Магическая штучка, или Невеста с характером
– Не повезло, – согласилась Мартишка.
– Мне или принцу? – хмыкнула я.
– Всем, – одновременно вздохнули подруги.
– Мне кажется, что Кристиану все равно, кто участвует, – предположила я.
– Я слышала, что принц вынужденно согласился на Отбор – его папаша-король допек, – подтвердила мои сомнения Мартишка. – Скорее всего победит какая-нибудь аристократка из темных магов.
– Что ты каркаешь? Может, еще Вилка победит, – предположила Элиска.
– Нет, девочки. Я хочу работу найти во дворце. Сыщиком, – по секрету заявила я.
– Так в чем проблема? Вдруг за время Отбора на кого-нибудь нападут, а ты докопаешься до правды? – оживилась Мартишка. – Станешь штатным сотрудником!
– Не-не, серьезное преступление я пока не потяну, квалификация не та, – возразила я.
– Если в Отборе принимают участие Мальвин с Этель, без жертв не обойтись, – обнадежила Мартишка. – Я с этими «подружками» в школе училась, врагу таких друзей не пожелаешь!
– Или Ханка Беде напакостит, – вторила ей Элиска, моя соратница по несчастью – то есть по академии. – За Ханкой точно нужно проследить. Да и за остальными невестами. Слушай, а может, тебе пока досье на конкурсанток подготовить?
– Вот это мое! – согласилась я. – Девочки, вы настоящие друзья! Так помогли с советом!
Змеелисица согласно закивала и… стащила со стола кусок пирога.
* * *Как только подружки покинули лавку, я достала тетрадь в солидной обложке из шкуры дикого дерматина, вытащила из кармана комбинезона самопишущее перо с проявляющимися чернилами и принялась составлять досье на участниц Обора.
– Перо, пиши! – скомандовала я, устроившись поудобнее в кресле.
Серебристый стержень со встроенным умным механизмом и распознающий простые команды, навис над страницей, распушив хвост.
– Досье на невест.
И я начала перечислять характеристики: магический уровень, поведение, потенциальную опасность. Перо все исправно записывало.
– Ханку Беде рассмотрим первой, – приказала я. – И не только рассмотрим, но и присмотрим.
Перо со мной согласилось и изобразило над именем претендентки номер двенадцать рога, а сбоку пририсовало хвост.
– Молодец! – похвалила я умную вещицу и пообещала: – Хорошо себя проявишь на испытаниях, запущу в продажу.
Серебристый стержень с распушившимся на кончике пером подскочил в воздухе, а я предупредила:
– Не отвлекайся! Дальше пиши: Вражинка Ясная, светлый маг с пониженным уровнем ответственности. Мальвин и Этель – профессиональные охотницы за мужьями, могут нанести непоправимый ущерб казне.
Перо подрисовало череп, перечеркнутый костями. Я задумалась. Все же эти две светлые магички с темным прошлым гораздо опаснее Вражинки. Пришлось временно вычеркнуть последнюю из списка вредоносных невест. Хотя доверия она у меня не вызывала.
– Что ж, перейдем к моим симпатиям, – предложила перу, и оно выделило новый столбик.
А у меня отчего-то испортилось настроение.
Как бы мне ни хотелось признавать, но лучшими невестами для принца станут Желанка и Адель Винкс. Они темные магички с хорошими манерами и, чего уж там скрывать, красивые. Перо услужливо подрисовало над именами короны, но я предупредила:
– Не торопись, помни о минусах. У первой – внешность, она на Красимирку похожа. Вон Кристиана как перекривило, словно привидение увидел. А вторая слишком высокомерная, народ таких не любит.
Нет, я бы не придиралась, но для сыщика важно быть беспристрастной и беспринципной… в смысле принципиальной!
– Ладно, ради объективности допиши в эту колонку некромантку Нору, – приказала перу, смилостивившись. – Пусть она невзрачная, зато умная – лучшая в столичной академии.
По-хорошему, в этот столбик нужно вписать и Мирославу Яхонтову. Но она немагичка, как и я. Шансов у нас с ней почти нет.
Кстати, о себе! Я же и умная, и не в меру симпатичная, и дюже талантливая – чего уж скрывать. И с принцем знакома, то есть не чужой ему человек. И очень, очень ему сочувствую. Значит, в наличии сострадание и доброта.
Придется сделать отдельный столбик для себя. Но чтобы все было по справедливости – добавлю вторым номером Мирку. А назову столбец «Невесты с маленьким шансом, но большим потенциалом».
