S-T-I-K-S. Призрак и Рыжая смерть. Книга 2
– Так что выбираешь – пулю или клыки лотерейщика? Твари, кстати, сюда заявятся с минуты на минуту.
– Призрак, не будем терять время. Не хочет говорить – и не надо. Сами всё узнаем.
«Призрак?!» Внутри у Кислого неприятно похолодело. Он много слышал невероятных историй о Призраке и о его Рыжей смерти, верной и кровожадной спутнице, которая сейчас сидит всего в двух шагах от него. Предатель побледнел и сиплым голосом ответил:
– Я предложил на территории деревни Петуховка создать лагерь для свежаков. С ближайших перезагрузившихся кластеров сводить туда иммунных свежаков и держать их там месяца два-три.
– А смысл в чём? – не понял Мазута.
– Я за него тебе, Чех, отвечу. – Призрак сразу догадался, в чём здесь изюминка. – Будут, как в санатории, свежаков водичкой из вашей святой криницы поить, повышая качество внутренних органов. Вряд ли сами внешники будут этим заниматься, думаю, поручат мурам. Я угадал, Кислый?
Предатель только кивнул в знак согласия. В горле у него пересохло, говорить не мог.
– Не беспокойся, – ответил Призрак, расстёгивая кобуру с пистолетом. – Я своё слово всегда держу…
* * *Призрак задумчиво помешивал ложечкой уже остывший чай. С полчаса назад как налил в чашку, так в некотором ступоре и находился. Чех с удивлением посматривал на крёстного, но вопросов не задавал. Наконец не выдержал.
– Крёстный, ты, часом, дырку не протёр в чашке?
– Что? А… – Парень оставил в покое ложечку и принялся прихлёбывать остывший чай, продолжая пребывать в том же состоянии. Чех оставил в покое Призрака. Крёстный сам после расскажет, чем он так озабочен. А пока прибрал за собой посуду. Когда вернулся, Призрак уже не выглядел таким задумчивым. Наоборот, повеселел и насвистывал незатейливую мелодию. Поймав вопросительный взгляд крестника, пояснил:
– Одну задачу мы решили с тобой – обезопасили стаб и твоих земляков. Думаю, к этому времени твари уже обглодали труп Кислого. И друзья-внешники ему не помогли. Ты рассчитался с недругом, но теперь нужно устранить последствия его предательства.
– Призрак, остальным пропавшим уже не помочь, их давно разобрали на органы.
– Чех, ты, к сожалению, прав, но я не их имел в виду. Нужно зачистить твою деревню. Как я понял, «санаторий» уже функционирует. Необходимо попасть внутрь и всё хорошо разведать.
Видя, как обрадовался Чех, Призрак предупреждающе поднял руку.
– Ты с Дымкой останешься на базе. Разведкой займусь я сам. Я придумал, как, не вызывая подозрения, там оказаться. Во время перезагрузки соседнего с Петуховкой кластера постараюсь попасть на глаза мурам. Прикинусь свежаком, а дальше они сами меня доставят куда следует.
– Крёстный, это плохая идея. – Чеху совершенно не понравилась задумка парня.
– Как раз сложного ничего нет, муры даже не догадаются, кто я такой на самом деле. На месте спокойно осмотрюсь, заодно здоровье святой водичкой поправлю, – улыбнулся Призрак. – Они обязательно купятся на мой возраст.
* * *Два джипа и между ними шишига ехали по просёлочной дороге. Любой из старожилов мог легко в них опознать муровскую технику. Кроме привычных для Стикса дополнительных обвесов в целях безопасности в виде передних отвалов и брони, болтающихся цепей, красочные граффити на бортах и черепа лотерейщиков. Само собой разумеется, имелось и серьёзное вооружение. Крупнокалиберные пулемёты, спаренные с гранатомётами, возвышались над кабинами джипов. Лишь грузовая шишига не имела вооружения. Спереди и по бокам стёкла кабины обварены решётками, на бортах кунга – дополнительные листы металла.
– А это что за придурок?
Сидевший рядом с водителем переднего джипа мужчина в армейском камуфляже с удивлением уставился на бредущего им навстречу молодого парня.
– Угрюмый, так это свежак! Вишь, какой болезный весь. – Водитель ощерился улыбкой на давно небритом лице. Мужчина поднёс к губам рацию и щёлкнул тангентой.
