Единою судьбой. Плата за свободу
- Не знаю, молодой человек, что вас заставило пренебрежительно отнестись к сироте, потерявшей родителей после отправки в Симлу, - печально покачал головой мужчина.
- Вы ее знаете? – не сдавался Соним.
- У многих детей, оставшихся без родителей, одинаковая судьба. Присядьте, юная госпожа. Хотите ребрышек, - он пододвинул ко мне тарелку.
- Благодарю, - отозвалась я, опуская взгляд вниз, скрывая навернувшиеся слезы.
- Когда ты осталась без родителей? – участливо спросил старик, подкладывая в тарелку закуски.
- С пяти лет. Сборщик не захотел брать меня, чтобы избежать проблем, - угрюмо отозвалась ему. – Слишком мала для длинного путешествия. Была бы на пару лет старше, тогда бы … нас не разлучили.
Старик молчал, а Соним отвернулся к сцене, где девушки заканчивали танец. Негодяй! Испортил прекрасное представление.
- Главное, ты выросла, юная госпожа.
- Спасибо, дяденька, - посмотрела на него влажными от слез глазами.
- Да за что? – отмахнулся он.
- За понимание и доброту.
Фееричное представление закончилось. Девушки легкой поступью покинули сцену, а музыканты стали наигрывать тихую мелодию для посетителей.
Господин Соним расплатился за свой заказ и молчаливо удалился. Обиженным взглядом смотрела ему вслед.
Высокий, красивый, с хорошей фигурой он привлекал женское внимание. В выразительных глазах легко читалось малейшее движение души. Именно поэтому слова, сказанные с насмешкой, показались обиднее. Дорогая одежда, украшенный искусной вышивкой пояс, сапоги из толстой кожи указывали на достаток молодого человека. Он мог себе позволить и посещение дома утешительниц, и обед в таверне за одним из лучших столиков. Однако самомнение у него доходило до пренебрежения к тем, кто ниже по статусу.
На постоялом дворе меня ожидало письмо от магистрата. Некоторое время провела в размышлениях, что от меня потребуют на этот раз, а потом решила не мучиться неизвестностью и вскрыть конверт.
Чем дальше читала, тем сильней билось сердце. Мне предложили, хоть и временно, занять должность помощника стражника!
На следующий день поднялась рано и долго с удовольствием приводила себя в порядок. В первый рабочий день хотелось выглядеть солидно и ответственно. Вымытые горячей водой волосы зачесала наверх на мужской манер, предполагая, что буду носить форменную шляпу с бляхой на тулье. Моя повседневная одежда, пошитая для удобства, тоже напоминала мужскую. За воришками не побегаешь в длиннополой юбке.
Летом солнце встает рано, а потому поспешила на площадь перед магистратурой. Стражники у дверей неподвижно стояли на посту. Помахала им рукой, приветствуя. После смены часто встречались в караулке, где они отдыхали или готовились заступать. Но сейчас они с безразличием смотрели впереди себя, не обращая ни на кого внимания.
- Дайон, ты рано, - заметив меня, произнес страж, несший ночное дежурство.
- Как поживаете, дяденька? – улыбнулась ему.
- Мое дело обычное, стариковское. Ты какими судьбами с утра пораньше? Опять кого-то выследила?
- Нет, дяденька. Я на службу пришла. Магистрат прислал уведомление. Вот, смотри! – я с гордостью развернула официальный документ.
- Де-ела-а, - протянул собеседник. – Куда катится королевство, если на службу стражников стали детей брать? – он печально покачал головой.
- Вистам, пришла? – заглянул в общую комнату магистрат. – Идем со мной.
Я поспешила за начальством, махнув на прощание рукой старейшему из служащих. Конечно, в свои восемнадцать лет для него казалась ребенком по сравнению с его солидной многолетней выслугой.
Дальше начались приятные хлопоты. Мне необходимо было написать о себе, родителях, все что о них помню, адрес, где собираюсь постоянно проживать, а после с меня сняли мерки для пошива формы. Даже не помню, когда в последний раз так радовалась.
Когда время приблизилось к обеду, магистрат снова вызвал к себе в кабинет.
- Вистам, с завтрашнего дня начинаешь служить под моим началом, - официальным тоном произнес господин Муним. – Знакомься, господин Соним – твой командир.
Мужчина потыкал чернильной палочкой в сторону от меня, я обернулась и не поверила своим глазам. Передо мной во всем великолепии стоял обидчик сирот. Форма стражника, подогнанная по фигуре, сидела идеально, придавая его фигуре мужественности и важности. Глядя на него, создавалось впечатление надежности и уверенности, если покой королевства охраняет этот молодой человек. Однако, мое восхищение внешностью не позволило забыть о его характере.
- Нет! – твердым голосом произнесли мы одновременно.
- Я не согласна!
- Я не согласен!
Снова воскликнули в один голос. Позади раздалось покашливание, привлекающее наше внимание.
- На первый раз прощаю не подчинение приказу, сегодня ваш первый день на службе, - сила голоса начальника заставила вибрировать каждую частичку тела. – Если между вами какое-то недопонимание, советую решить как можно быстрее. Господин Соним и госпожа Вистам с сегодняшнего дня являются напарниками и берут под контроль район возле рынка. Работы предстоит много. Приступайте завтра!
- Есть! – снова единодушно рявкнули мы.
- Другое дело, - одобрил магистрат. – На сегодня свободны!
Первым из кабинета начальства вышел Соним, за ним, немного помедлив, неохотно переступила порог я. Хотелось развернуться и нажаловаться на недостойного молодого человека, презрительно отозвавшегося о моем образовании. Но я понимала, что приведенные доводы на господина Мунима не произведут впечатления. Скорей всего он отмахнется, предложив решать проблему самой или позабыть о службе.
Впрочем, выбора не было. Прекрасно понимала, что ради работы стражницей я пойду на многое. В данном случае всего лишь надо не обращать внимания на личность напарника, игнорировать его слова, кроме тех, что непосредственно касаются службы, а дальше буду надеяться на лучшее.
Соним
Чуть больше года назад Илар с госпожой Соним переехали в Аграл. Некоторое время они потратили на обустройство, покупку земли и строительство. Завели полезные знакомства, наняли людей и теперь могли заняться личными делами.
Илар осторожно, но настойчиво собирал информацию. Он узнал, что в таверне, где когда-то выступала Асоль, неожиданно пропавшая в расцвете карьеры, сменился хозяин. Поэтому его взволновали слова собеседника на представлении, что управляет таверной приемный сын прежнего владельца.
Едва расплатился за заказ, он поспешил в контору. Если есть возможность, необходимо воспользоваться любой случайностью. Кто знает, не перепутал ли собеседник, говоря об Асоль? Времени прошло четверть века. Немало.
- Чем могу помочь, господин? – поднялся из-за стола солидный мужчина в добротной одежде.
На вид ему не дашь больше сорока. Он быстрым и опытным взглядом окинул неожиданного визитера и мысленно прикинул, с каким делом к нему пришли.
- Я слышал, что прежний хозяин ваш приемный отец. Это верно? – не стал таиться Илар.
Видя перед собой делового человека, ценящего время и деньги, Соним решил действовать прямо. Хотя в торговых делах обычно предпочитают торговаться и таиться, в том, что касается личных или денежных дел, деловые люди предпочитают не тратить время попусту.
- С кем имею честь? – не торопился с ответом хозяин таверны.
- Господин Соним. Моя матушка является главой купеческой гильдии, - официально представился молодой человек.
- Приятная встреча! – искренне обрадовался господин Сиджин и поспешил протянуть руку для пожатия.
- Надеюсь на ваше расположение, - Илар крепко стиснул сухую на ощупь ладонь.
- Вы спрашивали о моем отце. Присаживайтесь! – мужчина указал на свободный стул.
В процветающей таверне служебные помещения не отличались простором. В небольшой комнате располагался широкий стол с аккуратными свертками рукописей, по всей видимости с отчетами, два стула – один для хозяина, второй для посетителя и невысокий шкаф с глухими дверцами.
- Верно ли, что господин Ильчин ваш приемный отец? – повторил вопрос Илар.
- Да, он муж мой матери, но в семейную книгу меня не вписали из-за сопротивления родственников. Поэтому я не могу сказать, что принадлежу семье, - подробно и без лишних эмоций объяснил ситуацию хозяин таверны.
