Аномалия. Так не бывает
— Несомненно этот обломок был когда-то частью деревянного ведра! Надо же, ты собрала его в том виде, в котором разрушила! Как интересно! Как это вообще работает, у тебя же совсем нет магической ауры? —девушка, отбросив осколок, что-то вдохновенно записала в своей записной книжке. — Я думаю, — она оторвалась от записей, — Что прежде, чем пробовать на драконе, необходимо потренироваться на чем-то другом, чтобы понять, как это работает. А что, если ты сейчас снова распылишь обломки, но, когда будешь собирать, будешь думать о целом ведре, а не об обломках.
— Да я вообще ни о чем не думала. Что за п****ц? Что за тупость? — я с силой сжала кулаки.
— Просто попробуй. — Айла встала, подошла ко мне, взяла мои сжатые кулаки в свои руки.
«Интересно, почему у неё снизу копыта, а сверху ладони с пятью пальцами, кожа теплая, приятная, любопытно, какого она цвета» - подумала я.
— Ну же, — девушка взглянула в мои глаза, затем разжала мои стиснутые пальцы, слегка сжала мои пальцы своими, слегка тряхнув — Неужели тебе самой не интересно? — она лукаво мне подмигнула.
— А мне очень интересно, а будет ли дракон жив, если она его соберет — эльфу тоже было очень любопытно. Он стоял поодаль от костра, как всегда, кротко улыбаясь.
— Что? — пробасил Граш — Вы в своём уме? Вы думаете я позволю вам собрать этого ублюдка? Чтобы у него появилась возможность улететь?! Чтобы всё было напрасно?!— в басе орка появился угрожающий рёв.
— Это если она его живого соберет, — глаза эльфа сверкали в свете костра. Налфейна очень интересовал этот вопрос.
— А если мертвого – то это же хорошо! Представляете, какое состояние мы выручим за продажу туши дракона! — довольно улыбаясь заявил Виего, поглаживая бороду.
— Помолчите, пожалуйста — оборвала беседу девушка с рогами. — Лидия, попробуй, прошу тебя. Она приглашающе показала на обломки.
Я взглянула на обломки ведра и, глядя на них, произнесла: «Нет». Обломки начали терять цвет, после чего осели пыльной кляксой на утоптанной земле.
— Замечательно! — девушка снова заглянула в мои глаза. — А теперь подумай о том, как выглядит целое ведро, представь его себе, затем произнеси свое заклинание.
— Заклинание! — с горькой иронией проговорила я. — Это всего лишь
— Тихо-тихо! — Айла прервала меня. — Давай пока ты не будешь разбрасываться словами, которые работают не так, как ты привыкла. На всякий случай. — она снова заглянула в мои глаза, —Прошу тебя, соберись — девушка махнула в сторону кучки пыли рукой, — Помни: целое ведро.
Я подумала о ведре, о том самом ведре, до того, как оно приняло мои смешанные эмоции на себя. Представила и произнесла: «да».
Пыль снова начала подниматься, как и в прошлый раз, но сейчас она поднялась гораздо выше, приобретая форму целого ведра, сначала бледного и нечеткого, а затем обретя окончательную форму и цвет.
У меня вырвался истерический смешок.
— Невероятно — с восхищением произнесла Айла.
Мужчины тоже выразили своё восхищение ведром. У меня снова возникло ощущение диссоциации. Ситуация казалась мне крайне сюрреалистичной. Нет, вы подумайте! Я – человек из технологически развитого мира, атеистка до мозга костей, одним словом разрушила сломанную вещь, а потом восстановила, но в целости. И вот толпа сказочных персонажей стоит рядом и восхищается старым деревянным ведром. Привет, дурка.
— Ладно, Лидия, восстановить вещь ты смогла, — эльф явно был в восторге от происходящего и, не скрывая восхищения, смотрел на меня своими огромными глазами, сплетя пальцы в замок у сердца. — Теперь только вопрос в том, будет ли это целое живым.
