Начало пути: Рокировка. Аристократ с Юга. Курс молодого мага

После завтрака Аринэль попросил Цеси проводить его на крепостную стену. Да, блажь, но вот хотелось и все тут! Он же никому не мешал, а для Цеси это было работой. Вот только их перехватили буквально сразу же.

– Аринэль! – взволнованный голос матери… хм, Аринэля, Артем узнал сразу же.

Мелодичный, высокий голос. Его стиснули в объятиях и прижали к груди.

– Сынок, ты так напугал меня! – с тревогой в голосе вещала матушка. – Я пришла в твою комнату, а тебя нет!

– Мам, – парень мягко отстранился (надо же, как легко выскользнуло это слово), – я просто сильно проголодался.

– Не пугай меня так больше, – голос эльфийки дрогнул. – Уондо дэяла…

Ответ сам собой всплыл в памяти. Мать в свое время пыталась научить Аринэля языку своего народа. Но парень был, ну честно говоря, невеликого ума. С другой стороны, не всем же дано поражать величием полета мысли…

– Элрэ дара, амил,[1]– произнес парень.

На некоторое время в коридоре повисла тишина.

– Аринэль? – голос женщины был удивленным, а потом в нем зазвучала тоска. – Сынок… А ты меня видишь?

– Прости, мам, – слегка дернул щекой парень.

– Аннира даоса каниларэ, – пробормотала женщина, опять прижимая сына к себе. – Кэласар лимбэ наулорос, катуя дарасан!

Вот только на щеки Аринэля невольно вполз румянец. Дело в том, что он понял, что сказала матушка. Если буквально, то она пожелала некоторым бородатым членоносцам лучше бы трахнуть дерево, чем она бы в него влюбилась. В общем, какое-то устойчивое эльфячье выражение, судя по всему.

– Мам, ну не надо так папу-то, – произнес Аринэль. – Ему, наверное, еще хуже сейчас.

– Ашшиа гаэлла ма бардарасан! – буквально выплюнула слова женщина. – Ничего, пусть помучается, раз не может за сыном приглядеть!

Откуда-то донеслось еле слышное сопение на эти слова.

– А в общем как? – уже деловито так спросила мать.

– Да ничего вроде, – пожал плечами парень.

– Тогда сегодня мы едем к мастеру Цевитосу! – не терпящим возражения голосом постановила эльфийка. – Прямо сейчас!

Бран Тайфол, как не оправдавший высокого доверия, от сопровождения был отстранен. Впрочем, как и дочери, хотя Саманта чуть ли мятеж не устроила. Но была осажена собственной матерью, что, мол, дело серьезное.

Поехали не на лошадях, а в открытой коляске. Аринэль видел ее ранее, так что и Артем представление имел. Этакий фаэтон, о четырех местах и с местом для кучера. Слуг с собой мамы тоже не взяли, правила экипажем мама Каяра. В общем, налицо был женский бунт, к тому же имеющий под собой самые железобетонные основания. Затронули потомство!

Копыта лошади процокали по внутреннему двору замка, потом колеса прогрохотали по настилу опускаемых ворот-моста, стукнулись о «порожек» противоположного берега рва и зашуршали по дороге. В груди Артема на секунду полыхнуло сожаление, что он ничего не видит. Хоть в памяти и были картинки, но фэнтезийный мир очень хотелось увидеть собственными глазами.

«Но не судьба», – привычно подавил он малодушный порыв.

Тем временем в нос ударили запахи леса. Прелой листвы, какой-то едва уловимый запах деревьев. Шуршание крон на ветру. Слегка поскрипывала коляска.

– Аринэль. – Ага, это старшая мама.

Голос строгий, глубокий, объемный, что ли. В памяти появилась картинка сорокалетней (на вид) крепкой женщины, с каштановыми волосами, серыми глазами, тяжеловатым подбородком. Нос картошкой, тонкие губы. Возле глаз и в уголках рта морщинки. А еще она была прям валькирия, то есть статная и рослая. Глядя на нее, верилось, что она была офицером.

– Ты какой-то слишком спокойный, – продолжила женщина.

– А ведь и вправду, – голос мамы Каяры был, как бы это… командный, в общем.

