Договоры Судьбы

Она встала.

— Спасибо.

— Рано.

— Что рано?

— Благодарить.

Елена задержалась у двери.

— А тебе кто-нибудь когда-нибудь помог?

Вопрос был случайный. Почти вежливый. Из тех, которыми люди закрывают тяжелый разговор, чтобы не уходить сразу.

Но Павел услышал не вопрос. Он услышал палату: холодный свет, мужчина рядом и спокойный голос:

«Что угодно — плохая формулировка. Но достаточная».

— Нет, — сказал Павел. — Не вовремя.

Елена хотела что-то спросить, но передумала.

— Просто Павел, — сказала она тихо.

— Что?

— Теперь понятно почему.

Она ушла.

Павел остался в кабинете один.

Кот спрыгнул с подоконника, подошел к двери, за которой исчезла Елена, и некоторое время смотрел на нее так, будто за дверью осталось больше, чем человек. Павел открыл свою записную книжку, чтобы внести последние пометки по делу Кравцовой. На чистой странице уже была линия. Тонкая. Серая. Почти незаметная Пустая строка. Он не прикасался к бумаге. Линия медленно темнела, вбирая свет настольной лампы.

На мгновение Павлу показалось, что внутри нее проступает слово. Ожидающее, когда он перестанет делать вид, что не умеет читать.

Отец.

Он закрыл записную книжку. Слишком быстро. Почти резко. Как будто не блокнот закрыл, а захлопнул дверь перед человеком, который стоял за ней слишком давно. Звук вышел короткий, сухой. Неприлично громкий для пустого кабинета.

Павел положил ладонь на обложку. Не чтобы открыть. Чтобы удержать. Кот посмотрел на него с пола.

— Не начинай, — сказал Павел.

Кот зажмурился и отвернулся.

В кабинете пахло кофе, старой бумагой и холодом, который появляется не от открытого окна, а от незакрытого долга.