Охотница душ

Чтобы пройти через импровизированный свод, пришлось залезть в воду. Больные пальцы за это спасибо не сказали. Острая, ломящая боль тут же пронизала ногу и часть туловища.

-Будь проклята темнота подземелий и та лестница со всеми ее создателями! – не выдержала и выругалась вслух.

Сжала зубы, чтобы не завыть. Какие-то два пальца, а столько мучений. Надо сказать, выглядели они совсем паршиво. Отекшие и сине-бордового цвета. Мало того, половина ступни тоже опухла. Это же какая должна быть обувь, чтобы нога в нее полезла? Если так будет продолжаться и дальше, то боюсь, мне понадобится только одна из пары.

Кое-как преодолев десять футов толщины стены, выбралась на другую сторону. Упала на берег, тяжело дыша и стараясь справиться с медленно утихающей острой болью. Закрыла глаза, восстанавливая дыхание. Лежала, раскинув руки в стороны. Стена давала тень, даря легкую прохладу, да и глаза отдыхали от чрезмерного напряжения. Нескончаемые белые просторы очень утомляют.

Внезапно что-то коснулось ладони, я тут же ее отдернула, шарахнувшись в сторону. Неужели это странное, одноглазое существо не отпустило меня, а лишь решило поиграть? И теперь ее творения вновь добрались до меня? Я вся напряглась, приготовившись к нападению и лихорадочно осматривая почву вокруг.

Лишь спустя мгновенье поняла, что никто и не думал нападать. Большой жук, кажется, испугался не меньше моего и стремительно покидал место нашего столкновения. И песок – он был обычного цвета. Да и трава с мелким кустарником чувствовали себя здесь отлично. От боли я и не заметила, что бесплодная пустошь осталась по ту сторону стены. Неужели, этот ужас закончился! Больше не надо каждую секунду ожидать нападения и ощущать мурашки по коже от пристального наблюдения невидимого белого глаза.

Вдалеке виднелся лесок. Перед ним свободное пространство с пятнами растительности. У самой кромки моря было какое-то движение. Долго раздумывала, стоит ли туда идти. Неизвестно, кто еще может попасться на пути и какие у него здесь дела. Но другого намека на что-то живое нигде не наблюдалось.

Решила все же себя немного обезопасить. Выбрала не прямое направление, а немного по дуге, перебираясь от кустарника к кустарнику. Растения выглядели жидковато, но все лучше, чем идти напролом у всех на виду.

Наверняка моей походке завидовали все местные крабы. Грациозно перебираться от укрытия к укрытию у меня совсем не выходило.

Остановилась в пятидесяти ярдах. Двое мужчин в закатанных по колено штанах и с голыми торсами что-то неспешно сгружали из лодки в телегу. Рядом, привязанный к колышку, безмятежно жевал траву осел.

На вид им было лет сорок или пятьдесят. Поджарые, жилистые, с плоскими шапочками на лысых макушках. Черная, длинная борода одного из них, маслянисто переливалась на солнце. У другого на спине красовалась большая татуировка, но рисунок с моего укрытия оказалось невозможно разглядеть. Вид у них был плутовской. И грузили они явно не выловленную рыбу. Но несмотря на это, чувствовали себя весьма спокойно. Видимо, люди здесь такая же редкость, как и солнце в звездную ночь. Оно и понятно – совсем под боком одноглазая старуха со своими подопечными. Это послужило мне на руку, и я осталась не замеченной.

Можно дождаться, когда они закончат и уберутся подальше, а потом уже идти по их следам. На какое-нибудь селение они должны вывести.

Но до него надо еще дойти, а вот с этим проблемы. Жажда, усталость, схватка с песчаными жителями – все это порядком вымотало меня, не говоря уже об ушибленных пальцах. Дорога займет очень много времени и высосет остатки сил. Скорее всего, они закончатся даже раньше. А у этих контрабандистов есть телега.

Выйдя из укрытия, неспешно двинулась в их сторону. Сначала все шло спокойно. Подельники, не замечали меня. Они прервали работу и сидели, раскуривая трубки, о чем-то разговаривая. Внезапно один из них, тот, что с татуировкой, вскочил и ошалело бросился наутек.

-Это она! Она!..– вопил он, позабыв про товарища. Испуганный осел взбрыкнул и закричал, тряся головой.

Второй дернулся от неожиданности, вертя головой и пытаясь понять причину поведения компаньона. Увидев меня, попятился, и споткнувшись о ящик, упал назад, но через пару мгновений уже стоял на ногах.

-Светлоликая, защити! – трясущимися руками он держал арбалет, направленный на меня, – сгинь, служка Разрушителя.

– У меня ничего нет, – остановилась и выставила пустые ладони перед собой, показывая безоружность, – я потерялась.

– Не бреши, тварь! Не стану жратвой для твоих выкормышей! – его грубый, хриплый голос исказила паника.

– Я не причиню…

Досказать не успела. Арбалет щелкнул и болт стремительно взвизгнув, пролетел у самого уха, не задев меня. Как же я рада, что с меткостью у этого нервного бородача большие проблемы.

