— Но самые лучшие лекари тебя проверяли, — бабуля говорила мягко, но упрямо. — Ты здоров! Просто не встретил ту, с кем получится.
— Не верю я лекарям. Просто боятся, небось, мне правду сказать. — Он глубоко вздохнул, и голос стал деловым. — Ладно, хватит! Раз эту девицу не вернуть обратно, Зэфир, подготовь её к отбору. Объясни, где она и что выбора у неё, как у меня, нет. Она участвует! Вздумает сбежать — отправлю на рудники! Всё! Бабуля, пойдём. Надо обсудить завтрашний первый этап. Не хочу тянуть с этим. Всё равно победит сильнейшая. И это явно будет драконица Эйра Флеймхарт.
— Ну это мы ещё посмотрим, — протянула бабуля, и я услышала в её голосе лёгкую усмешку.
Раздались шаги, захлопнулась дверь. Ушли!
— Фух! — выдохнула я и открыла глаза. — Чёрт! — Сердце чуть не встало.
Надо мной нависал Зефирка и смотрел в упор.
— Так и знал, что ты притворяешься, — рассмеялся он. — Майор Аполлинария Богатырь, не стыдно?
Я схватила этого гада за рубашку и притянула к себе, нос к носу. Кстати... Рубашка... Старинная, с воланами. Ладно, разберёмся!
— А ну говори, что со мной сделал? — во мне кипела злость, я готова была порвать его на кусочки. — Почему видения такие странные? Когда пройдёт эффект от твоей дряни? Антидот есть?
— Давай поговорим без рукоприкладства, — его голос стал бархатным, медовым. Хотелось заслушаться. Опять обольщает, засранец? — У меня на сегодня ещё несколько важных встреч. Не хочется менять гардероб.
— Давай попробуем. Но только если будешь говорить правду, — я разжала пальцы и отпустила его драгоценную рубашку.
— Позволь помочь, — протянул он мне руку.
— Как вы любезны, сударь, — подыграла я и вложила ладонь в его руку.
— Сударь? — не понял Зефирка. — Это типа лорд?
— Это типа «не умничай»! — вырвала я руку и встала. Огляделась — и офигела...
Это была не комната. Это была декорация к какой-то сказке про принцесс. Огромная, залитая солнцем.
Стены обтянуты светлой тканью с вышитыми цветами, похожими на пионы, но немного другой формы. Везде золото: у изголовья кровати, на раме зеркала, на спинках кресел, на ручках дверей.
Посреди этой роскоши стояла кровать, на которой я и лежала. Нет, не кровать — целое поле. Завешенное со всех сторон лёгкой тканью, которая свисала прямо с потолка и чуть колыхалась, хотя ветра не было. Белое кружево, гора подушек, блестящий атлас.
Под ногами — ковёр. Толстый, мягкий, ноги утопают. Красивый, с узорами.
У стены — камин из белого мрамора, с резными ящерами по бокам. Чёрт! Это же драконы, о которых говорил выскочка. Они словно были живые... Кажется, вот-вот расправят крылья. Рядом — столик из тёмного дерева, на нём — высокий кувшин, огромный металлический бокал, похожий на серебро, фрукты, которые выглядят так, будто их только что сорвали. Правда, некоторые были странными...
И запах... свежий, пахнет цветами и мёдом.
— Зефирка... — я не узнала свой голос. Тонкий, дрожащий, будто не мой. — Где я?
— Ну наконец-то дошло! — Зефирка расплылся в довольной ухмылке. — Добро пожаловать в Империю Аэрион!
Алло, психиатрическая больница? Выезжайте!
P.S. Сегодня в 12:00 по МСК выйдет мини-произведение "Тринадцать ударов". Не пропустите!
Заруби на своих рожках, малыш! (Глава 14).
— Я же просила не врать! — терпение моё лопнуло окончательно. Я обернулась к нему. — Какая к демонам империя? Ты что сделал со мной? Что-то разбрызгал в той ВИП-комнате? Или я бежала по лестнице за тобой, свалилась кубарем и ударилась головой? Я в коме?
Зефирка хмыкнул, и в его глазах загорелись чёртики.
— Так, ну, во-первых, не надо империю демонам. Они и так спят и видят её своей. — Он заложил руки за спину и чуть наклонил голову, разглядывая меня, как диковинку на базаре. — Во-вторых, ты не в коме, а в комнате. А точнее — в королевских покоях, выделенных специально для невест императора. Ты не падала с лестницы, и я ничего не распылял. Придётся тебе пройти быстрый курс прояснения сознания.
