Легенда о Зеркальном Королевстве. Книга 5

Стурла и Шестой лежали на камне, их дыхание было ровным, глубоким — они ещё не проснулись. Или не хотели просыпаться. Или не могли. Эйнар посмотрел на них, и в его голове — медленно, тяжело, как поворачиваются жернова старой мельницы — начала складываться мысль.

— Хранитель, — сказал он, и имя это прозвучало не как вопрос — как утверждение. — Где он?

Ирис покачала головой. Её лицо было бледным, почти прозрачным, и в глазах — тёмных, глубоких, с красными прожилками на белках — мелькнула тень. Не страха — тревоги.

— Он здесь, — сказала она. — Он всегда здесь. Он смотрит. Он ждёт. Он… готовится.

Эйнар медленно поднялся. Его ноги дрожали — мелко, нервно, в такт сердцу, которое колотилось где-то в горле. Но он стоял. Он стоял. Это было главным. Он посмотрел в центр зала. Туда, где пустота была плотнее, где воздух дрожал, как над раскалённым металлом.

— Выходи, — сказал он, и голос его был ровным, спокойным, как у человека, который не боится смерти. — Хватит прятаться. Хватит ждать. Хватит притворяться. Я здесь. Я вернулся. Я не сломался. Я не забыл. Я — Пустой. И я не боюсь тебя.

Тишина стала плотной, как смола, как та настойка немоты, которую влила в него Хельга. Эйнар слышал, как бьётся его сердце — тяжело, медленно, как бьётся сердце у того, кто стоит на краю и знает, что назад дороги нет.

А потом Хранитель вернулся.

XVII

Он проявился не из стены, не из пустоты — из самого воздуха. Текучий, серебристо-чёрный, с прожилками голубоватого, пульсирующего света. Его гладкая, бледная голова была обращена к Эйнару, и в этом отсутствии взгляда, в этом отсутствии глаз, в этом отсутствии лица, было что-то, чего Эйнар не видел раньше. Не угроза — напряжение. Хранитель не знал, что делать. Его план провалился. Его иллюзия разбилась. Его приговор не был приведён в исполнение.