Ужас исказил лицо контрабандиста. Он бросился искать второй болт.

– Я обычная девушка. Мне нужна помощь, – я поспешила приблизиться, давая ему возможность разглядеть меня получше, краем глаза отмечая, что до ближайших кустов ярда три. Очень кстати. На что я рассчитываю? Кажется, рассудок бородатого его покинул.

Тем временем, бедное животное, понимая, что творится что-то неладное, истошно вопило и пыталось освободиться от веревки. Я с надеждой бросила взгляд на колышек, который все еще стойко торчал из-под земли. Если осел вырвется, то весь этот риск напрасен.

– Меня не нагреешь, отродье Чистилища! – мужчина лихорадочно заряжал оружие.

Поняв, что сейчас последует второй выстрел, прыгнула в укрытие. Не хотелось проверять свою удачливость и его меткость во второй раз.

По звуку щелчка поняла, что контрабандист выстрелил, но я уже была защищена буйной зеленью. Для надежности, заползла поглубже в заросли.

– Чтоб ты сгинула, – зло бросил мне вслед стрелявший.

Сквозь растительность было прекрасно видно, как мужчина в третий раз зарядил оружие, и, было направился в мою сторону, но развернулся и принялся что-то искать.

Вскоре, он нашел искомое, и мне это совсем не понравилось. Контрабандист держал в одной руке арбалет, а в другой огромный нож, длиной добрых два фута.

-Ну что, отродье Разрушителя, пришел твой конец, – лицо его было наполнено решительностью и праведным гневом.

Осел наконец-то освободился и с победным криком дал деру, забрав с собой мои надежды. Вот неуемное животное!

-Господин, пожалуйста, не стреляйте! – я старалась кричать как можно жалобнее. Может, хоть это заставит его задуматься. Иначе, еще чуть-чуть и моим злоключениям придет конец.

Он что-то бормотал себе под нос и неотвратимо приближался. Неужели, я его так сильно напугала, что он помешался рассудком? С чего он вдруг решил, что я какое-то чудовище?

-Сами подумайте, стала бы я прятаться, если хотела бы вам навредить.

Мужчина остановился. Кажется, мои слова заставили его задуматься.

– Не дурачь меня! Я отрежу твой шакалий язык! – он вновь двинулся к моему укрытию. Упертый.

-Я ранена и мне нужна помощь! – Что делать? Надо срочно что-нибудь придумать! И что меня тянет к неприятностям? Как на зло, даже палки подходящей нет, чтобы хоть как-то отбиться.

Бородач уже добрался до зарослей и теперь пробирался через ветки.

Все, это конец. Надеюсь, он убьет меня сразу. Не хочу мучаться.

Я ползла, хоть как-то отдаляя неминуемую смерть. Пахло корой ивняка и плесенью. Глаза шарили вокруг, выискивая возможность защититься.

Руки разгребали перед собой сухие ветки и прошлогоднюю листву. Почему она белая? Кожа рук. Я даже обернулась, чтобы посмотреть на ноги, однако протискиваться вперед не прекратила. Они тоже оказались белые. Контрабандист был уже совсем рядом. Кажется, его уже ничто не остановит. Он неистово пробирался вперед, как охотничий пес, почуявший дичь.

Неудивительно, что меня приняли за выходца из Чистилища. По всей видимости, после соприкосновения со слугами старухи, кожа окрасилась. А если еще взять в расчет, что на мне белое изодранное платье и непонятно что на голове, то все сразу становится на свои места.

Внезапно, заросли кончились. Я вывалилась из кустов на чистый песок. Мужчина шагнул вслед за мной, целясь.

-Пожалуйста, не надо! – я стащила тюрбан с головы, волосы рассыпались на плечи. Выставила руку вперед, зажмурившись в ожидании, когда болт проткнет мое тело.

-Кто будешь? – спустя несколько мгновений сурово рявкнул хриплый бас.

Удара не последовало, и я осторожно открыла глаза. Нападавший стоял, направив арбалет мне в грудь и держа нож наготове. Однако, прежней ненависти в глазах не было. Дружелюбия тоже не наблюдалось, лишь суровая настороженность.

-Я потерялась, – ну что еще ответить, если даже сама не знаю, кто я.

-Не двигайся! – прикрикнул мужчина, когда я хотела поменять неудобную позу и сесть. – Отвечай! Кто ты?

– Я не помню. Очнулась здесь утром, – внимательно следила за его реакцией. Не очень-то он мне поверил. Его строгие глаза с прищуром осматривали меня, в поисках опасности.

– Ты оттудова пришла? – он бросил взгляд в сторону стены.

И что ему сказать? Если скажу как есть, какова вероятность быть проткнутой? А если совру, то как объяснить такой странный внешний вид?

-Пришла в себя под стеной и перебралась сюда.

-А с ногой чаво?

-Не знаю, так уже было.

Бородач насупился, тяжело дыша и ,видимо раздумывая, как поступить.

-Иди, умойся, – наконец произнес он, однако оружие убирать не спешил.

