Пепел и Вера

ГЛАВА 12. РАСПЛАТА ЗА ПРАВДУ

Сознание возвращалось медленно — сквозь боль, сквозь чужеродную тяжесть, которая давила на грудь, будто кто-то положил на него каменную плиту.

Матвей открыл глаза.

Мир плыл. Голоса вокруг были невнятными, чужими, будто говорили под водой. Он слышал слова, но не мог сложить их в смысл. Зато запахи врезались в сознание — кислый пот страха, железный привкус крови, терпкая горечь тревоги, что висела в воздухе, как туман перед грозой.

«колдовство»

«убил братьев»

«нечисть»

Он попытался пошевелиться — и понял, что прикован. Повернул голову и увидел тяжёлые, чёрные цепи, обвивающие его руки, ноги, грудь. Они притягивали его к грубому деревянному столбу, врытому в центр площади. Той самой площади, где ещё недавно он стоял победителем.

Теперь он был пленником.

Матвей дёрнулся. Цепи зазвенели, но не поддались. Они были не простыми — руны на звеньях тускло светились, подавляя силу, высасывая остатки энергии из его тела.

Он поднял голову.

Перед ним на площади стоял Сотник. Старый, шрамовый, тот, кто когда-то вытащил его из кровавой избы у Серебряного озера. Его голос гремел, обращаясь к толпе охотников, к старейшинам, к старосте, который прятался за их спинами.

— Он победил честно! Один против двоих, боги дали ему силу! — кричал сотник. — А вы выпустили ещё двоих! Кто они? Почему они двигались не как люди? Почему их глаза были чёрными, а вены — как корни, пропитанные тьмой? Вы обвиняете мальчишку в сговоре? Но тогда как объяснить этих?!

Сотник показал в сторону уже исчезающих теней.

Толпа молчала.

— Вы обвиняете его в том, чем сами затянуты? — Сотник обвёл всех тяжёлым взглядом. — Он выиграл поединок!

Староста ордена не выдержал.

Он шагнул вперёд, его лицо исказила гримаса, в которой смешались злоба, страх и что-то ещё — то, что не должно было быть на лице человека. Тьма будто пелена окутывала на краткое мгновение его тело.

— Ты смеешь перечить совету? — прошипел он. — Ты, старый пёс, который притащил эту заразу в наш орден?

— Я притащил мальчика, который выжил там, где не выжил бы никто из вас! — рявкнул Сотник. — Орден, что создавался очень давно, который карал мечом навью нечисть, теперь сам использует нечисть, чтобы убрать неугодных? Так выходит, всевидящий совет?!

Он не договорил.

Староста поднял руку. Из его ладони вырвался сгусток тьмы — не такой, как у теней, а другой, более плотный, более быстрый, более смертоносный. Чёрный снаряд просвистел в воздухе и вошёл в грудь Сотника.

Кровь брызнула на снег.

Матвей взревел:

— НЕЕЕЕЕЕЕЕТ! УБИИИИЙЦЫЫЫЫЫЫ!!

Сотник рухнул на колени. Из его рта потекла алая струя, смешиваясь с чёрным, что сочилось из раны. Глаза его потемнели — не сразу, а постепенно, будто тьма заливала их изнутри.

— Матвей — прохрипел он. — Я я вас всех уничтожу

Его голос срывался, разносился гулом по площади, и в нём слышалась не ярость — обречённость.

А вокруг зрачков начали проступать чёрные вены. Тонкие, как трещины на льду, они ползли по лицу, спускались к шее, исчезали под воротом доспеха.

Матвей рванулся в цепях.

— Что это такое?! — крикнул он. — Что вы с ним сделали?!

Староста усмехнулся, и в его голосе зазвучала маслянистая, почти ласковая нотка:

— Он обретёт силу, что не снилась ему. Он передумает на счёт своих слов и убеждений. Смертомор укажет ему истинный путь. Но чтобы достичь могущества, он должен пролить кровь врага. Врага наших убеждений.

Сотник поднялся.

Его движения были неестественными — резкими, дёргаными, будто кто-то дёргал за ниточки. В его руке материализовался огромный молот — чёрный, с рунами, которые пульсировали в такт его сердцу.

Он замахнулся.

Матвей смотрел в его глаза. Там, за чернотой, за тьмой, что заливала зрачки, ещё теплилось что-то живое.

— Цепи — сказал Сотник. — Одним рывком я взял те, что на стыке проржавели.

— Беги, малец, — прошептал он.

Молот замер в воздухе. Сотник боролся — с собой, с тьмой, с тем, что в него вселили. Его рука дрожала. Чёрные вены вздулись, будто готовые лопнуть.

— Беги, Матвей, — повторил он громче. — Я не могу я не

Он посмотрел на свои руки. На молот. На цепями прикованного Матвея.

И принял решение.

Сотник развернул молот и с размаху обрушил его на свою голову.

Раздался глухой, влажный хруст — кости ломались, как сухие ветки под ногами. Кровь, чёрная и алая одновременно, брызнула во все стороны, заливая снег. Запах железа и горелой плоти ударил в ноздри, смешиваясь с морозным воздухом.

Тело рухнуло, как подкошенное, и ещё секунду дёргалось в агонии, прежде чем затихнуть навсегда.

Глаза Матвея бегали по телу Сотника, не в силах остановиться на одном месте. Они скользили по сломанному черепу, по искорёженному молоту, по руке, которая ещё сжимала рукоять, даже когда тело уже не двигалось. Он не мог смотреть — и не мог отвести взгляд.

Где-то вдалеке, за толпой, потрескивал огонь. Единственный живой звук в этой мёртвой тишине.

Тишина.

Матвей смотрел на тело от лежал на снегу, и его кровь растекалась вокруг, смешиваясь с грязью и пеплом.

— Нет, — прошептал Матвей. — Нет, нет, нет

Он рванулся. Цепи зазвенели. Матвей напрягал каждый мускул в своём теле, так что вены на лбу вздулись от напряжения. И цепи лопнули.

Староста отступал назад, его лицо исказила паника:

— Не мыслимо не может быть

Толпа загудела. Шёпот прокатился по площади — кто-то кричал «это сила богов!», кто-то «он проклят!», кто-то просто молчал, в ужасе глядя на разорванные цепи.

В толпе, среди сотен лиц, один человек стоял неподвижно. Его глаза были широко раскрыты, а по щеке, от виска к подбородку, медленно стекала капля пота. Она замерзла на середине пути, когда Матвей поднял меч.

Матвей подобрал упавший меч и уже замахивался на старейшину:

— УМРИИИИИИИИИИ! МРААААЗЬ!

И в этот миг иней на его руке вспыхнул.

Не слабо, не ровно — яростно, ослепительно, белым огнём, который выжег тьму вокруг. С неба начал падать снег — сначала редкий, потом гуще, а потом поднялась метель.

Ветры завыли.

Снег кружился, заметая площадь, скрывая тела, охотников, старейшин. Всё исчезло в белой пелене.

Иней на руке Матвея загорелся так ярко, что он зажмурился.

А когда открыл глаза — его не было на площади.

Только падающие снежинки кружились там, где он только что стоял прикованный к столбу.

Только тело Сотника, засыпаемое снегом.

Матвей исчез.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.