Тихоокеанский контур. Книга 1: Война узлов

— Если там есть журнал, его сейчас варят по секциям.

— Есть, — сказал Контур. — Иначе бы они не жгли так быстро.

Они нырнули под боковой навес. Дверь техсклада уже сидела на аварийной блокировке. Контур сдёрнул с пояса короткий резак. Тимур в ту же секунду ушёл к панели, сорвал крышку и начал вскрывать нижний контур вручную.

— Дай двадцать секунд.

— У нас их меньше.

— Тогда не мешай.

Контур держал вход. Изнутри шёл резкий металлический треск и короткие хлопки — последовательный дожиг секций. Противник хорошо знал, как устроить пожар так, чтобы стереть содержимое и одновременно не разнести всё вокруг раньше времени. Резервуарный сектор был близко. Им нужно было сжечь склад, но не подорвать полпорта.

— Готово!

Блокировка сорвалась. Дверь пошла с хрустом. Изнутри хлынули жар, дым и запах горелого лака.

Контур вошёл первым. Внутри горели стойки с журналами и носителями, один пролёт уже обрушился. Вода из аварийной линии растекалась по полу и превращалась в кипящий пар. Сквозь дым ещё просматривался стол локальной изоляции с живым SSBX-куполом.

— Туда! — крикнул Тимур.

Справа хлопнуло. Из дымного ряда выскочил силуэт и дал короткий импульс по проходу. Разряд срезал кусок стеллажа. Металл визгнул. Контур ушёл в сторону, почувствовал жар на щеке и ответил коротко, чтобы не дать стрелку навязать темп.

— Я беру купол!

— Вентиляцию режу, — бросил Тимур. — Иначе крыша сядет раньше нас.

Тот уже рванул к панели дымоотвода, сорвал крышку и начал вручную отсекать два верхних сектора. Контур шёл к SSBX через красный туман, стараясь не потерять стол из виду. Такие модули для того и создавали, чтобы улика пережила атаку, которой не выдержит сам узел.

Он добрался до стола, вцепился в ручки купола и почувствовал под ладонями знакомую тяжесть. SSBX-капсула ещё жила. Значит, у них есть шанс вынести железо и удержать причинность.

Слева снова мелькнул человек. Контур увидел только тёмный рукав и металл оружия. Разряд ушёл в стол. Белая линия резанула воздух и пришлась не по нему — по модулю. Противник целил не в людей. Внутри купола было то, что для них стоило дороже.

Контур сорвал вторую ячейку с крепления. Корпус обжигал даже через перчатку. На нём уже поползла копоть, но внутри чувствовалась та же жёсткая тяжесть уцелевшего носителя.

— Тимур!

— Дым отвёл! Тридцать секунд, потом крыша!

Контур сгрёб обе ячейки — WORM-капсулу и второй модуль — и рванул обратно. В этот момент с дальнего пролёта ушёл вниз кусок балки. Металл рухнул туда, где секунду назад был проход. За их спинами склад уже не горел — он работал на собственное уничтожение по внутреннему расписанию.

У выхода их ждал ещё один сюрприз. Тот самый силуэт из дыма вынырнул ближе, чем должен был. Старший сервисник или один из его людей — различать уже было поздно. Он поднял оружие не на человека. На модуль. Контур понял это сразу и не стал тратить время на мысль. Просто развернулся боком, прикрыл ячейку корпусом и шагнул в линию.

Тимур успел раньше. Не стрелял. Просто всадил ногой в колено противника с такой точностью, будто выбивал неисправную опору. Тот рухнул боком в дым, врезался в край стойки и выронил оружие.

— Живой? — рявкнул Тимур.

— Потом.

Контур уже подхватывал модуль.

Они вывалились из техсклада в тот самый момент, когда внутри рухнул ещё один сектор перекрытия. Дверь за спиной повело. Из щелей полыхнуло. На бетон легли два длинных красных отблеска, словно склад ещё пытался дотянуться за своей правдой и вернуть её в жар.

Никто не вышел. Несколько секунд они просто кашляли, ловили воздух и слушали, как внутри дохнет металл. Потом Контур перевернулся на спину, расстегнул страховочный чехол и посмотрел на SSBX-капсулу. Та уцелела. На корпусе выступили сажа и свежие царапины. Под бронёй и жаром лежал журнал, который теперь уже нельзя будет переписать задним числом.

Ника подбежала почти сразу, ещё с гарью на волосах и белым светом башни в глазах. Ветрова подошла следом, прижимая к груди планшет с уже собранным кворумом. Тимур держал вход под контролем и смотрел в дымный проём, где ещё шевелились красные отсветы.

— Модуль жив? — спросила Ника.

Контур раскрыл вторую ячейку. На обугленном корпусе заражённого узла, под слоем копоти и подгоревшего лака, проступила метка.

Gate-Ring.

В речном порту такой надписи быть не могло.

Ника опустилась рядом и молча смотрела на буквы. Ветрова первой подняла глаза к воде, к дальним огням гавани, к тёмному горизонту за портом. Объяснять ей уже было нечего. Это слово само открывало следующий театр. Порт не был концом цепи. Порт был переходником.

На модуле был морской адрес. Он связывал городской саботаж с сетью, способной повести ложным сигналом целый регион. Контур закрыл ячейку, передал её Ветровой и указал на выход к воде.

За спиной ещё горел техсклад. Впереди жила гавань, спасённая на эту ночь усилием трёх человек и правом двух живых свидетелей заговорить вовремя. Хватило, чтобы не дать порту умереть сейчас. Этого уже не хватало, чтобы считать город пределом войны.

Контур закрыл ячейку и медленно поднялся.

— Городской этап закончен, — сказал Контур. — Уходим на воду.

Ветрова закрепила Gate-Ring в WORM, Ника погасила аварийный профиль башни, Тимур поднял уцелевший SSBX. Никто не тратил время на итоговые слова.

На внешнем буе вспыхнул новый запрос, и маршрут ушёл к северному фарватеру.

Глава 4. Карантин

Карантин объявляют тогда, когда время уже потеряно. До этого спорят о формулировках.

(Из распоряжения П. Громыко по аварийному режиму узлового сектора. ДСП.)

Совещание шло в старом узловом штабе Хабаровска, в комнате без окон, с двумя экранами и длинным столом, на котором лежали WORM-капсула, обгоревший модуль с меткой Gate-Ring и красная папка с пометкой «портовый инцидент». Ночь ещё держалась за город, хотя смена уже перевалила в утро. Снаружи Хабаровск жил на аварийных схемах, двигался с задержкой, доверял временным маршрутам и чужим объяснениям. Внутри комнаты решали другое: кто первым получит право назвать происходящее.

Представитель городской администрации говорил усталым, гладким голосом человека, который хорошо знает цену публичной формулировки.

— Порт горел. Да. Следствие идёт. Да. Но у нас нет основания объявлять чрезвычайный режим по одному инциденту с неустановленной природой.

С военной стороны ответ пришёл сразу, жёсткий и сдержанный:

— У нас уже есть основание выводить из контура всё, что контактировало с ложной подписью. Спорные модули — под термокарантин. Заражённые линии — в ноль.

Теперь одна подпись могла выключить городской сектор и оставить людей без света и маршрута. Цена служебной строки стала боевой. Контур держал журнал открытым и ждал, кто первым потребует удобной формулировки вместо решения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.