— И можно ли это живое восстановить, так, чтобы, скажем, часть его не восстановилась, или восстановилась отдельно. — внёс предложение дворф.
— А это хорошая идея! Лидия, давай попробуем! — Айла снова взглянула в мои глаза.
Я хихикнула, прочистила горло и спросила:
— Айла, а что ты такое?
Девушка моргнула, видимо, это был не тот вопрос, который она ожидала услышать.
— В каком смысле? — казалось, она начала злиться.
— В моем мире есть только люди. Такие, как вы, ребята, есть только в наших сказках. — я указала рукой на дворфа, — Таких, как Виего у нас зовут дворфами или гномами.
— Всё так, я – дворф! — дворф пригладил свою пышную бороду, в которой я смогла разглядеть косы и какие-то еще украшения, в полумраке сложно было разобрать детали. — Про гномов не слыхал.
— Ты – орк? — я посмотрела на Граша.
— Всё так. —пробасил орк.
— Ты – эльф? — я посмотрела на Налфейна.
— Я не совсем эльф. — Налфейн склонил голову набок, — С эльфами мы, конечно, в родстве, но в очень-очень-очень дальнем. Я – дроу или как говорят все остальные: тёмный эльф. — немного по-кошачьи произнес дроу, при этом продолжая кротко улыбаться.
— А я тау — тихо произнесла Айла и опустила глаза, видимо, не желая продолжать.
— В наших сказках и играх есть персонажи, похожие на тебя, но у них другие названия. — Я стала думать о том, что больше никогда не смогу погрузиться в любимые игры, или прочитать дорогие сердцу книги, как тау выдернула меня из моих грустных мыслей.
— Слушай, это всё, конечно, важно, но, Лидия, давай продолжим, прошу тебя! Попробуй снова разрушить ведро, а затем собери, но ручку от ведра отдельно. Скажем, пусть ведро будет здесь — Айла копытцем правой ноги нарисовала крест на земле, — А ручка от ведра пусть будет вот тут. — она отступила на пару шагов от нарисованного крестика, и начертила еще один. Затем девушка отошла от креста и встала рядом со мной —Давай, соберись, Лидия!
«Всё страньше и страньше», – подумалось мне. Для меня всё еще было крайне нелепо, что мы, взрослые лица разных рас, стоим тут возле ведра и в серьёз обсуждаем его многократное разрушение и обратную сборку магическим путем. Хотелось смеяться, безумно хотелось смеяться. Однако я оттолкнула смех подальше, сосредоточившись на необходимом. Я посмотрела на ведро, сказала: «нет», ведро снова побледнело и осело пыльной кляксой.
Я не знала, как разделить вещь надвое одним «да». Я на мгновенье задумалась над этим вопросом, как вдруг я ощутила все то же странное осознание. Я поняла, что мне нужно сделать. Знание само появилось. Вот его не было, оно понадобилось, и тут же – вот оно. «Как в долбанной сказке», – мелькнула гневная мысль.
Устремив взгляд на пыльную кляксу, я произнесла «да», устремляя свои руки к нарисованным Айлой крестам, одновременно думая, что и где должно воплотиться. Пыль поднялась, повинуясь моим мысленным приказам, разделилась на две части: побольше и поменьше. Затем она начала собираться в центрах крестов, показались очертания ручки ведра и самого ведра. Они были целыми, но разделены: ведро слева, ручка справа.
— Получилось! — Айла даже подпрыгнула от восторга.
— Невероятная магия! — пробасил Граш. — Никогда не видел ничего похожего! — он смотрел на меня каким-то странным взглядом, создалось ощущение, что он смотрит не на меня, а в меня.
— Так что, попробуем теперь на чем-то живом? — промурлыкал Налфейн глядя на ведро без ручки, стоящее в центре креста.
— Ага, на тебе, Нал! — со смехом произнес Виего.
