Тени Ривьендоа

В дом пустили только его и двух стражников. Воздух внутри казался спёртым и сладковато-медным. Тёмные пятна на полу в сенях и на половице в спальне будто кричали о случившемся.

Допрос был коротким и формальным. Старший стражник, мужчина со шрамом на щеке, задавал вопросы, пока младший осматривал комнату.

— Расскажи, как было.

Талон, запинаясь, повторил свою историю. «Проснулся от шума, увидел незнакомцев, Мира бросилась защищать, я бежал». Голос его дрожал, и в этой дрожи была искренность — не перед стражами, а перед самим собой.

— Ссорились с кем? Были враги? Кто-то угрожал? — сыпались вопросы.

«Рейн. Хогар. "Когти"», — стучало в висках. Талон сглотнул и покачал головой, опустив взгляд.

— Нет. Всегда жили тихо. Отец был строг, но справедлив. Ни с кем не враждовали.

Вантор чувствовал, как ложь обволакивает его, словно смола. Каждое слово давалось с трудом. Но страх был сильнее. Страх, что его самого объявят соучастником. Ведь он знал и молчал. Даже получил за это золото.

Выйдя на улицу, он стоял, опустив голову. Чувствовал, как на него смотрят. Взгляды были разными: жалость, любопытство. Командир стражи, мужчина с грозным лицом и цепким взглядом, поднял руку, призывая к тишине.