Хроники хозяйки отеля. На страже мира

Серия «Young Adult. Гостиница на краю Вселенной»

Ilona Andrews

SWEEP IN PEACE

Copyrigt © 2015 by Ilona Andrews

Published by arrangement with Nancy Yost Literary Agency and The Van Lear Agency

Перевод с английского К. А. Усковой

© Ускова К., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Пролог

Бесшумно ступая, мужчина вошел в затемненную комнату. Он остановился у круглого стола, налил в бокал красного вина из бутылки и выпил. Вкус был изысканным, с дубовыми нотками. Он смаковал его, наблюдая через огромное окно, как над каменным балконом поднимались звезды. Снизу, сквозь пол, доносились приглушенные звуки игры в мяч. Пройдет добрых двадцать минут, может быть, полчаса, прежде чем кто-нибудь обнаружит в кабинете тело, аккуратно спрятанное за письменным столом. К тому времени он будет уже далеко отсюда.

Он почти никогда не работал самостоятельно. Но это задание оказалось особенным. Несмотря на банальную политику, сам акт принес ему глубокое удовлетворение. На его губах появилась легкая улыбка. Он подумал, что за убийство пораженного магией и болезнями старика кто-то назовет его жестоким, а кто-то – милостивым. Но он не был ни тем ни другим. Просто это требовалось сделать, вот и все.

Если бы делами все еще руководил его прежний наставник, за эту маленькую вылазку он бы получил по заслугам. Улыбка сменилась суровой сардонической гримасой. Никто больше не указывал ему, что делать. Никто не имел права его отчитывать. Даже Корона. Он многого добился и впредь не терпел упреков. На самом деле, если бы у нынешней правящей семьи было достаточно амбиций, они бы убили его, дабы сохранить власть. К счастью, они слыли слишком цивилизованными и самодовольными.

К двадцати восьми годам он поднялся по карьерной лестнице в избранной им профессии так высоко, как только мог. Жизнь перестала быть для него испытанием.

Ему было невыносимо скучно.

Бледная звезда отделилась от своих небесных соседей, изогнулась дугой и пролилась на балкон дождем яркого сияния. Из света вышел темноволосый мужчина. Интересно. Глава шпионской сети отхлебнул вина. Либо в него было что-то подмешано, либо он только что стал свидетелем нового вида магии.

На незнакомце были джинсы и потрепанный плащ. Неместный.

– Я так рад нашей встрече, – сказал темноволосый мужчина. – Вас трудно застать в одиночестве.

Интересный выбор слов.

– Вина?

– Нет, спасибо. У меня мало времени. Перейду сразу к делу. Вам скучно?

Глава шпионской сети моргнул.

– Я имею в виду вот это все. – Мужчина обвел рукой роскошную комнату. – Влияние на судьбу стран и колоний. Довольно мелочно, вам не кажется?

– В этом есть свои плюсы.

– Не хотели бы вы повысить ставки?

Темноволосый незнакомец улыбнулся:

– Я представляю небольшую, но влиятельную организацию. Мы известны как арбитры. Специализируемся на разрешении различных споров. Вы знаете, что Земля – всего лишь одна из планет Солнечной системы. Существует множество звездных систем и планет. Множество измерений, даже множество различных реальностей, если быть точным. Однажды обитатели этого Великого Запределья развязали межзвездную войну. Все шло довольно плохо, поэтому, когда пресловутые ядерные взрывы утихли, было решено создать нейтральный орган для урегулирования конфликтов. Мы хотели бы завербовать вас в эту прекрасную организацию.

Возможно, этот человек был безумцем. Но если нет…

– Вы пройдете всестороннюю подготовку и получите средства на содержание собственной команды. К сожалению, до окончания срока службы вам будет запрещено искать иные источники дохода. Также до истечения контракта вы не сможете вернуться на свою родную планету.

– Каков срок службы?

– Около двадцати стандартных лет. Большинство предпочитает продлить этот срок. Ничто не сравнится с возможностью предотвратить межзвездную войну, когда знаешь, что миллиарды жизней висят на волоске.

Мужчина ухмыльнулся, наморщив нос.

– Но я забегаю вперед.

Глава шпионской сети почувствовал, как участился его пульс, и постарался успокоиться.