— Или на твоей голове, попросим Лидию отделить бороду от лица, хотя бы узнаем, какое твое лицо на самом деле! — шутливо произнес дроу.
Все четверо взорвались смехом. А я стояла и осознавала, что я теперь точно знаю, что делать с драконом. Осознание снова просто взяло и появилось. «Странь», – подумалось мне.
— Ребята, не надо больше тренироваться, я знаю, что нужно делать. — я попыталась прервать всеобщий хохот.
— Что? — синхронно спросили все четверо.
— Ведите меня к дракону, покажу.
— Ну нет, давай-ка ты сначала всё же на птичках потренируешься, убедишься, что дракон не оживет, не спалит остатки наших героев, а заодно и все окрестные селенья? — Граш вполне резонно сомневался.
— Хорошо. Давайте. — я не стала возражать или отпираться, в общем-то замечания орка были вполне справедливы и дальновидны.
— Отлично. — Граш поднялся и ушел за палатку, однако через пол минуты вернулся с держа за задние лапы небольшого размера птицу. Пернатое отчаянно взмахивало крыльями и отчаянно крякая, пыталось вырваться из огромных лапищ орка. — Вот тебе птичка. —Граш посадил птицу в ведро без ручки, которое всё также стояло в центре креста.
— Утка? — спросила я.
— Да. А есть какая-то разница? — заинтересовался орк.
— Как будто я об этом знаю, —хихикнула я. — Дамы и господа, мы продолжаем нашу рубрику «Экс-с-с-сперименты» — я, продолжая посмеиваться, начала смотреть на утку, а затем произнесла: «нет». Кряканье утки прервалось, она побледнела и осела на дно ведра пылью. Затем я представила себе эту утку живой в ведре и произнесла: «да». Пыль привычно поднялась со дна ведра, появились очертания птицы, одно мгновение, и мы услышали гневное «кря» от нашей подопытной.
Утка начала ёрзать в ведре, а затем повалила ведро на бок, вылезла из него, покрякивая, гневно глянула на меня, снова что-то прокрякала и пошла вразвалочку прочь от нас. Налфейн не дал утке уйти, поймал ее и усадил в сгиб своего локтя.
— А теперь давай ты её распылишь, а потом восстановишь, но так, чтобы голова была отдельно. — Дроу гладил утку и кротко улыбался, глядя на неё. Его слова совершенно не сочетались с его действиями.
— Не — начала было я, но вспомнив про разрушительность этого слова, сказала иначе: — Не стану!
— Почему? — Налфейн оторвал свой взгляд от утки, даже улыбка исчезла с его лица.
— Потому что это излишняя жестокость.
— Но нам надо проверить — начал было орк. — Да и когда ты её распыляла, ты что-то не переживала, что твоя магия её убьет.
— Потому что я знала, что превращение в пыль её не убьет, что я смогу её восстановить. А если я отделю голову птицы при восстановлении от тела, я совершенно точно её убью. И я не собираюсь лишать жизни утку, ради того, чтобы доказать вам, что могу восстановить дракона по частям – это нелепо!
— Слушай, Лидия, ведь мы же можем выручить целое состояние за тушу дракона. — в разговор вступил Виего, — Безумных драконов всё меньше и меньше в мире, к счастью, конечно, всё так. Однако дефицит драконьих составляющих на рынке, неизбежно привёл к росту цен на эти самые составляющие. К примеру, только на один любой зуб дракона, ты можешь купить домик в центре любой из столиц нашего мира. Тебе нужно на что-то жить в этом мире, а с деньгами, вырученными с этого похода можно хорошо жить в любом месте этого мира. Более того, я и моя семья можем помочь тебе с бюрократическими вопросами, нет никого равных семье Торнгримов во всем мире! — с гордостью в голосе произнес дворф, — Я считаю, что нужно поделить всё содержимое пещеры и деньги с продажи туши поровну между участниками похода. У тебя будет такая же доля, как у всех. Хоть ты и не участвовала в сборах в поход, в путешествии, но так уж вышло, что мы, все, кто остался в живых, продолжаем дышать благодаря тебе. И Алердту в какой-то мере. Так что справедливо будет взять тебя в долю. Я думаю никто не будет против. Когда все проснутся, мы обсудим этот момент.
