Мострал. Место действия Ловос

Глава 18 Проклятья и благословения богов

«Чистая душа всегда найдет прощение»,

из наставлений в храме всех богов

- Да как он смеет! - гневно потрясая скомканной бумагой, возмущалась Синди.

- Син, мальчик даже читать не умел, когда пришел в себя, - спокойно возражал Тэйт, сидя на диване у нее в гостиной. - Он просто извиняется, причем даже не за свои грехи.

Феникс, которого спасли со складов, пришел в себя почти сразу и после подтверждения врачами отсутствия угрозы его здоровью, был помещен в специальный интернат для элементальных метаморфов, оставшихся без поддержки семьи. Интернат курировала леди Коин и часто бывала там лично. Худенький замкнутый мальчик ее покорил своими рыжими волосами и огненным отблеском в глазах - она серьезно планировала усыновление после окончания его социализации. На вид парнишке было около пятнадцати.

Конечно, по ее же поручению рыли носом землю в поисках родителей юноши, но до сих пор ничего не нашли.

Когда он пришел в себя не только в смысле сознания, а был готов общаться, оказалось, что он не знает языка, не умеет писать и читать, не знает что такое «магнет» или в какой стране находится. Тот факт, что он ничего не помнит о себе или своей семье говорит о том, что он довольно давно не возрождался. Для метаморфов его вида это не свойственно - обычно даже при перерождении по причине полного магического истощения фениксам требуется пара месяцев покоя, чтобы возродиться без дополнительной помощи. Кто и когда пленил мальчишку, сколько он просидел в клетке и истлевал в ней же - вопрос расследования, которое проводит отдел насильственных преступлений полиции Фаршипа. Поскольку все детективы дружно боялись высокопоставленной интресантки по этому расследованию и начинали заикаться, как только леди Коин появлялась в помещении, дело почти сразу было передано офицерам Милагресс и Нолану, в нагрузку к уже имеющимся делам.

Расследование показало, что ячейка арендовалась на вымышленное имя и оплачивалась наличными. Владелец склада вел дела на всех своих арендаторов и в каждую папку предусмотрительно вкладывал снимки с артефактов наблюдения, где с нескольких ракурсов было хорошо видно и лицо, и комплекцию арендатора. Опытный человек, много имел дело с полицией. Папка этого арендатора была тощей - договор, пара снимков и краткая характеристика: мрачный, немногословный и огромный. Поиск по базе преступников показал: здоровенный мужчина никто иной, как Конрад Синтел, знаменитый амиреунский подрывник, который с удовольствием сотрудничал с разнообразными террористическими группировками из любви, как он сам говорил, к искусству. Мэй подозревала его в причастности к взрыву в «Дип-корп» и даже существовала теория, что в этом подрыве он сложил буйную голову. Оказалось, не сложил.

Конрада отследили - бежал в Амиреун. Храмовники, как водится, затягивали с помощью в расследовании и отказали даже в командировании детективов на свою территорию. Тим подключил Мэй и она нашла: полтора года назад в Керомате действительно пропал подросток-феникс, его выкрали из интерната с более строгим, чем в нынешнем месте его обитания, режимом. Его оставили в храме всех богов младенцем, найти родителей полиции Керомата не удалось.

Конрад довольно скрытный парень и Мэй не смогла найти мотивы, по которым ему понадобился молодой феникс. Судя по всему, он бежал, мальчишка какое-то время просидел в аматидной клетке и умер от физического истощения. Потом сколько-то месяцев в ней же разлагался и в конце концов попытался переродиться, чем вызвал пожар. К прискорбию, изучить остальное содержимое ячейки после этого возможным не представлялось.

Почти год мальчишка осваивал программу для школьников - учился сперва простому, потом сложному - его учили читать, писать, считать, контролировать дар и общаться с другими разумными. Последнее давалось ему легче всего остального и довольно быстро ему разрешили учиться с другими воспитанниками интерната. Пока он был с младшими классами, его особо не задирали, а потом его перевели к ровесникам. Особой травли не было, все знали, что он подопечный леди Коин, но от словесных поддевок никуда не убежать. И вот с неделю назад ему подсунули газету, которую издали на следующий день после трагедии на складе. Кроме довольно сдержанной похвалы в адрес пожарных расчетов на том же развороте был опубликован некролог Макса Стивенсона и описаны травмы, которые получил Винслер.

