Любовь вопреки

Глава 1. Напитки для эльфов

Лес Лаурелин, который начинался сразу после городского кладбища, принадлежал эльфам. Поселились они в нем, давно. Все знали, что за проход по их территории нужно платить. В воскресный день эльфов можно было встретить в городке Гримдорф на ярмарке. Они обменивали прекрасные вещи, созданные ими, а также продавали дары леса.

Авиенна возвращалась из города в лес, сегодня, одна. Проходя мимо кладбища, она глянула на дом колдуна. В сумерках это место смотрелось жутко. Сейчас же, при свете дня, дом выглядел заброшенным и печальным. В полураскрытую дверь был виден силуэт высокого мужчины. Она отвела взгляд и ускорила шаг.

– Эльфийка, заходи на чашку чая.

Он обернулся, спускаясь по лестнице. Посмотрел на странное создание, идущее по лестнице за ним и продолжил.

– Даже не обернулась, не любит чай. Запиши, эльфам предлагать самогон.

– Записал. А может не самогон, а ещё что.

– Что?

– Ну, сок берёзовый или морковный.

– Да, запиши, выяснить, что пьют эльфы.

– Записал. А зачем?

– Тебе какое дело? Ты записывай.

– Пишу, пишу. – Ворчал чудик, теряя по пути бумажки.

Слуга у колдуна был странным, и выглядел необычно. Таким он был, потому что Феликс сделал его сам. Однажды к нему в руки попал кусок мозга учёного. Чтобы он не испортился, Феликс схватил то, что было под рукой в тот момент. А под рукой были тушки лесных животных, которых принёс недавно егерь. Существо получилось мохнатым и звероподобным, но разумным.

– Мне сходить к эльфам и спросить?

– Они нашпигуют тебя стрелами, к себе они никого не пускают.

– А как тогда выяснить, что они пьют?

Тупые вопросы бесят всех, особенно колдунов.

– Возьми все виды напитков, поставь на лоток торговца, встань на опушке и ори во всю глотку: «Кому винишко и бухлишко, сок и кофеёк»

– Понял.

Глаза зверька смотрели с огромным доверием и лучились энтузиазмом.

– Это был мозг лучшего математика в стране, как ты получился таким…?

– Не знаю. Так я пошёл?

– Куда?

– На опушку.

– Да, ступай уже.

Феликс остался сидеть в своём мрачном кабинете, заросшем паутиной.

– Кстати про бухлишко.

Он выдвинул ящик стола, там была бутыль портвейна, её он и достал. Выпивая, он пытался подсчитывать, сколько получилось заработать на кадаврах на этой неделе. Но мысли путались, фигура эльфийки так и вставала перед глазами.

Темный маг Феликс не был злым, но и добрым его бы никто не назвал. Его называли темным волшебником. Тем не менее к нему шли. Заказывали себе бесплатных слуг.

Зарабатывать на жизнь Феликс умел. По ночам он выкапывал трупы, перекраивал их, перешивал, переклеивал, создавая кадавров. Никто не против бесплатной рабочей силы. Все хотят работника, который не ест, не пьет, не спит и не умирает, и потому заказов у него всегда было с избытком.

Авиенна, улыбаясь своим мыслям, уже подходила к лесу, когда увидела ярмарочную палатку на развилке гномьей дороги. От шатра палатки несло магией, эльфы это сразу чуют. Но напитки, предлагаемые странным пушистым существом были настоящие. Конечно, это не эльфийский муривор, но медовый напиток издавал божественный аромат. Вокруг уже толпились эльфы, возвращающиеся домой.

– Специальная акция для эльфов, – орал уродец. – Подходи и пей бесплатно, хочешь вино, а хочешь берёзовый сок.

Рядом с ним стоял Глорифандель, страж границ леса.

– Где гарантия, что ты не сыпанул туда мышьяка?

– А зачем? Я сам их пью.

– Тогда наливай себе сухого вина.

Чудик отпил по царски, страж границ забрал у него бутыль и тоже знатно приложился.

Теперь к нему потянулись эльфы. Пушистик только и успевал разливать напитки, на которые ему указывали. Авиенна остановилась и разглядывала суетящееся за прилавком существо. После каждого бокала он что-то записывал себе на листочек и складывал в мешочек дары от эльфов. Он не догадался назначить цену напитков, ведь поставленная перед ним цель была другой, но от благодарности не отказывался. Каждую вещичку он с удивлением рассматривал и прятал.

– Мне медовый напиток. Кто ты, милое создание?

– Салти, – нараспев сказал пушистик и уставился на эльфийку протягивая ей бокал с напитком, – Салтагор.

– Вкусненько. А скажи, зачем ты здесь, с этими напитками?

– Нельзя, это секретный секрет.

– То есть тебя сюда прислали и запретили раскрывать цель, этой хмм, акции?

– Так точно, мастер не разрешил.

– Какой скрытный мастер.

– Да, мастер Феликс себе на уме.

– И не жалко ему раздавать свой винный погреб?

– Ну, он всегда говорит, что выяснить нечто важное нельзя без затрат.

– Да уж, но ты так и не выяснил, сколько эльфов в волшебном лесу.

– Нет конечно, зато узнал, что они любят пить, вот что важно.

– Очень важно. – Авиенна едва держалась, чтобы не хохотать.

– Да, эльфийка не захотела зайти на чай, и вот хозяин решил выяснить, что пьют эльфы.

– Разве спросить не легче?

– Не, мастер сказал, что вы утыкаете меня стрелами.

– Вполне возможно, если вторгнешься в наш лес. Но я тебе дам вот этот браслет, с ним, тебя пропустит даже суровый Глорифандель.

Тот подошёл поближе, допивая вино.

