Чистильщик миров - 2

Но один рвач прорвался. Он метнулся низко, почти стелясь по земле, и рванул прямо к Лизе. Юлий среагировал мгновенно. Для всех его рука словно рассекла пустоту. Для самого Юлия в ладони уже лежал ведьмачий меч — невидимый, холодный, верный.

Он шагнул навстречу твари и ударил сверху вниз. Серый воздух дрогнул тонкой серебряной полосой. Рвач переломился в прыжке и ударился о камни уже мертвым.

Второй налетел справа. Юлий провернулся на месте, уходя с линии атаки, и коротким уколом пробил ему шею. Третья тварь попыталась обойти его сзади, но Лиза, схватив валявшийся у дороги обломок копья, всадила его ей в бок. Удар не убил рвача, но заставил сбиться. Этого хватило — Юлий добил существо обратным движением клинка.

— Неплохо, — выдохнул он.

— Потом похвалишь, — ответила Лиза, задыхаясь.

Слева раздался крик. Один из воинов пошатнулся: рвач успел полоснуть ему бедро. Кодарус мгновенно оказался рядом, прикрыл его и распорол горло твари от уха до груди. Но в этот момент с гребня камней спрыгнул еще один зверь — заметно крупнее остальных. Его шипы вдоль спины отсвечивали тусклым синеватым светом.

— Вот и падальщик-водитель, — мрачно бросил Кодарус. — Юлий!

Тот уже увидел.

Эта тварь двигалась иначе. Не просто зверь пустоши — в ней было что-то иное, тяжелое, будто кусок сырой магии въелся в кости и шкуру. Она не бросилась сразу, а пошла кругом, выискивая момент. Желтые глаза задержались на Юлии, и тот понял: зверь чувствует в нем угрозу.

— Давай, — тихо сказал он.

Падальщик прыгнул. Слишком далеко. Слишком быстро. Слишком высоко. Но и Юлий был уже не тем человеком, который растерялся бы от внезапной атаки.

Он ушел вправо, пропуская чудовище мимо плеча, и полоснул по боку. В воздухе снова мелькнул серебряный след. Тварь взвыла, развернулась еще в прыжке и ринулась снова. На этот раз Юлий не стал ждать. Он сам шагнул вперед — навстречу, резко сокращая дистанцию, и ударил в основание шеи.

Существо дернулось, проскользило по инерции еще пару шагов и рухнуло. Остальные рвачи сразу потеряли согласованность. Стая, у которой выбили ведущего, рассыпалась. Двое еще пытались атаковать, но воины добили их быстро. Остальные отскочили к камням, пометались несколько мгновений и исчезли в расщелинах, оставив на дороге только трупы и запах крови.

Схватка закончилась так же внезапно, как началась.

Лиза медленно выдохнула.

— Ненавижу дороги в этом мире, — сказала она.

— А мы только начали путь, — заметил Юлий.

— Спасибо, что напомнил.

Кодарус подошел к телу крупной твари и присел рядом. Потом поднял взгляд на Юлия.

— Иди сюда.

Юлий подошел, все еще тяжело дыша.

Над мертвым падальщиком уже поднималось что-то похожее на легкое свечение — не дым, не пар, а прозрачный, колеблющийся сгусток с тусклым голубым отливом. Он парил в ладонь над телом и медленно расплывался в воздухе.

— Видишь? — спросил Кодарус.

— Вижу, — ответил Юлий, и в голосе его впервые прозвучало настоящее удивление.

— Доставай кристалл.

Юлий вынул подарок.

— Просто поднеси. И держи крепко.

Он так и сделал.

Кристалл в его ладони сначала оставался прозрачным, потом в глубине его загорелась тонкая нить света. Сгусток над тварью дрогнул, будто почувствовал притяжение, и медленно втянулся внутрь граней. Секунда — и все исчезло.

Теперь в кристалле плавал слабый синеватый туман.

Юлий повертел его в руке.

— Значит, вот как это работает.

— Именно так, — кивнул Кодарус. — Эта тварь была не совсем обычной. Поэтому и энергия у нее с магическим следом.

Один из воинов перевязывал раненого товарища, другой стаскивал трупы с дороги. Все делали это быстро, привычно, без лишних движений.

Кодарус поднялся.

— Запомни одну вещь. Если энергия вышла — не мешкай. Она быстро рассеивается. А хорошая добыча просто так в этом мире не валяется.

— Учту, — сказал Юлий и убрал кристалл.

Лиза посмотрела на него чуть внимательнее.

