Зеркало тёмной луны
На пешеходном переходе, прямо под мигающим зелёным сигналом светофора, осталось лежать неподвижное тело. Это был совсем молодой парень в спортивной куртке и поношенных старых джинсах.
Рим мгновенно перестал быть пустынным. Из переулков, дверей уже открывшейся пекарни «Caffe Trastevere», с автобусной остановки «Белли» и центральной трамвайной платформы «Соннино» к месту аварии бросились первые прохожие – те немногие, кто спешил на раннюю работу. Андреас не снимал шлема. Наоборот, он сильнее опустил тёмный визор, чувствуя, как внутри всё сжимается от беспомощности. Вокруг пострадавшего быстро росла растерянная толпа.
- Вызывайте «скорую»! Быстрее, кто-нибудь, - истошно закричала женщина с большой холщовой сумкой.
Кто-то судорожно тыкал пальцами в экран телефона. Пожилой синьор, взглянув на неестественно вывернутую ногу парня и струйку крови, толчком бьющую из-под его разорванной рубашки, горестно вздохнул:
- Этот парень не жилец… Ему уже ничего не поможет.
- Господи, он умирает! – подхватила женщина, стоящая рядом с синьором.
Пострадавший хрипел. Его лицо побелело, а веки судорожно подрагивали от болевого шока. Андреас замер на байке, приросший к месту. Он сейчас видел, как прямо перед ним уходит чужая молодая жизнь. И он был бессилен.
Но тут толпа странно зашевелилась. Люди не просто расступались – они словно раздвигались в стороны под воздействием невидимой, мягкой волны. Сквозь человеческий коридор уверенно прошла девушка. В лучах утреннего солнца её медно-рыжие, почти огненные волосы казались ореолом. На ней было простое легкое платье, а на лице не отражалось и тени того панического страха, который охватил остальных.
Она решительно, но грациозно опустилась на колени прямо в дорожную пыль и кровь рядом со сбитым парнем. Девушка мягко положила тонкую ладонь на лоб умирающего. В ту же секунду его судорожный хрип прекратился. Парень, только что бившийся в агонии, внезапно обмяк, его лицо разгладилось, дыхание стало ровным и глубоким, будто он погрузился в целебный, спокойный сон. Затем она перенесла руку чуть ниже, к разорванной грудной клетке и страшной рваной ране, из которой секунду назад хлестала тёмная кровь. Девушка едва коснулась краев порванной кожи. На глазах у замершего Андреаса и десятка прохожих началось невероятное. Воздух вокруг её рук задрожал, как марево над костром. В ту же секунду алое пятно на асфальте перестало расти. Кровь остановилась, мгновенно свернувшись. Края кожи поползли навстречу друг другу, соединяясь и бледнея. Через мгновение на месте смертельного повреждения осталась лишь чистая, абсолютно гладкая розовая кожа. И только разорванные, пропитанные кровью края рубашки напоминали о страшной ране.
Вокруг повисла оглушительная, мертвая тишина. Изумление сковало людей. Никто не кричал, не задавал вопросов, не доставал камер и не снимал. Люди стояли, боясь даже вздохнуть, словно малейший звук мог разрушить это невозможное, очевидное чудо.
Андреас за стеклом шлема смотрел на рыжеволосую незнакомку, и его сердце бешено колотилось в груди. Он, прячущий под маской уродство проклятия, только что увидел ту, которая способна исцелять одним прикосновением.
Со стороны площади Сидни Соннино, где через мост находилась старейшая больница Фатебенефрателли, раздался нарастающий, пронзительный вой сирены. Звук приближающейся скорой помощи мгновенно разрушил гипноз, сковавший улицу. Толпа вокруг ожила, люди испуганно зашептались, закрутили головами, кто-то сделал шаг назад, уступая дорогу бегущим медикам.
Рыжеволосая плавно поднялась с колен, отряхнув подол платья, и сделала шаг назад. Врачи не задавали вопросов – они просто заняли её место, словно подчиняясь безмолвному приказу. Пока все взгляды были прикованы к чудом спасенному парню, который уже открывал глаза, рыжеволосая девушка скользнула вглубь человеческой массы и незаметно исчезла.
Но Андреас не отвёл от неё взгляда ни на секунду. Под черным визором шлема его глаза лихорадочно и напряжённо следили за каждым её движением. Для него эта девушка стала единственным проблеском надежды за всю жизнь. Он просто не мог дать ей уйти. Андреас резко крутанул ручку газа. Байк послушно взвыл, объезжая замершие машины, карету скорой помощи и протискиваясь между ошарашенными пешеходами.
