Последняя дверь
— Боишься? — спросила она у него.
Он улыбнулся.
— Я давно не боюсь.
Женщина усмехнулась так, будто уже слышала это раньше.
— Нет. Ты слишком долго прячешься в чужом страхе.
Лира перевела взгляд на него.
Он спокойно смотрел на женщину.
Та повернулась к ней.
— Не слушай его, когда он говорит, что чаша ничего не делает.
Лира подняла чашу чуть выше.
— А что она делает?
— Не даёт выпить всё до дна, если ты сама не решишь иначе.
Лира нахмурилась.
— Объясни.
Женщина протянула руку.
Под ногтями у неё осталась въевшаяся чёрная пыль башни.
— Ты уже почувствовала, что можешь забирать. Страх. Вину. Отчаяние. Всё, что в людях открыто раной.
Лира молчала.
— Чаша не остановит тебя. Она сохранит то, что ты не заберёшь.
Слова были простыми, но легли тяжело.
— То есть я должна оставлять?
Женщина покачала головой.
— Нет. Ты должна выбирать, что не трогать.
Лира опустила взгляд на собственные пальцы. Будто только сейчас заметила, как часто тянется к чужому.
Потом перевела взгляд на чашу.
Внутри была не тьма. Глубина.
— И, если я выберу неправильно?
Женщина усмехнулась.
— Ты уже выбирала неправильно. И всё ещё стоишь.
Он тихо сказал:
— Не делай из неё святую.
На этот раз усмешки в голосе не было.
Женщина даже не повернулась.
— Я делаю из неё человека. Это хуже для тебя.
Он усмехнулся и ничего не ответил.
Женщина сделала шаг ближе.
— Скоро ты услышишь не одного.
— Кого?
— Всех, кого он оставил в себе.
Лира посмотрела на него.
— Ты сказал, что питаешься эмоциями.
— Да.
— Но не сказал, что они остаются.
— Ты не спрашивала.
Женщина покачала головой.
— Они не исчезают. Остаются в нём. В башне. В местах, куда он сам не смотрит.
Чаша в руках стала тяжелее.
На дне что-то появилось. Не жидкость, не свет — едва видимая, тонкая тень.
Лира нахмурилась и чуть подняла чашу ближе к лицу.
— Что это?
Женщина посмотрела.
— Первый отказ.
До Лиры дошло не сразу.
Она только что могла забрать его страх. Его слабость. Но не стала.
В чаше осталось то, чего она не коснулась.
Лира выдохнула.
— Значит, она наполняется тем, что я не забираю.
— Да.
— И что будет, когда наполнится?
Женщина помедлила с ответом. Посмотрела на него, потом на Лиру.
— Тогда ты сможешь вернуть.
У Лиры внутри всё сжалось.
Он шагнул вперёд.
— Достаточно.
Коридор дрогнул.
Свет за спиной женщины начал гаснуть.
Она не испугалась, только быстрее сказала:
— Не всё. Не всех. Не прошлое. Но то, что он держит сейчас.
Лира сделала шаг к ней.
— Как?
— Дойдёшь — узнаешь.
— Куда?
Женщина улыбнулась.
— Туда, где он перестал быть один.
Свет погас.
Запах пыли стал сильнее, и женщина исчезла.
Коридор снова стал пустым.
Лира осталась с чашей в руках. На дне лежала маленькая тень. Почти ничто. Но она была.
Он стоял рядом. Очень тихий.
— Она солгала? — спросила Лира.
— Нет.
Это звучало хуже любой лжи.
— Тогда почему ты молчал?
Он улыбнулся.
— Потому что я надеялся, что ты выберешь нож.
— Это уже больше похоже на честность.
Она посмотрела на чашу. Потом на коридор впереди.
Света больше не было — только тёмный проход.
Но теперь она знала: не вся тьма здесь принадлежит ему.
Лира пошла дальше. Он не остановил её.
Впервые за всё время Лира почувствовала: он идёт рядом не потому, что ведёт. А потому что хочет знать, что она сделает.
И от этого он казался почти человеком.
Глава 15
Коридор стал темнее.
Не потому, что исчез свет. Потому что больше не помогал ориентироваться.
Стены здесь покрывали длинные влажные разводы.
Лира шла вперёд.
Чаша в руках больше не казалась чужой. Она стала частью движения. Как дыхание.
На дне медленно шевелилась тонкая, почти незаметная тень.
Он молча шёл рядом, будто присматривался к ней заново.
Раньше тишина рядом с ним ощущалась как давление. Теперь — как ожидание.
— Ты стал осторожнее, — сказала Лира.
Он посмотрел на неё.
— Ты стала сложнее.
— Это комплимент?
— Это наблюдение.
Лира коротко хмыкнула.
— Почти скучаю по угрозам.
Коридор впереди начал постепенно расширяться. Стены отступали, потолок становился выше.
Воздух изменился. Чужое присутствие ощущалось почти физически.
Лира остановилась.
— Ты чувствуешь? — спросила она.
Он кивнул.
— Да.
— Что это?
Он посмотрел вперёд.
— Много.
Лира сделала ещё шаг и коридор закончился.