Соним кивнул, понимая, о чем идет речь. Если ребенка не вписали в реестр, то он не имеет право наследования. В том числе он не будет отвечать по долговым обязательствам, если таковые останутся после кончины главы. Подчеркнув нюанс, опытный торговец предупредил, что не станет брать на себя бремя обязательств.
- Двадцать пять лет назад здесь выступала госпожа Асоль, - вновь заговорил Илар. – Вы можете рассказать о ней?
- Волшебница Ассоль, - медленно проговорил господин Сиджин. – Я был ребенком, но до сих пор прекрасно помню ее улыбку и доброту. Когда она входила в помещение, становилось гораздо светлее. Она очаровывала окружающих без малейшего усилия. Улыбка, голос, блеск глаз завораживали любого. В далеком детстве я был в нее безумно влюблен.
- Простите, меня интересует, что именно с ней произошло? – остановил поток воспоминаний Илар.
- Не могу сказать, - лицо, светившееся тихой грусть, опечалилось. – Ребенка старались уберечь от сплетен, ходивших в то время. Могу сказать, что исчезла она в одночасье.
- Ваш отец может рассказать подробней? – настаивал Соним.
- Скорей всего ему что-то известно, но станет ли он разговаривать с незнакомцем? – усомнился господин Сиджин. – Отец предпочитал вообще не распространяться на эту тему.
- Устройте нам встречу, - попросил Илар. – Мне необходимо узнать о событиях двадцатипятилетней давности.
- Если я спрошу, с какой целью интересуетесь, вы не ответите, - скорее утвердительно произнес собеседник.
- Вы правильно поняли, - улыбнулся догадливости Соним.
- Отец проживает за городом, поручив мне вести дела. Я напишу для вас письмо. Возможно, он благосклонно отнесется к вопросам, - немного подумав, предложил господин Сиджин.
Илар заручился поддержкой и поторопился по указанному адресу, пока удача на его стороне. Столько дней проведено в поисках свидетелей, и сегодня появились первые зацепки. Надо пользоваться возможностью.
Невысокую фигуру девушки в простом платье, пошитом на манер мужского, он угадал сразу, едва покинул таверну. Лица не видно, но по тому, как она сердито пинала камни на дороге, понял, насколько поддельная утешительница расстроена. Справедливости ради, надо сказать, что на душе Сонима скреблись кошки после небрежных слов. Надо бы подойти и извиниться, но летний вечер заканчивался, а ему предстоял путь за город. Пришлось поспешить.
Письмо приемного сына оказало помощь. Илара впустили и пригласили войти, несмотря на позднее время. Хозяин не торопился ко сну и принял гостя.
Небольшим вступлением Илар поведал о цели своих розысков. Господин Ильчин крепко задумался.
- Мои поиски носят личный характер. Если у кого-то были финансовые проблемы или с законом, меня они не интересуют, - заверил Соним, с волнением ожидая рассказа.
- Молодой человек, могу понять ваше стремление, но историю не стоит раскапывать, - покачал головой хозяин дома.
- Нечто подобное мне сказали в доме утешительниц, - вздохнул гость.
- Они абсолютно правы, - серьезно кивнул господин Ильчин. – Двадцать пять лет назад пострадало много людей, и, если сейчас снова разворошить забытое прошлое, могут пострадать случайно выжившие в водовороте дворцовых тайн.
- И вы? – помолчав, спросил Илар.
- Я не принимал непосредственного участия, но о чем-то знал, о чем-то догадался, - печально покивал головой мужчина. – Боги, сколько всего пришлось пережить! Удивительно, как смог не только остаться в живых, но и сохранить таверну. Наверное, волшебница Асоль помогла молитвами, упрашивая богов не разрушать дом, в котором она хоть и недолго, но была счастлива.
Молодой человек медленно склонил голову, соглашаясь и принимая объяснения.
- О ее ребенке вам что-нибудь известно? – после паузы напряженным голосом спросил Илар.
Господин Ильчин замер на месте, а его лицо побелело, губы задрожали.
- Вам известно о ребенке? – в ужасе спросил он.
- Я разыскиваю госпожу Асоль и ребенка. Они мои родственники, единственная семья, - поведал свою тайну Илар.