До этого дня Фина не то, чтобы оберегали от этой информации, но намеренно ему не рассказывали, что у его перерождения оказались жертвы. Поскольку мальчишка пока не был в курсе социальных особенностей Ловоса, он не испытывал особого пиетета перед леди Коин - только как перед опекуншей. Газетная вырезка потрясла его настолько, что он вызвонил ее в тот же день и умолял приехать.

С круглыми глазами он показал своей благодетельнице статьи и спросил так ли все было. Та преисполнилась сочувствия и вызвала Винслера с командой. Визит пожарных интернат обсуждал еще долго. Не все в команде Винслера принимали тот факт, что по сути Фин не виноват в смерти Макса и он такая же жертва, как и Стивенсон. Поэтому пожарные разделились: часть расчета отправилась проводить презентацию работы в пожарной службе воспитанникам интерната, а часть, в том числе Тэйт - приехали поговорить с Фином.

Как свойственно элементальным метаморфам, он рос рывками и почти постоянно находился в состоянии «тощий подросток» - это волнуясь объяснила Лавли по коммуникатору, когда Тэйт сообщил куда направляется расчет. По ее же заверению, обычно фениксы очень совестливые, так что сколько ему не объясняй - все равно будет мучиться виной за то, что кто-то пострадал. Наконец, она предупредила, что из-за сильных эмоций парень может полыхнуть и тут вероятность, что он пострадает - нулевая, а вот остальных надо будет защитить, так что лучше взять поглотитель огня, если с собой есть. Естественно у расчета они были, но из-за ограниченных возможностей применения очень редко использовался.

Барбара Коин присутствовала при встрече как опекун.

- Это вы из-за меня пострадали? - не глядя на Тэйта хриплым от нервов голосом спросил паренек.

- Не из-за тебя. - в свойственной ему мягкой манере не согласился Винслер. - Из-за человека, который тебя запер. Леди Коин сказала нам, что ты не помнишь, когда это было и сколько ты провел в клетке.

- Так и есть. Я и про вас и вашего друга ничего не знал, пока мне не подсунули газету. - он комкал край форменной рубашки. - Я… мне очень жаль, - и вдруг вскинула на Тэйта свои пламенеющие глаза. - Простите меня.

- Я не виню и не винил тебя. - спокойно ответил мужчина. - Мне жаль, что я не смог помочь тебе вовремя. - склонил голову. - А еще я знаю, кто занимается твоим расследованием и уверен, что того, кто тебя украл - поймают.

- Эй, парень, - позвал Хутч, - я там был и ты выдал такую температуру, которую не каждый взрослый феникс может. - он ободряюще улыбнулся. - Силен!

Хутч надеялся хоть немного ободрить парнишку, но тот еще больше сник.

- Как насчет того, чтобы прийти к нам в часть, когда закончится твоя социализация? Покажем тебе все то, что у нас есть для пожаротушения.

- Я не против… - робко глянув на леди Коин. - А ваш друг…

Тэйт немного нервно мотнул головой - пусть прошло уже прилично времени, утрата все еще держала в своих ледяных лапах сердце.

- Я отведу тебя туда, где Макс похоронен. Сможешь поговорить с ним так.

На плече появилась рука Лискена в жесте поддержки и от этого мальчишка совсем поник, сжался. Сколько горя он принес!

Леди Коин поспешила завершить на этом встречу - подопечному еще многое придется понять. Ей совсем не хотелось окунать его в реальность так жестоко, но к сожалению за пределами интерната его ждут куда более обидные и болезненные претензии, чем злая шутка от других детей.

После этой беседы Фин долго не мог найти хоть какой-то выход чувству вины. Приятели по интернату предложили написать наиболее пострадавшим письма. Леди Коин долго сомневалась в самой идее, но в итоге сдалась, глядя на сгорбившегося подопечного. И передала письма. Большинство получателей или не отреагировали вообще, или сдержанно приняли извинения. Но не Синди Стивенсон. Она долго полыхала и в итоге позвала того, кто мог ее негодование разделить. Тэйт не разделил. Более того, настоял на том, что письмо должен увидеть и Фред, а когда подрастет - Макс.

Фред тоже сперва воспринял письмо в штыки. Тэйт рассказал в подробностях о том, как его нашли и что тогда происходило. Кроме Лавли до этого дня всех подробностей не знал никто. Фредерик проникся и сразу заинтересовался расследованием, но тут Винслер не знал никаких деталей - все к Тиму и Рите. Расходились после этой встречи крайне задумчивыми.

Когда Барбара впервые увидела условия, в которых содержатся осиротевшие метаморфы, была под глубочайшим впечатлением. Нет, к персоналу вопросов никаких: в рамках выделенного бюджета они творят чудеса буквально ежегодно и искренне пекутся о своих подопечных. Но в целом суммы выделялись из бюджета штата такие несущественные, что все это можно охарактеризовать как «чистенько, но бедненько». Заинтересовавшись вопросом, она связалась с меценатами других штатов и оказалось, что в каждом штате есть такие интернаты. По настойчивой просьбе леди Коин, меценаты лично съездили в интернаты своего штата и увидели там тоже самое: чистенько, но бедненько.

Оказалось, что специальные заведения вполне общаются между собой и даже обмениваются воспитанниками, если у коллег находятся более подходящие наставники для них. Благородные меценаты посмотрели на все это и провели серию закрытых благотворительных аукционов, вырученные на них деньги были влиты в фонд поддержки интернатов для элементальных метаморфов. Интернаты так удивились высокому вниманию, что от помощи отказались, но против такого локомотива как Барбара Коин не попрешь: если она посчитала, что кому-то требуется ее помощь, эта помощь будет оказана. В ответ на отказ она организовала в каждом штате отборы среди талантливых выпускников этих же интернатов, быстро организовала им бесконтрактное образование в университете Фаршипа со специализацией на управление финансами, чтобы потом приставить их к управлению фондом. Пока будущие управляющие учились они с меценатами выделили временных из своих, те провели придирчивые инспекции по заведениям и в рекордные сроки освоили бюджет.

Все это широко освещалось в прессе и магнете. Кроме положительной реакции общественности, привлечения дополнительного госфинансирования и очень активного интереса корпораций, повысилось количество брошенных маленьких метаморфов. Среди них было много полукровок, родители которых не ожидали настолько сильного дара у детей. Пришлось в срочном порядке разворачивать махину изменения федерального законодательства так, чтобы разрешить родителям передавать подходящих под критерии интернатов детей на воспитание и освоение дара без отказа от родительских прав и даже с возможностью видеться с чадами.

Пленение и последующее освобождение Фина обнажило огромный пласт проблем. Оставшиеся в федерации аристократы посчитали своим долгом участвовать в их разрешении и очень активно двигали законодателей.

Через пару недель Фред укатал маму: он хочет познакомиться с Фином. Хода в магнет у феникса из интерната не было, так что оставалось только искать встречи с леди Коин и договариваться с ней. Действовать в одиночку Фред побоялся, пришлось уговаривать маму.

Синди перестала злиться на ребенка, но не могла понять что руководит сыном. При очередном визите к Винслерам, она осторожно завела эту тему.

Пока взрослые мягко интересовались намерениями и возможностями друг друга, дети на втором этаже даже обсуждали ту же тему.

- Не понимаю. - мотнул головой Нейт. - Зачем тебе понадобился этот феникс. Я до сих пор иногда вздрагиваю, когда мачеха идет на смену, а она идет в соседнюю с моей комнату!

- Отец дал тебе прочесть его письмо? - эльф кивнул. - Мне мама тоже дала. Он считает себя виноватым. Я пытался выкинуть все это из головы, но твой отец прав - он такая же жертва, как все, кто пострадал в тот день.

- Это и без нас есть кому до него донести.

- Ты не понимаешь. - уперся Фред. - У меня есть одноклассник-феникс и он всегда готов взять на себя вину за все на свете. Лавли говорит, что они все такие. А в нашем случае у него есть неисчерпаемый повод себя терзать. Я не могу допустить такого. Не могу внятно объяснить почему, но это очень важно.

- Да, я знаю как такое ощущается. Как будто магия куда-то тащит.

- Как зуд, - кивнул юный зооморф, - у меня пока не было блох, но ощущение, что они где-то внутри. К тому же представь как ему одиноко с этим жить.

Когда мальчишки спустились вниз, взрослые договорились до того, что Лавли свяжется с леди Барбарой в приличное для этого время и попробует уговорить разрешить навестить Фина.

***

Мэй с Тимом и Ритой сидели в засаде. Маркус засветился в храме Жиары в северном дистрикте Фаршипа - поступил вызов на горячую линию. Мэй смогла набиться чисто на том, что в момент получения ценной информации была рядом и от нее не смогли избавиться. Никто не верил, что даже если это действительно был Хейнс, его удастся поймать, но не отреагировать не могли.

- Мы его тут не дождемся, даже если ему зачем-то понадобился храм - это должен быть храм всех богов. - убежденно сообщила Мэй.

- Зачем ему храм всех богов?