Среди серой утренней толпы, спешащей к автобусам, её огненные волосы вспыхивали ярким маяком. Она двигалась удивительно быстро и легко.
Андреас держался на расстоянии тридцати метров, стараясь не привлекать лишнего внимания тихим урчанием мотора, но и не теряя девушку из виду за углами домов.
Она свернула на крошечную, скрытую от туристов пьяццету, где посреди тишины журчал старинный фонтан с питьевой водой. Девушка подошла к нему, чтобы смыть с ладоней следы чужой крови.
Андреас заглушил мотор на въезде в арку. Сердце колотилось в уши так сильно, что заглушало плеск воды. Он спрыгнул с байка и сделал несколько шагов вперёд, оставаясь в тени. На нём всё ещё был глухой мотоциклетный шлем, полностью скрывающий лицо.
Огненно-рыжие волосы девушки горели в лучах восходящего солнца. Она опустила руки в прохладную воду, смывая кровь. Андреас замер в тени вековой арки. Вода в фонтане окрасилась в розовый цвет. Девушка тихо вздохнула. То, что она сделала на перекрестке – требовало колоссальных сил, и теперь она ощущала лишь усталость и опустошение, но распознать чужое присутствие её чутью это не помешало.
Она выпрямилась, стряхивая капли прохладной воды с тонких пальцев, и вдруг замерла. Она не обернулась, но Андреас понял: она знает, что он здесь. На тихой площади они остались абсолютно одни.
$
Воздух между ними словно уплотнился. Утреннюю тишину заполнял только журчащий звук воды в фонтане, отдающийся гулким эхом в старых каменных стенах, окружающих площадь. Девушка медленно повернулась в сторону затемнённой арки, под сводами которой, где стоял Андреас. Парень затаил дыхание. Через тонированное стекло шлема он жадно всматривался в её лицо, пораженный её внезапной, гипнотической красотой. Её лицо обладало той редкой, завораживающей красотой, которую трудно забыть. На бледной, словно фарфоровой коже ярким акцентом выделялись глаза – глубокого, колдовского изумрудного цвета. Аккуратный носик, мягко очерченные губы и россыпь темных родинок на правой щеке. Они напоминали крошечное созвездие, словно это была таинственная метка самой судьбы, подчеркивающая её исключительность. Тонкий овал лица обрамляла копна непослушных рыжих волос, похожих на всполохи лесного пожара.
В полумраке старого каменного дворика она казалась сошедшей с полотен эпохи Возрождения.
И этот контраст больно ранил его, прожёг острым раскаленным клинком в самую грудь, лишая дыхания. Он - чудовище на дорогом байке, прячущее своё уродство под глухим пластиком шлема. Она - хрупкое воплощение чуда, только что спасшее человеческую жизнь. Девушка сделала осторожный шаг назад, не сводя глаз с его тёмного силуэта в тени каменной арки. И только вода в фонтане продолжала тихо журчать, отсчитывая секунды их молчаливого противостояния.
Андреас резко развернулся. Осознание собственного уродства с новой силой обожгло его, заставив отступить обратно в тень арки. Он резко развернулся и быстро пошёл к байку, оставленному перед входом в арку, запрыгнул на сидение и завёл мотор, покинув площадь до того, как она успела сделать шаг навстречу.
Однако упустить её насовсем он уже не мог. Андреас с тяжело бьющимся сердцем и срывающимся дыханием припарковался на углу соседней улицы и стал ждать. Минуты через две рыжеволосая девушка вышла из переулка. Он поехал следом, держась на безопасном расстоянии. Парень глушил двигатель и катил байк на нейтральной передаче каждый раз, когда она сворачивала вглубь извилистых, ещё тенистых переулков. Её огненные волосы вспыхивали ярким пламенем на фоне серых вековых стен.
Андреас прятался за углами домов и припаркованными автомобилями, двигался как тень, боясь спугнуть своё внезапное спасение.
Наконец его терпение было вознаграждено.
Девушка свернула на уютную, укрытую от утреннего солнца тенью цветущих бугенвиллей улочку и толкнула стеклянную дверь с вывеской: «Cannella & Mezzanotte». Над дверью звонка звякнул маленький латунный колокольчик.