Перед ней был зал. Не такой, как предыдущий, а какой-то неправильный.
Под потолком висели перекошенные железные балки. Пол уходил под углом. Стены не сходились.
Свет появлялся там, где его не должно было быть.
И в центре — люди. Живые. Но не полностью.
Они не были привязаны. Не были заперты.
Кто-то стоял. Кто-то сидел у стены. Кто-то просто смотрел перед собой.
У одного мужчины была перевязана ладонь грязной тканью.
Женщина у стены всё время теребила рукав.
Лира остановилась.
Она почувствовала их всех сразу — смешанные, сломанные, разные.
Это было сильнее, чем раньше.
Она сделала вдох.
И чужие эмоции разделились, перестав быть одним шумом.
Он сказал:
— Вот. Это то, что осталось.
В его голосе не было прежней уверенности, только усталость.
Лира не посмотрела на него.
— От кого?
— От всех.
Мужчина лет тридцати поднял голову.
Щетина на его лице давно стала неровной и жёсткой. Глаза пустые, но живые.
Он увидел её и в его взгляде появилась надежда.
— Пожалуйста…
Она невольно замедлила дыхание — слишком много чужого сразу. Она знала, что может забрать всё это.
Лира сделала шаг. Чаша в руках стала тяжелее.
Её пальцы начали неметь от постоянного напряжения.
Она остановилась, потому что поняла — это тот самый момент.
Он мягко сказал:
— Ты можешь помочь.
— Как?
Он пожал плечами.
— Ты знаешь. Ты уже делала это.
Теперь он не направлял — убеждал.
Она снова посмотрела на людей.
Каждый из них был отдельной болью. Отдельным страхом. Вместе — почти невыносимыми.
Лира закрыла глаза.
Возможность была рядом. Взять. Убрать. Сделать тише.
Пальцы сами начали напрягаться. Тело уже помнило, как это делается.
Чаша дрогнула в её руках.
Она открыла глаза.
Посмотрела на мужчину.
Он смотрел на неё так же, как тогда.
И в этот момент всё повторялось.
Лира сделала шаг ближе.
Он прошептал:
— Помоги…
И внутри неё снова поднялось — не страх, тяга.
Желание убрать это. Сделать мир тише. И стать сильнее.
Он сказал:
— Ты можешь взять.
Лира не посмотрела на него.
Потому что знала: он прав.
Она подняла руку и остановилась.
Лира вспомнила чашу, тень и первый отказ.
И всё равно удержалась.
Мужчина дёрнулся сильнее.
— Пожалуйста…
Лира чувствовала: это не исчезнет.
Если она не возьмёт — это останется.
И от этого становилось тяжелее.
Он спокойно сказал:
— Ты уже знаешь, что будет. Они сломаются.
Лира посмотрела на него.
— А если я возьму?
Он улыбнулся.
— Тогда ты станешь сильнее. И они выживут.
Лира заметила, что он не сказал: «останутся собой».
Она долго смотрела на него и потом сказала:
— Нет.
Он ждал другого.
На секунду его лицо дрогнуло, и Лира увидела в нём разочарование.
Она опустилась рядом с мужчиной.
Он дрожал.
— Смотри на меня, — сказала она.
Он с трудом поднял взгляд.
— Я не заберу это. Ты понимаешь?
Он не понимал, но слушал.
— Это останется.
Говорить это оказалось тяжелее, чем она ожидала.
Слова звучали жёстко. Честно.
— Но ты останешься собой.
Он дышал тяжело, но слушал.
Лира поставила чашу на пол между ними.
И в этот момент что-то изменилось — не в нём, а вокруг.
Тишина стала глубже, но перестала давить.
Мужчина выдохнул. Его взгляд стал яснее. Он перестал дрожать. Боль не ушла. Просто перестала становиться сильнее.
Чаша стала тяжелее.
Края начали холодить ладони даже сквозь пальцы.
Она посмотрела внутрь — теней стало больше.
Не тьма, скорее следы — отказанные, оставленные.
Он сделал шаг ближе.
— Ты думаешь, это поможет?
Лира подняла чашу. На дне остался тонкий след старой золы.
— Я думаю, так будет лучше.
Он смотрел, не улыбаясь.
— Ты меняешь правила.
— Нет. Я просто не играю по твоим.
Он долго молчал и в этом молчании появилось что-то новое — не контроль, не уверенность, а лёгкое, настоящее раздражение.
И от этого он казался менее страшным.
Лира поймала себя на том, что ей стало легче дышать.
Она поднялась.
Мужчина остался сидеть. Но теперь смотрел на неё иначе — не как на спасение, а как на возможность.
Лира обернулась. Посмотрела на остальных.
Они всё ещё были сломаны. Но им не становилось хуже.
И это уже что-то меняло.
Она просто пошла к выходу.
Вес чаши снова изменился.
Руки начали уставать, но она не опустила её.
Он шёл рядом.
— Это не закончится так, как ты думаешь, — сказал он.
Лира не посмотрела на него.
— Я сейчас не думаю. Я выбираю.
И это было тем, что он не мог контролировать.
Они вышли из зала.
Лестница снова ждала.
И Лира пошла вверх.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов