Спасти дракона, или как влюбить истинную

Ладно, один раз позволю ему такую вольность. Пробую суп и с изумлением смотрю на дракона.

– Что? Невкусно? – Эйден наблюдает за моей реакцией.

– Напротив. Ты сам приготовил? – Тянусь за добавкой.

Если не считать, что бульон чуточку пересолен, он вполне съедобен. Так что мой булькающий желудок пляшет в экстазе.

– Скажи, где ты взял курицу? И почему так странно пахнет в доме?

– Ну, это не совсем курица, – ложка застывает перед моим ртом. – Очень надеюсь, что это мясо съедобное?

Заметив мой затравленный вид, дракон спешит меня успокоить.

– Это обычный тетерев.

Выдыхаю.

Хоть птицу жалко, но жить хочется больше.

– А перья?

Эйден смущается.

– Ну, я думал, что так правильно. Поэтому сначала обжёг его на плите.

– Надеюсь, неживого?

– Что ты! – возмущается Эйден. – Мне его уже мёртвым принесли.

Значит, Джайдайское чудовище не даст нам умереть от голода. Это радует.

– Как ты сам? Дай посмотрю твои раны, – тянусь к дракону.

– Всё нормально. Перевязал.

Ткань и правда чистая. Эйден без рубашки. Её попросту нет у меня. Так как весь живот перевязан, его нагота не смущает.

– Ты что-нибудь вспомнил? – затаив дыхание, ожидаю ответа от дракона.

В голове всплывает образ светловолосой девушки. Я ведь даже не задумывалась: может, дома его ждёт жена-драконица с драконятами? И сколько ему лет?

Молодой внешностью Эйдена не стоит обманываться. Где-то читала, что они живут около пяти тысяч лет. Драконы – вообще скрытная раса.

– Так, какие-то обрывки воспоминаний, – пожимая плечами, говорит Эйден.

– Даже семьи не помнишь?

Прищурившись, он смотрит на меня.

– Не помню, но я не встретил свою истинную.

– Истинная? Кто это? – Не знаю, кто такая «истинная», но то, что дракон её не встретил, меня радует.

Кажется, Эйден начинает мне нравиться.

– Пара, суженая дракона. Та, с которой он разделяет свою судьбу.

– Почему ты в этом так уверен? Ведь ничего не помнишь.

Эйден приближает ко мне своё лицо и, опуская взгляд на мои губы, отвечает:

– Не помню, но уверен. Никакая потеря памяти не способна стереть из сердца истинную дракона.

– Понятно. – Становится трудно дышать от близости Эйдена.

– Знаешь, какой первый признак истинности?

Мотаю головой.

– Притяжение.

Дракон приближается, он неотрывно смотрит на мои губы – мои ресницы трепещут, а сердце гулко стучит.

Мой первый поцелуй…, которому не суждено сбыться.

На улице раздаётся оглушающий взрыв.

Дёрнувшись, я морщусь от боли в рёбрах.

– Что это было? – спрашиваю у Эйдена.

Дракон поднимается и подходит к окну. Не оборачиваясь, он отвечает:

– Кажется, в горах произошёл обвал.

Что, если это магу Энтони удалось перейти границу, и совсем скоро он будет здесь?

От страха сердце замирает. Нервно мну руками простынь и кусаю губы.

– Что с тобой? – интересуется Эйден, увидев мой отрешённый вид.

Ну вот, сейчас дракону себя выдам.

– Всё хорошо, – нервно улыбаюсь ему. – Просто испугалась громкого звука.

– Да? – с сомнением произносит Эйден. – Тогда скажи мне вот что: от кого ты убегала, когда провалилась в лабиринт?

Молчу. Судорожно пытаюсь придумать правдоподобное объяснение. Но, как по закону подлости, ничего на ум не приходит.

– Мне показалось, что за мной кто-то гонится, – несу какой-то бред.

– Допустим. А от кого ты прячешься здесь, Андреа?

Он будто насквозь меня видит. Под пристальным взглядом дракона я решаюсь сказать полуправду.