Кофейня «Маленький дракон»

– Все хорошо? – спросил чей-то голос.

Взгляд Эйдена остановился, пожалуй, на самой красивой женщине, какую он только видел, и внезапно ему стало жарко совсем по другой причине.

Девушка была на голову ниже него и одета в свободный кардиган и платье, на подоле которого, судя по всему, виднелись подпалины. У нее была смуглая кожа. В носу красовался золотой пирсинг, а темные волосы были собраны в свободный пучок. Едва она посмотрела на него пленительными карими глазами, его так и пригвоздило к месту.

Эйден знал о ней и ее кафе. Старшайн-Вэлли – маленький городок, здесь все друг друга знали в какой-то степени. Пускай Эйден редко выходил из дома, он сполна слышал обо всем от своей огромной семьи. Его двоюродная сестра Эммелин поставляла кофе в эту кофейню, а то, что Эйден неразговорчив, вовсе не означало, что он плохой слушатель.

Эта женщина – Маргола… Как ее там по имени? Внезапно он отчаянно захотел это узнать и почувствовал раздражение оттого, что это еще не случилось. Насколько он помнил, девушка была на несколько лет младше него и не принадлежала ни к одной из дракканских семей, поэтому они никогда прежде не встречались (справедливости ради, Эйден вообще мало с кем встречался).

– Д-да, простите, – пролепетал он, запинаясь, и бросился за Искоркой, который помчался к открытой двери, едва не подпрыгивая от радости.

Красавица Маргола вскрикнула, когда Искорка пронесся мимо нее прямиком в кафе.

– Искорка! – обругал Эйден, но его не удостоили вниманием. – Простите, пожалуйста, – обратился он к владелице кафе, беспокоясь, что она разозлилась, а он испортил все прежде, чем они познакомятся как подобает, прежде, чем он узнает ее имя.

Но она удивила его, рассмеявшись и придержав дверь, чтобы Эйден мог забежать за своим драконенком. На ее руке звякнули золотые браслеты. Проходя мимо, Эйден уловил аромат ее духов – они пахли розами. Он тотчас забыл о своем бесноватом питомце и вдохнул сладкий запах.

– Кто этот ангелочек? – спросила она, будто говорила с ребенком, глядя на Искорку. Эйден всегда считал людей, разговаривавших с драконятами – уж тем более детским голоском, – ненормальными. Но из ее уст это прозвучало даже мило.

Похоже, Искорка был с этим согласен и засветился.

– Ты проголодался? – спросила она, присев на корточки. Искорка очаровательно заурчал, и Эйден, стоит признаться, никогда не слышал, чтобы дракон издавал такие звуки. – Этот прелестный дракончик хочет есть?

Она собралась взять Искорку на руки, и Эйден всполошился.

– Нет, не стоит так делать! – воскликнул он, но, похоже, его беспокойство оказалось напрасным. Если Эйдена в подобной ситуации обрычали бы и покусали, то на руках у этой женщины дракончик сидел смирно. Искорка охотно и с радостью устремился к ней (хотя тут Эйден не мог его винить).

Хозяйка кафе почесала Искорку под подбородком, и дракон прикрыл глаза, едва ли не улыбаясь. Хм. Эйден никогда не видел, чтобы животное вело себя так послушно.

– Ты и правда голодный! Хочешь чего-нибудь вкусненького? – спросила она все тем же ласковым тоном. Маргола отнесла Искорку за прилавок, достала оттуда большую стеклянную банку с черными чипсами и вынула несколько кусочков. По виду и запаху они напоминали сгоревший наан[6].

Девушка отправила кусочек себе в рот (что Эйден счел безумием), а затем скормила еще один Искорке, который чуть не сошел с ума от радости и уткнулся мордочкой в ее толстый свитер. Она смотрела на этого маленького дьявола с нежностью, и он глядел на нее с неменьшим обожанием.

Как ей это удается? Она за шесть минут добилась с драконенком больших успехов, чем Эйден за шесть месяцев. Он заработал столько царапин, укусов и ожогов, что и не счесть!

– Вы сказали, его или ее зовут Искорка? – уточнила она, обратившись к Эйдену. Он вздрогнул под взглядом этих чарующих темных глаз.