– Тормозим, братва. Не зевать и следить за обстановкой. Тахир, держи парнишку на прицеле, – это он уже без рации предупредил пулемётчика. Открыв дверь, спрыгнул на дорогу. С автоматом на изготовку не торопясь подошёл к парню.
– Эй, малец! Кто таков и чего здесь шляешься?
Драные на коленях джинсы, в крупную красно-коричневую клетку рубаха из плотной ткани поверх штанов, на ногах кроссовки. Выглядел парень не лучшим образом – взъерошенные волосы, покрасневшие глаза. Лицо перекошено гримасой боли. Он то и дело подносил ко рту пузатую бутылку, делал глоток, но, судя по всему, лучше ему не становилось.
– Где я? – Парень икнул и исподлобья посмотрел на военного мутным взглядом. – Ничего не узнаю… Куда подевались заправка и шоссе? Где наш джип? Может кто-нибудь мне ответить, что вообще здесь происходит?
Задавая вопросы, парень озирался, пытаясь всё же сообразить, где он находится. Вздрогнув от очередного приступа боли, едва не выронил бутылку. Угрюмый уже отметил про себя, что бочкообразная бутылка из чёрного стекла с золотистой этикеткой стоит немалых денег. Это в Стиксе никто не смотрит на ценники в гипермаркетах, а в том прежнем, нормальном мире далеко не каждый мог себе позволить купить такой алкоголь. В том, что парень свежак, бывалый мур нисколечко не сомневался. И внешний облик, и болезненное состояние мажора лишь подтверждали сделанный вывод.
– Не помогает? – Угрюмый кивнул на бутылку. – Сушняк и голова раскалывается? – участливо поинтересовался он и тут же посоветовал: – Выкинь к чёрту свой вискарь! Толку от него сейчас тебе никакого.
Парень недоверчиво посмотрел на бутылку, а затем на мужчину. Только сейчас он обратил внимание и на монструозного вида автомобили, и на военного, больше напоминавшего головореза из голливудских боевиков. Такой же колоритный персонаж находился за здоровенным пулемётом в кузове джипа и в данный момент целился прямо в него.
– А ну, убрал свой сраный пулемёт! Ты знаешь, в кого целишься? – не на шутку разозлился парень, забыв про терзавшую его головную боль. – Где старший киногруппы?! Сейчас мой отец с ним поговорит! – угрожающе произнёс мажор.
Он сунул руку в карман джинсов, застыл в недоумении, затем проверил второй. Снова перепроверил все карманы, а после истерично закричал:
– Суки! Где мой айфон?! Вы, падлы, спёрли?!
Но к нему резко потеряли интерес. И на то появилась весомая причина.
– Берегись, Угрюмый! Лотерейщик! – заорал пулемётчик. Мажор вздрогнул от оглушительно прогремевшей пулемётной очереди. Выронив бутылку, он зажал уши и обернулся. Тем временем старший муровской команды попятился к джипу. Стрелять из автомата он не мог: свежак перекрывал мчавшуюся к ним тварь.
– Опять ты! – Парень пошёл навстречу жуткому монстру. Трезвым, наверное, давно бы уже наложил в штаны, а сейчас ему всё до лампочки.
– Ты куда, идиот! Он тебя сожрёт! – закричал Угрюмый, но мажор его не слушал, продолжая идти шаткой походкой. Лотерейщик, срезанный крупнокалиберными пулями, падая, распахал грунтовую поверхность дороги и замер рядом с парнем. Тот даже не отпрыгнул в сторону, лишь смотрел на труп воспалёнными глазами. Прошло минут десять, но более никто не появился. Джип подъехал ближе, и Угрюмый, воспользовавшись паузой, бросился к трупу твари. Привычным быстрым движением рассёк споровый мешок и не мешкая собрал в кулак его содержимое. Резко пахнуло грибами, этот запах перебивал исходящее от лотерейщика зловоние. Увидев в раскрытой ладони серый комок, парень судорожно сглотнул, но, к удивлению Угрюмого, его не стошнило.
– Так и будешь стоять? Давай в джип. Да не в кабину, а в кузов. Тахир, помоги ему.
Пулемётчик свесился с борта и одним движением втянул парня.
– Держи, – протянул он пластиковую бутылку с мутной жидкостью. – Сделай два глотка – враз полегчает.
– Тахир, ты там поглядывай. Если что… ну, ты сам знаешь, – распорядился Угрюмый, усаживаясь на сиденье. Мажор брезгливо уставился на помятую ёмкость, не вызывающую доверия. А уж когда открутил пробку и уловил забористый аромат содержимого, со злостью швырнул бутылку в пулемётчика.
