Битва Богов

– Что мы можем сделать? – спросил старик, тот самый, что говорил вчера. – Мы не воины.

– Сегодня станете.

Эйдан подошел к мосту и положил руку на стальные перила. Металл отозвался теплом. Он чувствовал каждую молекулу, каждую примесь углерода в этом сплаве. Он мог придать стали любую форму.

– Подходите по одному, – сказал он. – И говорите, что умеете лучше всего.

Первым подошел кузнец. Вернее, человек, который называл себя кузнецом – сломанный старик с одной рукой. Он подковывал лошадей в деревне до того, как Жнецы забрали его левую руку (она оказалась на сантиметр длиннее правой – брак).

– Я умел ковать, – сказал он, пряча культю. – Теперь нечем.

– Неважно, – Эйдан взял его за плечо. – Закрой глаза. Вспомни, как ты держал молот. Как бил по металлу. Как чувствовал ритм.

Старик закрыл глаза. Эйдан сосредоточился. Сила Вериана потекла из него в кузнеца, тонкой струйкой, как расплавленный металл по желобу.

Старик дернулся. Его глаза распахнулись, в них плескался ужас пополам с восторгом.

– Что ты со мной сделал?

– Посмотри на свою руку.

Культя светилась. Медленно, прямо на глазах, из нее начал прорастать металл. Не плоть – чистая сталь, формирующаяся в подобие кисти, пальцев, суставов.

– Это временно, – предупредил Эйдан. – Пока я рядом. Но научу тебя делать это самому.