– Мы набираем только лучших, и, боюсь, предложение делается только один раз. У вас не будет времени попрощаться.

– Значит, я должен решить прямо сейчас?

– Да.

Глава шпионской сети осушил свой бокал.

Внизу кто-то закричал.

– Похоже, это сигнал, – сказал темноволосый мужчина, снова улыбнувшись. – Да или нет?

– Да.

– Отлично.

– Мой брат пойдет со мной. И я бы хотел предложить работу еще двоим людям.

– Хорошо. Но вы понимаете, что решение остается за ними? Мы не можем заставить, лишь заинтересовать.

Глава шпионской сети пожал плечами:

– Я уверен, что они присоединятся.

Им тоже было скучно.

Из коридора донесся топот ног, бегущих вверх по лестнице.

– Очень хорошо. Тогда нам пора. – Мужчина протянул ему ладонь.

– Как бы банально это ни звучало, пожалуйста, подайте руку.

Глава шпионской сети протянул руку, и темноволосый мужчина крепко ее пожал:

– Добро пожаловать на службу, Джордж Камарин. Меня зовут Клаус Демилль. Я буду вашим проводником и помогу освоиться.

Дверь распахнулась.

Глаза Джорджа залило бледным сиянием. Последнее, что он увидел, были охранники, бросившиеся на него в тщетной попытке отомстить за убийство своего хозяина.

– Покойся с миром, Паук, – пробормотал он, прежде чем свет поглотил его целиком.

Глава I

Год спустя…

Приезжая в прекрасный штат Техас, туристы ожидают увидеть сухую холмистую равнину, усеянную стадами крупного рогатого скота, нефтяными вышками и ковбоями в огромных шляпах. По их мнению, на этой равнине бывает только палящая жара. Но это вовсе не так. На самом деле у нас есть два вида погоды: засуха и наводнение. В декабре этого года город Ред-Дир переживал именно второе. Дождь лил и лил без остановки, превращая мир в серое, сырое, унылое место.

Я выглянула из окна гостиной и обняла себя за плечи. Передо мной раскинулась залитая дождем улица, за ней – квартал Авалон, скорчившийся под каскадом холодной воды в ожидании, когда все утихнет. Внутри «Гертруды Хант» было тепло и сухо, но дождь все равно действовал мне на нервы. После целой недели непрерывного ливня я мечтала о ясном небе. Может быть, завтра погода наладится. Надеяться никто не запрещал.

Это был идеальный вечер, чтобы уютно устроиться с книгой, поиграть в видеоигру или посмотреть телевизор. Вот только мне не хотелось делать ничего из этого. Последние полгода я каждый вечер либо читала, либо играла в видеоигры, либо смотрела телевизор в компании своей собаки, гостиницы и ее одинокой постоялицы, так что мне это немного надоело.

Кальдения вышла из кухни с чашкой чая в руках. На вид ей было за шестьдесят, она имела красивые черты лица, отличалась элегантностью и, очевидно, опытностью. Если бы вы увидели ее на улице Нью-Йорка или Лондона, то подумали бы, что перед вами светская дама, чьи дни наполнены бранчами с друзьями и благотворительными аукционами. Ее Светлость Кальдения ка рет Магрен действительно принадлежала к высшему обществу. Только вот бранчам предпочитала мировое господство, а благотворительности – массовые убийства. К счастью, те дни остались далеко позади. Теперь она была просто гостьей в моей гостинице, и ее прошлое едва ли представляло проблему. Конечно, если не считать, что время от времени мог появиться случайный глупый охотник, желающий получить огромную сумму, назначенную за ее голову.

В этот вечер на ней было широкое кимоно цвета розового вина с золотыми вставками. Оно развевалось при ее движениях, придавая тонкой фигуре особенно царственный вид. Ее серебристые волосы, обычно искусно уложенные в роскошную прическу, слегка примялись. Макияж выглядел размазанным и далеким от типичного для нее безупречного совершенства. Дождь давил и на нее.

Она прочистила горло.

Ну что еще?

– Ваша Светлость?

– Дина, мне скучно, – объявила Кальдения.

Как жаль. Но я гарантировала ей безопасность, а не развлечения.

– А как насчет вашей игры?

Ее Светлость пожала плечами:

– Я уже пять раз прошла ее на самом сложном уровне. Я сожгла Париж дотла, потому что Наполеон меня разозлил. Я уничтожила Ганди. Я сокрушила Джорджа Вашингтона. Императрица Ву оказалась довольно талантливой, так что я избавилась от нее еще до того, как мы вышли из бронзового века. Египтяне – мои пешки. Я властвую над планетой. Как ни странно, я чувствую себя слегка очарованной Чингисханом. Этот хитрый и свирепый воин обладает удивительным магнетизмом. Я оставила ему один-единственный город, периодически выдвигая нелепые требования, которые он не может выполнить, – и наслаждаюсь тем, как он не справляется.

Он ей нравился, поэтому она его мучила. Это всецело характеризовало Ее Светлость.

– Какую цивилизацию вы выбрали?

– Рим, конечно. Любой титул, кроме императрицы, был бы неприемлем. Но это не главное. Главное, дорогая, что наша жизнь стала ужасно скучной. Последний гость у нас был два месяца назад.

Как будто я этого не знала. «Гертруда Хант» нуждалась в гостях как по финансовым, так и по иным причинам. Они были источником жизненной силы гостиницы. Кальдения немного помогала, но чтобы гостиница процветала, нужны были гости – если не постоянный поток, то хотя бы большая компания. К сожалению, я понятия не имела, как привлечь этих гостей. Давным-давно «Гертруда Хант» стояла на перекрестке оживленной дороги, но прошли десятилетия, мир изменился, дороги сместились, и теперь Ред-Дир, штат Техас, был маленьким городком у черта на куличках. Оживленным местом его не назовешь.

– Вы хотите, чтобы я раздавала листовки на углу, Ваша Светлость?

– Думаешь, это поможет делу?

– Скорее всего, нет.

– Что ж, тогда вопрос снят. Не будь резкой, Дина. Это тебе совсем не идет.

Она плавно устремилась вверх по лестнице. Кимоно развевалось у нее за спиной, словно мантия.

Мне нужен был чай. Чай все делает лучше.

На кухне, по дороге к чайнику, моя левая нога наступила во что-то холодное и мокрое. Посмотрев вниз, я увидела маленькую желтую лужицу. Ну что ж, вот это да. Просто вишенка на торте.

– Фурия!

Когда моя крошечная ши-тцу ворвалась на кухню, ее черно-белая шерстка развевалась, как боевое знамя. Увидев мою ногу в луже, ее мозг быстро решил, что нужно поспешно ретироваться, но тело по инерции продолжало двигаться. Споткнувшись о собственные лапы, она ударилась головой о кухонный островок.

– Что это? – спросила я, указывая на лужу.

Фурия вскочила на лапы, спряталась за островок и с виноватым видом высунула голову.

– У тебя есть вполне приличная собачья дверь. Мне все равно, дождь там или нет, – ты должна ходить на улицу.

Фурия еще немного поежилась и заскулила.

Раздался волшебный звон – тихий, не совсем понятный звук, который могла услышать только я. Это гостиница давала знать, что у нас посетители.

Гости!

Фурия разразилась лаем и начала бегать вокруг островка. Я запрыгала на одной ноге к кухонной раковине, сунула ступню под кран и вымыла ее с мылом. Пол под лужей раскололся, образовав узкую щель. Плитка стала жидкой и стекла вниз. Зловонная жидкость исчезла. Пол восстановился. Я вытерла руки кухонным полотенцем и, подбежав к входной двери, распахнула ее. Фурия следовала за мной по пятам.

На подъездной дорожке был припаркован белый «Форд Эксплорер». Сквозь сетчатую дверь я увидела на водительском сиденье мужчину. Рядом с ним сидела женщина. На заднем сиденье туда-сюда двигались две головы поменьше – дети, наверное, с ума сходили от долгой поездки. Милая семья. Я потянулась к ним с помощью своей магии.

Ой.

Мне ведь сразу показалось, что магический звон прозвучал как-то не так.

Мужчина вышел из машины и подбежал к входной двери, прикрывая рукой очки от дождя. Он остановился под навесом крыльца. Ему было около тридцати пяти, и выглядел он как типичный отец из пригорода: джинсы, футболка и слегка отчаявшееся выражение лица человека, который провел несколько часов в машине с маленькими детьми.

– Привет! – сказал он. – Я бы хотел снять комнату.