Он шагнул к столику, взял с подноса какой-то странный фрукт, похожий на наше яблоко, но синего цвета. Обернулся ко мне и улыбнулся — загадочно, с прищуром.
— Итак. В тронном зале ты видела, как наши уважаемые лорды совершали оборот и превращались в драконов. Да-да, это драконы. Привыкай.
И кинул мне этот странный фрукт. Наверное, фрукт...
— Но, видимо, тебе было их мало. Так что присядь. Сейчас увидишь мою вторую ипостась.
Я поймала яблоко, но на всякий случай сделала шаг назад.
— Ипо... что? Ипостась?
— Моя вторая сущность, — и улыбался гад Зефирка так, словно ждал, что я сейчас рвану в окно или в дверь. — Я не совсем человек.
— Тоже дракон? А места хватит для твоей сущности? — хихикнула я.
— Лучше присядь. Или приляг.
— Да я лучше постою.
— Ну смотри...
Его улыбка стала шире. И я увидела клыки. Настоящие. Острые. Такие, какие в кино показывают у вампиров, только покороче.
А потом из его растрёпанных волос, прямо над висками, выросли рожки. Не огромные, не страшные — маленькие, чёрные, загнутые назад. Как заколки. Стильные, чёрт побери, заколки.
Из-под расстёгнутой рубашки, за воротом, что-то дёрнулось. Я моргнула. Над его плечом расправилось крыло. Тонкое, перепончатое, как у летучей мыши. Потом второе. Они развернулись не сразу — сначала одно, потом второе, будто он потягивался после сна.
— Ед-ри-ть твою ма-ть... — еле выдала я, во все глаза пялясь на него. — Ты летучая мышь-переросток или чёрт с крылышками?
— Демон, женщина, — покачал он головой. — Демон.
От его поясницы метнулся хвост. Тонкий, чёрный, с кисточкой на конце. Кисточка дёрнулась — раз, два — как у кота, который увидел муху.
По его скулам и шее поползли тонкие тёмные линии. Будто кто-то рисовал узоры прямо под кожей. Они проступали медленно, одна за другой, и замирали, как татуировка.
Глаза стали полностью золотыми. Не радужка — весь глаз. Зрачок вытянулся в тонкую вертикальную щель.
Зефир развёл руки. Крылья за спиной распахнулись шире.
— Та-дам, — сказал он. — Полная комплектация. Демон-искуситель во всей своей красе! — и улыбнулся, демонстрируя клыки.
— Ох-ре-не-ть... — только и смогла я выдавить.
— Вижу, ещё не веришь своим глазам, — усмехнулся Зефирка. — Тогда потрогай меня и убедись, что я не твоя фантазия.
Я осматривала каждую новую часть его тела. Крылья. Клыки. Рожки. Хвост.
Хвост!
Я кинула синее яблоко Зефирке и, пока он ловил его, схватила его хвост. Стала трогать, щупать, перебирать волосинки на кисточке.
Хвост был тёплый. Живой. Под пальцами чувствовалась гладкая кожа и тонкие, упругие волоски. Я провела ладонью от основания к кончику — и хвост дёрнулся. Не отпрянул. Дёрнулся навстречу.
— Детка, а ты мне нравишься всё больше, — протянул он томным голосом. Голос стал ниже. Глубже. С хрипотцой. — Продолжай...
И вдруг...
Он что, застонал??
Я откинула хвост, как змею ядовитую, и отскочила. И сразу начала отряхивать ладони — быстро, яростно, будто на них что-то прилипло.
А гад этот хвостатый, глядя на меня, начал громко смеяться. Не хихикать — ржать. Откинул голову назад, крылья за спиной дёрнулись, хвост мотнулся из стороны в сторону.
— Тебе очень повезло, что я предан нашему императору. Другой демон на моём месте уже бы уложил тебя в кровать и показал, до чего ты довела его своими прикосновениями к хвосту.
— Так твой хвост... — я была в шоке. — Он... Он...
— Да, детка, это эрогенная зона у демонов. Он равносилен... — и Зефир посмотрел на свою ширинку.
Меня будто кипятком ошпарили. Я скривилась и стала осматриваться по сторонам в поисках ванной комнаты или туалета.
