Сага об Антилохе. Летопись золотых веков 2

Глава 7

После двухдневного отпуска мы с трудом покидаем место нашего отдыха. Произошедшее у дороги разворошило улей, но мы отошли достаточно далеко, углубились в земли ушастых, и именно это спасло нас от более тщательного поиска. Нас буквально чуть не задел по касательной отряд лесных разведчиков, шедший с юга на север. Как и говорили капитаны, эти идиоты слишком сильно верили в защиту своих границ и в то, насколько слабы и беспомощны люди, заходящие в их леса. Раз за разом одна и та же ошибка: они ищут убегающих, даже не предполагая, что мы продолжаем путь в глубь их территорий.

План диверсии в самой столице становится приоритетом. От дальнейших шалостей на дорогах, фортах и крепостях решено отказаться ради сохранения максимальной численности боевого состава. Последующий путь – в режиме стелс, без сражений и почти без грабежей. Война войной, но в вопросах, касающихся алкоголя – его обязательной составляющей, необходимости, словно воздуха, – даже жёстким и серьёзным капитанам пришлось пойти на попятную, уступив бойцам.

Проведя двое суток в пути, выйдя на границы деревни, ребята «Шипа» без разбоя и убийств, с подачи Эрлины, знавшей уклад и повадки эльфов, устроили вылазку к дереву «главы рода». S-ранг есть S-ранг – без сучка и задоринки обчистили родовое древо, вынесли весь «нектар», а с ним, буквально ограбив ушастых, несколько связок сухих колбас. Кому-то в деревне влетит по первое число за такую «шалость».

В хорошем настроении, поделившись со всеми куском сухой, пальцем пиханной колбасы, мы продолжили путь через древние пущи, что с каждым днём выглядели всё величественнее. Многие деревья имели вокруг себя старые, прогнившие, дырявые винтовые лестницы, дупла в виде окон, казавшихся бойницами древесных крепостей. Их обходили с опаской, под постоянный бубнёж и приговаривания Эрлины о том, что это когда-то было домом чистокровных, а теперь – мрачное напоминание о том, как много жизней потерял лес. Эрлина хандрила, я радовался: благодаря их неудачам теперь мы могли пройти эти территории насквозь, не опасаясь быть обнаруженными. Целые лесные поселения заброшены, местами встречаются скелеты со следами проломов на черепах. Не своей смертью умирали здешние жители, и не просто так грустила об этом полукровка. Её история, рассказ о своём прошлом, в моих воспоминаниях звучал всё менее правдоподобно. Будет ли хоть одно правдивое слово в том, что она рассказала о себе? Вряд ли. Наверное, всё от начала и до конца вымысел, кроме её истинных чувств и желания мести. Надо же было влюбиться в такую лгунью, чувствуя себя собачкой, идущей за ней, глядя на эти золотистые локоны, худощавую симпатичную фигуру, румяные щёчки и глаза, как морозное, чистое синее небо.

Оглянувшись на меня, Эрлина внезапно улыбнулась, и улыбка её наполнилась нежностью и добротой.

– Хватит на меня так пялиться, Антилох. – В очередной раз доказав, что имеет глаза на затылке и буквально, сука, читает мои мысли, словами сделала зиму чуточку теплее полукровка. Для неё я словно открытая книга, правда на английском языке…

Спустя полдня вышли ещё на одну деревню. Отряды разведки выдвигаются во фланги в поиске обходных путей. Всё как всегда, ровно до того момента, как в небе, жужжащим роем с запада, появились твари, очень напоминавшие гигантских ос. Маневрируя меж огромных стволов деревьев, крыльями сбивая снег с лапин и листьев, они целенаправленно двигались к деревне и вскоре, пикирующим роем, сея крик и панику, обрушились на селение.

– Шершни Санк-санр-Хасс, – говорит один из Манквай. – У них нюх как у собак. Они ударят и по нам!

С холма вижу, как в дом, вырубленный в сплетённом гигантском пне, забегают дети. Вижу, как не успевших за ними родителей подхватывают жалами, а после жвалами в воздухе разрывают на куски гигантские твари. Но это не конец: облепив пень, они начинают прогрызать его, стремясь вытащить и уничтожить всё, до чего способны дотянуться. Надо бы закрыть глаза, пройти мимо или попытаться спрятаться от них.

– Гнилые, за мной! – Кидаюсь вперёд, скользя по холму вниз. Вижу справа от себя Эрлину, слева – Каю, за нами новички, а впереди в небе полыхнули языки пламени. Картечью из фаерболов пролетела магия Деструксии, за ней, рассекая снежинки, – магия Ирмы.

