Кто скрывается в тени?

За высокими арочными окнами бушевала настоящая стихия: ливень хлестал по стеклам с такой силой, что они вибрировали, ветер выл в унисон моим мыслям, а небо было сплошной массой свинцовых туч.

Внутри, в легком освещении магической люминесценции, сидели двое. Суон – во главе стола, твердый, непоколебимый, совершенный, как статуя Зевса в Олимпии. Правда полностью одетый. Элиан же больше походил на божество другого толка – на Локи. Острые уголки его рта были указывали вверх, сам он стал воплощением беззаботности. Он разливал напитки из серебряного чайника с таким видом, будто сам был хозяином этого дома, а не незваным гостем.

- Капитан, стоит признаться, этим утром что вы выглядите так, будто провели эту ночь, слушая божественную симфонию непогоды.

Суон медленно поднял на него взгляд.

-Я чудесно выспался. И как только погода улучшится, немедленно выдвинемся в дорогу.

Элиан отсалютовал мне чашкой.

- Доброе утро, Кэтрин! – Суон заметил мое появление и отодвинул стул, чтобы я присела.

Элиан поставил передо мной чашку, его пальцы на секунду задержались на блюдце. В его глазах вспыхнула быстрая, опасная искорка.

– Судя по тому, как завывает магический шторм, – твёрдо добавила я, – мы все здесь заперты как минимум на день.

Губы Суона сжались в линию. Но он не стал со мной спорить. Только кивнул в ответ.

Именно в этот момент, как луч затерявшегося солнца, в легком платье цвета лимонного сорбета в столовую впорхнула Эстер. Но на сей раз её беззаботность казалась слегка натянутой. Она бросила короткий, неодобрительный взгляд на бушующую за окном стихию, прежде чем одарить нас всех сияющей улыбкой.

- Доброе утро, мои дорогие! Надеюсь, шум бури не помешал вашему отдыху? - Она повела изящной бровью, переводя взгляд с Суона на Элиана. - Кажется, нам всем придётся немного задержаться. То, что творится на дорогах - не шторм, а чистой воды безумие. Я не помню такого уже лет десять. Хорошо, что все успели добраться в поместье до темноты.

И в тот миг, будто в ответ, за окном с двойной силой ударил ветер, заставив содрогнуться даже массивные рамы. Все невольно вздрогнули, и только Эстер не шелохнулась. На её губах, обращенных к нам в улыбке, на долю секунды дрогнули уголки, сложившись в выражение, среднее между гордостью и тоской.

Суон сжал челюсти. Он был в ловушке, и все это знали. Приказ есть приказ, но отправиться в путь сейчас - чистое самоубийство.

- В таком случае, - произнёс он ледяным тоном, - Мы остаёмся до улучшения погоды. Но как только она позволит...

- Конечно, мой мальчик! - Эстер снова засияла, но я заметила, как её взгляд на мгновение скользнул по Элиану с холодной, оценивающей неприязнью. - А это значит, - продолжила она, обращаясь ко мне, - что у нас есть время. Мне нужна помощь двух самых компетентных людей в этом доме. - Она мягко взяла под руку сначала меня, а потом Суона, ловко отделяя нас от Элиана. - Джей, твоё понимание магических барьеров незаменимо. А тебе, Кэтрин, я хочу кое-что показать в своём кабинете. Кое-что из фамильных архивов, что может иметь отношение к твоему... уникальному дару.

Сердце ёкнуло у меня в груди. Ответы. Она предлагала мне ответы. И делала это, приглашая в свой круг Суона, а Элиана оставляя за его пределами.

Я встретилась взглядом с Элианом. Вся его напускная легкость исчезла без следа. Он стоял совершенно неподвижно, и в его позе, в напряженных плечах читалось сдержанное, но яростное бессилие. Он был отстранен, отброшен на обочину заботливым жестом герцогини.

- Не скучайте, лорд Ашфорд, - бросила ему Эстер через плечо сладким, ядовитым тоном. - Эдвард предложит вам, насколько это возможно, свежие газеты в гостиной.

Она повела нас к двери, и я на мгновение оглянулась. Элиан не смотрел на нас. Он смотрел в окно, на слепящую стену ливня, и его отражение в стекле было искажено каплями и яростью.