— Ну что, — тихо произнесла она, — теперь ты еще и официально начал собирать трофеи.

— Лишь бы не коллекцию шрамов, — ответил он.

Дальше шли уже осторожнее.

После нападения разговор сперва не клеился. В отряде стало больше настороженной тишины: люди слушали окрестности, проверяли фланги, чаще оглядывались назад. Но дорога больше не подбрасывала сюрпризов. К вечеру пустошь начала меняться.

Сначала вдалеке появились редкие низкие стены — старые, полуразрушенные, поросшие темным мхом. Потом стали попадаться столбы с более свежими рунами. Затем дорога стала шире и ровнее, а на одном из холмов показался сторожевой маяк с медленным зеленым огнем на вершине.

— Подходим к землям Аэртона, — сказал Кодарус.

И действительно: еще через час впереди проступили городские стены. Лиза невольно замедлила шаг. Аэртон был не похож на «Каменный Кулак».

Если крепость казалась кулаком, сжатым для удара, то город напоминал круги, расходящиеся по воде после брошенного камня. Двойной пояс стен охватывал его кольцами. Внешнее кольцо было широким, с башнями и несколькими воротами; за ним уже виднелись тесно стоящие дома, крыши, дымки над трубами, фонари и людское движение. А за ним, выше и строже, поднималась еще одна стена — внутренняя. Она была чище, ровнее, светлее по камню и разделялась внутри на два больших сектора. В одном, над домами, возвышались узкие шпили с металлическими кольцами и стеклянными вставками — квартал магов. В другом темнели приземистые, крепкие здания, тренировочные дворы, башни с оружейными флагами — квартал воинов.

Даже издали чувствовалось: город не вырос сам по себе, а был устроен волей, силой и строгим порядком.

У внешних ворот их остановила стража. Двое вышли вперед с копьями, еще один остался под навесом у караульной ниши, где на столе лежала длинная пластина с вмонтированными камнями.

— Кто идет? — спросил караульный.

— Кодарус из «Каменного Кулака», — ответил тот. — С сопровождением. И с двумя прибывшими для смотрителя Брона.

Имя сработало сразу. Стражник выпрямился.

— Проходите. О вашем прибытии уже передавали.

Юлий поднял бровь:

— Быстро у вас новости ходят.

— Когда новости касаются людей, пришедших с Громом, — ответил Кодарус, — они идут быстро.

Внутри внешнего кольца Аэртон оказался шумнее, чем Лиза ожидала. После мертвенной тишины пустоши город казался почти оглушительным. Люди разговаривали, спорили, смеялись, несли корзины, катили бочки, вели навьюченных животных, торговались у лавок, выносили на улицы сосуды с водой и связки сушеных трав. В воздухе пахло горячим металлом, хлебом, дымом, пряностями и чем-то резким, травяным, незнакомым.

Дома стояли плотно, но не бедно. Камень здесь соседствовал с деревом, окна закрывались ставнями с резьбой, над дверями висели знаки ремесел: молот, игла, чаша, весы, свернутый свиток. Время от времени Юлий замечал людей, на чьих запястьях или шее тускло светились печати.

— Они смотрят на нас, — тихо сказала Лиза.

— На всех новеньких смотрят, — ответил Кодарус. — А на тех, кого веду я, — особенно.

Они миновали несколько улиц и вышли к внутренним воротам. Здесь охрана была еще строже. На каменной арке горели три встроенных светильника, не дававших тени. Стражи носили одинаковые темные доспехи без украшений, а у каждого на груди была серебристая печать.

После короткого обмена словами их впустили внутрь.

Дом смотрителя Брона стоял на границе между двумя секторами внутреннего кольца, будто подчеркивая его положение человека, который имеет право говорить и с магами, и с воинами. Здание было двухэтажным, строгим, с широкими ступенями, без лишней роскоши, но с такой основательностью, какую нельзя подделать. У входа горели два ровных белых огня в металлических чашах.

— Ждите здесь, — сказал Кодарус отряду. — С ними пойду сам.

Они поднялись по ступеням. Дверь открыл слуга в темной одежде и без лишних слов провел их внутрь.

Зал, в который они вошли, был просторным и прохладным. По стенам стояли шкафы с табличками, свитками и плоскими шкатулками. На дальнем столе горела лампа с зеленоватым светом. За столом сидел человек лет пятидесяти, с коротко остриженной седеющей бородой, тяжелым носом и внимательными, очень живыми глазами. На нем не было ни мантии мага, ни доспеха воина — только темный добротный кафтан и широкая цепь с круглым знаком смотрителя.

