Гонка за горизонт

Дэн разложил детали, развернул голографические чертежи. Скакун занял место над рабочим столом, его манипуляторы замерли в ожидании.

– Начинаем, – сказал Дэн.

Они работали, почти не отдыхая. Скакун подавал инструменты, сверялся с чертежами, подсказывал. Дэн паял, подгонял, проверял. Через восемь часов у него начало двоиться в глазах.

– Отдохни, – сказал Скакун. – Я продолжу.

– Ты можешь?

– Могу.

Дэн лёг прямо на пол, подложив под голову рюкзак. Скакун продолжал работать, и его движения были такими точными, такими плавными, что Дэн на секунду забыл, что это просто машина.

Он проснулся от того, что кто-то тронул его за плечо.

– Смотри, – сказал Скакун.

Дэн сел. На столе стоял двигатель. Не такой красивый, как у Льва, не такой блестящий. Он был кривоват, местами облезл, в некоторых узлах виднелись следы старой пайки. Но он работал. Скакун подключил питание, и двигатель загудел ровно, без перебоев.

– Мы сделали это, – выдохнул Дэн.

– Мы сделали это, – согласился Скакун.

В соседнем боксе Лев Карпов поднял голову, услышав гул. Он посмотрел на двигатель Дэна, и его лицо исказила гримаса.

– Из этого хлама? – спросил он с притворным удивлением. – Не может быть.

– Может, – ответил Дэн.

Лев хотел что-то сказать, но Аркадий положил руку на плечо брата.

– Оставь, – тихо сказал он. – Он справился. Уважай соперника.

Лев скривился, но промолчал. Аркадий посмотрел на Дэна, и в его глазах снова мелькнуло что-то, похожее на уважение.

Когда время вышло, члены жюри обходили боксы, проверяя результаты. Доктор Григорий Соколов, старый учёный с добрыми, но усталыми глазами, дольше всех задержался у стола Дэна. Он осмотрел двигатель, провёл сканером, потом поднял глаза.

– Из этого? – спросил он, кивнув на бракованные детали.

– Из этого, – ответил Дэн.

Соколов помолчал, потом едва заметно улыбнулся.

– Нестандартное решение. Смелое. – Он понизил голос: – Берегитесь, молодой человек. У вас появились враги.

Он ушёл, не оглядываясь. Дэн смотрел ему вслед, чувствуя, как внутри закипает что-то новое. Не страх. Решимость.

– Мы прошли, – сказал Скакун.

– Мы прошли, – повторил Дэн.

Они вышли из зала, и в коридоре их догнал Аркадий.

– Дэн, – окликнул он. – Я хотел сказать… хорошая работа.

– Спасибо.

– Лев… он не всегда был таким. Просто отец давит на него. Давит на нас обоих.

– Мне всё равно, – ответил Дэн. – Я здесь не для того, чтобы соревноваться с твоим братом. Я здесь, чтобы закончить дело отца.

Аркадий кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на зависть.

– Повезло тебе, – тихо сказал он. – У тебя есть ради чего стараться.

Он ушёл, оставив Дэна одного. Скакун опустился на плечо.

– Странный, – снова заметил он.

– Не осуждай, – ответил Дэн. – Мы все пытаемся выжить.

Они пошли к выходу, и в этот момент Дэн заметил её. Женщина стояла в тени колонны, скрестив руки на груди, и смотрела на него. Те же светлые волосы, тот же тонкий профиль. На этот раз капюшон был опущен, и Дэн увидел её лицо – красивое, с высокими скулами и большими серыми глазами. В них не было насмешки. Только интерес.

– Ты? – начал он, делая шаг вперёд.

Но она уже развернулась и скрылась в толпе.

– Скакун! – крикнул Дэн.

– Потерял, – ответил дрон. – Слишком быстро.

– Кто она?

– Не знаю. Но она следит за нами.

Дэн стоял, глядя в толпу, и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. Кто она? Зачем помогает? И почему её взгляд заставляет его забывать обо всём на свете?

Впереди был второй этап. Впереди была гонка. И впереди была она.

Глава 6. Ночная атака

Мастерская, которую выделили Дэну, находилась в дальнем конце конкурсного комплекса – маленькая, тесная, с единственным окном, выходящим на глухую стену. Но для него это был дворец. Чистые столы, новые инструменты, голографический терминал последнего поколения. Впервые в жизни он работал в таких условиях.

– Первый этап позади, – сказал Скакун, паря над чертежами. – Второй будет сложнее.

– Знаю. Но мы готовы.

Дэн разложил детали, которые успел спасти из бракованного набора, и начал собирать схему для следующего испытания. За окном давно стемнело, огни Глории мерцали где-то далеко, а в коридорах конкурсного комплекса воцарилась тишина.

– Тебе нужно отдохнуть, – заметил Скакун. – Ты не спал почти сутки.

– Ещё немного. Хочу закончить этот узел.

– Ты говоришь так каждый раз. А потом не спишь ещё сутки.

– Я инженер, – улыбнулся Дэн. – Это профессиональная деформация.

Скакун издал короткий звук, похожий на вздох, и занял своё место над столом. Они работали молча, понимая друг друга с полуслова, и Дэн в который раз подумал, что без этого странного дрона он бы ничего не добился.

Вдруг Скакун замер. Его оптический сенсор вспыхнул ярче, и он резко развернулся к двери.