Именно поэтому у «Гертруды Хант» был только номер телефона и никаких сайтов в интернете. Нас не было ни в одной туристической брошюре. Как они вообще нас нашли?

– Извините, у нас нет свободных номеров.

Он моргнул:

– В смысле, нет? Дом, кажется, большой, а на подъездной дорожке нет машин.

– Простите, мест нет.

Женщина вышла из машины и подбежала к нему:

– Что так долго?

Мужчина повернулся к ней:

– У них нет свободных мест.

Женщина посмотрела на меня:

– Мы ехали шесть часов под дождем из Литл-Рока. Мы не доставим хлопот, нам просто нужна пара комнат.

– Всего в двух милях отсюда есть отличный отель «Холидей Инн», – сказала я.

Женщина указала в сторону Авалона:

– Моя сестра живет в том районе. Она говорит, что за все время здесь останавливалась только какая-то пожилая дама.

Ах. Тайна раскрыта. Соседи знали о том, что в моем доме располагалась гостиница типа «постель и завтрак», потому что только так можно было объяснить редких постояльцев.

– Это потому, что мы с детьми? – спросила женщина.

– Вовсе нет, – ответила я. – Подсказать, как проехать к гостинице «Холидей Инн»?

Мужчина поморщился:

– Нет, спасибо. Пойдем, Луиза.

Они повернулись и пошли к своей машине.

– Возмутительно, – пробормотала женщина.

Я наблюдала, как они садятся в машину, разворачиваются и уезжают. В гостинице тихо прозвенел колокольчик, оповещая об их уходе.

– Я думала, у нас гости! – крикнула Кальдения с лестницы.

– Не те, что надо, – ответила я.

Дверь гостиницы заскрипела. Я погладила дверной косяк.

– Не волнуйся. Все наладится.

Кальдения вздохнула:

– Может, тебе стоит сходить на свидание, дорогая? Мужчины так внимательны и обходительны, когда думают, что у них есть шанс попасть к тебе в постель. Это поднимает настроение.

Свидание. Ага, конечно.

– Что насчет Шона Эванса?

– Его здесь больше нет, – тихо сказала я.

– Очень жаль. Было так весело, когда они с тем парнем тут жили.

Кальдения пожала плечами и поднялась по лестнице.

Прошло около пяти месяцев с тех пор, как Шон Эванс открыл ту дверь и шагнул через нее в бесконечную Вселенную. С тех пор я ничего о нем не слышала. Не то чтобы он был мне чем-то обязан. Один-единственный поцелуй вряд ли можно было назвать отношениями, каким бы запоминающимся он ни был. Я по собственному опыту знала, как огромна Вселенная. Одинокой женщине трудно конкурировать со всеми ее чудесами. К тому же я была хозяйкой гостиницы. Гости разъезжались навстречу захватывающим приключениям, а я оставалась. Такова природа нашей работы.

Но, повторяя себе это снова и снова, я все равно не чувствовала себя лучше. Когда я думала о Шоне Эвансе, то ощущала себя как какие-нибудь деловые путешественники из Канады, приехавшие на ночь в Майами в середине февраля. И вот они едут в такси и видят пляж за окном, зная, что не смогут там побывать, и задаются вопросом: каково это – пройтись по песку и почувствовать волны на ногах? Может быть, будь у нас с Шоном больше времени, все могло бы сложиться хорошо. Но теперь мы никогда не узнаем, стал бы тот пляж раем или, наоборот, мы обнаружили бы медуз в воде и песок в еде.

Наверное, так лучше. От оборотней в любом случае одни неприятности.

Я уже собиралась закрыть дверь, как вдруг меня коснулась магия – словно рябь от камня, брошенного в спокойный пруд. На этот раз у нее был совершенно другой привкус. Кто-то вошел на территорию гостиницы. Кто-то могущественный и опасный.

Я потянулась за метлой, спрятанной в углу у двери, и вышла на крыльцо. У живой изгороди, на самом краю территории, стоял человек в сером дождевике, вежливо ожидая, когда его пригласят внутрь.

У нас был посетитель. Может быть, даже гость, и на этот раз подходящий. Я наклонила голову, сделав скорее очень легкий поклон, чем кивок.

