Avein Eidira. Мир проклятой магии. Первый хранитель

Глава 3. Эхо крови.

21 сентября 7520 года эры "Изначальной магии".

6:28.

В катакомбах стояла тишина. Нас обволакивал густой мрак, и лишь слабый свет факелов разрывал эту темноту. Шаги гулко отдавались в каменных сводах, а тени плясали на стенах, создавая ощущение присутствия чего-то древнего и зловещего. Я шел рядом с длинноухой, не сводя с нее взгляда, наблюдая, как ее обнаженное тело дрожит под всполохами магического света. Ее руки, связанные за спиной холщовой веревкой, которую я уверенно держал в руке, создавали ощущение ее беззащитности и подчинения передо мной. Мои выжженные руны танцевали на ее спине, неся магическую силу, принуждающую подчиниться моей воле.

Письмена силы… рунная вязь — переплетение мистических нитей, выжженных вдоль позвоночника так, чтобы Од не просто прошивал кожу и кости, а цеплял суть: личность… или то, что в моём прошлом мире называли бы душой. Она держала её изнутри — за нервы, за дыхание, за само желание воспротивиться мне. Стоило ей лишь подумать о сопротивлении — и по спине проходила искажённая энергия, холодная, чужая, как тень Ирия, будто само мироздание шептало: не вздумай.

И самое поганое — я знал это слишком уверенно. Не «понял»… вспомнил. Пальцы когда-то легли на нужные линии без ошибок, словно делали так уже не первый раз. На миг внутри меня шевельнулось сухое удовлетворение — и тут же исчезло.

Это доставляло мне странное, почти первобытное удовольствие.

Пламя факелов плясало по стенам, отбрасывая тени, которые словно оживали в мрачном танце. Иллюзия игры света и тьмы наполняла коридоры зловещей атмосферой. Каждый ее шаг подчеркивал ритм этого мрачного танца, а ее прерывистое дыхание становилось аккомпанементом к этой причудливой мелодии. Её пышная грудь, подчёркнутая светом факелов, плавно поднималась с каждым вдохом, невольно притягивая взгляд, словно являя собой нечто хрупкое и в то же время вызывающее магическое влечение. Я ощущал, как магия, бурлящая во мне, словно отзывалась на этот ритм, усиливая мое чувство контроля и власти.

Руны на её коже пульсировали, отдаваясь резонансом в её теле. Каждый импульс казался тяжёлым, словно по её спине пробегали волны невидимой силы, оставляя ощущение тяжести и судорожного напряжения в мышцах. Магия проникала в каждый нерв, отзываясь не вспышками света, а болезненным покалыванием и тягучим ощущением холода. Казалось, что магическая энергия ищет любую трещину в её воле, чтобы прорваться и закрепить своё влияние. Этот свет отражал противостояние её души и магии рун, которые впитали частичку моей воли и теперь стремились утвердить своё господство над её сознанием. Это была схватка воли и силы, в которой не оставалось места для компромиссов. Их неистовая сила пронзила ее позвоночник, заставив выгнуться от боли и едва удержаться на ногах. Она дрожала и, наконец, опустилась на колени. Её дыхание сбивалось, превращаясь в короткие и прерывистые вдохи, а пальцы скользили по холодному камню, пытаясь найти опору.

Я остановился и посмотрел на нее сверху вниз. Этот процесс казался почти ритуальным, древним, а ее прерывистое дыхание и дрожь усиливали ощущение контроля над ее судьбой.

- Ты знаешь, почему ты еще жива? - мой голос прозвучал низко и хрипло.

Она ничего не ответила. Лишь сжала губы, ее чувства метались между ненавистью и страхом.

Я медленно подошел к ней вплотную и провел рукой по ее спине, чувствуя, как руны начинают пульсировать под моими пальцами. Я знал, что это причиняет ей боль, но мне было все равно.

- Ты думаешь, что можешь не подчиняться? - мой голос звучал холодно и жестко. Я видел в её глазах страх, смешанный с отчаянием, и ловил себя на мысли, что этот страх питает моё чувство контроля. Но одновременно с этим, где-то на краю сознания, возникал вопрос: как далеко я готов зайти, чтобы удержать этот контроль? Сила, что бурлила во мне, напоминала о себе - она манила и требовала, и я понимал, что однажды мне придётся заплатить за эту власть.

- Это не я причинил тебе боль. Это сами руны ответили на твою дерзость.

Она дёрнулась, но не издала ни звука. Упрямство всегда было мне по душе.