Куда отнести магов-смесков, я не знала. Не тянут они на принцесс – и все тут! Павлинка рвалась то ли обогреть, то ли нагреть принца. Ее можно записать в столбик последней. Что у них во дворце, обогревателей, что ли, нет? Настуся из Жижи вела себя скромнее, ее можно вторым номером поставить. Только не заметила я в ее глазах интереса, улыбалась она принцу как-то неубедительно, без огонька.
Просмотрев составленный список, я добавила еще один столбец: неопределившиеся.
– Пиши! – приказала умному перу, и оно вывело «Неоперившиеся».
Стержень жалобно затрясся, заметив ошибку. Но я его успокоила:
– Не дрожи! Может, и неоперившиеся они.
Когда я смотрела на Зосю, вспомнила нашего соседа лера Хмарека: грудь колесом, ножки… как у козы рожки. И на принца кандидатка особо не смотрела, все больше на Страшневицкого. Зачем тогда, спрашивается, участвует в Отборе?!
Самопишущее перо со мной согласилось и тут же подрисовало рядом с Зосей копыта. А я крепко задумалась: куда Вражинку-то впихнуть? Она ни в один из списков не лезет, хотя это и понятно – с такой-то выпуклой комплекцией.
– Ладно, добавим ее пока к «Неоперившимся», – предложила я и вытерла рукавом испарину со лба.
Пока распределяла невест по группам, притомилась. А как иначе? Нужно ж подготовиться к слежке: изучить биографию, повадки, слабые места.
– Пф-ф, – фыркнула Полли, ткнув лапой в тетрадь.
– Согласна, досье пока непроработанное. Но ведь это только начало. Сперва мы забьем кандидаток… – Змеелисица пискнула и закрыла лапами глаза. – Забьем имена в столбцы, – поправилась я. – Затем соберем недостающую информацию. А для этого нужно за девицами проследить.
Змеелисица радостно зафыркала, соглашаясь со своим любимым занятием, а заодно стащила со стола очередной кусок пирога.
– Только, боюсь, ты скоро не то что следить, а ползать не сможешь! – возмутилась я. – И за деревом не спрячешься, габариты не позволят.
Зверь жалобно завыл, а серебристое перо нарисовало внизу страницы маленького лисенка с несчастным взглядом.
– Спелись, – посетовала я.
В лавку тем временем вернулась маменька, победно размахивая вечерним выпуском газеты.
Мое внимание привлекла статья Жофрея Клокана, главного писца Протумбрии и пресс-секретаря Отбора. В рубрике «Отборные невесты» имелись портреты кандидаток, а еще был указан возраст и место рождения. Переписала данные в свою черную книжечку и уже собиралась выбросить газету, как вдруг на глаза попался анонс первого тура под названием: «Модный приговор».
Борзописец сообщал, что на первом этапе невесты должны удивить высокое жюри нарядами. Какими такими нарядами? Удивить я могу только блохой-следилкой! В крайнем случае, подушкой-пукалкой или летающей ступкой.
А ведь в приглашении из дворца был намек на наряд. И где я его возьму в такой поздний час? Эх! Маменька оказалась права: придется позаимствовать у нее свадебное платье. Другого-то все равно нет.
Глава 5. Демонстрация выдающихся способностей
На следующее утро я проснулась с отчетливым чувством приговора. Полли спала, обняв форму для выпечки, а маменька бодро орудовала на кухне в фартуке с надписью: «Отбор на выживание».
– Подъем, золотце мое! Примерь! – мама указала на свое старое свадебное платье.
– Ма, давай скажем, что я заболела. Это лучше, чем выйти к публике в торте с оборками и розочками!
– Нет, доча, ты не просто выйдешь. А выйдешь, гордо подняв голову. В этом платье я поймала твоего отца. И пусть он сбежал, но платье свое дело сделало! – с этими словами она с вызовом посмотрела в зеркало.
Я тоже припала к зеркалу, после того как примерила злосчастное платье. И ахнула. Кремовое кружево, пышная юбка, рукава-фонарики сами по себе выглядели неплохо. Но все вместе напоминали даже не торт с розочками, а кочан капусты.
– Мило, – выдавила я.
– Зефирка ты моя! – растрогалась маменька. – Иди, удиви всех. А если кто обидит – бей локтем под ребра, как я тебя учила.
Полли смотрела на меня с выражением полного отчаяния, закрыв лапками мордочку. А мама решила «добить», соорудив оригинальную вечернюю прическу, предварительно накрутив пряди на бигуди, которые достались ей еще от бабушки.
Во дворец я прибыла во всеоружии, то есть нижние юбки были взбиты, волосы напоминали кокон. Я встала в углу, стараясь слиться со стенкой.
В холле уже толпились невесты, каждая в наряде, достойном лучших королевских приемов. Платья пестрили блестками, стразами и мерцали магической подсветкой.
У Этель платье пело, у Мальвин шлейф вился во весь коридор.
– О, кто-то напялил бабушкино платье! – хмыкнула Ханка, демонстрируя модный яркий наряд с укороченной юбкой.
– А кто-то вовсе забыл его надеть, – парировала я.
– Ты ничего не понимаешь, это стиль ретро, – подключилась к травле Вражинка. – Даже запах нафталина сохранился, и духов не надо!
– С твоими фермерскими ароматами коровьих лепешек не сравнить, – огрызнулась я.
– Думаешь, тебя кто-то оценит в этом чуде народного промысла? – высокомерно бросила Мальвин.
– У меня хотя бы есть что оценивать. А вот у тебя такое количество разрезов, что наряд держится исключительно на честном слове, – не сдавалась я, хотя перепалка начала утомлять.
– Тихо, девочки, не ссорьтесь! Конкурс начинается! – прошептала Мирослава и подмигнула мне. – Не обращай на них внимания! У тебя прекрасный наряд.
Я в ответ криво усмехнулась. Сама понимала, что мой наряд немодный, но платье на мне неплохо сидело, и… было миленьким. Если бы не жуткие розочки.
Тем временем зал наполнялся приглашенными гостями и журналистами. Принц Кристиан в окружении членов жюри сидел в первом ряду.
Наконец к собравшимся зрителям вышел лер Шипка.
– Добро пожаловать в первый тур Отбора под названием «Модный приговор»!
Прозвучали фанфары, мигнули вспышки магокамер, журналисты замерли в ожидании сенсаций. Все взгляды устремились на конкурсанток. То есть на нас.
– Каждая участница пройдет по подиуму и оригинальным образом представит свой наряд, – давала нам последние инструкции лира Шрапнель. – Вы должны продемонстрировать достоинства, грацию и чувство вкуса…
– Которое я дома забыла, – пробормотала я.
Первыми на подиум вышли Мальвин и Этель. Они гордо вышагивали под музыку. Их платья светились в темноте, меняли цвет. У Этель за спиной выросли иллюзорные крылья, а у Мальвин длинный шлейф платья вдруг взлетел ввысь сотнями сиреневых бабочек.
– Аплодисменты первым участницам Отбора! – объявил секретарь.
Далее выступали темные магички. Платье Адель Винкс напоминало фужер из черного стекла. Сама девица демонстрировала высокомерие. Желанка выплыла в алом, на середине сцены ее платье вдруг охватил огонь и тут же погас, оставляя после себя эффект тлеющих искр на ткани. Зрелище было яркое и сильное. Слишком сильное, потому что кое-кто из зрителей упал в обморок.
Мирка выглядела в нежно-голубом наряде очень женственно, а цветочная диадема напоминала корону.
Ханка своей короткой юбкой бросала вызов обществу, но зато ее сразу заметили и выделили среди остальных участниц.
Когда объявили мое имя, в зале раздались шепотки. Я сделала глубокий вдох, расправила плечи и пошла на сцену – уверенно и по-деловому. Вспомнила, как я в первый раз в академии зашла в вольер к магическим животным, чтобы приручить их.
Платье, которое мама ушивала на глазок, начинало предательски сползать, оголяя плечи. А злосчастные розочки то ли были плохо пришиты, то ли нитки истончились от времени, но они стали опадать с платья, образуя розовую дорожку. Да и прическа подвела. Наверное, я слишком резко дернула головой, но сложная конструкция распалась, и локоны упали на плечи. Представила, как ужасно выгляжу со стороны. Вон и принц таращится на меня во все глаза.
В зале смолкли голоса, только слышались щелчки камер и скрип пера. Я приподняла подол, чтобы не оступиться, и ноги окутала пена кружев.
– Прелестно! – воскликнула лира Коко, подаваясь вперед и рассматривая кружева. – Аутентичный винтаж! Ручная работа!
Она еще издевается. Что может быть прелестным в старом платье из пыльного сундука? Ни модных спецэффектов, ни магических фокусов. Надо было придумать что-то оригинальное, но у меня не было ни времени, ни желания.
Только я не позволю над собой смеяться. С вызовом посмотрела на принца и выше вздернула подбородок. А с лифа платья упала самая большая розочка. И как назло, прямо в руки Кристиану. Принц довольно хмыкнул и… прицепил мою розочку на лацкан пиджака.
– Ваше платье живет своей жизнью, – заметил он с улыбкой.
– Главное, чтобы оно не решило, что я ему больше не нужна, – отозвалась я.
Моя реплика прозвучала слишком громко, и в зале раздались смешки. Напряжение спало. А может, это опали последние розочки с платья.
Кое-как я дошла по подиуму обратно и устало плюхнулась на стул. Как сказал участницам Отбора Жофрей Клокан: «Пять минут позора – и вы на первой странице». Ну хотя бы не в черном списке. Надеюсь, этот конкурс я проиграла и мне больше не придется позориться.
Но помучиться еще пришлось. На подиум вызвали всех участниц, а затем сообщили, что результаты первого тура будут опубликованы в вечерней газете. К сожалению, одна из участниц должна покинуть конкурс. И я даже знаю, кто это будет…
Я вернулась домой, словно выжатый лимон. Не было сил дожидаться газеты с результатами первого тура и отвечать на мамины вопросы. Так и уснула в обнимку с платьем.
А ночью проснулась от судорожных всхлипов. Мама сидела в кресле с вечерней газетой.
Я подскочила к ней и обняла:
– Ма, ну что ты так расстраиваешься? Подумаешь, проиграла. Я ж об этом и договаривалась с лером Шипкой.
– Доча, я рыдаю от счастья – ты выиграла! – возвестила матушка, вытирая с лица слезы радости. – Выиграла конкурс зрительских симпатий. Твой наряд признали одним из лучших! Пишут, что ты продемонстрировала выдающиеся…
– Формы? – с сомнением уточнила я.
– Способности и вкус, – хмыкнула мама и передала мне газету.
Я с ужасом прочитала, что прошла во второй тур. А выбыла из конкурса Зося из Лежанок: ее наряд посчитали унылым, а само выступление скучным. Первое место разделили Желанка в огненном наряде и Мальвин, у которой подол платья рассыпался ворохом бабочек. А вот нежный наряд Мирки ни жюри, ни публика не оценили. Зато мой выход отметили, процитировав лиру Шрапнель: «Аутентичный винтаж. Вечная классика». Борзописец Клокан выделил оригинальный ход с осыпающимися розочками. А то, что принц приколол цветок к лацкану, посчитали особым знаком, а меня записали в фаворитки отбора.
– Да какая фаворитка! – возмутилась я. – Пусть меня отчислят, как обещали!
– Тю, разве таких красоток отчисляют? – не согласилась мама и перевернула газету, где на магофото была запечатлена я: с рассыпанными по плечам локонами и в шелковом платье, которое волнительно оголяло плечи и подчеркивало талию.
– Невестушка, вот я и дождалась! – выдохнула мама, приложив руки к груди.
– Я буду требовать пересмотра результатов! – пригрозила я.
Полли пискнула, мама отмахнулась, а я задумалась: если этот балаган только начинается – что же будет дальше?!
Глава 6. Танцуют все!
Утром следующего дня мне снова пришлось отправиться во дворец. А потому что на репетицию вызвали! Через три дня очередной тур – танцевальный. Вот не могли они все этапы побыстрее прогнать, а то тянут и тянут. А мне ходи каждый день во дворец, как на работу. А толку-то? Ни практику в академии не засчитают, ни денег не получу. Да и клиентов всех растеряю, пока работа в Лавке простаивает. То самое чувство, когда ты по ошибке получил приз, который тебе задаром не нужен.
Всю дорогу я жаловалась Полли на свою тяжелую жизнь, а змеелиса внимательно слушала и в нужных местах кивала. Всегда приятно поговорить с умным собеседником, пусть он и зверь.
У входа я неожиданно столкнулась с лером Шипкой. Ну как столкнулась, поймала его за рукав, когда мужчина открывал дверь. И потянула за собой в кусты. Приватные разговоры лучше вести без свидетелей.
– Лер Шипка, – произнесла я, едва сдерживая раздражение, – у нас была договоренность. Я должна была позорно выбыть из конкурса. А вы что?
– Что я? – осведомился секретарь.
– Из-за вас я теперь фаворитка! – Мужчина округлил глаза, а я исправилась. – В смысле, фаворитка конкурса, не принца! Так в газетах написано. И что мне делать?
– Участвовать дальше? – предположил он.
– Издеваетесь? Вы должны были помочь мне покинуть первый тур!
– Вы, лира Войта, сами виноваты. Вышли в роскошном винтажном платье, да еще розочками весь зал обсыпали, – укорил меня секретарь. – Вон, лучшие модельеры уже фасон передирают. Не слышали? «Роза на взлете». Или на отлете? Я точно не помню, утреннюю газету наискосок просмотрел.
– Вы мне зубы не заговаривайте! Вы меня подставили! – не сдавалась я.
– Вы себя сами подставили, лира Войта, – парировал он. – Надо было одеться похуже. У вас был прекрасный комбинезон, вы в нем в первый день приходили, там из кармашка еще гаечный ключ торчал. Надели бы его и вылетели бы первой. А теперь уж будьте добры участвовать дальше.
– М-да, с комбинезоном я промахнулась, – пробурчала в ответ, понимая, что в целом лер Шипка прав, и мамино винтажное платье сыграло со мной злую шутку – только не ту, на которую я рассчитывала. Из посмешища я стала лидером Отбора.
Надо срочно что-то придумать и исправлять ситуацию. О чем объявила секретарю.
– Старайтесь лучше! В том смысле, что хуже, – рекомендовал он, окончательно меня запутав.
Мы с секретарем Отбора по одному зашли в здание. Для отвода глаз я немного поболтала со стражами, передав им пакет с пирожками от мамы.
А в зале уже собрались участницы – нарядные, блестящие, яркие. Я на всякий случай всех пересчитала: раз, два, три… девять. Со мной десять. Та-ак, кого-то не хватает. Допустим, Зося выбыла. Но где еще одна? Ага, не вижу победительницы конкурса!
– Где Мальвин? – спросила я у Мирки, которая сосредоточенно дожевывала бутерброд.
– Наверное, ей некогда с нами – уже корону примеряет, – хихикнула та в ответ.
– Выиграла и зазвездилась, – подсказала Вражинка, которая сидела перед нами и все слышала. То есть подслушивала.
Мадам Шрапнель также заметила отсутствие конкурсантки и возмутилась:
– Какое безответственное поведение! Неуважение к вам, ко мне! То капризничала, что ткань слишком бледного цвета, то корсет ей, видите ли, жмет. А совесть у нее не жмет?..
Пока лира Шрапнель разорялась, Мирка сжала мою руку:
– Поздравляю, Вилария. Ты вчера выступила очень хорошо. Девочки зря смеялись над твоим платьем.
– Ты тоже выступила хорошо. Мне твой наряд очень понравился, просто не повезло, – постаралась я ее приободрить, потому что Мирка выглядела грустной.
– Так, прошу внимания. Особенно тех, кто не проявил себя должным образом в конкурсе «Модный приговор», – произнесла лира Шрапнель. – У вас появился шанс показать себя во втором туре!
Участницы обрадовались. Видимо, многие любили танцы. Я тоже очень обрадовалась, потому что танцевать не умела. От слова «совсем». И это был мой шанс проиграть. А уж когда я увидела нашего учителя, вовсе воодушевилась.
Вбежавший в зал мужчина обладал копной рыжих волос и стройной фигурой, облаченной в лосины цвета бедра испуганной нимфы. Жабо на рубашке напоминало морскую пену, которая душила тонкую бледную шею танцора. Я так поняла, что брюки и сюртук учитель надеть забыл. Зато на нем красовались модные лакированные туфли с пряжкой, сверкающей драгоценными камнями.
– Разрешите представиться: лер Глистад Крутанский, мастер танцевальных па и умопомрачительных выпадов! Сегодня я превращу вас в фей сцены, в богинь паркета, дриад в полете!
– В пролете… – пробормотала я.
Мужчина провел нас в танцевальную комнату и поставил напротив зеркал.
– Что вы сейчас видите, мои куколки? – спросил лер Крутанский.
– Хорошеньких девушек… Красивых конкурсанток… Невест принца… – выдали разные варианты участницы Отбора.
– Нет! Перед вами неуклюжие горгульи! Неповоротливые гиены! Ленивые гусеницы! Но я это исправлю, как бы тяжело мне это ни далось! – трагическим голосом произнес лер Крутанский, а затем активировал магический кристалл, и по залу разлилась музыка.
Репетиция началась.
– Нам с вами предстоит выучить известный танец «Королевское кружево», – сообщил учитель. – По традиции этим танцем новобрачные открывают бал! Но… сперва разминка. Начнем с простых па, затем усложним. Смотрите на меня и повторяйте.
Лер Глистад повернулся лицом к зеркалу, явно наслаждаясь собственным отражением. Он развел руки в стороны, согнул в колене одну ногу и изящно крутанулся на второй ноге вокруг своей оси.
Конкурсантки принялись повторять за учителем. У многих, как ни странно, получалось. Даже Вражинка выделывала пируэты, но с грацией дракономопса. У Мирки выходило отлично. А я… тоже крутанулась, задев рукой Этель. Девица с воплем отлетела в сторону. Ногой я достала нашего учителя и пинком отшвырнула его в угол.
– Лира Войта! – визгливо выкрикнул Крутанский, отряхивая модные панталоны. – Что за ужасные движения? Что за манеры? Где ваши грация? Где изящество? Где должна быть ваша левая нога?
– Вероятно, рядом с правой, – буркнула я.
– Не понимаю, как вы прошли первый тур? – сокрушался учитель. – Боюсь, второй вам не одолеть.
– Не нужно бояться, – обнадежила я мужчину. – Вы справитесь… со мной.
Тот с ужасом охнул, а я зловеще улыбнулась. Я не собиралась побеждать, но вызвался учить – пусть учит!
В итоге в течение часа лер Крутанский мучился с нами, объясняя элементарные вещи и показывая базовые движения. Разумеется, я была среди отстающих. Хотя пару раз у меня получилось очень даже неплохо, а главное – я ни разу не упала и никого не покалечила. Но учитель танцев не удостоил меня похвалы. Зато он нахваливал Этель Капкан и Адель Винкс. Потому что одна была самой богатой, а другая – самой родовитой. На мой взгляд, лучше всего танцевали Мирка с Желанкой, но их учитель не замечал.
– Лира Войта, ну что опять? – возмущенно провизжал лер Крутанский. – Я сказал, двигаемся влево? А вы куда поскакали?
– Скачут лошади, а я человек, – огрызнулась я и поняла, что все, не могу, устала от придирок этого щеголя. Да и смысл их терпеть, если во второй тур не пройду?
Не дожидаясь очередного замечания, я покинула зал, хлопнув дверью так, что зазвенели подвески в люстре. Только, кажется, я перепутала двери и вышла куда-то не туда. По длинному коридору сновали важного вида мужчины. Вероятно, я оказалась в деловой части дворца, откуда обычно появлялся принц. Так как назад возвращаться совершенно не хотелось, решила продолжить поиски и найти выход. Сыщик я, в конце концов, или кто?!
Блуждая по этажу, наугад открыла одну из дверей и оказалась в библиотеке. Такого количество книг я никогда не видела, даже в книгохранилище нашей академии. Комната занимала два этажа, на второй ярус вели витые лестницы, а вдоль стен стояли шкафы, наполненные книгами. По центру помещения расположились удобные кресла, так называемые читальные зоны. И в одном из них я обнаружила принца. Заметив меня, наместник выгнул бровь и отложил книгу на столик.
– Лира Войта, разве у вас сейчас не урок танцев? – поинтересовался он.
– Был. Но я отлучилась. Досрочно. Вот, ищу выход, но, кажется, не туда свернула, – пояснила я, пятясь к двери. – Простите, что помешала. Я сейчас уйду…
– Подождите! – Принц поднялся с места и подошел ко мне. – Что случилось?
– Ничего не случилось, – отмахнулась я от вопроса. Но участливый взгляд почему-то проигнорировать не смогла и честно призналась: – Не для меня все эти танцы. Вы же знаете, я из простой семьи, всем этим выкрутасам… то есть, пируэтам не обучена.
– Так давайте я помогу, – неожиданно вызвался Кристиан и подошел ближе. – Какой танец вы разучиваете?
– Королевское кружево, – ответила я.
Близость принца меня смущала и нервировала. А взгляд темных глаз завораживал…
Что-то я поддалась общему очарованию, а мне о работе думать нужно.
– Попробуем вместе? – предложил принц и взял меня за руку, вторую руку положил мне на талию. – Ничего сложного. Главное, довериться партнеру.
– Ну вот, не успела сбежать, – пробормотала я, а Кристиан хмыкнул.
– Не бойтесь, мучить не буду, просто покажу движения. Кстати, название танца связано с известным ликарнийским кружевом, из которого по традиции шьют наряд для венценосной невесты. Именно этим танцем королевская чета открывает все балы и официальные приемы.