— Извращенец! Мог бы раньше предупредить! Где у вас тут можно руки с мылом помыть? У вас, надеюсь, мыло-то существует?
— Нет, мы руки вообще не моем, — с серьёзным лицом заявил он.
— Издеваешься? — со злостью выпалила я.
— Ну, после того, что между нами недавно произошло, — мотнул хвостом Зефир, и кисточка мазнула по воздуху, — чисто по-дружески немного подшучиваю. Или ты всерьёз предполагала, что мы настолько дикие?
Скрестил руки на груди. Крылья за спиной чуть дрогнули, будто сдерживал смех.
Я лишь недовольно приподняла одну бровь и наблюдала за этим гадом рогатым. Молча. Долго. Как смотрят на подозреваемого, который несёт откровенную чушь.
— Ладно-ладно, если топиться не задумала, то вон там, — кивнул он на неприметную дверь в дальнем углу за кроватью. — Советую поторопиться. Мне ещё много чего тебе надо объяснить, а временем я не располагаю в таком количестве.
— Придётся найти! — фыркнула я. Прошла мимо так близко, что плечом задела крыло. — Зефирка рогатая!
— Я не Зефирка, — донеслось мне в спину. Голос стал ниже. Опаснее. — Я Зэфир! Запомни, детка.
Я обернулась. Медленно. Подняла подбородок и посмотрела прямо в глаза.
— А я не детка, Зефир. Я Аполлинария Игнатьевна. Заруби на своих красивых рожках, малыш!
Новинка из другого мира. (Глава 15).
Я толкнула дверь и замерла на пороге.
Это была не ванная. Элитная сауна для богачей.
Белая плитка на полу. Белые стены с тонкими золотыми прожилками. Потолок высокий, с лепниной в виде цветов — тех самых, что на стенах спальни. Свет мягкий, тёплый, будто лился отовсюду сразу. Ни ламп, ни свечей. Просто свет.
Воздух был тёплый и пах чем-то сладким. Клубникой?
Я сделала шаг. Звук собственных шагов разнёсся эхом.
Огляделась в поисках ванны и...
— Ого! — не сдержалась я.
Если бы умела свистеть — точно бы свистнула.
Посреди всего этого великолепия стояла... Нет, не ванна... Бассейн! Овальный, огромный, человек пять поместятся точно. Вода стояла неподвижно, лишь чуть подрагивала поверхность. Пар поднимался тонкими струйками. По бокам — резные ящеры из белого мрамора. Опять драконы. Куда ни глянь — драконы. Какая-то гиперфиксация на них.
Раковина нашлась не сразу среди всей этой роскоши. Зато кран был понятным — один, как дома. Правда, сделан из чего-то золотого. Не удивлюсь, что настоящее. Я осторожно повернула его влево — потекла тёплая вода. Вроде не обожглась. Отлично!
Рядом, на полочке из тёмного дерева, — куча стеклянных пузырьков. Разных размеров, разных цветов. Зелёные, синие, золотистые. На всех надписи: мёд, лаванда, мята и так далее. Видимо, добавки для ванной. Тьфу ты, для бассейна!
Мыло нашлось там же. Большое, круглое, тёмно-синее. Я поднесла к носу. Пахло как морской освежитель воздуха.
Когда наконец подняла глаза, то увидела зеркало. Огромное, во всю стену. Рама золотая, с завитками и маленькими дракончиками по углам. Не надоело им везде этих ящеров совать?!
А потом взглянула на себя. И меня аж перекосило.
При дневном свете мой уставший, местами поплывший вечерний макияж смотрелся вульгарным и страшноватым. Тушь размазалась. Помада стёрлась. Под глазами — тени, которые не имели ничего общего с косметикой.
Но что удивило больше — парик! Я тронула его пальцами. Ни на миллиметр не сдвинулся. Всё-таки не зря укрепляла.
Смыть бы всё это. Снять. Переодеться. Но лучше я это сделаю дома. Осталось понять, когда я вернусь.
— Давай-ка, Поля, рассуждать логически, пока я не решила, что окончательно спятила, — пробормотала я себе под нос, намыливая руки.
На мне ни единой ссадины. Даже ни царапинки. Значит, я не падала с лестницы или откуда-либо ещё. Про другой мир даже думать не буду. И так понятно, что это бред! В инопланетян я быстрее бы поверила. Но местные не зелёные человечки, а скорее уж из времён королей и королев, судя по одежде. Правда, они полузвери. Бред сумасшедшего!