Дворф был прав, это стоило признать. Раз уж теперь этот мир является моим домом, мне нужны деньги на новую жизнь. И будет чудесно, если у меня их будет достаточно. Ведь на данный момент у меня нет ничего, кроме меня самой и этой странной силы.
* * *
Эльф, дворф, орк и тау ушли по каким-то делам. Постепенно темное небо начало бледнеть. Лагерь просыпался и оживал. Я сидела рядом с одной из палаток, по какой-то причине, стараясь держаться в её тени. Я задумалась о том, какое здесь может быть солнце. Мне было любопытно, отличается ли звезда этого мира от нашего Солнца. Звёзды на небе, казалось, отличались. Ведь во вселенной бесчисленное количество звезд, отличающихся друг от друга не только массой и размером, но и цветом, температурой. И какая звезда здесь я пока не знаю. Сейчас раннее утро, однако мне не холодно, и хотя я не отличалась особой морозоустойчивостью, и по всем параметрам, должна сейчас во всю трястись от холода. Может, здесь гораздо теплее, чем в моем мире? Или это стресс?
Впервые с момента пробуждения в шатре, я задумалась о том, во что одета, и почему мне не холодно в предутренних сумерках. Я попыталась рассмотреть то, во что меня нарядили, засыпала-то я в легкой пижамных шортах и майке. Сложно было рассмотреть себя без зеркала и в полумраке, но мне удалось понять, что я была облачена в тканую тунику, под ней что-то вроде рубашки, внизу какие-то непонятные штаны, сшитые из чего-то незнакомого. Одежда была мне великовата, но не сваливалась. Однако самое интересное: мои ноги были босыми. И мне не было холодно! Я стояла и смотрела на свои босые ноги, когда ко мне подошел дворф, протянув чашку с чем-то горячим и миску с какой-то едой.
— Поешь. — просто сказал Виего. — тебе нужно набраться сил.
— Что это? — я приняла из чашки пахло заваренными травами: мята, мелиса, саган дайля и еще какие-то травы и ягоды. А вот в миске было что-то, что больше всего напоминает пшенную кашу.
— Чай и каша. Чем богаты, — дворф хохотнул и добавил: — В походе не пошикуешь, сама понимаешь. Горячее и не сырое- уже, считай, счастье.
— Спасибо, Виего. — я решила, что сейчас самым правильным решением будет поесть. — Пахнет вкусно.
— Ну, Граш хоть и маг невероятной силы, но в приготовлении походной еды ему все же совершенно нет равных. Сама попробуй. — бородач хлопнул себя по лбу, потянулся во внутренний карман своего камзола и, достав деревянную ложку, протянул её мне.
— Спасибо. — я приняла ложку, борясь с желанием протереть её антисептическими салфетками, которых, разумеется, не было. Подумала, что проявлять брезгливость сейчас вообще ни к месту, зачерпнула содержимое тарелки и положила в рот. Это была какая-то неизвестная мне крупа с сливочном соусе, сдобренная пряностями, по вкусу было похоже на ризотто. Невероятно вкусное ризотто. Как только содержимое первой ложки оказалось у меня в желудке, я поняла, что смертельно голодна, и под одобрительное кряхтение дворфа, опустошила тарелку.
— Я же говорил, что Граш хороший кашевар! — Виего достал трубку и принялся её раскуривать.
— Да, действительно хороший, это было очень вкусно! — горячая и вкусная еда как всегда подействовала на меня благотворно, и я перестала видеть всё происходящее в столь мрачных тонах.
— Допивай свой чай и пойдём на собрание.