Андреас припарковал байк через дорогу, в тени раскидистого платана, и заглушил мотор. Шлем он снимать не стал, глухой черный визор по-прежнему безопасно прятал его тайну. Осторожно, стараясь не выдавать своего присутствия, парень приблизился к широкой стеклянной витрине кафе и принялся наблюдать сквозь чистое стекло, украшенное старомодными узорами.
Девушка быстро прошла за стойку. На ходу она привычным, отточенным движением повязала вокруг тонкой талии белоснежный фартук, поправила выбившийся рыжий локон под накрахмаленный чепчик, улыбнулась на шутку молодого чернявого и юркого официанта и принялась протирать фарфоровые чашки, выставляя их ровными рядами.
Всего двадцать минут назад эта тонкая девичья ладонь затягивала смертельные раны и повелевала плотью. А теперь те же пальцы аккуратно брали хрупкий фарфор. Она казалась самой обычной, земной и бесконечно далёкой от готических тайн палаццо, в котором вырос и жил Андреас.
Юноша стоял на тротуаре, не сводя взгляда с витрины. Прохожие уже спешили мимо на работу, но для него весь мир сжался до размеров маленькой кофейни «Корица и полночь».
Он не знал, сколько времени провёл в городе, то прячась под тенью платана, то снова робко и осторожно заглядывая в витрину кофейни, но зайти внутрь он так и не решился. И только когда длинные тени от ветвей платана стали ложиться на брусчатку, Андреас снова сел на байк. Он резко нажал на газ, уносясь прочь от кофейни. Сердце колотилось в уши в такт безумному ритму мотора. Юноша мчался по заполненным улицам Рима, но не замечал ни лучей заходящего солнца, слепящих глаза, ни вечерней суеты. В его сознании стоял один и тот же образ: рыжие волосы, вспыхнувшие в лучах рассвета, и кровавая рана, исчезающая под тонкой рукой.
Тяжелые кованые ворота, на которых едва читалась стёртая латинская надпись «Latebra Occulta», беззвучно распахнулись и тут же захлопнулись за его спиной, отсекая Андреаса от живого, шумного мира. Он заглушил байк в тенистом, заросшем плющом внутреннем дворике виллы.
Едва подошвы его ботинок коснулись мраморных плит, из глубины сада к нему с радостным лаем бросились его собаки, два угольно-черных кане-корсо. Это были единственные живые существа на вилле, которые любили его без капли страха и брезгливости. Животные преданно ткнулись мокрыми носами в его колени, прося ласки. Андреас рассеянно, чисто механически потрепал их по густой шерсти.
- Не сейчас, мальчики, назад, - глухо выдохнул он из-под шлема.
Обычно он проводил с ними часы, но сегодня мысли юноши были заняты совершено другим.
Вбежав по высокой парадной лестнице в дом, он сорвал тяжёлый мотоциклетный шлем. Из зеркала в холле на него взглянуло его проклятие. Андреас зажмурился, отвернулся и быстрым шагом направился в свой кабинет, на ходу доставая смартфон.
Откинувшись на спинку старинного кожаного кресла, юноша лихорадочно открыл поисковик. Его подрагивающие напряжённые пальцы быстро вбивали в строку поиска название, которое теперь казалось ему заклинанием: «Корица и полночь» Рим Трастевере кафе кондитерская
Экран вспыхнул результатами, и Андреас углубился в поиски. Спустя пару минут он наткнулся на стильный, лаконичный сайт заведения с мягким полуночно-синим фоном. Андреас сразу же открыл раздел онлайн-заказов. Он наугад выбрал несколько коробок фирменной выпечки с корицей и оформил доставку на адрес своей виллы, указав вымышленное имя. Это был лишь предлог, чтобы стать их клиентом. Главной целью было другое. Андреас перешёл по иконкам социальных сетей кофейни, надеясь выйти на руководство. Он листал фотографии интерьера, аппетитных круассанов и стильно оформленных витрин с выпечкой, наконец, наткнулся на снимок команды кофейни. На фото у стойки стояла пожилая пара, уже знакомый вертлявый официант и две женщины в униформе кондитеров, но фото таинственной девушки не было. Владелицей кофейни оказалась синьора Виолетта Маринари, та самая пожилая полная женщина, держащая супруга под руку.
Он тщательно изучал вкладки «О нас» и контакты. В небольших кафе хозяйки часто лично указаны в профилях. И вот… удача! Он видит фото, на котором изображена рыжеволосая девушка. На снимке не видно отчетливо её лица, только тонкий силуэт на фоне морского побережья и развевающиеся на ветру огненно-рыжие волосы. Но Андреас не сомневается, что это она. Теперь у его спасения было имя -Биана Маринари. Он кликнул на её личный тег, переходя в профиль владелицы, и принялся жадно изучать каждую кроху информации, доступную в сети.
Глава 3
ироничная, динамичная и немного романтичная, в которой юная ведьма искала свободу в небесах, а нашла чертовски привлекательные проблемы на земле.
«Луна была так близко, что казалось,
её можно коснуться рукой»
Герберт Уэллс
«Главное – не взлёт. Главное – посадка».
Авиационное правило
Под ногами тихо шуршала галька, где-то недалеко со стороны залива приглушённо слышались крики чаек. Сумерки сгущались, и узкая извилистая дорожка исчезала в темноте. Биана произнесла магическое заклинание, и в миг десятки маленьких фонариков осветили путь. Хотя, конечно, чтобы осветить тропинку, хватило бы и одного светлячка, но Биана решила, что одному светлячку станет скучно и к тому же, ведь это так красиво – весёлое мерцание светлячков в ночи. Они весело подпрыгивали, и то скакали как мячики, то вдруг начинали вальсировать и быстро кружиться в красивом ритмичном танце.
Сквозь серые тучи медленно выходила луна. И Биана взглянула на её ещё бледный, только чуть-чуть приоткрытый тёмной тучей бок и с удовольствием подумала, что сегодня полнолуние. Стояла завораживающая тишина, даже крики чаек смолкли, тёмные тени от корявых веток чертили жуткие силуэты на дорожке, в холодном желтовато-голубом сиянии было что-то таинственно-зловещее. Юной ведьме очень нравился этот наводящий страх ночной пейзаж и ей вдруг очень захотелось полетать. Огромный лунный диск снова спрятался за тяжело-свинцовую тучу. И ветви деревьев, старых чинар, которые корявыми линиями теней изрисовали причудливыми линиями дорожку, слегка зашевелились, а вместе с ними ожили и зашевелились зловещие силуэты их теней, словно чьи-то длинные корявые пальца-щупальцы. Подул ночной бриз. «Как прекрасно...», – подумала Биана и прибавила шагу, торопясь прийти домой и осуществить задуманное.
Тётка Виолетта уже спала, и Биана тихо проникла в свою комнату, переоделась в тёмное платье и накинула длинный чёрный плащ, чтобы слиться с темнотой. Но уже выходя из своей комнаты, Биана вспомнила, что может озябнуть и натянула на ноги длинные шерстяные чулки тигровой расцветки. Жёлто-коричневые полосы забавно пестрели на тонких изящных ножках ведьмы, а на чёрных ботиночках ярко блестели серебряные застёжки. Биане не требовалось зеркало, чтобы увидеть себя, юная ведьмочка довольно хмыкнула, оглядев свой наряд внутренним взором.
В пыльном углу на чердаке стояла её новая ещё не опробованная метла. Биана вздохнула – ничего не поделаешь, придётся сначала её обучать.
-Ну, здравствуй, метла, – почтительно произнесла Биана и скинула с черенка метлы паутину, – Полетаем?
Взяв метлу в руки, Биана забралась на крышу. Прохладный ветер с моря развевал её длинные волосы, и они пушистым облаком разлетались вслед за его порывами. Биана произнесла заклинание, села на метлу и спрыгнула с крыши. Если бы кто-нибудь в этот момент увидел Биану, то восхитился и уж наверняка залюбовался бы этим зрелищем. Луна снова вышла из-за тучи и теперь освещала кроны деревьев, крыши домов из красной черепицы и тонкий изящный силуэт девушки в тёмном плаще и забавных чулках в полоску, с летящим облаком из ставших тёмными в ночи волос.