Я кое-как встала и поплелась к воде под пристальным взглядом серо-голубых глаз. Ногу сводило от боли, но мой новый знакомый не торопился помогать.

Белый налет отмыть оказалось не так-то просто. Пришлось тереть песком. Так дело пошло гораздо быстрее и в скором времени моя кожа приобрела обычный цвет.

-Давай теперь рассказывай, что нужно то?

-Мне нужно попасть в какой-нибудь город или деревню.

-Зачем эт? У тебя ж с головой, того, беда.

– Может кто-то узнает меня, – я пожала плечами, – и ногу вылечить нужно.

Контрабандист кивнул, признав логичность ответа. Он опустил оружие и разрядил арбалет. Повесил нож на ремень и подошел ближе.

-Обопрись на меня, – он подставил плечо, поддерживая свободной рукой.

Грен, так оказалось звали бородача, перекладывал оставшиеся ящики в телегу, пока я сидела на песке. Он отдал мне все имеющиеся у него запасы питьевой воды. А именно несколько глотков, но я и эти крохи с благодарностью проглотила. От предложения выпить чего покрепче из видавшей виды фляги, отказалась. Он пожал плечами и не стал настаивать.

-А что там, за стеной? – я решила, что раз уж не получилось в полной мере утолить жажду, то хотя бы любопытство удовлетворю.

-Эт ты мне скажи, – Грен поставил ящик на песок и распрямился, разминаясь, – так-то никто оттудова не возвращается.

-Я видела только белый песок, – пожала плечами, с ужасом вспоминая ползающие шустрые руки.

-Видно насолила ты кому-то. Раз в море костей тя выкинули. А то что выжила, Светлоликая подсобила, не иначе.

-А почему именно море костей?

-Ну ты даешь! Этож все знают! А… ну ты ж этого, не помнишь ничаво, – контрабандист с энтузиазмом почесал затылок, достал трубку и уселся на ящик.

– Ну так, эт давно было. Годков пятьсот назад. Поход во славу Светлоликой против староверцев, что не так веру истолковывали и не правильно молились Создателю. Святому Дарию сама Светлоликая сказала, как надо. Вот прям так рядом-то и появилась, как ты сейчас сидишь. Он народу-то и объяснил что да как, а кто несогласный был, того они на ту пустошь и загнали. Бой, говорят, сильный был. Искры летели во все стороны, и светло было как днем, хоть ночь стояла долгая. Эти староверцы-то, чтоб силу заполучить, к Разрушителю переметнулись, собаки паршивые. Шаманство творили, отродьи Чистилища!

Мужчина плюнул в сторону от досады, и закинув ногу на ногу, продолжил.

-А нашим-то Создатель помогал и Светлоликая благоволила. Всех до одного, служек Разрушителя, войско Дария положило. Ничаво от них не осталось, лишь паршивый пепел. Так им и надо, нечего с врагом человеческим связываться! Когда утро настало, то увидели, что место это белым-пребелым от сожженых-то костей стало. Прямо до старой стены. Проклятым оно стало из-за сотворенного шаманства.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Значит, все же не по песку я расхаживала, а по праху. Сколько же человек было сожжено? Неудивительно, что там ничего не растет.

– Если человек ступал туда, то жизнь из него сосала пустошь проклятая. И тварь завелась, из самого Чистилища выползла. Эт ее проклятое шаманство приманило. Матерью Костей прозвали ее. И с той поры обходят места эти кружным путем.

-А Матерью Костей потому что среди праха живет?

– Прах для нее этот, что вода для нас. Питает и сил прибавляет. Она из него чудищ лепит – слуг бессмертных. Я Сам не видел, но говорят, раньше были дурни, что совсем близко подходили. Были и еще большие дурни, кто в пепел совался на спор. Да только кто костей сожженных коснется, тому только одна дорога. В Чистилище!

Теперь понятно, с кем я повстречалась на пустоши. Только совсем не понятно, почему Мать Костей отпустила меня. Ведь по словам Грена, кто в руки к ней попал, тот не жилец.

-Я когда тебя увидал, решил, что Мать Костей по мою душу приползла, – бородач вытряхнул использованный табак и убрал трубку в карман лежащей на телеге куртки.

Да уж, хорошо что он все же открыл глаза и наконец рассмотрел, кто перед ним.

– Если боишься, почему находишься так близко от стены?

-Ну так тихо здесь, как в кладовой твоей бабушки. Да и глаз лишних нет. Никакая шваль под ногами не путается. Сначала конечно боялся по молодости, ну а как понял, что никто перебираться через стену не торопится, успокоился.

Мой желудок протяжно заурчал, требуя пищи. Грен многозначительно ухмыльнулся и закинул в телегу последний ящик.

-Пойду поищу Шустрова. Он у меня, что твой пес, дрессированный, – мужчина довольно улыбнулся, – далеко не убежит.

Он повернулся к кромке леса, призывно свистя ослу.

– Бер наверняка уже вылакал все пойло в Удачливом Псе и растрезвонил, что меня сожрала Мать Костей. Трусливый сын шакала! – бросил он про своего подельника, уже уходя искать осла.