— Собрание?
— Да, там мы поговорим о произошедшем и обсудим дальнейшие планы, в том числе твое участие в разделе добычи. Мы договорились встретиться в палатке командира, когда солнце будет над горизонтом, так что нам пора.
Вставая со своего насиженного места, я посмотрела на солнце, поднимающееся над горизонтом, и не уловила различий с земной звездой. Хоть что-то привычное и нормальное в этом новом мире придало мне дополнительных сил, и я шагнула вслед за дворфом, который повел меня на совет, попыхивая трубкой.
Глава 3
Дворф шёл впереди, периодически окутывая меня туманом из своей длинной трубки, аромат дыма от табака лишь едва напоминал наш сигаретный, отличаясь более богатой и плотной текстурой, мне показалось, что я уловила нотки корицы цедры апельсина и еще чего-то острого. Я шла на шаг позади, стараясь не разлить остатки чая. Свет восходящего солнца осветил лагерь, и мне удалось рассмотреть шатры этого лагеря, которые были самых различных форм и размеров, в основном или желто-зеленых оттенков, или песчано-коричневых. Мы продвигались к самому огромному зеленому шатру, как и все остальные «жители» этого места. Кто-то шёл сам, кому-то, подставив плечи, помогали добраться до шатра боевые товарищи, которым повезло чуть больше в битве с драконом, а кого-то вообще тащили на носилках. Судя по всему, на собрании необходимо присутствие всех участников похода, всех, кто остался жив и в сознании.
Мы вошли в шатёр, внутри пахло цитрусом и перцем, в самой дальней от входа части шатра стояло красивое чёрное кресло на изящных ножках, его можно было бы назвать царским, если бы оно не имело такой всепоглощающий чёрный цвет. От кресла по дугам были разложены прямоугольные тюки соломы, тюки, разномастные стулья и лавки. Изнутри помещение было освещено сгустками света, свободно парящими под куполом шатра, на подобии тех, что мне показывал Налфейн, но гораздо больше и ярче.
— Лидия, Виего, идите сюда, мы заняли вам местечко, — Айла махала мне рукой, сидя в первом ряду тюков из сена.
Рядом с девушкой расположился Граш и пожилая женщина, удивительно бодрая и подвижная. Её каштановые вьющиеся волосы были собраны в косу, лицо в синяках, как и руки, которыми она нервно трепала свою косу. На ней было грязное белое платье, в следах крови и сажи, местами прожженное. Подойдя к ним, мы заняли свои места, мои новые знакомые принялись что-то обсуждать, оставив меня наедине со своими мыслями, а у меня наконец-то представился шанс рассмотреть их подробнее.
Айла была высокой — выше меня почти на две головы, что, учитывая мой «внушительный» рост в сто пятьдесят два сантиметра, было совсем неудивительно. Большинство взрослых людей рядом со мной выглядели великанами.
Но несмотря на рост, в ней не было ни капли грубости. Напротив — она казалась удивительно хрупкой и изящной. Кожа девушки имела нежный бледно-лиловый оттенок, рога — мягкого светло-лавандового цвета, а густые волосы цвета спелого баклажана мягко падали чуть ниже плеч. Янтарные глаза ярко выделялись на этом фиолетовом фоне, а губы были такого насыщенного, сочного фиолетового цвета, что я невольно задумалась: это природный оттенок или всё-таки помада? Особенно притягивали взгляд её копытца — того же глубокого фиолетового цвета, что и волосы. Одета Айла была просто, но изящно: в длинное белое платье с широкими рукавами, которые мягко расширялись от локтя и ниспадали почти до середины бедра. В сочетании с её фиолетовой кожей это выглядело красиво и волшебно.