- Ты связана со мной. Каждый раз, когда ты захочешь воспротивиться, эти руны напомнят тебе, что боль - это цена за дерзость. Ты будешь чувствовать мое присутствие и понимать, что я наблюдаю за тобой. Каждое твое действие будет сопровождаться этим знанием.

Ее колени подогнулись, и она, тяжело дыша, рухнула на пол. Руны продолжали светиться, но боль начала утихать. Я смотрел на нее сверху вниз, наслаждаясь этим зрелищем.

- Почему? - наконец спросила она дрожащим голосом.

- Потому что я могу, - ответил я сдержанно. - Ты осталась жива, потому что можешь быть полезной. Но не обольщайся. Любое твое желание воспротивиться мне встретит такой же ответ, как и сейчас.

Тишина катакомб усиливалась, каждое эхо шагов словно растворялось в густом воздухе. Внезапно раздался слабый скрежет, словно кто-то пытался осторожно передвинуть камень, за ним последовали звуки приближающихся шагов, прерывая это нависшее безмолвие. Доброслав догнал меня, прихрамывая и тяжело опираясь на плечо девушки которую, как выяснилось, звали Анастасией. Он украдкой бросал взгляды на эльфийку, при этом слегка отстраняясь от неё, как будто опасался неожиданного удара. Его напряжённость была заметна в каждом движении - сжатые губы и нервные жесты выдавали внутреннее беспокойство. Он выглядел измученным, но его взгляд оставался сосредоточенным.

- Закончил играть в палача? - спросил он, устало скользнув взглядом по длинноухой. - Нам нужно двигаться дальше.

Анастасия шла молча, поддерживая Доброслава. Ее глаза были настороженными, но время от времени она бросала короткие взгляды на меня и эльфийку.

- Почти, - кивнул я, снова обернувшись к эльфийке. Достав трофейный нож, одним резким движением разрезал веревки, освобождая ее от пут. Разрубив последние узы пленения, я увидел, что веревки больше не нужны - руны набрали свою силу и теперь удержат ее лучше всяких цепей. - Вставай. Мы продолжаем путь.

Она медленно поднялась. Ее тело дрожало, но каждый новый шаг становился все увереннее. Ее взгляд был полон ненависти и отчаяния, но где-то в глубине её глаз я видел зачатки понимания. Она знала, что назад пути нет.

Мы продолжили двигаться по мрачным коридорам. Катакомбы были запутанными и сырыми. Каждый шаг эхом отдавался в каменных сводах, а тишина вокруг казалась давящей. Запах сырости и затхлости наполнял воздух, усиливая ощущение, что это место давно забыто и оставлено на произвол тьмы.

- Эти бандиты понятия не имели, кого захватили, - сказал Доброслав, шагая рядом со мной и бросая быстрый взгляд на эльфийку. Его голос звучал спокойно, но в нем проскальзывали нотки облегчения.

Я молча кивнул, но затем остановился и бросил взгляд на него.

- Эта ошибка стала их последней, - коротко ответил я, чувствуя странное удовлетворение от сказанного. - Но ты как?

Братец поморщился, массируя плечо, и чуть наклонился к Анастасии, которая поддерживала его под руку.

- Уцелел, спасибо Насте. Она вытянула меня, - он кивнул ей с благодарностью и слегка улыбнулся. Затем спросил, глядя на эльфийку. - А это кто такая?

Я бросил короткий взгляд на длинноухую.

- Она была одной из них. Я застал её с двумя головорезами. Но... - я замялся на мгновение, чувствуя, как взгляд сам собой скользит по её фигуре, а затем и по лицу. Мягкий изгиб губ и глаза, в которых смешались вызов и страх, будто манили. Свет факелов подчёркивал плавные линии её тела, заставляя мои мысли на мгновение потечь в опасном русле. Я быстро отвёл взгляд и сжал рукоять ножа чуть крепче, стараясь подавить внезапный всплеск интереса к эльфийке. - Она может пригодиться. Знает местность лучше нас и сможет рассказать о происходящем. Да и не понятно, кто они... работорговцы или нет. Но они уж точно не волонтёры, спасающие мир.

- Работорговцы... - Доброслав нахмурился, его лицо стало мрачным. - И что теперь? Ты решил взять её с собой?

Эльфийка метнула на него презрительный взгляд, но промолчала. Её губы плотно сжались, а взгляд остался холодным и колючим.

- Время покажет, - спокойно сказал я. - Сейчас главное выбраться отсюда.