Значит, я в однозначной коме. Возможно, чтобы отсюда выбраться, мне нужно пройти до конца этот сон. Надеюсь, меня не сожрут драконы и не уложат в постель всякие демоны!
Я ущипнула себя за предплечье. Сильно. До боли.
Но ни черта! Только синяк себе заработала!
Значит, так, Поля. Выходим и выясняем, какого дьявола этим полулюдям-полузверям я понадобилась. Почему меня называли невестой номер тринадцать и почему я в королевских покоях для невест.
У меня моментально от такого бреда голова разболелась. Интересно, у них что-нибудь есть от головы? Хотя, учитывая их одежду и упоминание королей, наверное, они тут и головы рубят. А такое мне точно не подходит. Болеть, конечно, перестанет, но я лучше потерплю.
Ну всё, руки отдраила от... Меня аж передёрнуло от воспоминаний, как этот Зефир застонал.
Сбоку от раковины висело полотенце — пушистое, белое, с вышитыми а-ля пионами. На ощупь оно оказалось ещё приятнее. Даже не хотелось выпускать его из рук.
Ещё раз взглянула на своё пугающее отражение и решила: так даже лучше. Пусть боятся меня!
— Ну что, майор Богатырь, погнали?! — подмигнула я своему отражению и направилась к двери.
Гад рогатый вальяжно развалился на кровати и с мечтательным видом доедал синее чудо-яблоко. Одно порадовало — он стал прежним. Человеком. Никаких рожек, хвоста и крыльев!
Первым желанием было включить опера и начать допрос. Даже рот открыла. Но быстро сообразила, что выгоднее включить дурочку и послушать, что расскажет сам подозреваемый в нескольких эпизодах с его непосредственным участием.
— Я думал, ты вся помоешься, — усмехнулся он, изучая меня с ног. И там же остался.
От его взгляда хотелось натянуть подол платья пониже. Но, как говорится, куда уж ниже. Извращенец рогатый!
— Ванну специально для тебя приготовили. Вон там, — кивнул он в сторону огромного белого шкафа вдоль стены, — есть всё необходимое.
— Ванну я дома буду принимать, — нахмурилась я. — А теперь не трать ни моё, ни своё драгоценное время. Рассказывай!
Сложила руки на груди и оперлась спиной о косяк двери.
— Боюсь, ванну ты не скоро сможешь принять дома, — наконец-то поднялся Зефир с кровати. Положил огрызок яблока на стол и посмотрел на меня.
Его голос звучал по-новому: строго и с предельной серьёзностью. Без тени прежней улыбки.
— С этого дня по воле богов или упрямству ты стала невестой номер тринадцать в королевском отборе на место будущей императрицы Аэриона.
Он пересел на стоящее неподалёку кресло и закинул ногу на ногу. Пальцы нетерпеливо барабанили по подлокотнику.
— С потенциальным мужем ты уже виделась в тронном зале. Драгор Веларион — наш император-дракон. Дам тебе дружеский совет: не показывай свой характер при нём. Будь вежлива и учтива. Если, конечно, не хочешь попасть в темницу или на плаху. Шутки с ним могут стоить тебе жизни.
В комнате повисла тишина. Его взгляд стал тяжёлым, как смотрят на человека, который только что всё испортил.
— А теперь об отборе. На твоём месте должна была оказаться выбранная мной подходящая партия для Его Императорского Величества. Но ты всё испортила. Теперь разгребай! Остальные двенадцать невест уже давно обосновались в императорском дворце и ждали только последнюю. Тебя!
Пауза затянулась, видимо, этот рогатый давал мне время осознать услышанный бред.
— Сегодня вечером будет приветственный ужин, на котором ты обязана присутствовать. Император и судьи будут знакомиться с вами. Тебе выделят личную служанку. Она будет помогать тебе с одеждой, макияжем и причёской. Если ослушаешься и не придёшь — тебе путь на рудники. И побег тоже не советую. Охрана во дворце такая, что и призрак не проскочит. А если всё-таки сбежишь, без магии ты и дня не протянешь. Этот мир для тебя чужой. И опасный.
Спинка кресла скрипнула, когда он откинулся назад.