Виего был настоящим воплощением того образа дворфа, который я себе всегда представляла. Крепкий, коренастый, с густой каштановой бородой и волосами, в которых при свете магических шаров играл тёплый медный блеск. Карие глаза смотрели цепко и немного насмешливо, крупный нос «картошкой» и заметный шрам на правой щеке — тонкая белая линия, тянущаяся от виска почти до крыла носа — придавали ему брутальный, бывалый вид. Даже он, при всём своём невысоком росте, был выше меня на пару сантиметров. Особенно меня впечатлила его борода, с искусно заплетенными косами, в которых то тут, то там можно было увидеть бусины, мастерски вырезанные из камня в виде разных фигурок: причудливые зверьки, цветы, руны и какие-то неизвестные мне символы. На Виего была кожаная броня — на первый взгляд простая и практичная, без лишних украшений. Однако, чем дольше я на неё смотрела, тем сильнее крепло ощущение, что эта простота обманчива. В ней чувствовалась продуманность и скрытая надёжность, как у вещи, которая уже не раз спасала своего хозяина.
Граш был просто огромен. Он возвышался надо мной минимум на метр, а его ширина и массивность заставляли чувствовать себя рядом с ним крошечной. Кожа орка имела тёплый терракотовый оттенок, а тело, покрытое буграми мощных мышц, действительно напоминало живую скалу. На макушке у него был высокий пучок огненно-рыжих волос, который длинной гривой струился по широкой спине. Глаза — глубокого, насыщенного синего цвета — смотрели внимательно и пронзительно. Из нижней челюсти выступали два внушительных клыка, придававших его облику ещё больше свирепости.
Одет Граш был в добротную кожаную одежду тёмно-коричневого цвета. Верх напоминал жилет без рукавов с большим капюшоном, сейчас откинутым назад. Глубокий вырез на груди открывал мощные мускулы. Нижняя часть одежды была похожа на длинный кожаный халат, под которым виднелись серые штаны. Всё это было перетянуто широким, крепким ремнём, на массивной бляшке которого красовался крупный шестиконечный ограненный сиреневый камень, похожий на аметист. Такой же камень висел у него на груди в виде амулета на толстой цепи. От всего его облика веяло первобытной силой и тихой, сдержанной угрозой.
Налфейна нигде не было видно. Я стала разглядывать остальных присутствующих, и мне было на что посмотреть: здесь были и светловолосые эльфы, и темноволосые, даже была одна эльфийка с абсидианово-черной кожей и белыми волосами, с глазами цвета светлого опала. Были здесь и люди, и даже мужчина тау, который был значительно крупнее Айлы. Были здесь и дворфы, и другие орки, и еще кто-то, о ком мне еще нужно будет узнать. «Нужно первым делом записаться в местную библиотеку, изучить историю мира и узнать, кто и что населяет этот мир», – промелькнуло в моей голове. Но, увидев, что мои новые товарищи что-то обеспокоенно обсуждают, решила повременить с этим вопросом.
Внезапно я поняла, что гул голосов начал стихать, уступив место молчаливом ожиданию. Я стала озираться, пытаясь найти, что стало причиной всеобщего молчания, и увидела Налфейна, который пробирался через сидящих к креслу, стоящему в самой дальней части шатра.
Я с нескрываемым интересом принялась его рассматривать. Высокий и стройный, он обладал той изящной, почти аристократической грацией, которая сразу выдавала в нём дроу. Чёрные, как ночь, волосы свободно струились шелковыми волнами до самого пояса. Синие глаза, яркие и глубокие, были обрамлены густыми чёрными ресницами. Лицо — утончённое, безупречно красивое, с прекрасными чертами и слегка кроткой, мягкой улыбкой, которая казалась немного неуместной на лице тёмного эльфа. Особенно примечательными были его длинные, острые уши, дерзко выглядывающие из-под чёрной шелковой волны волос. Кожа — невероятно бледная, почти фарфоровая, словно никогда не знавшая солнечного света. Одет он был просто: в чёрные штаны и свободную чёрную рубаху, без лишних украшений. И всё же даже в этой простоте чувствовалась скрытая элегантность и опасность.