– Ты что выдаёшь чужакам пропускные браслеты? Зачем?

– Как не выдать такому красавчику?

Страж леса удивлённо посмотрел на страшненького зверька.

– От него разит чёрной, человеческой магией. И он, явно кадавр.

– Но он живой, а жизнь священна.

– И даже жизнь людей?

– Нет, людей нет.

– А гоблинов?

– Фу блин, конечно, гоблинов тоже нет.

– Вот, так уточняй, кроме людей и гоблинов.

– Хорошо, жизнь священна кроме людей и гоблинов. Эй, ты что записываешь наши слова?

– «… кроме людей и гоблинов» Что? Конечно нет.

– Он похож на шпиона. Я бы его пристрелил.

– Кто же платит за угощение так? Так нельзя, в следующий раз пристрелишь.

– Таак, ты разберешься до конца дня в своих записях?! И скажи мне, Салти, почему ее вещь ты положил вместе с остальными?!

– Потому что она её подарила мне, чтобы я мог гулять по их лесу.

– Вот дурень, этот Глориф тебя нашпигует стрелами.

Салти торопливо копошился в мешке с дарами эльфов. Вздыхая и охая он принюхивался к каждой вещи и качал головой. Феликс пытался сохранить спокойствие, хотя его очень разволновал тот факт, что эльфийка пила медовый напиток и что-то дала существу. Ее энергия, ее аура. Он бы мог это считать, но это безмозглое существо смешало все предметы и потеряло половину записок.

Утром Салти, стараясь ступать как можно тише, подошел к столу мага и пальчиками взял браслет. Покрутил его в лапках и надел на заднюю. Браслет завибрировал и зверек уже хотел вытащить лапку обратно, но браслет щелкнул и, уменьшившись в размерах, прочно закрепился, мигнув сиянием лунного камня.

Салти потряс лапкой, но ничего не произошло. Эльфийский браслет лишь поблескивал камнем. Зверек вздохнул и побрел по песчаной дороге к Лаурелину. На развилке гномьей дороги он осмотрелся и шагнул в траву. Все, он был на территории эльфов. Раздвигая лапками высокие цветы он шел вперед.

– А вот и… хм, пушистик.

Раздался над ним веселый голос Авиенны. Она разглядывала прилизанного, мокрого от утренней росы зверька. Тот увидел, что его рассматривают, и начал оправдываться.

– Это я в лужу упал, как высохну потом, всегда такой.

– Пойдём, чудик.

Салти выпрямился от гордости и зашагал вслед за эльфийкой. Он с опаской поглядывал на воинов, проходящих мимо них, с луками и стрелами. С интересом смотрел на детей, что бегали наперегонки с бабочками, и на старейшин, что степенно беседовали в тени платанов.

– Я собиралась варить напиток из меда, но раз ты у меня сегодня гость, я покатаю тебя на лодке.

– На настоящей эльфийской лодке?

– На настоящей эльфийской лодке, по настоящему эльфийскому озеру.

Авиенна привела его к берегу озера, где стояли лодки из коры березы. Легкие магические суда. Она помогла забраться Салти и села сама. Лодка сама заскользила по глади озера.

Салти крутил головой, рассматривая все вокруг. На другом берегу все холмы заросли цветущим кустарником, цапля ловила лягушек в камышах. Цветки на кустарнике были бордового цвета с серебристыми краями, а бутоны серебристо-серой окраски. Отчего весь берег был как в волшебной дымке, над которой жужжали пчелы.

– Что это, – зачарованно прошептал Салти.

– Где? А, это. Это Кальмия и дикие пчелы.

– Медку наберём?

– Если хочешь разбухнуть и стать мохнатым шаром, то вперёд.

– Может пугануть их дымом? Я так делаю когда ворую мёд у пасечника.

– Лучше расскажи про своего колдуна, – перевела разговор в нужное русло Авиенна.

– О, он очень смешной и добрый. Постоянно шутит, особенно, когда мы выкапываем трупы и пилим их на части.

– Что вы делаете? А горожане не приходят к вам, с вилами и факелами?

– С чего бы? Они сами покупают у нас кадавров.

– Фуу, а зачем?

– Один раз заплатил и слуга будет работать вечно. Не спит и не ест, платить не нужно.

– Ради этого люди терпят вонь?

– Да откуда вонь-то? У нас куча алхимии, кадавры вообще не разлагаются. Можно даже сделать так, чтобы от него несло лавандой.

– Лавандой. Даа, весело живёте. А что ты ешь? У меня есть фрукты.

– Я вообще всё могу есть, как-то съел ежа, прям с колючками.

– Зачем?

– Поспорил с Грегором.

– А, я его знаю. Это жмот, который всё время пытается обобрать Глорифанделя.

– Феликс говорит, что он честный.

– Ну, значит он только эльфов ненавидит, виддист поганый. Ладно, пойдем, я покажу тебе жилище эльфов.

Салти рассматривал дома на деревьях, скрытые густой листвой. Они казались маленькими и совсем неприметными, но когда он вошел за эльфийкой, был поражен тому, что он увидел внутри: высоте потолков, зеленым ветвям, так живописно вписавшимся в интерьер эльфийской мебели. Наевшись фруктов, он слушал истории Авиенны.

– И тогда Глорифандель прибил гоблина гвоздями к бревну, которое тот срубил в священном лесу и бросил в реку. И табличку написал, что так будет со всеми, кто рубит деревья в священном лесу.

– И что с ним было потом?

– Он плыл на бревне до самого моря, а птицы объедали с него мясцо живьём. Чему учит нас эта история?

– Тому, что от Глорифанделя стоит держаться подальше.

– Нет, балбес, что нельзя рубить тут деревья.

– Отличная история, ещё есть?