Ксенолингвист: Сказание о Триаде

Кора чётко знала свой ответ. Одни червоточины исчезали, другие росли так, что к ним нельзя было приблизиться, и всё шло к тому, что они с Эдвином теперь могут попросту никогда не увидеться. Единственное, что по-настоящему удивляло, так это внезапно спокойная мама.

– Я должна, – прошептала девушка.

– Знаю, – с неожиданным пониманием вздохнула мать. – Ты, похоже, совсем взрослая, дочка. Только возвращайся скорее, тебе ещё проект защищать. А то в Красный Департамент не возьмут, а дядя Лир договаривался.

Не сдержавшись, Кора одновременно засмеялась и заплакала. На её смуглом лице сейчас была невыразимая смесь эмоций, и девушка впервые за долгое время обняла мать, с которой давно уже не говорила по душам.

– Ты сможешь добраться одна? – спросила Кора.

– Да уж справлюсь как-нибудь. Соседи утром едут туда же, я уже договорилась.

Кора вытерла слёзы и распрямилась. Счёт шёл на часы, если не на минуты, а ещё нужно было придумать способ покинуть Тилл и добраться до Эттеры, когда с одной стороны маячил губернаторский запрет, а с другой пугало исчезновение коридора Лагранжа, который ранее вёл к заветной цели.

– Ты как лететь-то собралась? – мать словно озвучила её мысли. – Ты путь-то найдешь?

– Нет, – Кора помотала головой, – но я знаю того, кто найдёт. И сейчас он точно хочет убраться с Тилла. Главное, добраться до Сидарии, а там уж я сама. Может, со мной, мам?

– Ну уж нет, – улыбнулась та. – Я пережду у твоего дяди Лира, что и тебе советую. А уж Триада нас убережёт. Да здравствует Триада!

***

Доктор Ишшиббу в темпе собирал вещи со своего стола. В дорожный кейс летели документы, книги, бесчисленные галактические карты и всё то, что по мнению профессора стоило забрать с этой ненавистной планеты. Пожилой тевларец уже и не помнил, почему так задержался на Тилле, но теперь оставаться здесь не имело никакого смысла. Если уж даже мерзкая Арманда Райли так удачно вовремя улетела подальше отсюда, то он тем более не собирался становиться свидетелем и жертвой погромов, которые примитивные людишки однозначно устроят, когда канал Бак-Тара расширится ещё больше, и разрушения усилятся.

– Не заняты, профессор? – со стороны входа в аудиторию послышался молодой женский голос, который Ишшиббу, конечно же, узнал.

– Курсант Вайс! – откликнулся тевларец. – Я сегодня не консультирую. Да и вы вроде бы всё сдали, если я не ошибаюсь?

– Нет, я по другому поводу, профессор, – Кора Вайс сделала несколько шагов вперёд. – Вы мне нужны как специалист по астрографии.

– Очень смешно, – хмыкнул доктор Ишшиббу, запирая дорожный кейс. – Нашли время. Не заметили, что планета чуточку нестабильна? Я предпочитаю переждать это всё на Сидарии.

Последнее профессор сказал зря. Если до этой секунды Кора ещё в чём-то и сомневалась, то теперь замысел малоприятного преподавателя стал очевиден. Сидарию, столичную планету Федерации, он не любил, но там жили какие-то его родственники по отцовской линии.

– И как же вы собрались туда добираться? – девушка проницательно посмотрела на высокого старого тевларца, которому этот разговор с каждой секундой нравился всё меньше. – К каналу Бак-Тара сейчас и близко не подлететь. Да и корабль нужен, а все вылеты запрещены из-за аварийной обстановки. Вон, даже аэротакси падают.

– Я э – жёлтые глаза тевларца беспокойно забегали на чешуйчатом морщинистом лице, и он со свистом втянул ноздрями воздух. – Не ваше дело, курсант. Пропустите меня!

– Конечно, у вас может быть незарегистрированный корабль, который не видят местные радары, – не унималась Кора, смотря на профессора снизу вверх. – Например, борт класса «Игла», стоящий на хранении в мастерской у сурового такого кната Рагга. А как профессор астрографии вы можете знать неучтённые червоточины с другой стороны планеты, которые Федерация не использует, но от этого они никуда не делись. У вас ведь диссертация по нестабильным пространственным коридорам, так? Вы вполне могли бы обойти губернаторский запрет и улететь с Тилла незамеченным.

Доктор Ишшиббу изумлённо посмотрел на девушку и снова раздражённо присвистнул вытянутыми вертикальными ноздрями, а морщин на его лице будто бы стало ещё больше. Прищурив ядовито-жёлтые глаза, он пару секунд о чём-то думал, после чего произнёс:

– Даже будь все эти незаконные вещи, в которых вы меня тут обвиняете, правдой, с чего бы мне брать с собой на Сидарию дерзкую надоедливую девчонку?

– А с того, что дерзкая надоедливая девчонка буквально на днях перебирала лучевой двигатель того самого корабля и нашла в нём кучу недочётов, которые, конечно же, не создадут никаких проблем, если эта надоедливая дерзкая девчонка со своими инструментами будет на борту во время полёта, – Кора понимала, что давить на тевларца нужно до последнего.

Доктор Ишшиббу прищурился, взвешивая все за и против, и недовольно проскрипел:

– Учтите, курсант Вайс, что я вам не такси: летим только до Сидарии. И летим молча.