- Я ориентируюсь на то, что произошло с Руби. Она перекачивала намного больше энергии, чем мы думали и чем может вместить середнячок типа Хейнса. Ресурс резерва не бесконечен, аура - не безгранична. - и замолчала.

- И? - через минуту недовольно поторопила Рита.

- И куда он девал столько магии? По накопителям рассовывал?

- Нет?

- Не думаю. Я думаю, он пытается сделать внешний, но связанный с его аурой запас магии стихий. И тем самым возвыситься до богов.

- А так можно?

- В метафизическом смысле - вполне. Соренар знает множество примеров, одна традиция Ареады чего стоит. Но нельзя родиться человеком и стать богом, такого не может даже магия. Только уподобиться.

- Мне это не объяснило зачем ему храм всех богов. - недовольно буркнула Милагресс.

- Ему нужна помощь в распределении такого объема магии - у храмовников есть подходящие техники. Обычно помогают тем, кто переборщил с раскачкой резерва и не может теперь справиться с силой, но в его случае тоже сработает.

- Откуда теория про бога? - поинтересовалась осторожно Рита.

- Он сам меня навел вопросами которые задавал. - так же осторожно и поглядывая на Тима ответила Мэй.

Когда рассказала о том, что он сам вышел на контакт в закрытой части магнета жениху, пришлось выдержать бурю. Самый мягкий эпитет, которым ее наградили - самонадеянная дура. С любым другим преступником, она бы согласилась. Сама отпинговала бы местоположение и сдала Тиму, не отвечая на «здравствуйте», но не с Маркусом. Во-первых, он не пигновался - она пыталась. Во-вторых, его надо ловить сразу со всеми наработками и наработки желательно на месте уничтожить - хотя бы самую опасную их часть. Рита так мрачно посмотрела в зеркало на Тима, что стало ясно: выволочка ожидает не Мэй.

- Поехали в ближайший храм всех богов? - предложил Тим.

- Тем более у нас там есть еще одно дело, - махнула рукой с кольцом, но без браслета девушка.

- Серьезно? - вытаращилась Рита.

- А зачем нам торжество, если есть Винслеры для этого? - невинно протянула Мэй, прекрасно знающая о том, что Лавли торжество тоже не хочет.

- Она не понимает, что нам устроит моя семья, если мы поженимся тайно. - хмыкнул Тим.

- Вы умрете в муках, - подтвердила Рита.

- Чего это «вы»? Мы! - рассмеялась Мэй. - Во-первых, у таинства должен быть свидетель, - сверкнула глазами в зеркало заднего вида, - во-вторых, у меня есть версия кары за тайное венчание. - дождалась заинтересованного молчания и выдала, - меня заставят готовить торжественный обед на всех в одиночку, и мы все умрем от моей еды.

С шутками и подначками доехали до ближайшего храма всех богов - он был в паре кварталов от места, откуда сообщили о том, что видели Хейнса.

В храме к ним почти сразу вышел главный храмовник, заинтересованный вопросами детективов.

- Вы видели этого человека или похожего на него? - Рита показала на коммуникаторе снимок Маркуса на момент ареста.

- Сегодня к нам приходил мальчик, который взял от природы больше, чем ему было предначертано, - степенно проговорил средобородый высокий храмовник, - но внешне он не похож на вашего преступника.

- Он приходил за помощью, так? - вклинилась Мэй.

- Да, ему нужно было отделить себя от запасов магии, которые он закрепил к ауре.

- У храма есть представления, чем может закончиться такой фортель? - несколько обеспокоенно спросила безопасница.

- Есть, но к сожалению, я не могу вам рассказать. Сделайте запрос в главный храм - полагаю мои братья не откажут хотя бы в общем ответе. Ничего хорошего, в том что задумал этот мальчик нет.

Почему-то все упорно зовут Хейнса мальчиком, хотя он был ровесником Тима и старше Мэй почти на шесть лет. Давно уже мужчина.

На этом храмовник посчитал свой долг помощи полиции выполненным и собрался сворачивать короткий разговор, но Мэй неожиданно вцепилась в рясу. Сама смутилась порыва, но все же задержала его.

- У нас к вам еще дело. - и глянула на Тима.