**

Герцогиня вела нас по коридору, где стены казались чуть теплее воздуха. Свет скользил по ним лениво, как будто неохотно.

- Сюда, - произнесла она, останавливаясь у резных дверей.

Библиотека встретила нас тишиной, влажной, наполненной дыханием старого дома.

Магические светильники висели под потолком, медленно пульсируя. Их свет был не золотой, как у огня, а холодный, прозрачный - почти живой. Он переливался, растекаясь по стенам, как жидкость. От этого комната казалась глубже, чем могла быть. Я на секунду подумала, что полки не имеют конца, и книги уходят в темноту, как деревья в лесу.

Свет под потолком чуть дрогнул. Я обернулась - и на миг подумала, что между полок кто-то стоял. Но когда я моргнула - всё исчезло. Только книги. Только тень от света.

Суон заметил, как я напряглась.

- Что-то не так?

- Нет, - сказала я слишком быстро. - Просто… показалось.

Я прошла к дальнему окну и приподняла край занавеси. Дождь снаружи падал ровно, без ветра. Но стекло дрожало.

Я подошла ближе - и в отражении на миг увидела двоих: себя и кого-то позади. Силуэт. Высокий, чуть склонённый вперёд, будто слушает.

Я обернулась.

Позади было пусто.

Пульс отозвался в висках, и я внезапно поняла, что свет стал холоднее.

Суон ничего не заметил. Он стоял всё там же, спокойно, словно библиотека была просто комнатой, а не чем-то живым и непредсказуемым. Возможно, так оно и было. А все эти тени, мерцания и звуки – плод моего воображения.

Я снова посмотрела в зеркало, и там отражались только мы двое.

Тень исчезла.

Но где-то за спиной раздался тихий, шершавый звук - будто кто-то коснулся стены ладонью.

Я не обернулась.

Если не смотреть, этого нет. Только так можно спастись от кошмаров.

Эстер меж тем подошла к одному из стеллажей. Её пальцы скользнули по корешкам, не читая названий, будто она искала книгу каким-то внутренним чувством.

- А вот и оно... - её голос прозвучал задумчиво. - Для первого знакомства с историей нашего рода... это подойдёт идеально.

Она извлекла с полки небольшой том в переплёте из тёмной, почти чёрной кожи. На обложке не было ни названия, ни тиснения - лишь шероховатая, словно замшевая поверхность, которая, казалось, поглощала свет. Она протянула книгу мне.

- «Зов магии», - мягко произнесла Эстер, хотя на обложке не было ни слова. - Теории одного моего предка. Весьма... радикальные. Полагаю, тебе будет интересно.

Я взяла книгу. Кожа переплёта была на удивление тёплой, почти живой. В тот же миг внутри меня что-то дрогнуло - тихий, спящий до сих пор голод. Я приоткрыла книгу. Страницы были исписаны не чернилами, а каким-то серебристым, мерцающим порошком. Знаки то вспыхивали, то гасли, словно дышали.

И тогда я это почувствовала. Зов.

Он исходил не от слов, а от самой магии, вплетённой в страницы. Древней, могучей, чужой. Она пела внутри книги тихой, настойчивой нотой, и что-то во мне тут же отозвалось. Моё собственное нутро, моя «пустота», с жадностью потянулась к этому зову.

Свет в библиотеке померк. Холодные огни люминесценции замигали, а затем погасли один за другим, словно прикрытые невидимой рукой. Воздух загустел, стал тяжёлым, давящим.

- Кэтрин? - голос Суона прозвучал напряжённо, я слышала, как он пытается сделать шаг ко мне. Но не может.

Я не смогла ответить. Во мне бушевал шторм. Это было похоже на жажду, которую я терпела годами, и вот мне наконец подали воды.

Только это была не вода, а пламя. Чужая магия входила в меня, встречалась с моей пустотой и... растворялась, питая её. Это было блаженство и ужас, слившиеся воедино.

- Интересно, - раздался спокойный, изучающий голос Эстер.

Последний светильник погас. Мы стояли в кромешной тьме, нарушаемой лишь слабым серебристым свечением страниц в моих руках. И в этой тьме я чувствовала всё: каждый завиток магии в стенах дома, каждую искру защитных барьеров... и два живых, мощных источника прямо передо мной. Суон. Эстер. Их магия пела для меня, как накрытый пир, и рука сама потянулась... остановить этот шум, эту навязчивую вибрацию...

