждаться спокойной прогулкой по солнечному саду и не вслушиваться в непрерывную трескотню принца Самсона о том, какие редкие сорта роз растут в его оранжереях, как дорого они ему обходятся и как восхищаются ими гости.
Наконец все четверо подошли к высокой арке, увитой алыми плетистыми розами, за которой начинался знаменитый королевский розарий. Ведана потянула за ручку двери, и та бесшумно открылась, пропуская внутрь.
– Вот мы и на месте, – произнесла она, посторонившись.
Самсон шагнул внутрь и замер, впечатленный. Даже Ксандер одобрительно хмыкнул. И было отчего! Сейчас, при солнечном свете, розарий выглядел куда более величественно, чем ночью.
Под огромным куполом росли розы всех возможных и невозможных цветов: от белоснежных и синевато-лиловых до багряных и золотистых, будто впитавших само солнце. Некоторые бутоны мерцали, словно наполненные звездной пылью, а лепестки других были так тонки, что просвечивали насквозь.
Насыщенный тягучим сладким ароматом воздух дрожал от едва уловимого перезвона, словно каждая роза тихо пела свою собственную песню.
– Это… это волшебство, – с запинкой произнес принц.
– Каждый цветок здесь выращен с помощью древнего заклинания, известного только нашим садовникам, – с гордостью произнесла Ведана.
– Так пойдемте же внутрь, я хочу увидеть их все! – выдохнул Самсон и в нетерпении двинулся вперед, увлекая за собой Ведану.
Переглянувшись, Лина и Ксандер последовали за ними. Все шло ровно так, как они и планировали. Оставалось лишь пройти по дорожке вперед, поддакивая Самсону и дружно восхищаясь цветами, чтобы почти в самом конце розария вдруг услышать озабоченный возглас Веданы:
– А это что такое?
И остановиться около наполовину увядшего розового куста.
Среди пышущих жизнью цветущих собратьев он выделялся настолько, что не заметить было невозможно. Лиловые цветы поникли, а листья начали желтеть.
– Позвольте, я посмотрю, – тотчас подскочил к кусту Самсон и, быстро его оглядев, сообщил: – Недостаток питания и видимое истощение. Полагаю, у него что-то случилось с корнями.
– Кто-то их подгрыз? – ахнула Лина с самым обеспокоенным видом.
– Вполне вероятно, – Самсон кивнул. – У вас здесь разве не стоит защита от землероек?
– Вообще-то должна быть, – неуверенно протянула Ведана. – Надо будет сообщить садовникам. Еще не хватало тут подобной напасти.
– Да-да, обязательно сообщите, – поддержал Ксандер. – У вас потрясающая коллекция роз. Нельзя, чтобы они пострадали. Потеря каждого экземпляра будет невосполнимой!
Ведана недоверчиво посмотрела на архивампира, но на его обычно лишенном эмоций лице сейчас читалось выражение самого искреннего сопереживания. И во взгляде сестры впервые промелькнуло удивленное одобрение.
Заметив это, Лина едва сдержала изумленный вздох. Сестра поверила! Действительно поверила в то, что архивампир всерьез любит розы! Ксандеру удалось обмануть одну из сильнейших прорицательниц!
– Как?! – не выдержав, одними губами спросила Лина, когда Ведана и Самсон развернулись к выходу.
«Мы можем быть очень убедительны, если захотим. Даже для прорицателей», – раздался в голове тихий смех. Ксандер улыбнулся и, вновь подхватив ее под руку, двинулся вслед за Веданой и Самсоном.