– Что ты мне бомжовое пойло суёшь?! Я сын губернатора!
– Да хоть президента Америки, – ухмыльнулся пулемётчик и коротким ударом под дых сложил пополам неблагодарного свежака. Когда тот отдышался, снова подал наполовину опустевшую бутылку.
– Пей давай. Иначе я её тебе в глотку целиком засуну.
Мажор послушался и, сдерживая рвотные позывы, нерешительно сделал глоток. Глаза удивлённо округлились. После второго глотка Тахир вырвал у него бутылку.
– Хватит! Как к мамкиной груди присосался, прямо не отодрать. Я смотрю, сыну губернатора очень понравилось бомжатское пойло? А то вначале ломался, как целка.
Парень с удивлением смотрел на отобранную у него ничем не примечательную бутылку с гадким на вкус напитком и с не менее отвратительным запахом. Но именно этот алкоголь практически мгновенно избавил его от мучительной головной боли и дикого сушняка. А дорогущее виски ничем не помогло.
– В Стиксе совершенно другие ценности. И не всё золото, что блестит. Кстати, оно здесь, к твоему сведению, ничего не стоит.
Пулеметчик не без удовольствия насмехался над обескураженным свежаком «благородных кровей». При этом глаза Тахира оставались серьёзными, он внимательно следил за мажором, ведь парень мог в любой момент обратиться и наброситься на своих спасителей.
– Вахтёр – Угрюмому. Что у вас там? – уточняли обстановку из второго джипа. Из-за шишиги им не видно, что произошло впереди.
– Борзого свежака подобрали, а тут ещё припёрся за дармовой жрачкой лотерейщик. Тахир его завалил. Немного ещё обождём и двинем дальше.
– Принято, – прошипела рация и отключилась. На пулемётную стрельбу никто так и не примчался, из чего Угрюмый сделал вывод, что у тварей в тот момент хватало богатой пищи и им незачем сломя голову куда-то мчать, когда хавки и так полно.
Небольшая колонна подъехала к воротам. Сплошного, хорошо укреплённого забора или стены не имелось. Весь периметр деревни обнесён тремя рядами путанки типа «егоза». В окрестностях если и крутились твари, то лишь в единичном количестве. Кластер являлся почти стабильным, перезагружался примерно раз в сорок семь лет и ничем не привлекал к себе вечно голодных тварей. Что им делать в пустой заброшенной деревне?
Кроме колючей проволоки, имелись минные поля, надёжно прикрывавшие подходы. Со стороны огородов деревню защищала естественная преграда – река. Деревянный мост муры не стали взрывать – вдруг ещё самим понадобится, – но заминировать его тоже не забыли. Внутри периметра по углам четыре пулемётных вышки. С обеих сторон ворот – дополнительные огневые точки в виде двух бронетранспортёров, башни которых развёрнуты в сторону дороги. КПВТ и станковые гранатомёты – хорошее подспорье в обороне.
Когда заехали на территорию деревни, судя по кислому выражению лица мажора, стало понятно, что пулемётчик Тахир успел за это время во всех подробностях рассказать, в какую жопу тот попал.
– Выгружаем! – подал команду Угрюмый. Бойцы из второго джипа, а их в нём оказалось на порядок больше, чем в передовом, открыли дверь кунга. Щурясь от яркого света, из шишиги на утоптанную землю спрыгнули человек двадцать пять. Их в тесное пространство натолкали словно селёдок. Измученные понурые лица, в глазах испуг перемешан с любопытством. Они робко озирались вокруг, пытаясь определить, куда их занесло. Вокруг столпившихся пленников, посмеиваясь, стояли вооружённые люди, которые вышли из большого дома. Выцветшая вывеска над крыльцом сообщала, что в нём располагается сельсовет.
На вновь прибывших посматривали гражданские, работавшие в огородах. Что-то подсказывало мажору, что они никакие не местные жители.
– А ты чего тут стоишь? – подошёл к нему Угрюмый. – Давай к остальным. Теперь они – твоя временная семья.
Парень молча кивнул и хотел уже было идти к грузовому автомобилю, но Угрюмый неожиданно его остановил.
– Забыл тебя спросить об одном моменте. Мне послышалось или ты на самом деле произнёс странную фразу, когда увидел лотерейщика: «Опять ты?» И не удивился его облику.