- Довольно!

Сильная рука схватила меня за запястье. Это был Суон. Он вырвал книгу из моих рук. Связь оборвалась с болезненной, физической болью, будто мне оторвали часть плоти. Я чуть не упала, но он меня удержал.

Моя внутренняя бездна закрылась. Соун охнул, и мы оба осели на пол.

Светильники резко вспыхнули и опалили потолок.

Я сидела, тяжело дыша, и смотрела на свои руки. Они дрожали. Внутри всё звенело от переизбытка... чего-то. Меня затошнило.

- Что... что это было? - мой голос прозвучал сипло.

Эстер взяла книгу из рук Суона с видом учёного, довольного экспериментом.

- Это запретный том нашей семейной библиотеки. Он искушает как дьявол, шепчет, напевает.

Она подняла книгу. Страницы, ещё недавно сиявшие магическим светом, были теперь тусклы и безжизненны, как пепел.

- Древний артефакт, - продолжила Эстер, её пальцы скользнули по почерневшему пергаменту. - Выдерживала взгляды сильнейших магов. Но давать ее тебе опасно. То, что я видела…

Её взгляд скользнул с книги на меня, а следом на Суона, всё ещё опиравшегося на колено.

- Девочка еще не умеет контролировать силу. Если бы на месте книги был человек… Она могла бы выпить и его….

Эстер улыбнулась. И улыбка ее показалась мне не к месту. А вот Суон был серьезен. Он не произнес ни слова. Он встал, выпрямившись, но в его позе была неестественная скованность, будто каждое движение требовало усилия.

Его взгляд был прикован ко мне, но глядел он сквозь меня - в пустоту, обитающую внутри моего тела.

Молчание Суона было красноречивее любых слов. Нет, он не стал меня бояться, но… Я стала опасной для команды. Непредсказуемой.

- Эстер, природа сил Кэт обескураживает меня. Сможем ли мы научить ее держать силы под контролем? Чтобы Кэт не стала…

- Угрозой? - спросила я.

Суон не смотрел на меня. И я похолодела.

Эта мысль стала настолько невыносимой, что мне пришлось проявить усилие, чтобы сохранить лицо и подняться с пола. Однако, находиться в их с Эстер обществе у меня больше не было больше желания.

Я развернулась на каблуках и уверенным шагом покинула библиотеку. Меня не окликнули. И не стали догонять.

Я не знаю, куда шла. И шла ли. Может, я просто вышла из библиотеки и стояла на месте. Я больше ни в чем не была уверена.

Угроза…

Угроза..

Угроза…

Это слово кружило меня в водовороте эмоций. И я не была уверена, что моих.

В ушах зашумело.

Эмоции кидали меня из гнева в панику. Внутренняя наполненность энергией не находила выхода.

Но вдруг меня подхватили чьи-то сильные руки.

Они стабилизировали меня. Одна удержала за талию, друга поднялась и бережно ухватила за подбородок. И мир встал на место.

- Кэтти, что произошло? – лицо Ашфорда, обычно искаженное усмешкой, было серьезным и собранным.

Я не сразу смогла собраться. Его пальцы на подбородке не сжимали, а просто придерживали, не позволяя мне отвести взгляд. В его глазах бушевала буря, подобная той, что за окном. И подобная той, что сейчас внутри меня.

Его простой вопрос пробил брешь в стене паники. Он выдернул меня из водоворота мыслей и вернул в настоящее. В коридор. К его рукам. К его ожидающему взгляду.

- Я… я испугалась, - мой голос сорвался, и я сглотнула, пытаясь вернуть ему контроль.

- Хорошо. Кого? – рука, что держала подбородок ослабла и спустилась ниже, на шею.

Нежное поглаживание. Почти интимное.

- Себя, - я так и не смогла вернуть контроль над голосом, и он сорвался до шепота, - Своих сил.

Ашфорд ухмыльнулся.

- У тебя неправильные ориентиры на страх. На данный момент ты должна бояться другого, - поправил он мягко, и его палец под моим подбородком слегка повернул моё лицо - уже не к себе, а в сторону окна, за которым бушевала непроглядная тьма. - Вот настоящая угроза.

Я недоуменно моргнула, глядя на хлёсткие струи дождя.