Его затылок покрылся испариной, а сердце сбивчиво колотилось в груди. Он не сразу вспомнил, что она задала ему вопрос и терпеливо ждала ответа.

– Да, его зовут Искорка, – сумел выдавить Эйден. – Еще раз извините. – Ему нужно придумать что-то поумнее бесконечных извинений. Боже, да что с ним не так?

Эйден шагнул к ней и протянул руку к Искорке. Дракон тотчас зарычал. Ах, вот и непослушное животное, которое так хорошо знакомо Эйдену.

Девушка рассмеялась.

– Похоже, вы не слишком-то ему нравитесь, – заметила она, улыбаясь.

– Я никому не нравлюсь, – угрюмо пробормотал Эйден, но она не услышала. Он прокашлялся. – Еще раз прошу прощения. Кстати, я Эйден. Эйден Стерлинг.

– Сафира, – ответила она, и Эйдена накрыла волна удовольствия оттого, что он узнал ее имя. Сафира. – И не беспокойтесь, я люблю драконят. Кажется, я еще не видела Искорку в этих краях…

Сафира замолчала, будто что-то осознала. Перевела на него взгляд, и Эйден уловил момент, когда она сообразила, кто он такой.

– Ох… вы брат Дэнни, – заметила она. – Сочувствую вашей утрате. Понимаю, что соболезнования запоздалые, но… – Сафира осеклась.

Обычно Эйдену претило, когда люди заикались о смерти Дэнни, но Сафира говорила искренне, округлив карие глаза. Он почувствовал, как в горле встал ком.

– Спасибо. – Он прокашлялся. – Я очень признателен.

В Старшайн-Вэлли все так или иначе знали Дэнни, как и о том, что он скончался. Сафира права, соболезнования вышли запоздалыми. Дэнни умер уже больше двух лет назад, но Эйден все равно был благодарен за ее слова.

Но все же его захлестнула волна скорби. Эйден переступил с ноги на ногу.

– Что ж, не хотел вас беспокоить. – Он потянулся за Искоркой.

– Вы и не беспокоите, – возразила Сафира, подойдя ближе, чтобы передать ему драконенка. Искорка угомонился и спокойно пошел к Эйдену.

А когда она отдала ему дракона, их ладони соприкоснулись, и руку Эйдена пронзил электрический разряд. Пульс участился, и он посмотрел на нее.

Осознав, что его передали хозяину, Искорка зарычал и цапнул Эйдена в явном недовольстве.

– Ай! – вскричал Эйден, пересадив драконенка на другую руку. – Господи, терпеть его не могу.

– Но он же такой милый! – воскликнула Сафира. – Ведь правда? – Искорка заурчал, когда она погладила его по голове. Но стоило ей убрать руку, как драконенок снова попытался укусить Эйдена.

– Перестань! – отругал он, и Сафира захихикала.

У нее была ямочка на щеке. По какой-то необъяснимой причине Эйден счел это умопомрачительным.

Ему хотелось обменяться с этой очаровательной женщиной безобидными шутками, завязать разговор, но у него был трудный день, он устал и не знал, что сказать. Именно поэтому перед выходом из дома он, как правило, заранее мысленно репетировал реплики.

Но Сафира застала его врасплох.

Обычно, оказавшись в подобной ситуации, он сбегал при первой же возможности. Как ни странно, сейчас ему совсем не хотелось уходить, пускай он и чувствовал себя неловко и неуверенно. Эйден так и стоял на месте, как идиот.

Сафира с любопытством смотрела на него большими, широко распахнутыми глазами. Было в ней что-то невероятно яркое, сдержанно теплое. Она сияла, как звезда в ночи.

Прядь волос выбилась из ее прически, завиваясь безупречной спиралью. Ему захотелось провести по ней пальцем.

Эйден засуетился, нервничая. Вот поэтому он никуда не ходил – не знал, как себя вести!

Он бросил взгляд Сафире за спину и увидел нечто, напоминающее обломки кофемашины.

– Похоже, Искорка тут не единственный озорник, – заметил он, махнув рукой. – Это сделал дракон?