– Вперёд, капитан! Тайгрис защитит магов! – поддерживает Кая, и мы врываемся в этот жужжащий хаос, в самый рой облепивший землю.

Свистят стрелы эльфийки, закрывая подходы к нам. Расплетаются косы серебристых магических нитей Каи. Облетая которые, сверху на нас налетают шершни, и в следующую секунду, разрубленные воздушными серпами, сыплются на нас отдельными кусками.

– Всем спрятать лица! – командую я. Каждый из моей группы накидывает капюшон, используя все доступные средства: кто повязкой, кто маской – скрывают лица. Толпой, от дома к дому, разбираемся с насекомыми, отвоёвываем пень, затем древесный ствол. Несколько метко брошенных копий пригвоздили шершней к деревьям, лишив меня возможности и дальше разбрасываться метательными снарядами, вынудив взяться за меч, которым хуй до кого дотянешься. Вся работа ложится на стрелков и мага поддержки, решившего кинуться за нами вниз. Другие S-ки, пошедшие вдоль, не торопились к нам на помощь, а мы, собственно, и не рассчитывая на это, успешно отражали налёты огромных бело-золотистых мохнатых существ, каждое из которых размером примерно метр сорок на полметра. Эрлина била точно – лишь колчан пустел. Поддерживали нас и маги сверху, оставляя нам редкие единичные экземпляры.

Один из шершней, пробив двери, ворвалась в тот самый пень, где прятались дети. Сука…

– Эрлина! – рявкнул я, указав рукой.

– Поняла! – Подсев, в сантиметрах от лица пропустив жало, проскочила под нитями Каи полукровка. Ловкая, быстрая и гибкая, закинув лук за спину, обнажив клинки, заскакивает в дом. Сквозь безумное, окружавшее нас жужжание доносятся звуки боя, лязг металла, детский крик, от которого у меня аж сердце сжалось. Существ вокруг становится всё больше. Мы медленно, отражая нападки разрозненных тварей, пятились к пню. И вскоре оттуда, с колчаном, полным стрел, и мелкой девчушкой, держащей в руках ещё один колчан, показываются Эрлина с «помощницей».

Стрела за стрелой, существо за существом – разя без промаха, наверняка, вошла в азарт ушастая. Помогая ей, из других, более человечных домов и лачуг, расстреливая из окон и крыш существ, выходят на помощь местные жители. Большая часть – с луками, кто-то с топором, кто-то со щитом, кто-то с дрыном. Они отбивались, забаррикадировавшись в своих домах и за их пределами. Самые отважные, выбежав на улицы, отбивали трупы сородичей, поедаемых шершнями.

Эти насекомые оказались упёртыми – в них не было страха. Они нападали, стремились убивать до тех пор, пока видели врага, пока последняя из жужжащих тварей не пала замертво, сражённая воздушным серпом поставившей точку Ирмы. Никто из S-ок так и не пришёл к нам на помощь, хотя мы видели их, видели, как они расставились вокруг деревни, наблюдали, ожидая и думая: «А надо ли это нам?»

Из минусов нашей вылазки – один из помощников, не сумевший увернуться от выплюнутого в него яда. Ему обожгло часть лица и плеча. Лицо защитила маска, а плечо моментально исцелила Алисия. Мы готовились убегать, оставив на местных разборки после случившегося, но сбежать не дали выбравшиеся с хвалебными одами в наш адрес местные жители. Вокруг трупы, а они радуются, машут нам, окружают, кричат что-то на неизвестном языке. Проверяю взглядом свою команду: маги ушли с холма, скрылись, ребята вокруг спрятали лица, по-прежнему с накинутыми на головы капюшонами. Всё так же молча, жестом руки велю им уйти в сторону холма. Кивком, сохраняя молчание, расталкивая жителей. Отвечать может только Эрлина, и на неё я оставляю общение, лишь толкнув в плечо, указывая на то, что надо уходить. Поторопиться, а то, как бы наши друзья не зачислили нас в предатели и не спросили потом за общение и спасение аборигенов.

Мы уходим. Полукровка успокоила местных на родном им языке, вызывая улыбки поверх слёз, слыша благодарности, получает в спину хвалебные оды. За которыми при встрече с капитанами нас едва не разъебали за самодеятельность. Спасли лишь Манквай, озвучившие, насколько сильным чутьём обладали эти шершни и что мы были бы следующими целями. Так же эльфийка отметила: наших лиц не видели, селение спасено, они поверили в то, что «мы силы самообороны леса», и в ближайшее время никто из их деревни и не подумает куда-либо бежать, звать на помощь, ведь они знают, что якобы Лес о них и их беде знает. Мы можем спокойно идти дальше, разбирая вопрос: откуда тут взялись эти самые шершни? Существа магические, легко берущиеся под контроль, и при этом с возможностью контролировать их на ограниченной дистанции. Деструксия с Ирмой из-за нашей импровизации забыли проверить «лётное» пространство на магию контроля. Это стало ошибкой, которую не только наши, но и маги других отрядов совершили совместно и дружно, каждый из которых за это получил нагоняй от своих капитанов. Слишком неожиданный налёт, слишком внезапное наше вмешательство. Все готовились помогать и спасать нас, а дальше… думать на шаг вперёд… В общем, ошибка. Не подумали ребятки, поставив нас в очень неудобную позицию. С одной стороны, если это случайность – то всё хорошо. С другой – это означало наличие в лесах сильного укротителя с запада. И исходя из наличия западных магов, мы могли прийти к выводу, который напрашивался сам собой: армия демонов с запада уже продвинулась настолько далеко, что, используя вот таких контролируемых существ, в дальнейшем могла совершать налёты на человеческие караваны и отряды снабжения. Продвигаясь дальше, обсуждая эти мысли с Шипом, с Эдгаром Райдфором, слышу одобрительные слова в сторону моих предположений. Всё сильнее они загорались целью разграбить эльфийскую сокровищницу раньше демонов, всё жарче пылал внутри них азарт, и всё быстрее мы шли к городу.

За спасённой деревней, в полу дне пути, наши разведчики, сделав небольшой круг, решили уточнить, только ли это селение подверглось нападению. Ещё на подступах, обнаружив остатки местных жителей, порубленных шершнями, они отказываются от плана подходить к другой деревне, и мы делаем крюк. Нет, не мы одни такие «счастливчики». И тем, кто остался в глубине леса без защиты войск и авантюристов, можно лишь посочувствовать. Силы запада всё ближе. И нам очень хочется обогнать их, втиснуться раньше, чем две армии сойдутся в битве, в которой мы окажемся между двух огней.

Проходят ещё сутки в пути. Селения лесные встречаются всё чаще. Жестокостью, военной необходимостью разведчики «Шипа» ловят и казнят спалившего наше перемещение охотника. Эльфы – чистокровная редкость, и тем печальней стало видеть труп с зайчиком, подвязанным к поясу Эрлине. Простой охотник. Кровь его на наших руках. Таков мир, таким его создали те, кто его населяет. Присев, срезал с пояса тушку, кинул нашим. Мясо есть мясо – мёртвому оно уже ни к чему.

Мы идём дальше. Эльфы не имели крупных городов. Роща священна. Гигантские деревья, как многоэтажки, на километры заснеженной зелени вокруг. Лишь изредка встречающиеся укрепления, обустроенные как раз вокруг таких гигантских деревьев. Именно укрепления отличают простое селение от форта, крепости, что так же пряталась в листве и прочных, толстых стенах, защищавших себя прочной корой древесных гигантов. Глядя на эту архитектуру, резьбу по живому стволу, уже представлял себе деревянную столицу эльфов, уходящие в небеса древесные стены, толпы красивых, златовласых эльфов и прекрасных эльфиек, защищающих одну из древнейших цитаделей, существующих тысячи лет на грешной земле.

Скорым поездом, с капитанами Авангарда во главе, врываемся на одну из стоянок отрядов эльфов. Там не пройти скрытно – последняя охраняемая черта на подступах к древнему городу. Использовав Эрлину для отвлечения внимания, видя, как деревянная кукла в её лице падает со стрелой в груди, через подкоп, который песчаные прорыли прямо к сторожевому древу, вырываемся из-под земли, вышибаем двери. Эдгар Райдфор щитом отбрасывает дежурного. За ним Шип, распустив волосы, блокирует спиральную лестницу внутри, пробивает четверых эльфов. А мне достаётся один – растерянный, уклонившийся от шипов, павший у первых ступенек. Виртуозно подсев под чёрным лесом, раскинутым Шипом, я метнул копьё из положения полулёжа прямо во врага. Быстро проскочив вперёд, поднял щит, застыл у лестницы, вырвал копьё из тела, дождался, когда стена из волос исчезнет, и на щит ожидаемо словил несколько стрел. Мальчишка – то ли из полу-оленей, то ли ещё кого, тот, из чьего брюха я вырвал копьё, не добитый, хватает меня за сапог, пытается задержать, подставить под лучников. И тут же получает безжалостный добивающий удар копьём от Алисии в голову. Череп раскололся на две части. Целительница стала рядом, за ней пара новичков, что кроют щитами нас сверху и черепахой, мы закрываем весь проход. Мы начинаем подъём. Щелчок за щелчком – стрелы бесполезны. Враг в растерянности что-то кричит, пытается понять, почему нет сигнала тревоги, почему не дуют в горн их товарищи. Идиоты.

На этаже выше, откуда нас обстреливали, через окно тенью, просочившись в вражеский плотный строй, врывается Кая. Лезвиями ядовитыми, царапая, раня и убивая сразу. В одиночку она отвлекает сразу шестерых. А после, шмыгнув в тень, вдоль закругляющихся ступеней лестницы, спускается к нам, прячась за стеной щитов.

– Не торопись, – останавливает нас Кая на подъёме. И через полминуты обстрел прекращается. Слышно, как один за другим, парализованные, отравленные, падают на землю лесные существа. Нам остаётся подняться, переступая и добивая несчастных, выходить на следующий этаж. Наверху, уже находились наши. Не снизу в верх, а сверху вниз спускалась Кая. Ранее, появление Эрлины на глазах у врага требовалось для обмана, привлечения внимания дежуривших с другой стороны дерева стражей. Всего пара секунд – и застывшие у самой вершины, взобравшиеся под камуфляжем, покровом маны, группы разведчиков «Шипа», сама Эрлина и Кая ворвались на верхний этаж, учинив резню, подав сверху сигнал песчаным, наблюдавшим за всем со стороны. А те по земле передали сигнал нам, после чего мы вышли из подкопа и дальше было то, что было… Много примочек имели S-ки для связи и обмана, и когда начинали действовать вместе, разнообразие доступных фишек, фокусов зашкаливало, открывая огромные просторы для фантазии и смертоносного творчества.

Зачистив дозорное древо, взяв языка из числа знатных тварей, ещё и болтуна, слабака из лесных, а не какого-нибудь гордого эльфа, получаем информацию о городе, об укреплениях, увеличении гарнизона на стенах и подходе сил демонов Запада. Кентавры, верные пешки Лесного короля, во главе со своим старейшиной сумели избавиться от Корней Корн, сослать их на войну. А после, оставив дворец без защиты, предали доверие Короля леса, всем числом перейдя под управление Князя тьмы, сдав крепости. Их подкупили огромным земельным наделом, правом править эльфами и лесными народами после того, как Лесной король окажется поверженным. Лесной король, тот, кто почти так же пришёл к власти, наступил на собственные грабли. И теперь у нашей группы начиналась гонка на время. Чудища запада практически беспрепятственно двигались в сторону столицы, а нам предстояло их обогнать!

Глава 8

Проход под стеной перекрывался толстыми корнями, глубины которых не знали даже сами эльфы. Подкоп с использованием сил песчаных невозможен. Пройти так же, как проходила стены Кая, используя крюки-кошки, тоже нереально. Стена огромна по высоте, сложена из белого камня, зоркие эльфийские дозорные, а с ними – усиление из числа разношёрстных лесных народов. Там непонятно, кто на что способен, и есть ли под стенами спрятанные секреты, подающие сигналы о приближении незваных гостей. Крепость готовилась к обороне от демонов – к атакам с воздуха, с земли, к нежданным гостям извне и изнутри. Подходя к ней, опираясь на воспоминания Эрлины, мы проверили каждую из её идей, каждую больную точку. Усилия двух дней блуждания вокруг: ни-ху-я. Мы знали, будет трудно проникнуть, но никто из людей и не предполагал, насколько. Крепость, которую знала эльфийка, сильно изменилась. Старых данных недостаточно, нужно импровизировать, действовать быстро. Каждый час на счету. К вечеру второго дня, закопавшись, зарывшись в землю, устраиваем совещание, от результата которого зависит, пойдём ли мы на риск или отвернём, остановившись всего в километре от заветной цели.

Вариантов для проникновения предложено масса. Эрлина как приманка, устроить пожар, подрыв телег с другой стороны дороги, попробовать проехать, спрятавшись в товары, и даже обрушить ворота, попробовав сделать под них подкоп. Всё вело к одному: все враги должны отвлечься, но этого не будет. Наверху дежурили чистокровки. И не один, и даже не два – десятками. Не пройти ни в бочке с элем, ни в возу с дерьмом, ни даже замотанным в похоронные ткани, будучи непроверенным и незамеченным. Охрана города в преддверии осады усилена максимально. Такой детской уловкой его не взять. А значит, надо идти туда, где не разместить огромного войска, не поставить дозорных, что будут видеть всё над землёй и во все стороны.

