Я, конечно не главная героиня, но постараюсь выжить. 1-2 Том

Ситуация была патовой. Тащить раненого в клан без обработки было глупо. Учитель Бо, скрепя сердце, принял единственно верное решение.

Ситуацию решили практично: Ли Чжан повёл брата в городскую лечебницу, а мы втроём — Учитель Бо, я и безмолвная тень Янь Лу — направились в ближайшую таверну «Уснувший дракон» их ждать.

Сердце моё ёкнуло, когда я увидела знакомую вывеску. Это было то самое место, где я подслушала роковые слухи о Ху Яне. Мы устроились за грубым деревянным столом в углу. Воздух, как и прежде, был густ от запахов дешёвого вина, жареного мяса.

Я старалась выглядеть как можно незаметнее, но тут к нашему столу подошёл ушлый разносчик, которого я за два года своих тайных визитов знала как облупленного.

– О, почтенная госпожа! – воскликнул он, радостно узнав меня. – Снова к нам пожаловали! И не одна, а с почтенной компанией! Вам как обычно, зелёный чай «Весенний ветерок»?

– Вы… ошибаетесь, – выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Я здесь впервые.

– Ах, простите, простите, почтенная! – разносчик, наконец, осознал свою оплошность и, бормоча извинения, ретировался.

В воздухе повисла звенящая тишина. И почувствовала, как по спине побежали ледяные мурашки. Я видела, как взгляд Учителя Бо медленно и тяжело, как жернов, перевалился на меня. Он ничего не сказал, но его молчание было красноречивее любых слов. Янь Лу же, к моему удивлению, прикрыл глаза, делая вид, что поправляет рукав, но я успела заметить лёгкую, почти невидимую усмешку, тронувшую уголки его губ. «Чёрт, он понял!»

Пока мы сидели в напряжённом молчании, я уловила обрывки разговоров за соседним столом. Двое купцов, отхлёбывая пиво, оживлённо обсуждали новости.

–— …слышал, в ночь на полнолуние на севере, у подножия горы Линь, целое поле духовных трав было выжжено дотла! Ни пожара, ни пепла — просто пепельная земля и запах серы!

— Говорят, это его рук дело… Ху Яня. Но странно — людей не тронул, здания целы. Будто просто… предупредил.

Мой внутренний радар зашёл с ума. Выжечь поле духовных трав — это был удар по ресурсам целого региона, стратегический ход, не вписывающийся в его каноничный образ безумного садиста. Я украдкой скользнула взглядом по Янь Лу, сидевшему напротив. Он медленно пил свой чай, его лицо было абсолютно бесстрастным. Ни тени интереса, ни намёка на беспокойство. Его серые глаза были пусты, как выгоревшее небо. Эта ледяная невозмутимость пугала куда больше любой подозрительной суеты.

Слова о выжженном поле повисли в таверне тяжёлым, зловещим облаком. Учитель Бо с силой поставил свою чашку на стол, так что дерево треснуло.

— Этот мир стремительно катится в бездну, — прошипел он, и в его голосе звучала не просто злость, а горечь. — И демоны, что плодятся в его тени, лишь следствие гниющей сердцевины.

Янь Лу не проронил ни слова. Он просто смотрел в свою чашу, будто в чайных листьях мог разглядеть ответ на все вопросы. Его спокойствие в такой момент казалось неестественным, почти пугающим.

И тут с улицы донёсся новый шум — не драка, а нарастающий гул голосов, переходящий в панику. Кто-то пронзительно крикнул прямо у входа в таверну:

— Клан Лян! Клан Лян в огне!

Ледяная стрела пронзила меня. Клан Лян. Наш клан был в опасности. Учитель Бо вскочил так резко, что скамья под ним отъехала с скрежетом. Его взгляд метнулся ко мне, полный немого приказа, а затем к Янь Лу.

— Быстрее туда! — бросил он, и это не было просьбой.

Мы выскочили на улицу, сметая с пути растерянных зевак. Сердце колотилось, отдаваясь в висках оглушительным стуком. Мы неслись по пыльным улочкам, и вскоре впереди, за последними домами предместья, показалось знакомое зрелище, от которого кровь стыла в жилах.

Над нашим кланом Лян стояло не яркое зарево обычного пожара, а мутная, чёрно-багровая дымка, словно сама тьма решила извергнуться из недр земли. Воздух был наполнен не запахом гари, а кисловатым, металлическим смрадом разлагающейся энергии. И источником этого кошмара был мемориал правил. Светящийся знак Ху Яня пылал теперь не рубиновым, а угольно-чёрным огнём, и из него, как ядовитые змеи, извивались и вырывались сгустки чистейшей тьмы.

Мы ворвались в открытые настежь ворота. Картина была удручающей. Несколько старших учеников и старейшин лежали на земле, корчась от боли, с тёмными, пульсирующими пятнами на теле и одежде. Среди них был и глава клана, мой «отец» Лян Чжэн. Он сидел, прислонившись к стене, одной рукой сжимая окровавленное плечо, из которого сочился тот же чёрный энергетический яд. Его лицо было бледным и искажённым страданием.

Внезапно один из сгустков, извивавшийся в воздухе, рванул в сторону группы перепуганных учеников, прятавшихся под навесом. Учитель Бо, не раздумывая, бросился вперёд. Он скрестил руки, и вокруг него вспыхнуло золотистое сияние защитного барьера. Тёмный шар с шипением ударился о световую стену, но не рассеялся. Он, словно живой, зарычал, отпрянул и, сменив траекторию, с удвоенной яростью понёсся прямо на меня.

Время замедлилось. Я увидела приближающуюся пульсирующую черноту, чувствуя её леденящий душу холод. «Опять? — пронеслось в голове. — Снова в меня целятся? Это уже не случайность, это закономерность. Сюжет действительно хочет меня убить?»