– Я когда искал пропавшую заправку, то столкнулся с этим чудищем. Поначалу реально струхнул и в штаны чуть не наделал, но он в двух шагах от меня мимо пробежал, не останавливаясь. Я решил, что бояться его нечего, хотя так и не понял, из какого зоопарка этот урод сбежал. Ваш Тахир после мне рассказал, где я оказался.
Угрюмый не знал, что и думать. На его памяти первый случай, когда тварь не среагировала на свежака. Такого просто не могло быть. Тогда вопрос – свежак ли он?
Глава 3
– Свободен.
Ментат задумчиво смотрел на дверь, которую только что закрыл за собой молодой парень. Угрюмый называл его Мажором. Свежие иммунные для муров являлись товаром, и их никто не собирался крестить. У них нет будущего и судьба короткая. При желании без всяких обязательств можно дать прозвище кабанчику, которого выкармливают, чтобы потом к Новому году заколоть.
– Что скажешь, Лаврентий? – прямо с порога нетерпеливо спросил Угрюмый. Уж очень заинтриговал его сын губернатора.
– Без всяких сомнений – это свежак. А почему тварь его не сожрала, спроси у знахаря. Он у нас самый лучший из всех лепил в округе.
– Пурген его уже осматривал. Никаких, даже маломальских даров Стикса у него не обнаружил.
– Откуда они могут быть у свежака? – усмехнулся ментат. – Если тот всего несколько часов как из кисляка вышел. А вот на второй-третий день не только его, но и остальных нужно начать проверять на дары Стикса, чтобы себе на будущее проблем не получить. Ну, ты это сам отлично знаешь. Одно хорошо, что твой Мажор иммунным оказался. Попьёт местной водички и пойдёт внешникам на продажу как высший сорт. Тем более что он самый молодой из всей доставленной тобой партии товара. Внутренние органы изначально качественные, а уж после целебной водички и не менее «целебного» воздуха Улья – тем более. Дороже всех можно продать.
Побеседовав со знахарем и ментатом, Угрюмый не совсем удовлетворился полученными от них ответами. Дело, какое с подачи внешников они затеяли, для них совершенно непривычное. Муры привыкли применять радикальные меры в отношении свежих попаданцев в Стикс, которым повезло не превратиться в пустышей. Теперь же они им создают благоприятные санаторные условия и чуть ли пыль с них не сдувают. Те даже не догадываются, какая участь их ожидает. Объяснили, что они на двухмесячном карантине, прежде чем их определят в стабы на постоянное местожительство. А усиленная охрана деревни – защита населения от нападения тварей. Всё во имя и во благо общества. Аж противно. Но ничего не поделаешь, необходимо соблюдать правило игры. Все бойцы предупреждены – никаких издевательств и избиений. Жертвы ничего не должны подозревать. Наукой давно доказано: если животное перед смертью не испытывало страха, то мясо получается гораздо нежнее и вкуснее…
Выхлоп от продажи первой партии иммунных превзошёл все ожидания. Внешники высоко оценили качество живого товара, и муры поняли, что наткнулись на золотую жилу. Во время подготовки второй партии свежих попаданцев один из вновь прибывших иммунных случайно подслушал разговор двух охранников о дальнейшей судьбе беззаботных «курортников». В отчаянии решился на побег, применив недавно полученный дар Стикса, – сверхскорость. Совершенно не прокачанный, он позволил свежаку почти мгновенно – охрана даже не успела среагировать – покинуть территорию деревни. Но дальше удача изменила беглецу, и он подорвался на первой же противопехотной мине. Остальным ничего не подозревающим свежакам объяснили, что парень двинулся рассудком. Новые временные жители деревни поверили в нервный срыв мужчины, что совсем неудивительно. Не каждый мог смириться с потерей родного дома, близких и друзей.
Случившееся заставило задуматься руководство «санатория», как в дальнейшем избежать подобных эксцессов. Пришлось из стаба прикомандировать специалиста с редким даром Стикса. Знахарь Пурген выявлял зарождающиеся способности у «отдыхающих», а Юродивый – так звали его нового напарника – блокировал дары Стикса в самом зачатке.
Мажора, а с ним ещё одного мужчину определили в просторный дом, находящийся через два двора от сельсовета. От прежних, ещё земных хозяев остались лишь рамки с фотографиями на стенах. Мебель и кровати убраны, вместо них поставлены армейские двухъярусные с панцирными сетками. Мини-казарма в интерьере деревенского дома. Из десяти кроватей как раз свободны две на втором ярусе.