Но никто не восхищался и не залюбовался, потому как в окнах домов на побережье уже давно погасили свет. В апельсиновой роще тихо и безлюдно. Биана посмотрела вниз, и дух захватило от восхищения. Внизу виднелись крыши белых как сахарные пирожные домиков, холмы и перелески, а где-то вдали светился яркими неоновыми огнями город. Биана подняла взгляд, ночное небо стало чернее, как будто на него небрежно разлил чернила нерадивый ученик, и на небесном своде показались первые мерцающие таинственным холодным светом звёзды. И уже отчётливо можно разглядеть ковш большой медведицы, мягко ступающей огромными лапами по ночному небосводу, высоко и горделиво подняв длинный хвост. В лицо Биане дул холодный ветер, разметав волосы. Метла прибавила скорости, и у юной ведьмы захватило дух от потрясающего пьянящего сочетания скорости, красоты и полной свободы.
Сначала метла летела быстро, но придерживалась прямой траектории, но вскоре ей это, кажется, наскучило, и она начала приплясывать от радости.
-Эй, поосторожнее! – засмеялась Биана, крепче вцепившись в черенок метлы. Но метла, ещё молодая и совсем не солидная, конечно же, не послушалась и начала приплясывать ещё с бОльшим энтузиазмом.
-Эй, прекрати, кому говорю! – рассердилась Биана и прикрикнула на метлу, крепко вцепилась в черенок и попыталась навалиться на него своим весом.
Но, то ли вес юной ведьмы был слишком лёгкий, то ли метла слишком упрямой, но траектория движения не стала прямой. Пытаясь выровнять направление, Биана резко дёрнулась в сторону, и метла, резко снизив высоту, так что у Бианы заложило в ушах, подпрыгнула и, потеряв чувство ориентации, налетела на крону какого-то ветвистого дерева. Секунда, и послышался треск ломаемых веток, гул в ушах, глухой звук падающих на землю спелых апельсинов, испуганно-возмущённый крик и боль от резкого падения.
Биана упала на траву, и её накрыли одеялом спутанные разлохмаченные волосы, попадая в рот, в глаза и нестерпимо щекоча нос. Биана фыркнула, выплюнув волосы, и потёрла ушибленное колено. Вдруг почти рядом что-то с глушим стуком упало в траву. Биана подумала, что это ещё один спелый апельсин, но приглядевшись, увидела свою метлу.
-Спасибо тебе, метла, – с чувством сказала маленькая ведьма и про себя с радостным удовлетворением подумала: «Хорошо, что в этот раз не сломанная».
Но не успела Биана порадоваться, оглядеться и подумать, что делать дальше, как что-то заставило её резко насторожиться. Биана ощутила, как мороз прошёлся от позвонков на шее и по всей спине до самого копчика, и это была до того неприятная дрожь, как будто через её тело прошёлся лёгкий удар электрического тока. Биана подняла голову, откинула ладонью упавшие на лицо тяжёлые волосы и замерла от страха.
В нескольких шагах от неё возвышается чёрная тень. Высокий широкоплечий мужчина, одетый во всё чёрное, стоит неподвижно, идеально-красивое надменное лицо. холодным стальным блеском светятся фиолетовые глаза. Страшная догадка пронзила сознание Бианы. Демон! Перед ней стоит самый настоящий демон и смотрит на неё внимательно, не отрывая голодного пронзительного взгляда, гипнотизируя им и подчиняя.
Полнолуние. Время силы демонов. Биана никогда раньше не встречала демонов, только слышала о них, но колдовским чутьём распознала демона сразу же. Вопреки распространённому мнению, демоны вовсе не ужасны, напротив, их внешность очень притягательна, как бывает тревожно и опасно притягательно только зло. Голод в его взгляде красноречиво говорил о том, что он жаждет получить живые сильные человеческие эмоции, только вся опасность в том, что демону нужны низкочастотные эмоции, и сейчас он с явным наслаждением впитывал её страх.
-Кхе... – начала растерянно Биана, чтобы прервать пугающее её молчание и не придумала ничего лучше, чем вежливо добавить, – Добрый вечер... Хорошая сегодня погода, не находите?
-Скорее ночь, – прозвучал в ответ глубокий мужской голос с насмешливыми интонациями, околдовывая бархатистыми вибрациями, – Ты забавно летаешь. Занятно.
Фиолетовые глаза мерцали в ночи, создавая немного жуткое зрелище, а его лицо оставалось неподвижно. Биана заметила, что его взгляд устремлён на её разодранные в кровь коленки, с которых чуть съехали нелепые полосатые чулки. И взгляд этот девушке не понравился. Он не предвкушал ничего хорошего, был настолько тяжёлый и откровенно горячий, как будто по её обнажённым коленям прошёлся паяльной лампой. И как будто читая её мысли, мужчина приблизился. Теперь Биана сидела возле его ног, а он возвышался над ней. И это тоже было неприятно.