– Кто-то идёт, – сказал он. – Не один.

Дэн насторожился. В коридоре было тихо, но Скакун никогда не ошибался.

– Сколько?

– Четверо. Вооружены. Идут быстро.

Дэн вскочил, оглядывая мастерскую в поисках укрытия. Но здесь не было ничего, кроме столов и ящиков с деталями.

– У нас есть тридцать секунд, – сказал Скакун. – Я предлагаю не ждать.

Он рванул к двери, и в тот же миг та взорвалась. Лазерный луч прошил замок, и в проёме показались фигуры в чёрной броне. Наёмники. Дэн не успел даже моргнуть, как Скакун оказался между ними и им, его корпус начал трансформироваться.

Дэн никогда не видел этого раньше. Дрон раскрывался, как цветок, его пластины складывались, образуя плотный щит, а манипуляторы вытягивались, превращаясь в длинные, смертоносные жала.

– В укрытие! – крикнул Скакун, и его голос стал другим – жёстким, металлическим.

Первый выстрел ударил в щит, оставив на нём глубокую борозду. Дэн нырнул за стол, выхватывая из ящика старый экзоскелет, который они привезли с собой – на всякий случай. Механизм зашипел, охватывая его ноги и руки, и Дэн почувствовал, как в мышцы вливается сила.

– Держись! – крикнул он, выпрямляясь.

Наёмники уже были внутри. Один из них целился в Скакуна, двое других шарили по столам, сбрасывая детали на пол. Четвёртый стоял у входа, перекрывая отступление.

Дэн рванул вперёд. Экзоскелет придал ему скорости, и он сбил ближайшего наёмника плечом, отбросив его к стене. Тот выстрелил, но луч ушёл в потолок. Скакун в это время атаковал второго, его жала вонзились в броню, и наёмник закричал.

– Заберите чертежи! – крикнул главный.

Двое бросились к столу, где лежали расчёты Дэна. Скакун рванул туда, но один из наёмников перехватил его, ударив прикладом. Дрон отлетел к стене, его корпус заискрил.

– Скакун! – закричал Дэн.

Он метнулся к дрону, но путь преградил наёмник с бластером. Дэн, используя экзоскелет, схватил тяжёлый ящик и швырнул его в противника. Тот отлетел, но двое других уже хватали чертежи и кристаллы с данными.

– Отходим! – скомандовал главный.

Наёмники бросились к выходу. Один из них, уходя, выстрелил в баллон с топливом, стоявший в углу. Пламя взметнулось к потолку, и мастерская начала заполняться дымом.

– Скакун! – Дэн подбежал к дрону. Тот лежал на полу, его корпус был помят, но оптический сенсор всё ещё светился.

– Живой, – прохрипел Скакун. – Но чертежи… они забрали чертежи.

– Не важно. Надо выбираться.

Дэн подхватил дрона и рванул к выходу. Коридоры уже заполнялись дымом, завыла пожарная сигнализация. Люди выбегали из соседних мастерских, кто-то кричал, кто-то пытался тушить огонь.

Они выскочили на улицу как раз в тот момент, когда позади взорвалось что-то ещё. Пламя вырвалось из окон, осветив ночную Глорию багровым заревом.

Дэн опустился на колени, держа Скакуна в руках. Дрон был горячим, его корпус дымился.

– Чертежи отца… – прошептал Дэн.

– У нас есть копии, – ответил Скакун. – Я сохранил всё в своей базе. Но детали… детали мы потеряли.

– Это не важно. Главное, ты жив.

Скакун издал короткий, слабый звук.

– Сентиментальность – не лучшая черта инженера.

– А я не инженер. Я твой друг.

Дэн сидел на холодном асфальте, держа на руках дрона, и смотрел, как пожарные тушат его мастерскую. Вокруг суетились люди, кто-то задавал вопросы, кто-то вызывал полицию. Но Дэн не слышал их. Он думал только о том, что кто-то очень могущественный хочет выбить его из гонки. И что этот кто-то не остановится.

– Они вернутся, – сказал Скакун.

– Знаю.

– Что будем делать?

Дэн поднял голову. В свете пожара его лицо казалось высеченным из камня.

– То, что умеем лучше всего. Работать. Восстанавливать. Идти дальше.

Скакун помолчал, потом его сенсор засветился ярче.

– У нас остались детали, которые мы привезли с собой. Блок отца цел. Мы сможем восстановиться.

– Значит, будем восстанавливаться.

Дэн встал, прижимая дрона к груди. Впереди был второй этап. Впереди была гонка. И он не собирался сдаваться.

Глава 7. Старый хлам

Мастерская сгорела дотла. От столов остались только обугленные ножки, инструменты расплавились, стены почернели от копоти. Пахло гарью, мокрым пеплом и чем-то сладковатым, тошнотворным. Дэн стоял посреди этого пепелища и смотрел на то, что осталось от его мечты.

– Мы можем переночевать в гостинице, – предложил Скакун, паря над его плечом. Корпус дрона был помят, но он отказывался от ремонта, пока Дэн не придёт в себя.

– Нет. У нас нет времени. Через два дня второй этап.

– Но у нас нет деталей. Ничего.

– Есть. – Дэн повернулся к рюкзаку, который успел вытащить из огня. – То, что мы привезли с собой.