– Я эту занимаю. – Парень раскатал матрас на ближайшей к окну кровати, поправил лежавшее на нём одеяло с подушкой. Как на брусьях, опираясь руками на рядом стоящую и свою кровать, забросил на неё тело. Прогнувшись, металлическая сетка заскрипела под парнем. Лёжа, он с усмешкой наблюдал за соседом, тщетно пытавшимся забраться на второй ярус. Последовать его примеру мужчине мешали выпуклый живот и, как следствие, отсутствие пресса.
– За спинку возьмись и используй её вместо лестницы, если запрыгнуть не можешь, – посоветовал парень, которому стало жалко мужчину. Тот благодарно кивнул и наконец по спинке забрался на второй ярус.
– А вы чего тут разлеглись? – послышался суровый голос. Мажор повернул голову и посмотрел на вошедшего – одетого в камуфляж худощавого представителя местной администрации. Из-за усов и бороды возраст так сразу и не определишь.
– Мы обживаемся на новом месте. А что?
– Через пять минут жду вас в местном клубе.
– Здорово! – воскликнул парень. – Сразу с корабля на бал. Хоть что-то хорошее в этом мире. Но я для начала перекусил бы и этого вашего чудодейственного пойла выпил.
– Молодой человек, – было очень заметно, что военный себя еле сдерживал, – будьте так добры, пройдите в клуб, где вновь прибывшим всё подробно расскажут. После по распорядку дня – обед.
– С этого и нужно было начинать.
Мажор сел на кровати, спустил вниз ноги и с наслаждением потянулся. После чего легко спрыгнул на пол. Посмотрел на лежащего через две кровати мужчину, который всё это время боялся даже лишний раз вдохнуть и выдохнуть.
– Пойдёмте, а то всё вкусное без нас съедят.
Клуб оказался простым, без всяких изысков, помещением. Может, в нём раньше что и было ценное, но на данный момент – только канцелярский стол на небольшой сцене да перед ней пять рядов длинных деревянных лавок. На них уже кучками сидели приехавшие в шишиге люди. Девятнадцать мужчин и отдельно четыре женщины и одна девушка.
– Что встали?! Садитесь! – это уже к Мажору и мужчине обратился, видимо, старший, восседавший за столом на скрипучем стуле.
– Мы специально собираем вновь прибывших в наш мир новичков. Иначе вас ждала бы неминуемая смерть от двух основных факторов. Всех вас без исключения мучили головная боль и жажда. Как вы уже поняли на собственном опыте, общепринятые лекарства и вода в этой ситуации не помощники. Они совершенно бесполезны в данном случае. Единственное верное средство спасения – живчик. Если бы мы вас не подобрали, то по истечении нескольких дней все бы умерли. Данную жидкость вам, как и нам тоже, придётся ежедневно употреблять всю отведённую нам жизнь.
– А из чего вы её делаете? – задал вопрос один из мужчин, сидевший в первом ряду. – Водку на солдатских портянках настаиваете? Уж слишком противно воняет. И на вкус ещё то дерьмо.
В зале раздались редкие нервные смешки. Собравшимся в клубе было отнюдь не до смеха. Всех тревожило не совсем понятное будущее, они ещё не отошли от потрясений, столкнувшись с необъяснимой агрессией со стороны других людей и даже очень близких, родных. Те будто обезумели. Ни с того ни с сего принялись нападать, пытаясь загрызть. Дочь на мать, муж на жену. И наоборот. Всеобщее помешательство, без исключения, охватило целиком весь город.
И теперь непонятно, как жить дальше…
– Хороший вопрос. Сразу вас предупрежу и, возможно, обрадую – всего через несколько дней вы не будете обращать внимания и на запах, и на вкус. Когда от приёма живчика зависит жизнь, то, поверьте, не до таких мелочей. Дома вы же пили горькое лекарство – и ничего. В тех же Ессентуках отдыхающие пьют вонючую минеральную сероводородную воду. Вначале кривятся, а затем привыкают.
– Подымите руки те, кому – в кавычках – посчастливилось увидеть страшных монстров на улицах вашего города или посёлка, которые разрывали на части жителей.
Человек двадцать подняли вверх руки. При этом заметно, что они у многих дрожали, слишком уж свежи жуткие воспоминания.