-Что ты делаешь в моём саду, маленькая неуклюжая ведьма? – вкрадчивым медовым голосом вопрошает мужчина в чёрном.
-Вашем?.. – растерянно переспрашивает Биана, но сразу же спохватывается, – Извините, так получилось. Не справилась с управлением.
-И так... Что мы имеем? – мужчина присел на корточки, его фиолетовые глаза оказались напротив её лица и замерцали красным. Биана невольно содрогнулась, но взгляда своего не отвела. Она вспомнила, что демоны могут менять цвет глаз. Но почему он так смотрит? Почему же он так смотрит, чёрт побери, как будто он ужасно голоден, а она аппетитный кусок стейка?! Биана запоздало спохватилась и быстрым суетливым движением натянула на колени задравшийся подол платья, прикрывая царапины. А незнакомец вдруг протянул руку и дотронулся подушечками пальцев до её щеки, медленно поглаживая. Его пальцы оказались неожиданно тёплыми и, несмотря на лёгкие прикосновения, в них ощущалась сила. Его же голос продолжал звучать вкрадчиво и обманчиво мягко, контрастируя со смыслом того, что он говорил:
-Незаконное проникновение на чужую территорию. Вызываем полицию, маленькая ведьма? И ты в участке будешь рассказывать дежурному полицейскому, зачем и с какой целью проникла на мою территорию в первом часу ночи.
- Нет… Не надо! Давайте без полиции. Я же, правда, ничего плохого не хотела… Моя метла… - Биана бросила быстрый взгляд на траву, где в нескольких шагах от неё валялась чёртова метла.
- Можно и без полиции, - всё так же вкрадчиво-медленно произносит хозяин сада, - Можно сделать намного интереснее. Провести ночь в полицейском участке, отвечая на вопросы карабинера не так интересно, как поиграть в прятки, не правда ли?
Его глаза при этом засветились таким ярким фосфорическим блеском, что Биана невольно отвела взгляд, а его пальцы продолжали рисовать затейливые узоры на её зардевшейся щеке.
- Прятки?.. – тихо переспросила она.
- Ну да. Ты прячешься, а я ищу. Мой прекрасный сад полностью в твоём распоряжении, моя милая названная гостья. Если я тебя не найду в течение десяти минут, то разрешу тебе уйти, а если найду… - его губы при этом оказались в опасной близости к её губам, так что девушка ощутила его горячее дыхание.
Он резко убрал пальцы от её щеки, и его ладонь вмиг обхватила её тонкую шею, пальцы чуть надавили на горло. Биана замерла от страха, а его голос стал ещё ниже и в нём появились хриплые чувственные нотки:
- Начинаем играть, рыжая. Раз, два, три… Я даю тебе возможность спрятаться. У тебя ровно минута, - его пальцы разжались, и девушка резко и быстро, как кошка, встретившая злобного пса, метнулась в густую тень деревьев. На непроницаемом лице мужчины появилась едва заметная улыбка. Это было предвкушение. Прячься – не прячься, убегай – не убегай, а исход будет один. Сегодня ночью у мужчины будет весьма приятное развлечение.
Биана бросилась в густую листву деревьев, но как только её скрыли тёмные, влажные от ночной росы, ветви, замерла. Она стояла тихо, слившись с темнотой, даже дышать перестала, и часто бьющееся сердце в одно мгновение замерло, затихло. Девушка лихорадочно вспоминала заклинание, которое много раз повторяла в детстве во время игр с Фреей и подружками. Но тут же поняла, что это заклинание, которое они использовали в детстве, чтобы стать невидимыми ни несколько секунд, не поможет. Потому что Демоны - существа иного плана. Они видят мир не глазами, а через восприятие энергий. Классический оптический обман скроет Биану от человека, но демон легко заметит во тьме яркое, золотое свечение её ведьминской души. Нужна была секундная, хлесткая стихийная магия, использующая то, что есть вокруг: ночь, луну и деревья. Биана прижалась спиной к прохладной коре дерева и поймала взглядом бледный луч луны. Юная ведьма решила использовать Магию Слияния со Стихиями. Чтобы обмануть чувства демона, ей нужно было не просто стать прозрачной, а «погасить» человеческое тепло и временно притвориться частью живой природы, которую демоническое зрение считает нейтральной.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.