Дверь за моей спиной сама собой отворилась. Фигура начала медленно приближаться. Посетитель был высок, почти на фут выше меня – примерно шесть футов два дюйма или, может быть, три. Он вошел в гостиницу. Я последовала за ним, и дверь за мной плотно закрылась.

Незнакомец сбросил капюшон и, потянув за шнурок, снял дождевик. Передо мной стоял мужчина лет тридцати с небольшим, мускулистый, но худощавый. Его светлые волосы длиной до плеч были собраны в небрежный хвост на затылке. На нем была белая рубашка с расклешенными рукавами, темно-серые брюки и мягкие черные сапоги выше голени. Жилет – черный с синими вставками и вышивкой, облегающий и подчеркивавший широкие плечи и подтянутый живот. На узких бедрах висел кожаный пояс, удерживающий длинную тонкую шпагу с изысканной корзиночкой-рукоятью. Зуб даю, у него в шкафу завалялась широкополая шляпа с пушистыми белыми перьями и, возможно, пара плащей.

Его лицо поражало. Мужественное, хорошо очерченное, но вовсе не грубое. Такие ярко выраженные элегантные черты обычно называли аристократическими: высокий, широкий лоб, прямой нос, красивые скулы, квадратный подбородок и полные губы. Многие наверняка назвали бы его красивым.

Мужчина мне улыбнулся. В его бледно-голубых глазах сквозила тихая усмешка, будто он находил мир бесконечно забавным местом. Это были глаза, сверкающие умом, уверенностью и расчетливостью. Он не просто смотрел – он наблюдал, подмечал и оценивал. И у меня создалось впечатление, что даже когда его рот и глаза улыбались, ум оставался живым и острым, как бритва.

Я видела его раньше. И помнила это лицо. Но где?

– Я ищу Дину Демилль.

Голос ему очень подходил: теплый и уверенный. У него был легкий акцент, не совсем британский и не совсем южноамериканский, но странная мелодичная смесь того и другого.

– Вы ее нашли, – сказала я. – Добро пожаловать в гостиницу «Гертруда Хант». Ваш дождевик?

– Спасибо.

Он протянул мне накидку, и я повесила ее на крючок у двери.

– Вы собираетесь остаться у нас?

– Боюсь, нет, – ответил он со смущенной улыбкой.

Вот и хорошо.

– Чем могу помочь?

Он поднял руку и начертил между нами узор. Там, где проходил его палец, воздух начинал светиться бледно-голубым. Между нами вспыхнул известный мне символ – весы, чаши которых удерживали баланс. Через секунду узор растаял.

Он арбитр. Вот черт. Мое сердце забилось быстрее. Кто мог подать на нас в суд? «Гертруда Хант» не располагала средствами для судебных разбирательств.

Я оперлась на метлу.

– Я не получала уведомления об арбитраже.

Он улыбнулся. Его лицо просияло. Ух ты.

– Приношу свои извинения. Боюсь, я произвел неверное впечатление. Вы не являетесь стороной арбитражного разбирательства. Я пришел к вам по поводу делового предложения.

Бизнес куда лучше арбитража. Я указала на диваны в гостиной.

– Пожалуйста, присаживайтесь. Могу я предложить вам что-нибудь выпить, арбитр?

– Горячий чай был бы весьма кстати, – сказал он. – И пожалуйста, зовите меня Джордж.

Расположившись в удобных креслах, мы медленно потягивали чай. Джордж хмурился, явно собираясь с мыслями. Он казался таким… приятным. Воспитанным и утонченным. Но в моей профессии быстро понимаешь, что внешность зачастую обманчива. Я прищелкнула языком, и Фурия запрыгнула мне на колени, заняв такую позицию, чтобы чуть что – в мгновение ока ринуться вперед. Осторожность никогда не повредит.

– Вы слышали о Нексусе? – спросил Джордж.

– Да.

Я побывала на Нексусе. Это одно из тех невероятных мест Вселенной, где реальность изгибается в причудливый крендель.

– Но, пожалуйста, продолжайте. Я могу заблуждаться насчет полноты своих знаний и предпочту сперва получить всю необходимую информацию.

– Хорошо. Нексус – это разговорное название Онетрикваста IV, звездной системы с одной пригодной для жизни планетой.

Проговаривая название, он не запнулся. Это, должно быть, потребовало немалой практики.