- Не было никакого ребенка! – резко выдохнул мужчина и отвел взгляд в сторону, уткнувшись в угол комнаты. – Асоль сбежала, прихватив жалование за месяц вперед. Кажется, ее уговорил тайно пожениться один из почитателей таланта. Больше мне нечего сказать! Прошу простить, пора принимать порошки. Сердце больное.
Хозяин дома поднялся на ноги и, не оборачиваясь, побрел, едва переставляя ноги, к дверям. Он обернулся.
- Молодой человек, бросьте поиски. Забудьте обо всем. Асоль сбежала. Наверняка где-то она счастлива.
- Думаете, она действительно счастлива? – печально спросил Илар.
- Асоль способна сделать любого счастливым. Таково ее предназначение.
Глава 4
Двадцать семь лет назад.
- Скорее! Скорее! Подходите! Скоро начнется представление! – звонко выкрикивал девичий голос, а в тон ему громко звенели бубенцы на палке, которой артистка взмахивала, привлекая внимание. – Вас ждет представление, где есть яркие персонажи, конфликт власти, странные волшебные звери, способные превращаться в людей, и очень красивая, нежная история любви со своими препятствиями. Всего две монеты! Подходите! Мы вам расскажем и покажем!
Невысокая, худенькая девчонка привставала на носочки, чтобы ее заметили. Она потрясала над своей головой самодельной погремушкой с дешевыми бубенцами. Лицо уличной артистки неумелый художник размалевал разноцветными красками, делая его броским среди бедно одетых горожан. Собственно говоря, сама зазывала не сильно отличалась от потенциальных зрителей. Не крашенная, а значит, дешевая ткань, туго обтягивала щуплое тело, не стесняя живых движений.
Молодой человек в неприметной, но добротной одежде шагал по улице, занятый своими мыслями. Он ловко уклонялся от столкновений с прохожими, словно не замечая их и совершая заученные движения. Впрочем те, кто обращал на него внимание, торопливо уступали дорогу. Руки и ладони мужчины затянуты плотными перчатками, не смотря на летнюю жару, оставляя пальцы свободными. Задумчивый прохожий выглядел так, будто только что вложил меч в ножны. Однако при себе у него не было оружия, а значит, он владел магическим клинком. Кто в здравом уме посмеет встать на пути воина, способного отнять жизнь движением руки?
Неразумной оказалась девчонка с погремушкой. Она увлеченно подскакивала и раскланивалась прохожим в надежде увлечь своим кривлянием. Простой люд с удовольствием платил за незамысловатые развлечения.
Зазывала подпрыгнула, выгнулась назад, оперлась руками над головой в землю, перевернулась и вновь встала на ноги. Несколько переворотов в толпе прошли без проблем, а с последним девчонка опустилась на землю точно перед задумчивым воином и, выпрямившись, ударилась лицом в его грудь.
- Ой! – поморщилась артистка, заглянула в лицо незнакомцу и расцвела счастливой улыбкой. – Господин! Приглашаю на представление!
- Я видел достаточно, - оборвал ее воодушевленную речь молодой маг.
- Вы о моих прыжках? – звонко рассмеялась она и замахала руками с погремушкой перед лицом собеседника. – У нас не только прыжки. Танцы, рисование, музыка! Мы расскажем удивительную историю любви!
Воин не стал спорить с уличной зазывалой, которая будет настаивать до тех пор, пока не согласишься. Он молча обошел раскрашенную девчонку и зашагал своей дорогой.
- Спешите! Спешите! – не смутилась она, потрясая бубенцами.
Высокая фигура почти скрылась среди толпы, но темная макушка мелькала над головами, и девчонка крикнула вслед:
- Меня зовут Асоль! Запомните, господин!
Трещотки и барабан возвестили о начале представления. Асоль подскочила на месте и заторопилась за полог, отгораживающий зрителей и артистов. Оставалось совсем немного времени, чтобы стереть краску с лица и надеть костюм.
- Много сегодня людей? – спросила она заглянувшего за полог мужчину.
- Как вчера, - вздохнул тот, - но время есть. Надеюсь, еще придут.
Асоль кивнула головой, соглашаясь, и поднесла кисть к лицу. Зеркала у артистов не было, потому девушка с сосредоточенным видом наносила грим, полагаясь на свои ощущения. Получалось криво, но ее это не расстраивало. Впереди выступление, надо придумать новую сказку, где будут волшебные животные, обещанные зрителям.