– Водосток. Или акведук. Можно через канализацию, как тогда с колодцем, – предлагаю я. – Безусловно, там будет стража, там будут решётки. Но что решётки и редкие стражники? Даже если их будет трое – для моего прекрасного убийцы, для Каи?

Запустив эту мысль, я не дал авантюристам быстро слиться с плана по атаке на город. Более того, Эрлине удалось тему развить, рассказав, что один из водостоков ведёт к Древней библиотеке, от неё – к катакомбам, а с ними – почти до любой черты города. Так или иначе, почти весь город был прошит древними водостоками. Проблема заключалась в том, что их хорошо охраняли, и они имели прочные решётки, чтобы пройти через которые, нужно иметь навыки как у Каи либо возможность плавить очень толстый металл. Взрыв обнаружат – он создаст всплеск энергии, толчки в земле. Нам было необходимо именно заклинание, способное плавить, резать как… блять, а как вообще действует сварка? Я много раз видел, как ею крепят металл к металлу, но так же видел, как ею и прожигают сталь насквозь. Блять, ебучие сварщики, чертовы гении прошлого мира, сука, я бы кого-нибудь А-ранга променял на одного, даже бесталантного, чтобы моим магам огня и ветра объяснил, как всё тут устроено.

Вариантов нет. Прошу у «Авангарда Коми» дать нам на пробу самый толстый кусок брони либо щитов. Для опытов свой огромный, тяжеленный настолько, что Тайгрис с трудом подняла щит, дал капитан «Авангарда Коми» Эдгар Райдфор. Я спросил у Эрлины, настолько ли толстые решётки, и та, сама в первый раз оценив дуру, с которой гонял «Авангард» в руках как с пушинкой, покачала головой. Прутья были даже тоньше. Отлично.

Теперь, силами всех магов, капитанов, нервируя капитана Эдгара Райдфора, начинаем разрабатывать план и портить его любимое, самое дорогое и тяжёлое изделие. Сначала песок – бесполезно. Потом вода – долго, слабо даже с ветром. Потом огонь, усиленный ветром. Ебучая броня раскаляется, но, сука, она зачарована, как раз против атак пламенем, и результат нулевой! С решётками может быть проще, а может и не быть. Там стоят часовые. Убив их один раз, проебавшись, на следующий день получим усиление, панику в рядах защитников и тысячекратное внимание к акведуку. У нас одна попытка. Мы не знаем, какой там сплав, а значит, должны быть готовы даже к самому крепкому. Песчаные вносят в пламя частичку своей магии, пытаются влезть в структуру сплава. На броне начинает проступать нечто вроде коррозии, но магия, будто живой организм, стремящийся победить повреждение, закрыть его защитной оболочкой, наползает. Она борется с жаром, готова к противодействию с ним. И тогда у меня возникает законный вопрос.

– Отошли. – Выхожу вперёд, выставляю руку. Чувствую, как быстро греются металлические перчатки, выпускаю холод, а с ним – энергию льда, что охватывает чувствительное к изменениям энергии оружие. – Тайгрис! – рыкнул я, ощущая боль, как кожа даже под воздействием холода буквально прикипает.

Тигрица, схватив меня за предплечье, оторвав мою прикипевшую к стали, ставшую единым ледяным целым руку, с размаха своим большим железным мечом наносит удар. Сильный, рубящий, что, отколов кусок стали, вонзается в место, не проходившее обработку огненной магией и моим холодом.

Мне пиздец как больно. Моя перчатка, пластины в ней приплавились к щиту, и из-за рывка Тайгрис остались на нём вместе с кожей, оголив мясо, жилы, мышцы на пальцах. При виде их я зажмурился так сильно, что голова закружилась. Тут же подскочила Алисия. Быстро среагировав, кинула на меня баф исцеления, отчего отступила острая боль, затем облила руку мою зельем из своих запасов, потом, напоив меня им, приступила к исцелению. Всё это заняло у нашего Доктора Смерть от силы десяток секунд, за которые капитаны даже не успели разглядеть урон, нанесённый самому прочному элементу брони из всех тех, что имели отряды S-ранга. Эдгар Райдфор так же с интересом через забрало разглядывал повреждение.

– Закалка для придания хрупкости, а после – удар, – хмыкнула Танни-Хулм-Касим, поглядев на других капитанов. – Вы ведь все, как и я, знаете, по какому принципу куётся оружие, так какого… – Она почти не ругалась матом, и столь очевидное действие не спровоцировало её. На незаконченный вопрос громким смехом отозвался Шип, после чего очень сильно и больно ебнул меня по спине.