— На этот отбор были найдены мной лично самые достойные и лучшие девушки империи. Среди них много разных рас, включая и человека. Но из другого мира здесь только ты с Земли и графиня Аврора де Сангвис из Ноктарии. Все остальные подробности об отборе узнаешь вечером.
Зефир поднялся с кресла и выпрямился, как струна, идеально ровно и величественно. Ещё один, блин, аристократ в сотом поколении демонов!
— И ещё... Я попрошу горничную показать тебе, как делается реверанс. При встрече с императором он обязателен. Впрочем, как и везде в приличном обществе.
Я смотрела на него, не моргая. Голова трещала от этого бреда.
— А если я не из приличного общества? — ухмыльнулась я. — Неотёсанная деревенщина, неспособная к обучению. И что тогда?
— Тогда ты окажешься сегодня же в борделе, — от серьёзности его и след простыл. Глаза засияли, улыбка появилась. Правда, с чертовщинкой. Или демонинкой. — Станешь его звездой!
С каждым словом он подходил всё ближе ко мне.
— Новинка из другого мира! Заплатят втридорога. Я, кстати, первым буду клиентом. — Его пальцы коснулись моего подбородка, чуть приподняли его. — Оценю, так сказать, новинку лично.
Брысь отсюда, рогатый! (Глава 16).
Удар коленкой между ног — пусть он хоть чёрт рогатый, хоть ящер хвостатый — действует одинаково на всех! Контрольный локтем по спине, чтобы точнее запомнилось.
И вуаля!
Рогатая Зефирка валялась в моих ногах, кряхтя и что-то бормоча не то на латыни, не то на ещё каком-то древнем языке. Может, он демона призывал? Хотя он ведь сам демонюга!
Я нагнулась к его уху. Голос мой был тихим. Ледяным. Таким, каким говорят перед тем, как надеть наручники.
— А теперь запомни, малыш. Ещё хоть раз вздумаешь открыть свой грязный рот в мою сторону в подобном ключе, и узнаешь, чему учат в полиции.
Выпрямилась. Посмотрела на него сверху вниз.
— А теперь пошёл вон из королевских покоев невесты номер тринадцать! Иначе я очень громко закричу. Тут ведь явно есть охрана, телохранители или как их там... стража королевская. Я скажу, что ты приставал ко мне. Как думаешь, сможешь сам до плахи дойти или тебя отнесут?
Скрестила руки на груди.
— Впредь советую обращаться со мной вежливо и согласно нынешнему статусу! Раз уж я должна расхлёбывать то, что ты заварил, то и правила будут мои! Зефирчик! Брысь отсюда, рогатый!
После моих слов он начал медленно подниматься. Я на всякий случай сделала пару шагов назад. Разъярённый мужчина, в каком бы мире или сне мы ни были, очень опасен.
Но такого я точно не ожидала!
Этот гад рогатый, выпрямившись в полный рост, вдруг громко рассмеялся. Будто я ему анекдоты только что рассказала. Поправил рубашку и, глядя на меня, сказал:
— Ну надо же! Я даже не предполагал, что ты окажешься настолько смелой и храброй девушкой. Отпор, достойный императрицы! Ты прошла проверку и допущена к отбору, леди Аполлинария Богатырь. Вынужден откланяться. А вам я советую вздремнуть пару часиков и привести себя в надлежащий для невесты императора вид. Служанка принесёт вам обед через десять минут. Хорошего времяпрепровождения.
Сделал изящный поклон. Чёткий и безупречный, словно отточенный годами. В этот момент он выглядел как настоящий аристократ из старинного рода.
— И добро пожаловать в Аэрион, — подмигнул и быстро скрылся за дверью.
А я только глазами хлопала от удивления, пытаясь переварить произошедшее. Но силы были на исходе. Отсутствие сна валило с ног. Поэтому я на автомате доползла до кровати, рухнула на неё лицом в подушку и моментально провалилась в... Интересно, сон во сне коматозном как называется?
Короче, я вырубилась!
Проснулась от звона посуды. Где-то рядом тихо что-то позвякивало. Тарелки?
— Пироженка, брысь, засранка! — крикнула, не открывая глаз. Наверняка этот волосатый комок на кухонный стол запрыгнул. — Дай поспать, коза!
А вот дальше я распахнула глаза и, как та самая коза, подскочила на свои копыта. Потому что услышала:
— Простите, что разбудила, госпожа.