Резкий такой, отрывистый. Она была под стать старшей женщине рода Тайфол. Тоже плечистая, крепкая. Еще более плечистая и крепкая. Глаза черные, как у большинства орков. Губы пусть и не ярко-алые, но сочные, нос с характерной горбинкой (но все же не такой рубильник, как у деда, то есть отца ее, нормальный такой носик). В общем, если откинуть цвет кожи и волос, больше походила на скандинавку. Густые волосы цвета воронова крыла обычно убраны в косу, которая была переплетена зеленой, черной и красной лентами.

«Зеленая – это полевой выход. Черная – опоясанный воин. Красная – замужняя дама. В мужском варианте – женатый».

Да, Аринэль тоже, как уже говорилось, бывал в орочьем стойбище. Что неудивительно, раз одна из мам дочь прежнего вождя и сестра вождя нынешнего. И надо сказать, что парню, несмотря на его любовь к комфорту, там нравилось. Ведь он мог гонять на лошади сколько влезет.

– А какой я должен быть? – поинтересовался Аринэль. – Я могу что-то сделать?

– Ну, папаня, – с угрозой произнесла Каяра и послышался шлепок вожжей.

Аринэля опять прижали к мягкому женскому телу. Ага, мама эльфа волнуется.

– Ох, уондо, – тихо прошептала она сыну в макушку.

Все-таки голосок у нее, как переборы гитары. Мелодичный, с глубокими обертонами.

– Я думаю, все будет хорошо, – это заговорила мама Саятана. – Я, конечно, не целитель. Но не думаю, что мастер Цевитос не справится с этим.

Высокий девичий голос. Но одновременно уверенный, твердый. Саятана Тайфол не очень высокого роста (по меркам орков вообще низкая), но весьма красивая женщина. Всегда элегантно одетая, почти белые волосы, всегда убранные в прическу и голубые глаза. У нее тоже в предках явно были эльфы, черты лица были тонкие, глаза большие, слегка вытянутые к вискам, скулы высокие. В общем, Артем понимал Брана Тайфола, хе-хе. В свои тридцать с хвостиком (на вид, да, опять лишь на вид, Ари как-то не задумывался над тем, чтобы выяснить реальный возраст родителей) выглядела леди Саятана, как девушка. А занималась в роду Тайфол она ни много ни мало сельским хозяйством. Кажется.

Кстати, не надо думать, что женщины барона Тайфола вот так взяли и отправились куда-то одни. Позади коляски раздавался стук копыт, позвякивало железо и иногда доносились мужские голоса. То есть охрана присутствовала.

«А значит, есть и те, кто вызывал необходимость такой охраны, – подумал Артем. – Что, собственно, подтверждает происшествие с Аринэлем».

Парень нахмурился. Мысли о том, как он оказался здесь, да еще и в теле Ари, он просто задавил, даже не пытаясь придумать ответ. Этот прием, просто выключить бесполезные мысли, не раз помогал Артему по жизни. Это все не помогает, бытие не улучшает, а, значит, не просто бесполезно, а еще и вредно, так как время, убитое на рефлексии, можно потратить на нужные размышления.

«Итак, что мы имеем в остатке. Баронет…»

…Баронеты и баронетессы – это дети баронов. Бароном можно стать, только став владетелем баронства, если взять Тайфолов, то им будет Грег после ухода в мир иной Брана Тайфола. Еще сестрички сменят титулы, когда выйдут замуж. То есть да, Аринэлю светит всю жизнь быть баронетом.

Бароны – становый хребет королевства Та-Релия, где, собственно, и находится марка Эйхол. Владетели небольших доменов, обычно это пара-тройка деревень и баронская усадьба. В случае баронства Тайфол – замок.

Так, тут надо упомянуть о некоторых особенностях взаимоотношений аристократов и остальных в баронстве Тайфол.

Баронство Тайфол не просто пограничное. Оно, если так можно выразиться, ультрапограничное. Было отвоевано Браном Тайфолом лично.

Две деревни, что имелись во владениях барона Тайфол, это были де факто соседи, а не данники. И налоги (назовем это так, для простоты) они платили непосредственно барону и никому более. В общем, помесь Запорожской Сечи с Землей Обетованной. В эту картину отлично вписывалось наличие дружественных (прям тесно дружественных) степняков-орков. А если перевести, это была одновременно легкая и тяжелая конница баронства.