Едва спросив, он тут же мысленно поежился. Тупой вопрос. Конечно, это сделал дракон! Господи!

– А, да, – ответила она со вздохом. – Мне в радость, что кафе открыто для дракончиков, но из-за них трудно держаться на плаву. – Сафира задумчиво посмотрела на расплавленную кофеварку, похожую на груду металла. – В теории кафе для драконят – отличная идея, но на практике многовато огня.

У нее на глаза навернулись слезы, и она поспешила их смахнуть. Эйдена тут же охватило непреодолимое желание что-то предпринять, хотя он не знал что.

– А я могу… эм… помочь? – спросил он.

– Нет-нет, все в порядке! – ответила она, выдавив улыбку. – То есть, очевидно, что это не так, но все хорошо. Ну, не прям чтобы хорошо, но будет нормально. Как мне кажется. – Она сделала глубокий вдох. – Что ж, не буду вас задерживать!

Она прогоняла его. Ну конечно, прогоняла. До того он непутевый.

Сафира подошла ближе, и сердце Эйдана забилось быстрее. На миг ему показалось, что она прикоснется к нему, и он затаил дыхание, но она лишь погладила Искорку напоследок. Затем посмотрела на него глазами, в которых он мог утонуть.

– Доброй ночи, Эйден, – сказала она, и у него по спине побежали мурашки.

Эйден отвернулся и зашагал к двери. Но сделав всего пару шагов, замер, едва его посетила мысль.

– Подождите, – окликнул он, обернувшись.

Сафира уже шла наверх, но остановилась, услышав его голос.

– Искорка хочет еще угощение? – спросила она.

Его сердце норовило выпрыгнуть из груди. Быть может, это плохая затея, может, она не захочет, может, ему не стоит даже спрашивать. Но все же он выпалил, пока не успел передумать:

– Да… нет, я хотел спросить, не согласитесь ли вы позаниматься с ним?

Сафира округлила глаза от удивления. Эйден уже искал дрессировщиков, но пока безуспешно. Любой, кто хорошо управлялся с драконами, обычно заводил своего собственного и не желал тренировать чужих, потому что хлопот с ними не оберешься.

Но Сафира явно хорошо с ними ладила и, насколько мог судить Эйден, своего дракона не имела.

– Но вы его всадник, – возразила она. У наездников и их драконов особая, нерушимая связь. Именно поэтому всадники сами тренировали своих драконов.

Эйден уже пытался это сделать последние шесть месяцев, но не добился никаких результатов. Стерлинги были одной из самых уважаемых дракканских семей, а Эйден – потомственным всадником. Все прочие члены его большой семьи сразу же нашли общий язык со своими драконами, а он до сих пор терпел неудачу за неудачей.

Вдруг Сафира сможет ему помочь? Она явно любила драконов и хорошо с ними ладила и…

– Разумеется, я вам заплачу. – Он подошел ближе. Сафира остановилась на третьей ступеньке, и ему пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Даже не знаю. – Она замолчала, но затем вновь бросила взгляд на кофемашину.

«Соглашайся, – повторял голос в голове Эйдена. – Прошу, скажи “да”». Чем больше он думал об этом, тем отчаяннее желал, чтобы она согласилась.

– Аванс две тысячи вас устроит? – спросил он. – А потом каждую неделю по пятьсот долларов?

У нее отвисла челюсть.

– Это большая сумма.

– Я могу себе это позволить, если вас это беспокоит, – заметил он.

– Нет, не беспокоит, – ответила Сафира. – Я знаю вашу семью.

Она тут же посмотрела на Искорку. Спустилась на одну ступеньку, и у Эйдена перехватило дыхание. Теперь они стояли так близко, что могли вот-вот прикоснуться друг к другу. Кровь застучала у него в ушах.

– Хорошо, – ответила Сафира, поймав его взгляд. – Договорились.

Глава 3

На следующее утро Сафира проснулась незадолго до рассвета, чтобы подготовиться к рабочему дню. Звеня золотыми браслетами на запястье, надела желтое платье, оттенком напоминавшее ей ванильный крем.