- Представляешь себе вечность в этом гостеприимном доме? - его голос приобрёл сладковатые, ядовитые нотки. - Нас ждут увлекательные вечера: я буду насмехаться над портретами предков, ты - пытаться не сжечь взглядом скатерть, а наш дорогой капитан… - Элиан сделал театральную паузу, и в его голосе появились нотки ехидства, - Будет изо всех сил стараться сохранять видимость субординации.

Он бросил взгляд на залитое дождём окно, и его ухмылка стала ещё шире.

- И это всё, если буря не прекратится. Лично я готов уже голышом выбежать наружу, лишь бы встретиться с богами и просить их о снисхождении. Хотя… - сделал он драматичную паузу, - …зрелище, должно быть, будет впечатляющим. Особенно для нашей милой герцогини.

Я прогнала свою фантазию на этот счёт. Слишком яркую, слишком... отвлекающую. Но образ уже засел где-то глубоко, заставив кровь прилить к щекам.

- Ты невозможен, - выдохнула я и тихо рассмеялась.

- Это моя врождённая черта, - беззастенчиво согласился он, его пальцы лёгким движением заправили выбившуюся прядь волос мне за ухо. - Но, как видишь, иногда невозможное - единственное, что не даёт сойти с ума.

И действительно, наша странная дружба не раз помогала мне сохранить присутствие духа.

- У меня есть предложение, - сказал Элиан, увидев мое повеселевшее лицо, - Тут безумно скучно. Давай устроим маленький бунт.

- И что же в него входит? - спросила я, и собственный голос показался мне чужим, приглушённым и сговорчивым.

Ухмылка Элиана растянулась, торжествующая и хитрая.

- О, всё, что угодно, - его глаза блеснули озорным огоньком, а голос стал игривым и таинственным, - Мы можем устроить игру в молчание, - его губы искривились в плутовской улыбке. - Кто первый заговорит в присутствии Суона- проиграл. Победивший получает право на одно желание.

- Любое желание?

- Готова рискнуть, сержант?

Я замерла, осознав ловушку.

Но не сказала ни слова. Вместо этого я медленно, не сводя с него глаз, подняла руку и коснулась указательным пальцем своих губ, а затем - его.

Жест был красноречивее любых слов: «Пари начинается. И награда уже ждёт».

В его глазах вспыхнуло чистое, безудержное восхищение. Он понял всё: и то, что я приняла вызов.

Он ответил тем же - беззвучным смехом и кивком, полным предвкушения.

Развернувшись, я пошла к своей комнате, чувствуя его взгляд на спине. Мы не обменялись ни единым словом.

**

К вечеру дом будто выдохнул вместе со штормом. Дождь уже не бил в окна - он хлестал в них мерно, как пульс. Где-то внизу загремела посуда, и магические светильники вспыхнули один за другим как сигнал к ужину.

Эстер уже ждала нас в столовой, восседая во главе стола, словно хозяйка бала, а не осаждённого штормом дома.

Если бы в аду был банкет, он мог бы выглядеть именно так.

Длинный стол, утопающий в сиянии магических сфер; фарфор, блестящий как лёд; герцогиня, излучающая обаяние и опасность в равных долях.

Во главе стола – Эстер, по бокам от нее любимые гости – Соун и я. И Элиан, выбравший место по левую руку от меня.

Он сидел молча с невинным выражением лица и взглядом, полным коварных обещаний. Мы с ним обменялись единственным взглядом, и пари вступило в силу: кто первым заговорит в присутствии Суона - проиграл.

Проблема заключалась в том, что Суон сидел напротив.

Мы с ним так и не поговорили после той сцены в библиотеке. Не могу сказать, что была не в обиде на него.

Но Суон прежде всего наш капитан. Он несет ответственность. И если моя сила слишком опасна, ему придется принимать решение.

- Надеюсь, вам по вкусу телятина, - сказала Эстер, с идеальной улыбкой разливая вино. - Наш повар сегодня превзошёл сам себя.

Элиан кивнул с преувеличенной серьёзностью.

- Спасибо, Эстер. Ваш повар выше всех похвал, как всегда, - Суон ответил вежливо, но как-то мрачно.

Я просто кивнула в ответ.

Капитан не сводил с меня взгляда. А я всячески избегала смотреть на него в ответ.