Он поднял взгляд от бумаг еще до того, как они подошли.

— Кодарус, — сказал он. — Ты редко приходишь сам. Значит, дело стоит дороги.

— Стоит, Брон, — ответил тот.

Смотритель встал. Он был ниже Кодаруса, но в нем ощущалась такая собранность, будто весь этот дом, все бумаги, люди, кварталы, законы и споры города проходили через его руки ежедневно и уже давно не пугали его своим весом.

Взгляд Брона быстро скользнул по Лизе, затем остановился на Юлии.

Задержался. Словно увидел в нем больше, чем можно было понять по одежде и усталому лицу.

— Это и есть ваши новые люди? — спросил он.

— Да, — сказал Кодарус. — Те самые, что пришли с Громом.

В глазах Брона мелькнул интерес.

— С Громом, значит Тогда слухи пришли раньше вас.

— Слухи иногда полезны, — сухо ответил Кодарус.

— Особенно если в них есть хоть половина правды, — кивнул Брон.

Он вышел из-за стола и остановился напротив гостей.

— Меня зовут Брон. Я смотритель Аэртона. Через меня проходят все, кто хочет остаться в городе или получить здесь место. И прежде, чем мы решим, что делать с вами дальше, я должен понять, кто вы.

Юлий спокойно выдержал его взгляд.

— А если мы сами еще не до конца это понимаем?

— Тогда артефакт поможет, — сказал Брон.

Лиза чуть заметно напряглась. Смотритель это заметил и, к удивлению, смягчил тон.

— Не бойтесь раньше времени. Артефакт не судит. Он показывает.

Кодарус шагнул чуть вперед.

— Юлий вчера в одиночку остановил стаю призрачных волков у «Каменного Кулака».

Брон не моргнул. Только глаза его стали внимательнее.

— В одиночку?

— Ага, — кивнул воин. — Понимаешь?

— Обычным оружием?

— Нет.

Теперь смотритель перевел взгляд на спину Юлия, будто пытаясь разглядеть то, чего видеть не мог.

— Любопытно, — произнес он.

Потом посмотрел на Лизу:

— А ты?

— Я — она запнулась на миг. — Я пришла с ним. И с Громом. Больше пока сказать нечего.

— Иногда и этого достаточно для начала, — ответил Брон.

Он отошел к столу, открыл узкий ларец и вынул оттуда предмет, похожий на плоский круглый диск из темного металла, в центре которого мерцала тонкая жила света.

— Сегодня вы устали с дороги, — сказал он. — Поэтому полную проверку и инициацию проведем утром. Но одну вещь я скажу уже сейчас.

Он посмотрел сперва на Кодаруса, потом снова на гостей.

— Раз вас привел он, — короткий кивок на командира, — и раз за вас говорит «Каменный Кулак», вам будет дано право на временный приют и защиту города. До проверки вы остаетесь под моей ответственностью.

Юлий чуть прищурился:

— Это хорошая новость или предупреждение?

— И то, и другое, — спокойно сказал Брон.

Кодарус усмехнулся впервые за весь вечер.

— Значит, вы поладите.

Брон вернул диск в ларец.

— Юлий, о твоем подвиге мы еще поговорим отдельно. Если все подтвердится так, как говорит Кодарус, награда будет соответствующей.

— Он уже обещал, — сказал Юлий.

— Тогда зря не сомневайся.

Лиза заметила, что Брон говорит без восторга и без недоверия — просто как человек, у которого каждое обещание записано где-то внутри и будет исполнено, если для него есть основание.

— Вас проводят в гостевой дом, — продолжил смотритель. — Поужинаете, отдохнете, а завтра на рассвете придете сюда снова. Тогда артефакт скажет свое слово. И уже после этого мы решим, в каком кольце города вам искать место.

Он помолчал и добавил:

— Но запомните уже сейчас: Аэртон не любит хаоса. Если хотите выжить здесь — учитесь его порядку.

Юлий кивнул и Лиза тоже.

Кодарус повернулся к ним:

— Я же говорил. Сначала крепость, потом город. А потом уже все остальное.

Брон позвал слугу.

Когда их повели к выходу, Лиза в последний раз оглянулась на смотрителя. Тот уже снова стоял у стола, но не вернулся к бумагам. Вместо этого он смотрел им вслед так, словно видел не просто двух усталых путников, а начало какой-то новой, пока еще неясной истории.

И, возможно, так оно и было, потому что за воротами Аэртона закончилась только дорога.

Все главное для них начиналось теперь.