Мы шли дальше по коридору в тишине, каждый шаг отдавался гулким эхом. Эльфийка молчала, но я заметил, как её взгляд то и дело метался по стенам, будто выискивая скрытые угрозы. Воздух становился всё свежее, а сырость катакомб отступала, уступая место прохладе раннего утра. - Кажется, мы приближаемся к выходу, - пробормотал Доброслав, прислушиваясь к звукам впереди. Я кивнул, чувствуя, как с каждым шагом напряжение в груди ослабевает.

Когда мы достигли двери, я замедлил шаг и огляделся. Эльфийка, хмурясь, осторожно взялась за рукоятку и приоткрыла дверь. В лицо ударил порыв свежего воздуха, смешанного с ароматом влажной земли и прелых листьев. На мгновение мы все замерли, словно не решаясь сделать следующий шаг.

Выйдя из подземного убежища, я вдохнул свежий, утренний воздух тёмного леса. Вокруг раскинулись величественные деревья с толстыми стволами, их кроны скрывали первые лучи солнца, а на земле лежал густой ковер из мха и опавших листьев. Пение далеких птиц смешивалось с едва слышным шумом ручья, создавая иллюзию мира и покоя. Рассвет едва начинал разгораться, заливая мир мягким полумраком.

Доброслав устало оглянулся на Анастасию.

- Нам нужно немного передохнуть, - сказал он, наклонившись, чтобы потереть колено. - Настя, поможешь мне найти что-нибудь для перевязки?

Ана кивнула и окинула взглядом небольшой кустарник поблизости.

- Тут могут быть подходящие листья. Подожди.

Они отошли в сторону, оставив меня наедине с длинноухой. Звуки вокруг отступили и для меня стали далёким фоном. Ручей где-то дальше всё ещё шептал, и этот шёпот только сильнее подчёркивал пустоту между нами и всем остальным миром. Я почувствовал её взгляд на себе - настороженный и изучающий. На мгновение мы оба стояли молча, и в этой тишине что-то изменилось, будто напряжение сгустилось. Я медленно повернулся, и мой взгляд скользнул по её фигуре. Она сжимала руки на груди, словно пытаясь защититься. Моё внимание задержалось на её лице, а затем скользнуло ниже. Её взгляд дрогнул, и она опустила глаза, стараясь укрыться от моего пристального осмотра. Но дрожание её плеч и напряжение в движениях выдавали её внутреннюю борьбу: высокомерие и злость — против инстинкта выжить, который подсказывал ей не дёргаться.

Я медленно подошел к ней. Мой взгляд был холодным.

- Тебе будет больно, - небрежно произнес я, схватив её за руку. Я видел в её глазах вызов, смешанный с ненавистью, и понимал, что этого нельзя оставить без ответа. Она должна знать своё место. Магия, что пульсировала во мне, требовала подтверждения власти, и я позволил себе стать её проводником. Это не было жестокостью ради удовольствия - это был необходимый шаг, чтобы сломить её волю и сделать её послушной.

На мгновение наши взгляды встретились. Я почувствовал, как магия начинает пульсировать во мне, разгораясь подобно огню. Магия Од заполнила мои сосуды, ощущаясь как поток раскалённой лавы, медленно разливающийся по жилам. Жар усиливался с каждым ударом сердца, и это чувство заставляло тело дрожать от напряжения. Я чувствовал, как она протекает через меня и наполняет ее тело. Это было странное ощущение - я чувствовал ее боль, страх и отчаяние так же, как свою собственную плоть.

Наконец, я отпустил её, и её тело, утратив всякое сопротивление, мягко осело на землю, словно подкошенное. Казалось, что все её силы утекли вместе с магией, оставив лишь пустую оболочку. Я смотрел на нее молча, ощущая странную смесь облегчения и беспокойства. Это была победа, но почему-то вместо привычного чувства триумфа во мне разгоралось что-то иное - тягостное осознание, что каждая новая грань власти оставляет шрам на душе. Ее глаза были широко открыты от шока, а дыхание прерывисто и хрипло вырывалось из груди. Этот момент словно застыл во времени, и я не мог отвести от нее взгляда, пока напряжение и тишина вокруг не дали мне пространства для размышлений. Я чувствовал, как гул её страха и боли эхом отдается во мне. От этого внутри просыпалось странное удовлетворение - не от её страданий, а от осознания своей силы и власти в этот момент. Однако где-то глубоко внутри холодный голос напоминал, что эта власть имеет свою цену. Напряжение и магическая интоксикация взяли свое - она потеряла сознание.

Пройдя всего несколько шагов от выхода из катакомб, я заметил утоптанную тропу, ведущую вглубь леса. На земле виднелись следы от колёс и копыт, частично скрытые опавшими листьями. Я нахмурился, осторожно оглядываясь. Такое ощущение, что здесь часто передвигались, причём не без причины.