В животе заурчало, пока она заплетала волосы в небрежную косу. Сафира задумалась, не осталось ли со вчерашнего дня булочек с кардамоном. Она почти не спала прошлой ночью, и, быть может, завтрак придаст ей сил. Она едва могла нормально функционировать без утренней дозы кофеина.

Пока Сафира размышляла, чем бы позавтракать, внизу раздался звонок в дверь. Она вышла из своей квартирки и направилась к лестнице в кафе, гадая, кто мог прийти в такой час. У нее не запланировано доставок на раннее утро. Еще даже солнце не взошло, все вокруг окутывала темнота.

Когда Сафира открыла боковую дверь и увидела перед собой высокую красивую фигуру, то сразу вспомнила, почему почти не спала прошлой ночью.

– Эйден! – воскликнула она. – Привет!

В ее мыслях замелькали образы: темное кафе, красивый мужчина, драконенок. Она думала, что эта встреча ей приснилась – такое вполне могло нарисовать ее бурное воображение, – но нет, Эйден Стерлинг стоял перед ней со своим очаровательным питомцем.

– Доброе утро, – ответил он хриплым от долгого молчания голосом.

От его глубокого тембра у нее по спине побежали мурашки. Его внешняя привлекательность все только усугубляла, и это было невозможно не замечать. Все горожанки в свое время были в него влюблены, но он слыл известным затворником и редко появлялся в общественных местах. В особенности после смерти Дэнни.

Эйден одевался просто, из украшений носил только перстень на левой руке с печатью, напоминавшей фамильный герб с черным камнем в центре в цвет его густых волос. Щеки и острый подбородок покрывала щетина. По черным глазам было трудно понять, о чем он думает и что чувствует. Сафира смотрела на него, не отводя взгляда.

Эйден был таким загадочным, что это придавало ему невероятную сексуальность. Сафира обратила внимание еще прошлым вечером, но теперь снова заметила это даже в сумерках.

На руках у Эйдена спал драконенок, прижавшись к его груди. Сафира чуть не растаяла от этого зрелища. Но пока она не успела лишиться чувств, порыв ветра подтолкнул Эйдена вперед. Он налетел на нее в дверном проеме, и его лицо озарил свет, горевший в доме.

Эйден округлил глаза.

– Прошу прощения.

Сафира рассмеялась.

– Это моя бабушка отругала меня за то, что не пригласила тебя раньше, – сказала она, отступая в сторону. – Проходи, проходи.

Сафира закрыла за ним дверь, не впуская утреннюю прохладу. В кафе было тепло. Еще не пришла пора отключать отопление на ночь, но скоро весна принесет прекрасную погоду – солнце и легкий ветерок, колышущий лепестки цветов.

– Давай я что-нибудь для него принесу, – предложила Сафира и отошла взять лежак для Искорки.

Искорка принадлежал к более крупной породе базальтовых драконов, а значит, и детенышем был крупным. У него была черная чешуя и фиолетовые глаза. Драконы базальтовой породы – самые дорогие из-за своей редкости. А еще, по слухам, они лучше всех подходили для нелегальных гонок, но Сафира мало что знала об этом спорте.

Сафира не принадлежала ни к одной из дракканских семей, поэтому общалась с драконами в основном в кафе, да и там встречала только детенышей. Взрослых драконов она видела, лишь когда они летали высоко над долиной, и могла понаблюдать за ними издалека.

Сафира принесла лежанку и поставила ее на пол возле стойки, и Эйден осторожно положил на нее Искорку. Выглядел он взволнованным. И только когда драконенок благополучно заснул, Эйден выдохнул с облегчением.

– Еще рано, – заметила Сафира. – Неудивительно, что малыш еще сонный. – Она зевнула. – Хотелось бы мне составить ему компанию.

– Я люблю рано вставать, – ответил Эйден, и она как-то странно на него посмотрела.

– По собственному желанию? Если бы мне не приходилось подниматься в несусветную рань, чтобы подготовить кафе к открытию, я бы просыпала в десяти случаях из десяти.

Его губы дрогнули. Сафира заметила, что Эйден редко улыбался, что могло бы напугать, раз уж он стал ее работодателем, но почему-то она чувствовала себя рядом с ним совершенно комфортно.