Кстати, замок Тайфол находился не где-то, а на границе со степью, оседлав холм, который огибала неширокая река. Выше по течению, до замка, река разливалась и превращала низменность в болото, и справа от замка, относительно реки, была непроходимая топь. Слева от реки и замка местность была изрезана оврагами. Естественно, замок запирал удобный путь из степи в королевство (иначе на кой его ставить?). Обойти-то можно, но, например, за оврагами, километрах в пяти от замка, была одна из деревень, Рогатка. А деревни здесь, в баронстве Тайфол, напоминали небольшой замок. То есть и стена имелась, и люди решительные внутри…

Чуть выше баронов стоят виконты. По сути, разожравшиеся бароны. Были правителями отдельных больших феодов, которые уже не баронство, но далеко не графство. И таковых относительно немного.

Обычно бароны и виконты ходят под графом. Маркой Эйхол управлял маркграф Ремулус Аванти (судя по некоторым оговоркам, то ли друган, то ли чуть не родственник Брана Тайфола). Столицей марки был город Арантон. И да, это все, что Аринэль знал об этом.

По аналогии с виконтом герцоги были правителями важных провинций. Выше них только королевская семья. Принцы, принцессы, наследный принц и, собственно, король с королевами…

…«Кстати, – усмехнулся про себя Артем. – Тут же норма иметь несколько жен! Забавно!»

Лица коснулся порыв ветра. И стук копыт стал совсем тихим, то есть не отражался от деревьев. А, значит, они выехали из леса. Ноздрей парня коснулся запах дыма. Они подъезжали к Брайбо, которая так-то была третьей деревней баронства. Но Брайбо уже перерос статус деревни. А все потому, что он был сознательно отдан бароном на откуп всяким искателям приключений… и заработка. Аринэль этим, как обычно, не сильно интересовался, но даже он слышал о том, что в степи есть развалины древних городов.

Коляска остановилась. Стук копыт лошадей охраны приблизился и стих.

– Аринэль, пойдем, – раздался голосок мамы Вайлири уже откуда-то сбоку.

Парень ухватился за руку, которая лежала на его плече, и не спеша вылез.

Марн Цевитос был стар. Действительно стар, раз даже он, целитель, выглядел стариком. Невысокого роста, в поношенной зеленой рабочей мантии и практически лысый. Кожа на руках была словно пергаментая, лицо разрезали глубокие морщины.

Увидев представительную делегацию, мужчина приподнял брови. А четверка женщина барона Тайфола уверенно зашла в небольшой кабинет, который разом стал каким-то совсем маленьким. Последним, держась за руку матери, зашел Аринэль.

– Мастер! – буквально пропела Саятана Тайфол, одарив целителя улыбкой. – Добрый день!

– Аэлле[2] Тайфол, – встав, коротко поклонился мужчина. – Господин Тайфол.

В среде магов знать эльфийский язык – элварин, было признаком хорошего тона.

– Я так понимаю, – продолжил целитель, – что молодому человеку требуется моя консультация?

– Вы совершенно правильно поняли, мастер, – снова улыбнулась Саятана. – Требуется и как можно более полная.

– Конечно, – кивнул Цевитос.

Он вышел из-за стола, взял стул, стоящий у стены, и поставил его на середину комнаты.

– Прошу, – жестом указал он.

Вайлири Тайфол подвела сына, взяла его руку и, положив ее на спинку стула, произнесла:

– Сынок, сядь тут, – в голосе женщины звенела нежность, смешанная с болью.

Тем временем остальные… хм, мамы, присели на стулья, стоящие вдоль стены, слева от входа, а Саятана расположилась на кушетке, что стояла вдоль стены справа. Вообще, кабинет мастера Цевитоса, был квадратным, примерно четыре на четыре. Два больших окна, в обрамлении белых штор. Рабочий стол целителя стоял между оконных проемов, а сам мастер сидел лицом к двери.

– Господин Тайфол, вы не могли бы снять верхнюю одежду? – произнес мастер.

– Конечно, – тут же ответил Аринэль.

Он встал, расстегнул рубашку. К нему подскочила мать, забирая одежду. Парень брякнул пряжкой ремня и, сев, стянул штаны.

– Ну-с, приступим, – пробормотал мастер, вставая перед парнем и встряхнув руками, как пианист.