Звон бубна и бубенцов возвестили о начале представления. Асоль вскочила на ноги и выпорхнула на сколоченный помост. В руках она держала огромные кисти с длинными древками, доходившие ей до локтя. Пушистые ворсинки, заботливо вымытые и высушенные после последнего выступления, топорщились в разные стороны.
- История о волшебных зверях, способных принимать человеческий облик! – таинственным тоном оповестила Асоль.
- О демонах? – кто-то выкрикнул из зала.
- Они страшные? – проникнувшись интригующим видом актрисы, испуганно спросила женщина, стоящая ближе всех к помосту.
- Сейчас узнаем, - загадочно пообещала Асоль.
Девушка сменила уличную одежду на цветной балахон, украшенный вышивкой и заплатками, которые зрители должны были принять за украшения. Наряд смотрелся эффектно яркими цветами. Вблизи можно рассмотреть ветхость ткани, но издалека он производил впечатление.
Асоль развернулась спиной к зрителям и развела руки в стороны. Ее напарник тонко перебрал пальцами по двум небольшим барабанам, выдав быструю дробь. Короткая пауза, и мужчина в четком и быстром ритме задал темп. Несколько инструментов выдавали разные по тональности звуки. Они создавали мелодию и передавали настроение зрителям.
На задней стене перед Асоль была натянута тонкая бумага. Она подошла к двум емкостям с заранее разведенными чернилами и окунула кисти. Взмах, и точно под раздающийся ритм первые мазки легли на холст.
Под рукой девушки появлялись волшебные звери, похожие на драконов. Асоль не стояла на месте. Она танцевала, воодушевляясь музыкой, движением и предвкушением зрителей. Кисти мелькали в воздухе, участвуя в танце и рисовании. Перед взорами горожан появлялись картины на бумаге и продолжались в пространстве, благодаря искусству актрисы. Образы творились не только чернилами, они дополнялись толикой магии, которой, как оказалось, владела Асоль.
Драконы и тигры появлялись на бумаге, срывались со своих мест и мчались в пространстве над помостом. Зрители замирали от восторга и ужаса, когда когти или крылья дракона проносились прямо перед их лицами.
Обещанная история любви рассказывала о нежной деве и юном принце, которому король запретил жениться на возлюбленной. Асоль мастерски показывала переживания пары. Вот они бегут навстречу друг друга, краски сливаются и рассыпаются каплями наземь. Грозный король мчится в погоню и встречает дракона и тигра, вставших на защиту влюбленных.
А позже волшебные звери оборачиваются людьми и становятся верными друзьями пары, выстоявшей перед превратностями судьбы.
Счастливый конец сказки заставил заплакать женщин, а мужчины тихонько старались оттереть влагу с глаз. Представление закончилось, и зрители долго не могли успокоиться. Асоль собирала листы с нарисованными картинами и раскиданными в стороны по мере повествования. Она рассматривала образы, ставшие сегодня живыми, с улыбкой. Ей нравилось придумывать каждый раз что-то новое. Часто она сама не знала, как поведут себя герои. Вдохновение приходило во время танца на волнах музыки.
- Сколько стоят картины? – неожиданно позади раздался мужской голос.
- Картины? – недоуменно переспросила Асоль и обернулась.
Она держала в руках огромный лист с изображением последней сцены, где влюбленные смотрят друг на друга, а рядом стоят дракон и тигр.
- Я хочу их купить, - воин, недавно отказавшийся приходить на представление, для наглядности указал на бумагу, разделяющую их.
- Господин, хочет купить картины? – угодливо подскочил актер, услышав разговор.
Иногда кто-то интересовался ценой, но обычно уходили, ничего не приобретя. Бумага стоила дорого, а листы для представления огромных размеров. После выступления Асоль аккуратно смывала краску и сушила для дальнейшего использования.
- Сколько? – сухо уточнил молодой маг и заложил руки за спину.
Он казался недовольным вмешательством человека с алчным блеском в глазах и угодливым выражением лица.
- Три монеты за полотно, - «загнул» цену актер, оценив дорогую одежду зрителя.