– Приятно просыпаться раньше всех. Всюду тихо и спокойно. А весной и того лучше, когда птицы поют вовсю.

– Здорово, – согласилась она. – Я никогда не думала об этом в таком ключе, но ты прав: я чувствую покой, когда открываю кафе поутру, пока все не пришли и не началась дневная суета.

– К слову о суете: потому я и пришел так рано, – объяснил Эйден, достав телефон из кармана брюк. – Хотел узнать номер твоего счета, чтобы отправить первую оплату, а еще застать тебя, пока не хлынули посетители.

Сафира посмотрела на него с любопытством.

– Ты не очень-то любишь людей? – Она почти не встречала его в городе.

Эйден притих. Сафира подумала, что, пожалуй, не стоило этого говорить. Ей сложно было его понять. Эйден был немного… угрюм, но она не ощущала в нем враждебности, будто он злился на нее или на весь мир. А еще было в нем что-то такое, что дарило ей умиротворение.

К сожалению, Сафира, как поговаривала Нани-Ма, имела дурную привычку думать о людях только хорошо.

– Моя глупышка, влюбляется в незнакомцев направо и налево, – говорила Нани-Ма, ласково посмеиваясь и качая головой.

Причем необязательно в романтическом смысле, Сафира просто жаждала человеческого общения. Она каждый день общалась со столькими людьми, что ей было легко утолять эту потребность. Но, увы, под вечер, когда все уходили, она оставалась одна.

– Можешь дать мне свои банковские реквизиты? – спросил Эйден, переминаясь с ноги на ногу. Он говорил так, словно мысленно репетировал реплики.

– Конечно, – ответила она и быстро назвала свой номер телефона. – Можешь перевести деньги по этому номеру. И он сохранится у тебя на случай, если понадобится мне написать.

Сафира мысленно поежилась от этих слов. Ну и зачем это? К счастью, выражение лица Эйдена смягчилось.

– Рад слышать, – ответил он и стал печатать в телефоне, а мгновение спустя ей пришло уведомление.

При виде суммы ее пронзило удивление. Вчера вечером Эйден обещал, что выплатит ей две тысячи долларов авансом, но Сафира все равно испытала шок, увидев их на своем счете.

Она еще даже не начала заниматься с Искоркой, но отчаянно нуждалась в деньгах. Аванс тотчас пойдет на покупку новой кофемашины, что обрадовало ее и принесло облегчение.

Сафиру охватило чувство вины от того, как много он ей платил, но Эйден, видимо, оказался в отчаянии, чего она никак не могла понять. Он Стерлинг, из древнего дракканского рода. Его предки летали на драконах с тех пор, как этих животных одомашнили. Зачем ему ее помощь?

Сафира бросила взгляд на Искорку, который так и спал на лежаке, и от его вида ее окутало тепло, а вопросы отпали сами собой.

Она хотела иметь собственного дракона так же сильно, как нуждалась в деньгах. И хотя Искорка – не ее питомец и никогда им не станет, быть может, это ее единственная возможность пообщаться с драконом.

– Пришло? – спросил Эйден.

Сафира захлопала глазами и вновь перевела на него взгляд. Он смотрел на нее так внимательно, что ее сердце заколотилось быстрее оттого, что ее застали в задумчивости.

– Д-да, спасибо, – ответила Сафира и, убрав телефон, ослепительно ему улыбнулась. Он кивнул.

– Что ж, тогда я пойду, пожалуй. – Эйден развернулся на каблуках и зашагал к двери. Сафира почувствовала, будто что-то упускает. При виде его удаляющейся спины в ней взыграла тревога.

– Подожди! – Она помчалась за ним. – О чем это ты?

Эйден уже дошел до двери, быстро шагая длинными ногами.

– Ты же получила деньги? – прямо спросил он.

– Да, получила, но я не…

– Ты ведь будешь обучать Искорку? Такова наша договоренность?

Сафира растерянно моргнула. Посмотрела на спящего Искорку, затем на Эйдена, который топтался на месте. Неужели она его обидела? Вид у него был смущенный.

Он неловко смотрел на нее, и она тоже почувствовала себя не в своей тарелке.

Примечания