Вертикаль

Он прошёл мимо, не ускоряя шаг, опустив взгляд, как и полагалось Серому. Его разум, однако, работал с бешеной скоростью. Он вспомнил схему из блокнота. «Сектор Омега ‒ Зеркальный зал». Доступ туда был через технические шахты на 52-м этаже. Это был его следующий шаг.

В лифте, заполненном другими техниками, он стоял, уставившись в матовую дверь. И снова увидел тень. Но на этот раз она была чётче. Это была не его тень. Она была выше. И в её руке был отчётливо виден какой-то инструмент, похожий на старомодный ключ. Тень повернула голову, и на миг Лиаму показалось, что он видит собственное лицо, но с глазами, полными незнакомой ему усталой решимости.

Лифт остановился. Двери открылись. Видение исчезло.

В машинном зале он занял своё место у сектора «Гамма-7». Его пальцы привычно пролетали над сенсорными панелями, внося данные. Его тело работало, а разум был свободен. Он анализировал маршрут. 52-й этаж. Контроль доступа. Расписание обходов. Камеры.

Во время обеденного перерыва, сидя за своим одиноким столом, он уронил ложку. Наклонившись, чтобы поднять её, он на секунду задержался под столом. И там, на металлической ножке, он увидел выцарапанный тот же самый знак бесконечности. И маленькую стрелку, указывающую в сторону вентиляционной решётки в стене.

Кто-то ещё был здесь. Другой пробуждающийся. Или, может быть, тот, кто оставил блокнот. Они были невидимой сетью сопротивления внутри каменных джунглей Вертикали.

Вернувшись к мониторам, Лиам ввёл команду, не предписанную регламентом. Запрос на техническое обслуживание вентиляционной системы на 52-м этаже. Основание ‒ «зафиксированы аномальные вибрации в секторе 7-Бета».

Он отправил запрос и замер, ожидая реакции. Ответ пришёл почти мгновенно. Не отказ. И не автоматическое подтверждение.

На экране всплыло окно с текстом: «Запрос принят. Ожидайте утверждения. Время обработки: неопределённое. Приоритет: низкий».

Это была первая брешь. Маленькая трещина в монолите. И он знал, что теперь Система будет следить за ним ещё пристальнее. Но он тоже будет следить. И ждать своего часа.

Вечером, закрывшись в своей ячейке, он снова достал рисунок. Зелёное поле. Жёлтое солнце. Он смотрел на него уже не с трепетом, а с холодной решимостью. Это был не просто символ. Это была карта. Карта к свободе. И он поклялся себе, что пройдет этот путь до конца, сколько бы стен ни пришлось сломать.