- Что-то вы сегодня непривычно тихи, сержант Эрншоу, - обратился ко мне Суон.

Я чуть не поперхнулась вином, но удержалась. Элиан уже краем глаза наблюдал за мной, готовый праздновать победу.

Я покачала головой: всё в порядке. Взгляд Суона стал пронзительным. Буря поднялась в зеленом океане его глаз.

- Кэтрин, - повторил попытку капитан, но я молчала.

Суон повернулся к Элиану:

- Что, Ашфорд, тоже язык прикусил? - холодно спросил Суон, едва заметно сжав салфетку.

Элиан театрально положил руку на сердце, выражая оскорблённую невинность.

Потом - взял вилку и, не отрывая взгляда от Суона, беззвучно вырезал из телятины кусочек в форме сердца. Полюбовавшись на свое творение, проткнул его вилкой и положил в рот.

Я уткнулась в бокал, чтобы не расхохотаться.

- Это игра?– Суон снова повернулся ко мне, и мой смех захлебнулся. - Или вы меня так наказываете? Кэтрин?

Теперь настала очередь Элиана вопросительно посмотреть на меня. Но благодаря игре он не смог спросить, чем провинился наш капитан. И я не планировала раскрывать карты. Если интересно, пусть спросит.

За этой игрой мы и забыли, что находимся за столом вместе с хозяйкой вечера. Она с легкой полуулыбкой наблюдала за нашим развлечением. Стало немного неловко. Но это чувство легко вытеснилось обидой на Суона и желанием обыграть Элиана.

- Мой мальчик, мне кажется, на вашем корабле бунт, - заметила она. – Какой-то пират пытается похитить вашего штурмана.

Элиан, не теряя самообладания, поднял бокал - молча, с выражением святой благодарности на лице.

Я невольно повторила его жест.

Наши бокалы столкнулись - тихо, как колокольчик в храме.

Суон тяжело вздохнул.

- И правда… И капитан, должно быть, был слеп, чтобы не заметить, как сам создал для этого бунта все условия. Моя вина. Я должен был поддержать вас в трудный момент. Вы совсем не угроза, сержант. Я совсем не имел это ввиду. Вы простите меня?

Я чуть не ударилась лбом о стол.

- Кэтрин? - спросил Суон и посмотрел на меня такими глазами, которым невозможно было отказать. Я даже не знала, что он так умеет.

Вино встало комом в горле. Я кашлянула. Один раз. Потом другой. Потом третий.

- Да - выдохнула я, понимая, что проиграла.

Элиан мгновенно оживился. Тень торжества скользнула в его глазах, но на лице осталась маска притворного сочувствия. Он даже изящно подал мне свой бокал с водой, продолжая хранить молчание с видом святого.

- Благодарю, - пробормотала я, сделав глоток и отвоевав контроль над голосом.

- Рад видеть, что у вас наконец-то поднялось настроение, - добившись своего, Суон принялся за еду.

Элиан, всё ещё храня молчание, поднял салфетку и вытер воображаемую слезу с моей щеки - жест настолько театральный, нежный и в то же время вызывающий, что у меня снова перехватило дыхание.

Я откинулась на спинку стула, проиграв битву.

- Что ж, лейтенант, - сказала я, глядя ему прямо в глаза и позволяя улыбке наконец коснуться моих губ. - Кажется, я в долгу.

Он медленно кивнул, и в его взгляде читалось обещание: долг будет взыскан. И это будет стоить того.

**

Когда ужин закончился, вопреки моим надеждам, шторм снова набрал силу.

Дождь хлестал по стеклам, как пальцы по барабану, а магические светильники то вспыхивали, то гасли, будто в такт его ритму.

Эстер поднялась из-за стола - плавно, как кошка, - и, извиняясь, сослалась на «необходимость проверить барьеры». Суон вызвался помочь.

Через минуту мы остались одни.

Я не успела даже выдохнуть, как услышала тихий голос у самого уха:

- По-моему, кто-то задолжал мне желание, - произнёс Элиан.

Я вздрогнула, обернулась - он стоял слишком близко.

Вблизи запах дождя и табака перебивал даже аромат магических свечей.

В его глазах плясало торжество, но за ним было что-то другое - усталость, настороженность.

- Я проиграла, - признала я. - Но я не подписывала расписку.