– Нексус – временная аномалия. Время там течет быстрее. Месяц на Земле равен примерно трем месяцам на Нексусе. Однако биологическое старение происходит с той же скоростью, что и на родной планете.

Мой брат Клаус однажды объяснял мне парадокс Нексуса и даже выписывал формулы. В то время мы пытались найти наших родителей, и это сложное объяснение пролетело у меня мимо ушей. Я списывала все на магию. Вселенная полна чудес. Некоторые, если задумываться о них слишком долго, способны свести с ума.

– На Нексусе огромные подземные запасы куйо, вязкой жидкости природного происхождения, которая при переработке используется в производстве того, что в моем профайле называется «фармацевтическими активами стратегической важности».

– Ее используют для изготовления военных стимуляторов, – вставила я. – На разные виды действует по-разному, но, как правило, повышается сила и скорость, а усталость и страх подавляются. Что-то вроде того, когда человек превращается в берсерка.

Джордж улыбнулся:

– Наверное, мне следует говорить прямо.

Я улыбнулась в ответ:

– Это сэкономило бы нам немного времени.

– Хорошо.

Джордж отхлебнул чая.

– Куйо встречается по всей галактике, но в небольших количествах, и именно поэтому Нексус так ценен. В настоящее время за контроль над планетой борются три стороны. Каждая из них претендует на все природные богатства Нексуса, и никто не желает идти на компромисс. Ведется кровопролитная война. Уже чуть больше семи земных лет и почти двадцать лет по времени Нексуса. Это жестокая война, и она дорого обошлась всем ее участникам. Наиболее разумные представители трех сторон сходятся во мнении, что так продолжаться не может. Одна из них передала этот вопрос на арбитраж, две другие – согласились. И вот мы здесь.

– Я полагаю, что одна из сторон – торговцы?

Когда мы приземлились на Нексусе, то оказались в космопорте торговцев. Они занимаются межзвездной торговлей по всей известной галактике и ее многочисленным измерениям. Когда нужны редкие товары или крупные партии, обращаются к торговцу. Их мотивация – прибыль и престиж.

Джордж кивнул:

– Да. Война бьет по их доходам.

– Какая семья? Ама?

– Нуан. Семья Ама отказалась от своих владений на Нексусе и продала их Нуан два года назад.

Внезапно его присутствие здесь обрело смысл.

– Нуан Си имеет к этому отношение?

– Да. Фактически это он порекомендовал мне ваше заведение.

До того как мои родители пропали, они часто вели дела с Нуан Си. Иногда для работы в гостинице требовались экзотические товары, а Нуан Си специализировался на редкостях. Даже я заключала с ним сделку. Я обменяла самый редкий в мире мед на яйца смертельно опасного гигантского паука.

– У вас восхитительный чай, – сказал Джордж.

– Благодарю. Кто еще задействован?

– Дом Крахров из Святой Космической Анократии.

Шесть месяцев назад я приютила вампира из Дома Крахров после того, как он пострадал при задержании инопланетного убийцы. На его спасение прибыл племянник по имени Арланд, маршал своего Дома. Он несколько раз со мной флиртовал – по-вампирьи, разумеется. Арланд уверял, что с радостью станет моим щитом и что не стоит сомневаться в его воинском мастерстве. А еще он напился кофе и бегал голышом по моему саду.

Боже милостивый, кто мог двадцать лет сдерживать вампиров? Они – одни из самых свирепых разумных видов в галактике. Хищники, живущие ради войны. Ей посвящена вся их цивилизация.

– А третья сторона?

Джордж поставил свою чашку на стол.

– Отрокары.

Я моргнула. Молчание затянулось.

– Орда, Разрушающая Надежды?

Джордж, казалось, смутился:

– Да, таково официальное название.

Отрокары – бич галактики. Огромные, жестокие, живущие ради завоеваний. Они начали с одной планеты и расширили свои владения до девяти. Их название буквально означает «Разрушающие надежды» – стоит их увидеть, и у вас не будет шанса спастись. За последние три века Святая Анократия и отрокары сталкивались несколько раз, и это всегда сопровождалось катастрофическими разрушениями. Два вида так сильно друг друга ненавидели, что их вражда стала легендарной. Половина шуток в галактике начиналась словами «вампир и отрокар заходят в бар…».