- Такие следы оставляют не случайные прохожие, - заметил Доброслав, наклонившись и проведя пальцами по бороздам на земле. - Думаешь, у них где-то поблизости есть стоянка?

- Должна быть, - кивнул я, продолжая внимательно изучать тропу. - До ближайшего поселения путь явно не близкий. Такие банды всегда обустраивают место для ночлега и хранения припасов. Без телеги и лошадей они бы не смогли передвигаться с таким грузом.

- Значит, телега где-то рядом, - заключил Доброслав. - Надо поискать.

Мы двигались медленно, осторожно вглядываясь в окружающую нас обстановку. Вскоре запах влажной соломы и слабый запах лошадей подтвердили наши догадки. За густыми зарослями кустарника обнаружилась небольшая площадка с двумя запряжёнными лошадьми и телегой, прикрытой старым холщовым тентом.

- Вот и оно, - пробормотал я.

Стоянка была устроена продуманно, видно, что не впервые: телега стояла под укрытием из веток и брезента, рядом паслись две усталые лошади. На телеге лежали бочки с водой, мешки с зерном и даже старый плащ, перекинутый через седло одной из лошадей. Всё это говорило о том, что бандиты собирались в путь.

Мы осторожно приблизились. Я осмотрел телегу, затем перевёл взгляд на эльфийку, лежащую без сознания. Её грудь медленно поднималась и опускалась, дыхание стало более ровным.

- Помоги погрузить её, - обратился я к Доброславу.

Мы вдвоём аккуратно уложили ушастую на мешки в телеге. Как только мы её разместили, она начала приходить в себя. Её веки дрогнули, и она открыла глаза, явно будучи дезориентированной. В её взгляде была смесь усталости и подозрительности, но растерянности больше не было.

- Где... я?.. - выдохнула она, едва слышно.

Доброслав снял плащ с седла и протянул его мне.

- Прикрой её. Так она избежит насмешек в ближайшем поселении.

Я набросил плащ на её плечи и наклонился ближе.

- Ты ведь знаешь, куда нам двигаться. Пора открыть глаза и говорить, - произнёс я холодным тоном. Я понимал, что играю роль, которой раньше не знал. Жёсткость казалась необходимой маской в этом мире, где мягкость могла стоить жизни. Мне нужно было удержать контроль - над ситуацией, над ней и над самим собой.

Эльфийка приоткрыла глаза, её взгляд был настороженным и изучающим. Её губы сжались в упрямую линию. На миг она замерла, будто взвешивая слова. Внезапно на её спине вспыхнули руны, оставляя тонкий светящийся след и вызвав у неё едва заметное вздрагивание. Она судорожно вдохнула, чувствуя не боль, а холодное предупреждение, словно что-то чуждое и властное вторглось в её сознание. Губы её слегка дрогнули, но она быстро взяла себя в руки, лишь в её взгляде мелькнуло напряжённое осознание: сопротивляться бесполезно. Руки дёрнулись, словно от резкого укола, а взгляд стал ещё более настороженным. Руны явно не терпели её замешательства.

- Асгард. Западная тропа ведёт туда.

Я молча наблюдал за её реакцией. Руны напомнили ей о её положении, и теперь она знала, что не может лгать. Однако мне нужно было, чтобы она чувствовала иллюзию свободы, чтобы сохранялась эта тонкая грань между её страхом и остатками воли.

- Если попытаешься нас обмануть - пожалеешь, - предупредил я холодно. - Но, как видишь, пока у тебя есть шанс полезной.

Доброслав подошёл к одной из лошадей и проверил упряжь.

- Лошади утомлены, но дойдут до ближайшего поселения, - сказал он, кивнув мне. Я ощутил лёгкое облегчение. Дорога обещала быть долгой, но хоть направление движения теперь было ясным.

- Нам этого достаточно, - кивнул я и сел на передок телеги, крепче сжимая поводья. - В путь.

Лошади медленно двинулись с места, и телега покатилась по лесной тропе, оставляя стоянку позади. Скрип колёс и тихий цокот копыт заглушали редкие звуки леса. В воздухе витал запах влажной земли и хвои, а каждый шорох в кустах заставлял настораживаться. Я чувствовал, как напряжение постепенно рассеивается, уступая место странной тишине, в которой зарождалась новая неизвестность.

Глава 4. Шепот Ирия.

16:45

Дорога к Асгарду тянулась через лес. Лошади мерно пе

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.