В этот раз целитель работал гораздо дольше, не меньше получаса. Наконец он, устало выдохнул. Обойдя стол, мужчина присел на свое кресло.

– Можете одеваться, господин Тайфол, – произнес он. – Что же…

Мастер посмотрел на женщин.

– Первое – это состояние не из-за травмы, – сказал он. – Нет, не так. Травма, безусловно, вызвала это состояние. Но теперь все происходит по другой причине.

Он потер переносицу, собираясь с мыслями.

– Если коротко, то это побочные эффекты спонтанной инициации, – заговорил он. – И тут ничего нельзя сделать. Одно могу сказать, слепота точно временное явление. Примерно через три-четыре десятины Аринэль снова будет видеть.

«Какие отличные новости!» – невольно улыбнулся парень.

– То есть Аринэль проходит сейчас этап привыкания к Дару? – уточнила леди Саятана.

– Именно так, – кивнул целитель. – Травма вызвала возмущение в тонком теле. А раз она была серьезной, то и компенсация была тоже существенной. Что вызвало досрочную активацию ядра. Обычно этот процесс растянут минимум на год…

– Хм, да я помню, в это время возникают проблемы со здоровьем, – задумчиво сказала леди Саятана.

– Вот именно, – подхватил Цевитос. – Поэтому год как минимум. Но у Аринэля все идет гораздо быстрее, поэтому возникают вот такие проблемы.

– То есть вы не можете помочь Аринэлю? – произнесла леди Мара.

– Увы, – развел руками целитель. – Я гарантирую, что зрение к мальчику вернется. Но не раньше, чем через три десятины. А полностью, скорее всего, через пять. В крайнем случае десять.

– Возможно, все-таки есть какие способы? – сощурилась леди Мара. – Хотя бы облегчить?

Мастер Цевитос в задумчивости постучал пальцами по столу.

– Облегчить… – медленно произнес он. – Кое-что можно сделать. Леди Саятана, вы не обучали мальчика Зрению?

– Нет, – коротко ответила та и с некоторой досадой продолжила: – У него не получалось… Хм, избавиться от мыслей.

– Зрение могло бы несколько облегчить его положение, – размеренно сказал целитель.

Артем чувствовал, что атмосфера на обратном пути стала менее напряженной. Старшая мама и Саятана даже обсудили какое-то дело, касающееся деревенских. А потом разговор пошел на другую тему.

– Если Аринэль все-таки инициировался, – заговорила Сайтана, – мое мнение, что ему тоже лучше поехать в Империю.

– Даже если и так, – ответила Мара. – Аринэлю тринадцать. То есть этот вопрос встанет через пару лет.

– Нет-нет, даллэ[3], – произнесла Сайтана. – Идут в пятнадцать не потому, что им, собственно, пятнадцать. А потому что примерно в этом возрасте, плюс-минус год, пробуждается Дар. У Саманты тоже началось. Марн сказал, что это… возможно из-за волнения. Так что, думаю…

– Обговорим это позже, – прервала ее Мара. – Аринэль. Ты что-то ни слова не сказал.

В голосе старшей женщины рода Тайфол промелькнули нотки беспокойства.

– Я очень рад, что зрение ко мне вернется, – ответил парень.

«Да я просто вне себя от этой новости! Тридцать дней? Боги, да я три года молился!»

И Аринэль не видел, как мамы озабоченно переглянулись.

Самое странное в том, что мамы никак не реагировали на поведение дочерей. Хотя… Виона раньше вела себя с Аринэлем тоже… Откровеннее. Но тогда Аринэлю было одиннадцать, да и выглядел он даже младше своих лет. Это за последний год парень вытянулся, занятия фехтованием и конные дела оформили мужской силуэт. Но вряд ли бы это остановило этих дам. Скорее всего, либо сама Виона поняла, либо ей на это указали, но тискать совсем уж откровенно хоть и брата, но другого мужчину, при наличии жениха, не комильфо. Вот только сейчас ей об этом кто-нибудь напомнит или нет?

И ведь натурально чуть ли не на руках утащили из коляски. И старшие дамы даже слова не сказали. И теперь слева Виона, справа Саманта (судя по еле уловимому цветочному запаху духов). А Алетта как-то уж сильно громко топала впереди.