- Ах да, - он притворно задумался. - Мой юрист в отчаянии. Но, может быть, мы решим это без бумаг?

Он медленно шагнул ближе.

Свет в углу чуть дрогнул.

Я краем глаза заметила - на мгновение, - будто кто-то стоял за аркой. Тень, вытянутая, как от свечи, только свечи там не было.

Но когда я моргнула, всё исчезло.

- Что-то не так? - спросил Элиан, и в его голосе мелькнуло беспокойство. Настоящее.

- Мне показалось, - выдохнула я. - Просто... отражение.

Он склонил голову, прищурился.

- Так что, Кэт, - его голос стал ниже, почти ласковым, - Какое желание мне загадать?

- Кажется, в прошлый раз ты загадал, чтобы я украла ботинки Суона, - я рассмеялась, пока еще не чувствуя подвоха.

Он протянул руку, почти касаясь моих волос - не совсем, но так близко, что между нами оставалось дыхание.

- В прошлый раз мы еще были недостаточно хорошо знакомы…

- Лире ты загадал похожее. А вы знакомы давно, - парировала я, даже не заметив, как Элиан оказался у меня за спиной.

- Ты не Лира, - и его взгляд изменился.

Я знаю, что я не Лира. И я знала, что Элиан больше не будет разбрасываться желаниями. Тогда почему я так легко согласилась?

- Поцелуй, - прошептал он. – Мое желание поцелуй.

Когда он подобрался так близко? Его дыхание смешивалось с моим, тёплое и опасное. Я чувствовала, как бьётся сердце, но разум, натренированный годами выживания, лихорадочно искал выход. И нашёл.

- Ты сказал «поцелуй», - произнесла я, и голос мой, к моему собственному удивлению, звучал ровно и спокойно. Я медленно приподняла ресницы, встречая его заинтересованный, изучающий взгляд. - Но мы так и не обсудили... сроки исполнения долга.

Его брови поползли вверх. В глазах вспыхнул не гнев, а чистейшее, безудержное восхищение. Он выглядел так, будто я только что совершила самый изящный финт в истории.

- О, - он протянул это слово, как конфету. - Сержант Эрншоу нашла лазейку в условиях контракта. Мне нравится.

- Я собираюсь выбрать стратегически верный момент, - парировала я, и уголки моих губ дрогнули в ответной улыбке. - Какой смысл в награде, если её получить не вовремя? Возможно, я использую его, когда ты будешь особенно невыносим, чтобы заткнуть тебя.

Я сделала шаг назад, разрывая слишком личное пространство.

- Проценты, - сказал он наконец, мягко, почти лениво.

- Что? - я нахмурилась.

- Один день просрочки - и поцелуй превращается в два.

- А неделя? - не удержалась я.

- Неделя - и я перестаю быть джентльменом.

Он сказал это с такой непоколебимой серьёзностью, что я рассмеялась. Смех сам вырвался - короткий, живой, освобождающий.

Он не остановил меня - только позволил пройти, и когда я миновала его, я почувствовала, как его взгляд скользнул по спине.

Не хищный - просто внимательный. Тёплый. Настоящий.

И всё же... когда я вышла в коридор, стало холодно.

Не от сквозняка - в поместье не бывает сквозняков.

Шорох шагов. Один. Второй. И вдруг - ещё один. Но не мой.

Он прозвучал тихо, как тень моего движения.

И я замерла.

Посмотрела через плечо. Я было подумала, что Ашфорд двинулся следом за мной. Но никого кроме меня в коридоре не оказалось.

Сферы под потолком мерцали ровно, но тени вдруг стали длиннее, чем должны быть.

Мне вдруг резко захотелось просто сорваться на бег и спрятаться под одеялом. Как в детстве. Я сделала вдох, собрала волю, и пошла дальше спокойным шагом.

В конце коридора, у поворота, висело зеркало в тяжёлой раме.

Я увидела в нём своё отражение - и ещё одно, чуть позади.

Высокое. Нечёткое.

И прежде чем я успела моргнуть, оно шагнуло в сторону и исчезло.

Сердце стукнуло один раз - слишком громко.

Я закрыла глаза, сосчитала до трёх, как учили на тренировках, - и когда открыла, в зеркале была только я.

- Пора спать, Эрншоу, - сказала я себе вполголоса.