И тут между мной и смертью возник он. Янь Лу. Он не бросился, не закричал. Он просто шагнул вперёд, и всё вокруг изменилось.

Воздух вокруг него вспыхнул не золотым, а лунно-серебряным сиянием. Это не была грубая сила барьера. Это была сама чистота, кристаллизовавшаяся в свет. Он поднял руку, и серебряный поток, тонкий и невероятно плотный, устремился навстречу тёмному сгустку. Он не отразил его, а остановил . Чёрная энергия замерла в сантиметре от его ладони, яростно бьющаяся, как пойманная птица, в невидимой клетке из лунного света. Серебряное сияние озаряло его лицо, делая пепельные волосы белыми, а серые глаза — почти прозрачными с легким оттенком красного, полными сосредоточенной, безжалостной воли.

— Бо! — голос Янь Лу прозвучал напряжённо, но чётко. — Эта энергия не собирается! Она ядовита и самовоспроизводится, питаясь страхом и ци клана! Её нужно не блокировать, а изолировать и вернуть в источник!

— Знаешь как? — рявкнул Учитель Бо, его собственный барьер трещал под натиском других сгустков.

— Да! Но для ритуала запечатывания нужен треугольник — три точки привязки! Я могу создать ловушку и быть одним углом, вы — вторым! Нам нужен третий! Сильный!

Янь Лу держал главный сгусток, но видно было, как ему тяжело. На его лбу выступили капельки пота, а рука, удерживающая серебряный поток, слегка дрожала. Учитель Бо, отбиваясь от других атак, не мог долго помогать.

Мне нельзя было стоять без дела. Я рванула вглубь клана, оббегая горящие (точнее, тлеющие чёрным огнём) постройки, в поисках помощи. И я нашла его — молодого наставника Ли Вэя. Он был на тренировочной площадке, организовывая оборону и оказывая первую помощь раненым ученикам. Увидев мое перекошенное от ужаса лицо, он мгновенно отреагировал.

— Лянь Шэн? Вы уже вернулись с…

— Мемориал... Тьма... Нужен третий заклинатель! Янь Лу говорит, может спасти! — перебила его я, хватая за рукав.

Он не задавал лишних вопросов. Кивнув, он схватил меня за руку.

— Держись за меня крепко!

Мир поплыл вокруг. Он использовал технику мгновенного перемещения — «Шаг сквозь тень». Пейзаж за окном промелькнул размытым пятном, и через секунду мы уже были на площади перед мемориалом.

Картина была ужасной. Янь Лу уже не стоял, а стоял на одном колене, его серебряный свет мерцал, борясь с почерневшим, раздувшимся сгустком. Учитель Бо, бледный как смерть, едва держался на ногах, его золотой барьер был почти прорван.

— Где был?! — крикнул Учитель Бо, но в его глазах читалось облегчение.

— Нет времени…Объясняйие что делать! — Ли Вэй был собран и готов к бою.

— Создаём энергетический треугольник! — отрывисто командовал Янь Лу, его голос был хриплым. — Я — вершина, вы — основание! Я создам сосуд-приманку! Направляйте в неё все сгустки!

Он отпустил одной рукой контроль над сгустком (Учитель Бо и Ли Вэй тут же синхронизировались, взяв его на себя) и быстрым, сложным движением пальцев вывел в воздухе серебряный узор. Из этого узора возникла маленькая, прозрачная, словно хрустальная, кукла-марионетка. Она висела в центре треугольника, мерцая.

—Начли! — скомандовал Янь Лу.

Трое мужчин, объединив волю, направили потоки своей ци. Это было гипнотизирующее зрелище: яростная чёрная энергия, словно привлечённая магнитом, устремилась в хрупкую на вид куклу. Она впитывала её в себя, темнея и пульсируя, пока не превратилась в сгусток чистейшей тьмы.

Янь Лу, лицо которого исказилось от нечеловеческого напряжения, сделал последний, резкий жест руками. Он словно схватил невидимые нити, связывающие куклу с мемориалом.

—Запечатывание! — его голос прорвался сквозь стиснутые зубы.

Серебряный свет вспыхнул ослепительной вспышкой. Чёрная кукла, пронзённая светом, рванулась назад, к пылающему знаку на стеле, и втянулась в него, словно её никогда и не было. Чёрное пламя на мемориале погасло, оставив после себя лишь обугленный след.

Тишина. Гробовая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием и стонами раненых.

Учитель Бо и Ли Вэй рухнули на колени, полностью истощённые. Их ци было на исходе. И тут я увидела это. Янь Лу, всё ещё стоя на одном колене, резко отвернулся и подавил короткий, сухой кашель. Когда он убрал руку ото рта, на его бледных, почти белых пальцах алели капли свежей крови.

Он... истратил свои силы до предела. Рисковал собой. Ради нашего клана.

В тот момент что-то во мне дрогнуло. Лёд недоверия дал первую трещину. «Плохой человек... не стал бы так себя вести. Не стал бы тратить столько сил и рисковать своим состоянием ради спасения тех, кого он, по идее, должен был обманывать».

Я подошла к нему, протягивая свой носовой платок — маленький, вышитый скромный кусок шёлка.

— Вы... в порядке? — тихо спросила я.

Он медленно поднял на меня взгляд. Его серые глаза, обычно пустые, сейчас были полны усталости, но в их глубине читалась та же ясность. Он взял платок, кивнул, но ничего не сказал. Этого было достаточно. Враги так не поступают. И впервые с момента нашей встречи я почувствовала не страх, а нечто иное — зарождающееся доверие и жгучую благодарность. Он спас меня. Снова. И на этот раз и мой Клан…