Они зашли в какую-то комнату, Аринэля усадили на… хм, кровать. И тут парень выхватил подзатыльник!

– Смотри, куда бьешь! – зашипела сзади Саманта.

– Сказано же, здоровый он! – ответила ей Виона.

К Аринэлю сзади прижалось девичье тело.

– Иди своего жениха бей! – раздалось над самым ухом.

Несколько секунд молчания и сопения с обеих сторон. Наверняка сейчас сестрички взглядами сражаются. В этот момент Аринэль ощутил какое-то движение перед лицом.

– Зато теперь ты можешь мыться вместе с женщинами, – раздался голос Алетты.

Да, юмор у этой пацанки немного странный. После этих слов сопение как над ухом, так и впереди, как обрезало.

– Эй, вы о чем сейчас подумали, озабоченные? – с некоторой опаской произнесла юмористка.

– А это интересно, – задумчиво произнесла Виона.

Она была довольно высокой для женщины. Собственно, вся в мать. Сейчас она предпочитала носить платья, но еще буквально год назад соревновалась с Алеттой за звание оторвы. Короче, дама резкая, может и двинуть. Благо жених нашелся, а то бы точно в стойбище уехала. Аринэль заранее жалел ее будущего мужа. Нет, Виона вполне умела себя вести, не хуже Саманты могла отыграть аристократку. Но если тот парень, друг Грега, сразу не поставит себя, под каблук попадет моментально. Тем более что сестренка взяла от родителей лучшее. От отца пронзительно-синие глаза, прямой нос выходца из северных провинций Империи (хм, Артем поймал себя на том, что как-то свободно оперирует памятью Аринэля, как своей собственной). Высокие скулы, чистая кожа и да, передние габариты от матери.

А еще Артем мог добавить, что сестренка выглядела как европейка, с легкой примесью восточных черт. Например, губы. Маленькие, аккуратные. Кстати, они такие у всех, даже у Аринэля и Грега. И глаза тоже у всех синие. Фамильная черта Тайфолов. А еще у Вионы был хоть и вполне себе женский, даже девичий голос, высокий, но грудной.

А вот у Алетты, которая очень не любила свое имя и предпочитала, чтобы ее называли Рэйса (это перевод ее имени на элварин и орочье произношение), голос был звонкий и, по ее мнению, слишком высокий. Зато, если она кричала, то слышали, наверное, в Брайбо. В замке ее иначе как «звонок» и не называли. Рэйса завидовала Вионе. И знаете в чем? Что та высокая. Да-да. Ну, вот не удалась Рэйса ростом. Крепкая, опять же с передними обводами все в порядке. Но невысокая. Средняя. И если вы думаете, что она такая вот поборница морали, то ни фига. Вот скрытная – это да. И чего вы думаете, она так реагирует на слова о совместной помывке? Эта оторва пару месяцев назад с братиком в речке мылась. Ну, когда они оба в стойбище были. У орков-то нравы простые, даже чересчур.

У Саманты голосок был красивым, нежным. Ох, еще наплачутся ее ухажеры. Уже сейчас сестренка активно пользовалась тем, что она красивая и все такое. И голосом играть научилась, и язык тела осваивает просто семимильными шагами. Да, у нее, по сравнению с сестрами, тело еще больше девочки, нежели женщины. Но кто сказал, что нужны обязательно выпирающие холмы? А вот личико у Анти прям ангельское. Большие глаза, благородная бледность. Тонкие брови изящным полукругом. Чуть припухлые щечки, алые лепестки губ. Все это в обрамлении слегка вьющихся светло-, очень светло-русых волос.

– Такое не разрешат, – произнесла Саманта.

– Да, – согласилась с ней Виона. – Такое вряд ли. Даже сейчас. Так может и не спрашивать?

– Да вы чего, совсем что ли спятили? – резко сказала Рэйса-Алетта.

– А что такого? – как бы удивилась Саманта. – Братик, ты же не против?

Аринэль, а точнее Артем усмехнулся.

– Вообще-то против, – произнес он. – Вы очень красивые девушки. Не уверен, что факт родства сможет удержать меня от активных действий.

Буквально упавшая тишина стала ответом на его пассаж. Да, Аринэль такого никак не мог сказать. Он вообще был не любителем длинных фраз.

– Чего? – выдавила, наконец, Саманта.