Спустя час они нервничали в комнатах для подготовки новобрачных. Мэй переодели в нежно голубое платье простого кроя и оставили простоволосой и босой. Тиму выдали костюм из брюк и рубашки яркого синего цвета, тоже босым. И если Мэй не нервничала совершенно, сердце Тима колотилось в груди так сильно, будто намеревалось покинуть хозяина. Он, конечно, знал, что будет нервничать, когда подойдет время жениться. Не ожидал, что будет гнать от себя мысли о побеге, но в целом буквально пару лет назад он вообще в храм не собирался, а тут…

Ему было понятно желание Мэй сохранить этот момент для них двоих, но было непривычно не ощущать за спиной поддержки семьи в такой важный, не сказать, исторический момент. Рита, глядя на него, посмеивалась и с удовольствием делала глотки из фляжки. Он за рулем - ему не положено, хотя могла бы и на себя забрать этот руль! Вечно ему припоминает, что он не дает ей быть водителем.

Наконец, за женихом и невестой пришли храмовники - женщина за Мэй, мужчина за Тимом.

Они прошли в главный зал, к алтарю, где дожидался главный храмовник. Он тоже сменил мантию с повседневной на праздничную золотую. На алтаре лежали кольца и браслет для Мэй - ее парни очень плотно поработали над артефактами.

- Вы обратились к богам за скреплением вашего союза перед их ликами, - начал речь храмовник, но его самым бесцеремонным образом прервали.

От алтаря поднялось золотистое сияние, окутавшее брачные украшения. Медленно облако накрыло стоящих перед алтарем Мэй и Тима, отрезая их от мира. На пару опустилось благословение Бутира, пахнуло океаном, послышался шум волн, накатывающихся на песчаный берег. Когда дымка развеялась у всех присутствующих оказался крайне благостный вид.

На руках новобрачных сияли золотые кольца, а пара Мэй оказалась связана между собой тонкими звеньями магии, едва заметно поблескивающих в свете артефактов на стенах.

- Никогда не видел благословение вживую. - тихо проговорил главный храмовник. - Но это не отменяет того, что вы должны подтвердить свои намерения. Полагаю, официальную часть мы теперь можем пропустить? - молодожены одновременно кивнули. - Тим Нолан, согласен ли ты взять эту женщину в жены, заботиться о ней и оберегать от невзгод до конца твоих дней?

- Согласен и клянусь быть для тебя опорой и защитой, когда это требуется и надежным спутником всегда. - Тим взял чуть дрогнувшую ручку Мэй в свою.

- Мэй, эээ, - служитель вопросительно глянул на нее, но она мотнула головой, мол нет фамилии, - Мэй, согласна ли ты взять этого мужчину в мужья, поддерживать и заботиться о нем до конца твоих дней?

- Согласна и клянусь быть для тебя надежной опорой и верной спутницей всегда. - уже увереннее взяла вторую руку в свою.

В серых глазах искрилась буря эмоций и находила отражение в синих напротив. Всем храмовым служителям было видно происходящее чудо: между молодоженами уверенно протянулась связь, свойственная родственным душам, нашедшим друг друга на Мострале.

- Леди Милагресс, прошу выступить свидетелем добровольности заключаемого союза, - пригласил главный служитель.

- Подтверждаю своим именем, - церемонно пробасила Рита и тут же крохотная искорка добавила благословение, направленное через свою дочь от матери ее ветви рода - тонкая темная кайма на кольцах.

- Объявляю союз заключенным. Вы вошли под сень храма как свободные люди, а выходите отсюда как чета Нолан! Да благословят вас боги в долгих летах! - прогремел голос обвенчавшего их главного служителя небольшого храма всех богов.

Руки молодых сжали друг друга крепче. На лице мужчины играла такая шальная улыбка, что становилось ясно: в ближайшие несколько дней работа - последнее, что его интересует.

Спустя несколько часов, когда искрящая радость от смены статуса немного поутихла, Мэй сообразила, что теперь нужно всем об этом рассказать. И смалодушничала. Пока Тим был в душе, сделала снимок своей руки с золотой парой на ней, сменила отсутствующую фамилию в социальных сетях на «Нолан», поменяла скрытый до этого статус на «Замужем» и выложила новый пост со сделанным снимком. А потом отключила коммуникатор. Профили Тима в соцсетях и до того не был хоть как-то наполнен - не его эта история, так что он если и узнает про ее небольшую шалость, то от кого-то из общих друзей, когда включит коммуникатор. А она его выключила. Будет надо - Рита знает, где их искать.

Вечером в крыссовете:

«Поверить не могу, что она свалила замуж без нас в свидетелях!», - возмущался Митч.

«Не переживай, у нас есть моя свадьба, чтобы отыграться», - хихикала над возмущениями Лавли.

«Только попробуй сделать так же!» - быстро отбил ответ Митч и отложил коммуникатор. Ему следовало поспешить на свидание.