Я немного удивилась, когда Налфейн протиснулся сквозь собравшихся и уселся в кресло. В его кресло. Ну надо же! Дроу, просидев пару мгновений в этом шикарном кресле, встал слева от него, окинул собравшихся взглядом, полным надежды, затем произнес, продолжая улыбаться:
— Друзья! — голос эльфа, ранее бывший кротким. Проявил себя с другой стороны: усилился, стал более мощным и уверенным: — Аккрис Могучий побеждён! — он прижал свою правую руку ладонью к сердцу, склонив голову и прикрыв глаза. Герои вокруг меня взорвались победными кличами. Затем дроу убрал руку от сердца и поднял обе руки вверх, этот жест заставил собравшихся замолчать, Налфейн выпрямился, опустил руки, перестав улыбаться, и добавил голосом, полным решительной ярости: — Когда мы собирались в этот поход, мы знали, что поставлено на чашу весов, ради чего мы идём туда, откуда, возможно никто из нас не вернётся. — дроу сел обратно в своё кресло и продолжил: — Мы были готовы умереть, мы сознательно сделали этот горький выбор ради будущего нашего мира! Мы знали на что идём! И каждый из нас был готов отправиться за Предел, ради того, чтобы прекратить зверства обезумевшего дракона!
Герои согласно закивали, кто-то выкрикивал слова одобрения. Налфейл снова кротко улыбнулся, а я восхитилась его умением держать публику. Даже я почувствовала некоторый подъем и воодушевление, ощутила себя частью этой шумной толпы. Это было очень странное и интересное ощущение. Налфейн тем временем снова убрал улыбку с лица, его глаза стали колючими и суровыми. Невероятно как легко и быстро ему удавалось переключаться с эмоции на эмоцию. Посмотрев на каждого из собравшихся, дроу продолжил:
—Вчера мы сказали своё: «Хватит!». Мы проревели в лицо ублюдку свое «хватит» сталью и магией, кровью и потом, тьмой и светом, гибелью наших товарищей, которые сгинули, чтобы мы все смогли сделать то, что должно – избавить этот мир от проклятого Аккриса!
Толпа ревела, топала и аплодировала, выражая восторг и солидарность со словами дроу. Я взглянула на Налфейна, на то, как он снова кротко улыбался. «Странный, очень странный мужчина», – подумала я.
Затем дроу сообщил всем, как именно произошла победа, кому и по какой причине нужно говорить спасибо. Все как по команде посмотрели на меня, и я чувствовала себя очень странно под их взглядами, которые с любопытством взирали на меня. Враждебности во взглядах не было, только лишь благодарность и интерес. Само это уже внушало оптимизм. Наверное, им тоже было любопытно, как всё это произошло. Хотела бы я им объяснить, но вот только я и сама ничего не понимала. Но не смотря ни на что, герои пытались подбодрить меня взглядом, или простым похлопыванием по плечу. Я была признательна им за их благодарность, их прикосновения к моему плечу казались такими настоящими, такими реальными.
После того, как все обсудили факт моего прибытия в этот мир и полезность моей магии, Налфейн предложил, чтобы я восстановила дракона, но по частям: отдельно тушу и голову, чтобы добавить к сокровищам, хранившимся в пещере дракона, еще и его тушу, в качестве общей добычи. А затем кротко улыбаясь сообщил всем, что я также должна получить свою долю, наравне со всеми, а то какой смысл меня лишний раз тревожить страшными воспоминаниями. Никто не возражал, напротив, мужчины и женщины выражали своё одобрение, поглядывая на меня с заботой, которая немало меня удивила. Но я не в том положении, чтобы отказываться от заботы и денег. Я очень хорошо знала, что с деньгами действительно гораздо проще жить. Во всяком случае, я смогу себе купить максимально возможный для этого места уровень комфорта, чтобы спокойно разбираться со всем остальным.