Нежный, пугливый девичий голосок. У столика стояла девчонка лет семнадцати, максимум восемнадцати, и убирала, видимо, тот самый обед, который я даже не попробовала. На ней был точно такой же наряд средневековой горничной, как у той, что грохнулась в обморок: старомодное платье, белый передник и чепчик.
— Но иначе вы не успеете на ужин. А Его Императорское Величество не терпит опозданий. Всё должно быть вовремя и идеально.
— Дева, что ли? — хмыкнула я, опускаясь обратно на кровать.
— Что вы, госпожа?! — испуганными глазами оленёнка Бэмби смотрела на меня девица. Ещё и по сторонам оглянулась. Боится, что её услышат? — Император Веларион мужчина.
На это я рассмеялась, откинувшись на подушки. Смех вырвался сам, громкий и искренний, чем снова вызвала непонимание и даже осуждение в глазах бедняжки. Не знаю, что за сон у меня, но пока я словно в древние времена попала. У нас каждая собака знает о гороскопах. Тем более девушки!
— Верю-верю, — улыбнулась я, устраиваясь поудобнее на кровати. — И давай без вот этого жуткого обращения «госпожа». Я обычная девушка, как и ты. Из обычной семьи. Никаких аристократов и слуг. И работаю я в полиции.
Мира моргнула. Потом ещё раз.
— Где работаете, госпожа?
— Без «госпожа»! — я села ровнее, одёрнула подол платья. — Работаю я в полиции. Преступников ловлю, грабителей, насильников...
— Так вы в королевской страже служите?! — глаза её загорелись, щёки порозовели от восторга. — Это ж очень почётно! Всё равно к вам обращаться надо «госпожа». И потом, сейчас вы королевская невеста, а значит, равная ему почти, — возвела она руки и глаза в потолок, словно к богам причислила.
Я покачала головой, не сдерживая улыбки. Переубедить эту девчонку было невозможно.
— Хоть скажи, как звать тебя и в какой стране мы находимся?
— Мира, госпожа. В какой стране? — с опаской произнесла она последнее слово, будто оно могло её укусить. — Госпожа, не знаю, о чём вы. Хотя вы же иномирянка! — хлопнула девица себя по лбу. — Вы сейчас находитесь в империи Аэрион. Она вам очень понравится! Чудесное место, созданное великими драконами, — воодушевлённо говорила она.
Я бухнулась затылком на подушки. Мягкие, шёлковые, пахнущие чем-то цветочным. Уставилась в навес над кроватью — вышивка, какие-то завитки. Это же навес? Так вот, глядя в него, громко выдохнула. Воздух вышел со свистом, как из проколотого шарика.
— С драконами... Шизофрения последней стадии. Интересно, я опасна для общества?
Портьеры, драконы и эльфийское вино. (Глава 17).
— Вам плохо? — тут же раздался обеспокоенный голос девчонки. Она отставила поднос на столик и поспешила к кровати. — Может, лекаря вызвать?
Я медленно повернула голову. Мира стояла рядом, смотрела на меня широко распахнутыми, искренне испуганными глазами. Ресницы дрогнули.
— Лекаря? — Я не сразу сообразила, о чём она. — Врача, что ли?
Я помотала головой, и комната качнулась вместе со мной. С детства не выносила этих людей в белых халатах. Ни за что.
— Не надо!
— Тогда, госпожа, нам пора готовиться к ужину с Его Императорским Величеством. — Голос девчонки стал деловитым, но в глазах всё ещё плескался страх. — Ванну я уже приготовила, надо выбрать платье. А дальше я сделаю вам причёску и макияж. Вы должны блистать и затмить всех этих выскочек!
Её аж передёрнуло, и она сжала кулачки на переднике.
— А давай минут пятнадцать выделим вот на что. — Я села на кровати и потёрла виски. — Расскажи мне вкратце о вашей... вашем...
Язык не поворачивался. Не потому что не знала, как сказать. Просто не верилось. Не верилось, что всё это происходит со мной. Что я не сплю. Что всё это — не бред.
— О вашей империи. Кто-то тут живёт кроме драконов? И вы все так странно одеваетесь?
Я ещё раз оглядела её старинный наряд: глухой ворот, длинные рукава до самых запястий, простой передник. Девчонка, пока я говорила, уже вернулась к столику и принялась переставлять посуду, но то и дело бросала на меня тревожные взгляды.