– Так вот, эти твари совсем недавно являлись такими же, как и вы, обычными людьми. Им, в отличие от вас, не повезло оказаться иммунными, и они превратились в монстров. Чтобы не погибнуть, они вынуждены питаться нормальными людьми. Ну вы наверняка сталкивались с ужасными случаями, когда на вас нападали близкие люди, пытавшиеся вас загрызть. Это и есть начальная стадия превращения в тварей. Так вот, они постепенно развиваются и теряют человеческий облик. На затылке у них образуется так называемый споровый мешок. Внутри него, если рассечь ножом, можно обнаружить несколько твёрдых «виноградин». – Докладчик вынул из нагрудного кармана желтоватого цвета камешек, и в самом деле похожий на виноград.
– Мы его называем споран. Он легко растворяется в сорокаградусном алкоголе, будь то водка или коньяк, кому что по вкусу, а после разводится водой. Что особо важно: после растворения на дне образуются белые хлопья. Они являются смертельным ядом, поэтому раствор необходимо профильтровать. Для чего используется обычная марля, сложенная в два-три раза. Полученный напиток и есть живчик.
Мажор не удивился, когда у большинства присутствующих побледнели лица. Одна впечатлительная дамочка не успела добежать до двери. Прямо там её и вытошнило.
– Тварям, чтобы выжить, необходимо нами питаться: это и есть вторая причина, а нам, чтобы не умереть, нужно использовать их некоторые части.
Сидевших в клубе словно не пыльным мешком по головам огрели, а целым бетонным блоком. Их, когда подобрали, сразу же напоили отвратным лекарством, не посвящая во все тонкости. Только, посмеиваясь, поздравили с новым этапом в их жизни. Люди выглядели подавленно. И было от чего…
– Могу вас порадовать, и то, что я сейчас скажу, не сказка, а реальность нового для вас мира. Все болячки, как совсем простые, так и смертельные, больше вам о себе никогда не напомнят. Даже безнадёжно больные с четвёртой группой онкологии, попав сюда, буквально сразу избавляются от страшного диагноза.
Раскрыв рты, люди смотрели на оратора как на идиота.
– Ещё одна немаловажная деталь – у нас нет стариков. И не потому, что они сюда не попадают или быстро умирают. У пожилых людей по истечении некоторого времени организм омолаживается на пару десятков лет.
На этот раз люди уже не выдержали. В зале зашумели, под телами заскрипели деревянные лавки. Послышались возмущённые крики с мест:
– Не гони, мужик! Такого просто быть не может!
– Ври, да не завирайся.
– Не надо держать нас за дураков!
– Тихо всем! Ишь разорались! Скоро сами убедитесь. Для закрепления оздоровительного эффекта в течение двух месяцев попьёте местной целебной водички. После окончания карантина вас перевезут на постоянное место жительства. Чтобы за это время не сошли с ума от безделья, днём будете работать в огородах. Без фанатизма, не напрягаясь. Кто не хочет, может книжки читать, но, я думаю, надолго их не хватит. Когда человек занят делом, и время быстрее бежит.
О дарах Стикса старший муров даже и не думал информировать собравшуюся публику. Наоборот, живой товар ни в коем случае не должен о них узнать.
– На сегодня информации, я думаю, вполне достаточно. Через полчаса по распорядку дня обед, после – свободное время. Обживайтесь в выделенных вам домах, затем можете осмотреть деревню, познакомиться с остальными жителями. Они тоже новички, всего второй день здесь. Сегодня у вас выходной, а вот завтра с утра после ежедневного медосмотра и завтрака распределение по работам. Вопросы есть? Вопросов нет. Слева от сельсовета расположена столовая, приводите себя в порядок – и милости прошу на обед.
От старшего муров так и веяло доброжелательностью. Переговариваясь, новые жители деревни покинули здание клуба. Вместе со всеми вышел и Мажор.
– Слушай, сын губернатора, ты как-то быстро у нас освоился. Признаться, я очень удивлён, – послышался позади знакомый голос. Парень обернулся и увидал Угрюмого. Тот по-прежнему оставался в разгрузке, туго заполненной автоматными магазинами. Из оружия лишь кобура с пистолетом на поясе. Автоматическое же, как успел заметить Мажор, только у бойцов охраны периметра. Да и те отсечены от внутренней территории деревни первой линией забора с уже привычной «егозой». Что же, безопасность на главном месте. Не хватало, чтобы автоматами завладели жители деревни.
– Откуда у мажора навыки пользования армейскими двухъярусными кроватями? По возрасту не похоже, что служил.
– Подсматривали или скрытые камеры установлены?