Цена оказалась завышена в три раза. Чистый лист стоил одну монету. Если взять много и поторговаться, то можно немного сбросить. Здесь же исписанные рисунками листы, над которыми придется потратить много усилий, чтобы вновь ими воспользоваться. Асоль недовольно покачала головой.
- Зачем богатому господину покупать испорченную бумагу? – она заглянула в глаза воину.
Ее напарник торопливо ткнул в бок непонятливую девчонку. Деньги им нужны, а если у молодого господина есть каприз приобрести использованные листы, так это его дело!
- Мне понравились рисунки, - маг забрал из рук девушки предмет обсуждения и пристально вгляделся.
На лице актера поначалу появилось недоумение, потом досада. Продешевил! По его мнению, художества Асоль походили на мазню ребенка, а потому без сожаления помогал восстанавливать ценную бумагу. Но если нашелся ценитель, то следовало просить подороже!
Воин свернул просохшее изображение и протянул полагаемую сумму. Артисты живо принялись собирать проданный товар. Листы поднимались с пола, сворачивались и передавались покупателю. Мужчина мысленно подсчитывал прибыль, и прикидывал, где подешевле купить бумагу.
- Приходите еще. Асоль каждый раз рассказывает новую сказку, - завлекал молодого мага актер. – Она мастерица. И рисунки получаются разные. Если у вас есть друзья, приводите их с собой.
- Дядюшка Руши! – девушка попыталась остановить словоохотливого напарника.
Воин молчаливо поклонился и направился прочь. Пройдя несколько шагов, он остановился.
- Когда следующее представление? – поинтересовался он.
- Сегодня на закате! – обрадовано откликнулся Руши. – Приходите!
- Дядюшка, зачем запросили дорого? – протянула Асоль.
- Если заплатил, значит, твои каляки-маляки понравились. Учись, детка, уличным законам: если кто-то готов голосовать монетой, значит, оно того стоит, - мужчина назидательно поднял указательный палец вверх.
Асоль печалилась недолго. Не то, чтобы ее убедили доводы старшего напарника, скорее легкий нрав не позволял подолгу находиться в плохом настроении. Вскоре девушка занялась кистями, а дядюшки Руши отправился покупать бумагу. Они брали ровно столько листов, сколько требовалось для представления, экономя каждую монету. Поэтому, продав исписанные листы, они остались без необходимого реквизита.
Дядюшка Руши вернулся незадолго до заката. Они наскоро перекусили пресными лепешками, купленными им по дороге, запили теплой водой, и начали приготовления. Асоль сочно намалевала лицо разноцветной краской и выбежала на улицу зазывать зрителей.
Вечером прохожих на улицах обычно больше, чем днем. Уставшие после праведных дел горожане торопились домой, где отдыхали в кругу семьи. Однако, многие в жаркие летние дни, когда день становился длиннее, выходили на прогулку перед сном или забегали в гости к знакомым.
Асоль старательно трясла бубенцами и громко призывала посетить их представление.
- Спешите! Спешите! Мы покажем сказу о волшебном фонаре, исполняющем любое желание! История любви будет необыкновенной и нежной! Великий принц полюбит! Сможет ли он, загадав желание, получить все, что захочет?
- А чего хочет принц? – заданный вопрос остановил Асоль, когда она собиралась проделать свой трюк с переворотами. – Женится по любви?
Девчонка остановилась и распахнула от удивления глаза. Перед ней стоял великий принц. Точнее сказать, она посчитала его принцем, потому что столь богато одетого мужчину она видела один раз мельком в паланкине, который несли несколько рабов.
- Простите, ваше высочество! – бросилась назем Асоль. – Пощадите! Мои сказки просто выдумка для развлечения простых людей!
- Хочешь сказать, что великий принц существует, чтобы черный люд веселить? – угрожающие нотки прокатились над головой зазывалы.
Прохожие, с любопытством, наблюдающие за происходящим, кинулись врассыпную, едва унося ноги. Если актеры накликали недовольство принца, то лучше позаботиться о себе.
- Ваше высочество, глупая девчонка не знает, как объяснить! – дядюшка Руши бухнулся на колени рядом с Асоль. – Мы сочиняем сказки, веселим людей и прославляем короля и его власть. Милость его величества да ниспадет на всех нас!
- Чего хочет великий принц в твоей сказке? – мужчина ткнул носком сапога в плечо Асоль.